Уральский панцирь

— Ты что за хренотень?! – драл горло напуганный мужчина. Человек в вязаной шапке был облачен в толстую, теплую верхнюю одежду, укутан по глаза шерстяным шарфом, обут в высокие меховые сапоги. Дуло охотничьего ружья смотрело пустой глазницей аккурат в лоб зеленого монстра, приподнявшегося на ноги. Вдруг чудище тут же согнулось пополам. Оно придерживало бок окровавленной трехпалой рукой и дрожало. — А ну, не двигаться, урод! – приказал человек, ступив назад, когда зеленый выставил примирительно руку. — Прости, я не понимаю, – лепетал что-то несвязное лесной дух. Но притормозил, догадываясь, видимо, о значении обращенных к нему слов. Язык оружия универсален даже для потусторонних сущностей. – Я не причиню вреда. Пожалуйста, дай мне пройти. Только не стреляй, – спокойный уверенный твердый тон располагал к доверию. – Я ведь уже ранен пулей. — Погоди-ка! Ты на английском лепечешь, что ли? – почесал репу небритый мужик, не опуская ружье. – Разумный, стало быть? Опыты ставили? Солдат или шпион? США? Китай? Черт, я немецкий учил в школе, и тот позабыл! Или ты как попугай, что ль? А где слыхал такое на иностранном, что набрался? Мутант напряженно вслушивался в голос, но ни за одно слово не зацепился, кроме ругательного, похожего звучанием отдаленно на родное выражение. Дернулся вбок, запутавшись в собственных ногах под глубоким снегом. Для баланса выставил обе руки параллельно земле, открыв путнику зияющую рану. — Так ты ранен, да? Только без шуточек, чудо-юдо лесное, – человек, похожий на охотника, все еще наставляя огнестрел на рептилию и не опуская грозного взора, одной рукой стянул рюкзак с плеч. Опустился на корточки, открыл сумку и вынул на ощупь черную коробку с зеленым крестом. Подкинул к монстру, чтобы проверить, насколько существо разумно. – Лови! Леонардо изумленно поглядел на аптечку. Затем медленно, аккуратно пошагал, хрустя снегом, к спасительному ящику, чтобы меньше напрягать и пугать человека. Так же не разрывал более зрительный контакт. — Спасибо, сэр, – поблагодарил черепаха, кивнув полупоклоном. Абориген в замешательстве наблюдал за отточенными действиями необычного существа, определенно умственно развитого. Чего только в лесу он не перевидал, но сей индивид — нечто! Именно, что Нечто! Леонардо со щелчком открыл аптечку и вскрыл темный флакон. По запаху определил спирт, обмакнул в него вату и обработал рану вокруг, морщась от боли из-за стекших случайно внутрь отверстия капель. Плоть кислотно щипала и горела огнем. Неожиданно принял грамм на язык для храбрости, вызвав у мужчины одобрительный, веселый присвист. Зажал в зубах корягу и пинцетом принялся колупать рану, пока до темноты перед глазами не уперся в твердый предмет. Протяжно рыча зверем, плавно вытащил пулю, сомкнув от боли веки. — Ох, елки-палки, дружище бобер! – прокомментировал в сердцах местный, пораженный выверенным, решительным самоврачеванием до автоматизма. – Какая здоровенная пуля! Непосредственно ранение от огнестрельного оружия у монстра мужчину не удивило. Напротив, сей факт заставил подтвердить про себя опасность кровожадного зеленого или же, напротив, предположить, что тот стал жертвой человеческой жестокости. Когда рану мутант заклеил пластырем и перевязал бинтом вокруг корпуса несколько раз, кинул аптечку обратно к владельцу. — Да не надо. Забирай себе! Поди, ты заразный какой, оно мне не нужно такое! – добродушно шуткой отказался от коробки первой помощи охотник, тыкнув пальцем в предмет, а затем в чудище. Леонардо удивился, поняв язык жестов. Молча благодарно кивнул, подобрал аптечку и обернулся к лесу, за которым через множество километров располагался населенный пункт. — Ты куда? Не в соседскую же деревню?! – мужчина вновь перегородил дорогу дулом, оббежав громадину. – Ты же стариков и девиц распугаешь до инфаркта! Туда — стоп! Воин замер, как вкопанный, узнавая международное слово. Вздохнув, проговорил по слогам односложно, пускай это никак не увеличило понимание в общении: — Мне ну-жно спря-та-ться. Кров. О-тдых. Ма-ло сил. На-йти бра-тьев. Ве-рну-ться до-мой. Не о-би-жу. Ниндзя указал пальцем на себя, затем в лес и жест «спать», положив щеку на сложенные ладони. После начертил на снегу силуэт дома и написал вопросительный знак, побил кулаком по пластрону, пожал плечами. — Заблудился или что? – уточнил человек. – Ладно. Давай так. Ко мне приехала погостить сестра. Она учится на переводчика как