Живая среди мертвых

Инструктаж от Сульпиции скучным не был. Монотонным — да, но за это время Амелия узнала массу новой информации. О себе же она узнала, что теперь обладает не только идеальным слухом, но и памятью, так что проблем с запоминанием не наблюдалось. Итак, территориально Амелия всё ещё находилась в Италии и даже в Вольтерре. Социально — в вампирском клане Вольтури, который избрал своей резиденцией старинный этрусский замок, почти точную копию умбрийского Палаццо-дей-Приори, где сейчас располагалась галерея Перуджи. Высокая концентрация в этом месте действительно древних вампиров, обладавших индивидуальными способностями, придавала этому месту особый авторитет среди остального сообщества условно бессмертных. Вампиры. Не так уж и «много» тех насчитывалось в мире, что бы там ни говорила Сульпиция. Всего-то около тысячи. Такая малая численность определялась буйной природой этих существ, враждебных ко всему, и к себе подобным в том числе. Кстати, долгая вампирская жизнь не была безоблачной. Бессмертные не могли просто так жить среди людей. Ведь вампиры не менялись внешне. Больше никогда. Что было чревато разоблачением. А то, что грозило одному, несло опасность и для остальных. Ну и естественно, заставляло соблюдать определённые требования: либо регулярно переезжать, либо и вовсе скрываться.

***

Затем Сульпицию сменил Мартин. Высокий, широкоплечий, темноволосый и густобровый. Очень привлекательный внешне и невероятно эффектный в полностью чёрных одеждах. — Сейчас мы идем в зал, — заявил тот с порога. — Возьми с собой сменную одежду. Наверняка тебе понадобится. Амелия молча поднялась: Ну «идём», так «идём». «Одежду», так «одежду». Выбора у меня, похоже, нет. — Веди себя тихо, — то ли посоветовал, то ли тоже приказал Мартин. Ещё тише? Куда уже? — Как скажешь.

***

Замок будто бы пах древностью, Амелия буквально ощущала это кожей. Лестницы с истёртыми ступенями; нелогичные переплетения одинаковых сводчатых коридоров; держатели для факелов на стенах из тёсаного камня. — В надземной части замка — три этажа. Но есть и ещё три подземных уровня. Мы в основном обитаем там, — рассказывал Мартин, видя её интерес. — Вампиры слишком быстры, потому нам требуется реально много пространства. Особенно для тренировок. Потому — выбор пал на древние катакомбы, что сейчас облагорожены, расширены и укреплены. И превращены в действительно огромные помещения. — Почему бы просто не делать на открытом воздухе всё то, что вы делаете под землёй? — закатила глаза невпечатлённая Амелия. — Выехали загород, и вот уж где «реально много пространства». Скачи, бегай, носись — не хочу. Или на вас давят предрассудки? Всё мёртвое должно обязательно копошиться под землёй? Или вы… мы правда сгораем на солнце? — вроде как пошутила она, но с реальным испугом в сердце. — Потом узнаешь. Позже покажу, — пообещал Мартин, тоже с усмешкой. — Но не сгораем, нет. Не бойся. Просто пока поверь на слово: скрытые помещения нам необходимы. Так что подземелья не самый плохой вариант. Тренировочные залы, допросная, библиотечные хранилища, помещения для новообращённых, склады, некоторые лаборатории — всё это под землёй. Итальянские холмы скрывают в себе столько!.. — Как все холмы, — осторожно пошутила Амелия, не зная, поймёт ли собеседник её отсылку к «детям холмов», пресловутым фэйри. Но судя по очередной ухмылке — тот понял. — Ну и плюс ко всему, вампиры — территориальные хищники. А значит — ярые индивидуалисты, — продолжил Мартин. — Соклановцам было бы трудно уживаться в ограниченном пространстве. Поэтому весь центр Вольтерры, все исторические здания, выкуплен и переоборудован под наши нужды. Здания соединяются подземными переходами в единую сеть. Оформлено всё на подставные фирмы и лиц. Нас никто не тревожит, а мы существуем в своё удовольствие. — Понятно, — протянула Амелия, весьма впечатлённая размахом, с которым потустороннее вторгалось в мир обычных людей. — А те и не знают.

***

Они шли довольно долго. Освещение было весьма скудным — те самые факелы, как бы смешно это ни казалось в двадцать первом веке, — но глаза вампиров видели всё вполне отчетливо. Амелия шла и размышляла: Жизнь под землёй. Тайны и темнота. А ещё — приказы, приказы, одни приказы. И по одному из этих приказов я сейчас тащусь неизвестно куда, неизвестно с кем. Ничего не имею против этого Мартина — пока! — но… Ну кроме его дурацких ухмылок, но… Сколько приказов он мне будет отдавать? А сколько приказов теперь будет в моей бесконечной жизни? Миллионы, стало быть? Она уж хотела спросить, сколько ещё им идти, как различила в шорохе их шагов какой-то неясный, очень далёкий шум. — Что это? — спросила она. — Новообращённые. — Я буду заниматься с ними? — Нет, — последовал лаконичный ответ. Больше она не задавала вопросов.

***

Они дошли до огромных дверей. Амелия молча наблюдала за тем, как ловко Мартин управлялся с гигантскими створками. Когда была распахнута первая пара, обнаружилась вторая. Мартин открыл и те. Взору Амелии предстала ведущая вниз лестница. Она ожидала совсем иного: какой-нибудь зал с колоннами или, наоборот, мрачное страшное подземелье со скелетами в цепях, висящими по стенам. Как-то не думала, что за такими мощными старинными дверьми всё будет так обыденно, а потому немного растерялась и в недоумении посмотрела на Мартина. Тот опять усмехнулся и приглашающе повёл рукой. Амелия шагнула на ступеньку и дёрнулась от неожиданно громкого эха, раскатившегося по лестничному колодцу. — Гм. Я вот хотела узнать, — робко начала она, желая завязать разговор хоть о чем-нибудь, уж больно жутко было слушать многократно наслаивающиеся друг на друга отзвуки, — а как часто нужно бывать на тренировках? — Ежедневно, — последовал ответ. — Каждый день? С ума сойти. — Вампиры не устают, — с очередной усмешкой покосился на неё Мартин. — Понятно, — Буду знать, — А кто у вампиров главный? Ну там… Правительство, президент, премьер-министр? Сульпиция сказала, что клан Вольтури следит за исполнением законов, а кто эти законы установил? Амелии действительно было интересно это узнать. Сульпиция выдала хоть и много информации, но как-то… На вкус Амелии — слишком обтекаемо, словно старалась о чём-то умолчать. — Нам правит триумвират королей, — ответил Мартин, снова изойдясь на ухмылки, словно наслаждаясь своей явно большей просвещённостью. Выяснилось, что из трёх королей Вольтури двое были женаты, третий был вдовцом уже много сотен лет. — А вот эти короли, они… К-хм, им сколько лет? Почему именно они короли? — не отстала Амелия. Мартин с удовольствием ответил более развёрнуто: — Они короли по праву силы. Именно они установили порядок среди вампиров. До них царил хаос безвластия, лились реки крови. Да, им пришлось повоевать за власть. И да, наши короли уничтожили несогласных. А оставшиеся признали над собой их власть. Но это было правильно. И за это они достойны всяческого уважения. Да, они забрали власть по праву сильнейшего. Но если бы мы продолжили жить как раньше, то давным-давно либо были бы истреблены, либо заполонили бы землю и остались без пропитания. Наши короли остановили это. Чуть позже, когда освоишься и научишься соизмерять силу, тебе разрешать посещать библиотеку. Там наши хроники со времён до нашей эры. Сможешь сама всё узнать. Ещё вопросы? — Ты не ответил, сколько им лет, — заметила по-настоящему поразившаяся Амелия. — Они древние, — ответил Мартин, явно не желая вдаваться в подробности. — Древнее динозавров, что ли? — сострила Амелия и тут же пожалела о своих словах. Мартин повернулся резко даже для вампира, их лица оказались в считаных миллиметрах, и зашипел. Амелия обескураженно приоткрыла рот: — Ты чего?.. Она втянула голову в плечи и попыталась сделать шаг назад, но чужие стальные пальцы впились ей в плечи и несколько раз встряхнули так, что перед глазами у Амелии всё задёргалось: злое лицо Мартина, стены. Заплясали яркие пятна факелов. Не сразу она собралась с силами, чтобы запротестовать. — Что ты делаешь?! Отпусти! — Она попыталась вывернуться. Мартин еще несколько раз с силой встряхнул её, словно куль картошки. — Да ты сумасшедший, чтоб тебя! Да отпусти же! — Где тот Мартин, который доброжелательно просвещал меня всю дорогу по быту вампиров? Кто эта разъярённая фурия? Амелия вцепилась тому в волосы на висках и попыталась надавить большими пальцами на глазные яблоки. Но тут же была отброшена на несколько ступеней вверх. Она ничего ещё не успела понять, как тело совершенно без участия разума быстро сгруппировалось: она умудрилась безболезненно приземлиться на ноги. Но не успела Амелия хоть немного прийти в себя, как Мартин схватил её снова. Плотная ткань спортивного костюма жалостливо затрещала под чужими пальцами. Тот зарычал ей в лицо. Не составило труда разглядеть черные как ночь глаза, искаженные в ярости черты, оскаленные зубы. Именно оскал донёс до Амелии понимание того, насколько же зол был её провожатый: Но что я такого сказала? На что он так злится? — Да кто ты такая, чтобы так говорить про повелителей? Ты! Мелкая дрянь! — Отпусти! — прохрипела она, изо всех сил пытаясь разжать стальные пальцы на своём горле. Пусть хватка Мартина не причиняла ей реального вреда, но мерзкий липкий страх всё равно пробирался под кожу. Амелия беспорядочно замолотила руками обидчику по голове и лицу. Мартин отшвырнул её. Громко ударившись головой об стену, но почти не ощутив боли, Амелия сползла вниз и осталась сидеть на корточках. — Хватит! Хватит, девочка. Где твоё уважение? Ты хоть понимаешь, над кем ты тут шутишь? Понимаешь, где находишься? Уставившись в пол и переводя ненужное дыхание, напуганная Амелия судорожно размышляла: Выходит, всё так серьёзно? Верноподданные не приемлют оскорбления своих королей и в лучшем случае надерут зад тому, кто плохо о тех отзывается? Очевидно. Ведь именно это и случилось со мной сейчас. Это что значит? Типа повезло, что вообще не убили? «Динозавры»… Ну сравнила я их, и что? Неужели с юмором у вампиров так туго? Меня точно будет теперь триггерить на этом слове. Мартин продолжал стоять рядом, но уже молча, по всей видимости ожидая, когда она придёт в себя. Ничего не говорил, не извинялся. Амелия заикнулась было про себя, что никуда с тем не пойдет после продемонстрированного к себе отношения, но очень быстро до неё дошло, что неповиновение приведёт к ещё большим неприятностям: Видимо, придётся подчиниться. Ну ничего, я тебе это еще припомню, Мааартин. Она подняла голову. Её предполагаемый охранник смотрел прямо на неё. Амелия ощутила желание сбежать куда-нибудь, спрятаться раз и навсегда. Теперь, когда тот по-настоящему испугал её, она не могла больше воспринимать Мартина по-прежнему. Сульпиция неоднократно предупредила её не перечить вышестоящим, но не рассказала, что бывает, если ослушаться. — Ты был приставлен ко мне, чтобы обучать, а не душить, трясти и швырять. Вроде как. Или у вампиров это одно и то же? — просипела она, не желая сдаваться собственному страху и чувствуя, как в груди расползается пламя ненависти. — Пошли, — приказал Мартин и первым направился вниз по ступенькам. Пришлось Амелии подчиниться.