раз, английский для нее как второй родной язык. Сбежала от бывшего настойчивого ухажера-хулигана на недельку. Я вернусь с ней завтра утром, а ты пока вот устраивайся. Только не уходи далеко. И не высовывай носа. Хорошо? Договорились? Местного завладело любопытство, а чутье бывалого экотуриста подсказывало, что уродец не причинит вреда, если его не злить. К тому же он сталкивался не раз с множеством необъяснимых явлений и был склонен считать, что любое живое существо заслуживает право на борьбу за последний вздох. Перед жизнью и смертью всяк одинаков. Охотник вынул из походного рюкзака сверток с палаткой, спальный мешок, термоодеяло, банку тушенки, двузубую открывашку, которая могла сойти за оружие за неимением альтернативы, краюху хлеба, металлическую кружку, два пакетика чая и коробок спичек. Крадущийся глядел неотрывно за человеком, вновь удивляясь доброте незнакомца. — Надеюсь, ты умеешь обращаться со всем этим, зеленый, – мужчина слабо, но искренне улыбнулся, когда прочитал в светло-голубых, совсем человеческих, умных глазах теплую благодарность. – Тут недалеко сухостой свален для туристов. Вон там, под брезентом, – человек указал в нужную сторону. – И попробуем что-нибудь отыскать из одежды. А то околеешь да станешь синим. Леонардо растянул губы кверху в ответ: — Спасибо за снаряжение. Меня зовут Леонардо, – и представился. Уж больно располагал к знакомству самаритянин. — Хм, странное имечко для монстра. Итальянец, что ли? Не знал, что они так умеют! Я Артур. Приятно познакомиться. Но руку сейчас не пожму. Страшно еще, – признался мужчина, опустив, наконец, ружье. – В другой раз. — Почти как король, – заключил с улыбкой черепаха, чтобы проще было запомнить имя. – Приятно познакомиться, Артур, – конечно, ударение воин поставил на первый слог. — Бывай, зеленка, – охотник попрощался с мутантом, помахав варежкой. – Будь здесь! Я вернусь за этим! Не дарю! – в завершение беседы он показал на палатку подбородком, а после похлопал по рюкзаку. — До встречи?.. – рассеянно попрощался ниндзя, догадываясь о намерении добряка свидеться минимум один раз. Человек ушел тем же путем: по своим следам параллельно лесу. Лидер провожал его взглядом, пока тот не скрылся за пригорком. «Хороший мужик, – размышлял Леонардо. – Надеюсь, он не приведет толпу разъяренных селян с вилами и факелами, – и безмолвно посмеялся от собственной фантазии. Справедливо осадил себя, посерьезнев. – Лишь бы не власти». Усталость дала о себе знать, свалившись вдруг лавиной. Лео поскорее отыскал укромную борозду, поставил кое-как палатку и завалился тяжко вздремнуть.

***

Дорога предстояла не близкая. Несколько часов по привычному маршруту, и Артур добрался до деревни. Всего пару десятков хат, занятых преимущественно стариками да старухами, охотниками и лесниками, добрая часть вовсе пустовала. Однако жизнь продолжалась даже в труднопроходимой любым видам транспорта глуши на последнем издыхании. Селение упрямо противилось давлению цивилизации, не давая себя искоренить. Артур всегда тяготел к природе. Душный, шумный, тесный город много лет вытягивал из него энергию, выматывал, старил раньше времени. Поэтому после долгих непростых раздумий решился на переезд в деревню. Не оставлял при этом мечты о создании семьи, хотя понимал, что по сути снизил шансы до нуля. Но собственный комфорт эгоистично ему был важнее. Бросил же все ради себя, любимого, не открещиваться ведь теперь! Двухэтажный деревянный дом, доставшийся от прадеда, видом и снаружи, и внутри, будто из сказки, умелец недавно отремонтировал собственными золотыми руками. Облагородил двор, разнообразил новыми аккуратными хозяйственными постройками, поставил резной забор собственного изготовления. Почистил баню, улучшил электрощит, провел отопление и канализацию, что было кричащей роскошью в здешний краях на грани фантастики. В общем, потратил все заработанные и накопленные финансы и платил внушительные счета за обслуживание всего, но не жалел ни разу. Даже умудрился наладить Интернет, слабый, но все же для чтения новостей и книг хватало. По телевизору ловили только государственные каналы, поэтому любимейшим развлечением было по-дедовски радио — импортный ладный аппарат послевоенного времени до сих пор исправно работал и мог вещать зарубежные передачи. Артур промышлял ремонтами, кому еще это было необходимо среди соседей, помогал пожилым, чем мог. Собирал дары леса, ухаживал за огородом, изредка охотился. Ценился молодчик местными по всей округе, ведь исправно выполнял любое поручение по доброте душевной и благодаря чувству долга, с трудом отбрыкиваясь от символической платы да закатывая глаза на мутное будущее сватовство с городскими девицами от родственников на десятом киселе. Одни относились к Артуру с отдачей, прочие завидовали. В сущности, мужчина жил для и работал на себя. Денег водилось немного, но достаточно, чтобы за летний сезон накопить на хлеб с маслом в студеное полугодие, а то и более. В жаркое время работал проводником для экстремалов и ученых, сдавал верхние этажи любителям экотуризма, изредка приглашал семейные пары уединиться на зимний период. Хозяйственник держал пару свиней и десяток кур. Подкармливал всех подряд кошек, случайно забредающих к сытой миске, и иногда звери в благодарность приносили к порогу мышей, птиц и прочую живность. Скучать никогда не приходилось. Верный пес, огромная серая с белым кавказская овчарка с купированными ушами и хвостом, едва завидев хозяина, ощутил двуногого бога еще на подходе и радостно залаял. Сестра вычесывала шерсть собаке и уже знала по особому тону пушистого, которого были достойны только свои, что брат вернулся. Симпатичная стройная девушка отряхнула старую, зато теплую, длинную бабушкину шубу от пуха, улыбаясь, и подпрыгнула на шею к любимому старшему брату, закрывшему за собой величавые ворота. — Арчи, где ты так долго был? Я уже вся распереживалась! — Ленка, ты не поверишь, кого я встретил в лесу! – запальчиво воскликнул старший. — Очередной крупный волк, которого ты принял за волколака? – прозвучал беззлобный сарказм. — Не здесь. В доме расскажу. Поставь, пожалуйста, чайник и разогрей ужин, – попросил брат. Алена уловила возбужденное нервное волнение, но промолчала и выполнила просьбу. Через полчаса, сидя за добротным дубовым ошкуренном, но еще не окрашенным, обеденным столом, с чашкой чая в руках, девушка скептично всматривалась в брата, дабы убедиться, что мужчина не приложился ненароком нигде головой о камень. Склонив голову к плечу, сузив глаза, съязвила: — Повтори-ка. Мы завтра с утра пораньше идем к загадочному таинственному зеленому раненому человечку, которому ты оставил ценное снаряжение, потому что?.. — Потому что мое паучье чутье молчит об угрозе, – парень улыбнулся, надкусил вафлю, запил чаем. – Ты же знаешь, Лен, я бы тебя ни за что не подвергал опасности и уважаю твое нежелание переться в мороз ни свет ни заря. Но мне правда нужна помощь, точнее, твои знания языка. — Так я и не отказываюсь от прогулки в этот раз, балбес. Зря приехала, что ли, чтобы отсиживаться в доме и не вылазить за участок ни дня? Просто странно все это и подозрительно. А если тебя какие-то придурки водят за нос? Напялили на себя костюм ростовой куклы да пугают здешних и неместных на потеху, чтобы отжимать добро? – участливо делилась мыслями девушка. – Или ты вовсе под чарами колдуна? У-у-у! — Ну, раз обдурили, тогда посмеешься с меня вдоволь! – выпалил Артур обиженно. – Неужели тебе самой не интересно развеять мои заблуждения или воочию убедиться в существовании зеленого духа леса? — Да, любопытно, конечно. Признаю, завлек, – сестра решительно сдвинула брови. – Веди к своему… кстати, он как-то себя назвал? — Не могу вспомнить точно. Начало похоже на твое имя в сокращении и на итальянское. Леопольдо, что ли? — Да ты гонишь! – расхохоталась заливистым смехом девушка. – «Давайте жить дружно», – спародировала голос мультяшного кота. – Чую, ты что-то напутал! — А, вспомнил! Леонардо! – огорошил брат. – Как ди Каприо, точно! — Еще лучше! Не придумывай! Чтобы лесного духа так звали?! Умора! – хохотала Алена. — Да не придумываю я! – надулся мужчина, будто это сестре было уже за тридцать, а не наоборот. – Завтра убедишься, что я не поехал кукухой! И, вообще, я называю в шутку духом. Так-то он непонятно кто вообще. — Посмотрим. Фотик прихвачу. Запечатлеем твоего таинственного зеленого, – девушка вышла из-за стола и деловито поставила руки на бока. – А ты чего с собой не берешь свой? Мало ли что занимательное попадется! — Мой не такой крутой. Вырубается на морозе, – мужчина тоже поднялся и принялся убирать со стола. – Посуду я сам помою. Иди спать, сестренка. Сладких снов! — Сладких снов, Арчи! – девушка поднялась на носочки и поцеловала брата в колючую щеку. – Теперь я знаю, что тебе подарить на Новый год! Лишь бы твой человечек не загнулся за ночь!