***

В тишине они быстро преодолели показавшуюся ей бесконечной лестницу и дошли до очередной обитой металлом двери. Эта была не настолько большой и высокой, как те, что отделяли лестничный колодец от верхнего уровня, но всё равно внушала уважение размерами. Мартин потянул за ручку, и дверь, скрипнув, отворилась. Амелия замерла. Но ничего особенного не случилось. Правда, после темного коридора искусственный свет показался ей палящим солнцем. Мартин пропустил её вперед, и, поджав губы, Амелия быстро проскользнула внутрь. Взору её открылось огромное — Нет, невозможно огромное! — пространство. Это был зал без конца и края, подавлявший своим простором. Впечатлённая Амелия принялась было рассматривать помещение, но внимание её привлекли два вампира, уже сражавшихся в центре зала. Движения противников казались отточенными до невозможности. Те бились яростно, от ударов кулаков и ног по телам раздавался треск. Бойцы словно порхали друг вокруг друга: напрыгивали, отскакивали, наносили удар за ударом. Тела переворачивались на лету, словно сила притяжения не была на теми властна. Амелия наблюдала это завораживающее зрелище несколько минут, наверное, пока на плечо не легла рука Мартина. Только тогда она будто бы очнулась и смогла оглядеться. В зале не было ничего лишнего: ни окон, ни других дверей. Большие и яркие лампы по типу прожекторов расположены были по периметру куполообразного потолка, заливая огромное помещение ярким светом. Потолок, стены и полы были отделаны каким-то неизвестным Амелии светло-серым материалом. На вид тот почему-то казался непрочным. — Проходи вон туда. Мартин указал пальцем на самый дальний угол зала, а сам сразу встал в какую-то, очевидно боевую, стойку: ноги на ширине плеч, весь напряжён и натянут, как струна. — Что смотришь? Шевелись! — рявкнул он, сверкнув на нерасторопную Амелию красными глазами, отчего она нервно дернулась. Вид был не из приятных. — Бегом на позицию! Ведет себя так, словно ничего не было, — ещё успела обиженно подумать она, прежде чем получила чувствительный тычок между лопаток. Не размышляя более, Амелия собрала волю в кулак и бегом направилась на указанное место. — Слишком медленно! Быстрее! Быстрее пошевеливайся! — прокричал Мартин ей вслед. Амелия ускорилась. Добежала. Отбросила в угол свёрток со сменной одеждой. Развернулась. — А теперь — нападай!

***

Пальцы Сульпиции выскользнули из его ладони, стоило Аро только кивнуть. Та даже спрятала руки за спиной, откровенно нервничая. Отошла подальше и уселась в своё любимое кресло. Аро тоже присел, удобно располагаясь на диване. Ему всегда нравилось в покоях жены. Та обладала безупречным вкусом, чего не хватало ему самому. Верховный владыка Вольтури всегда перебарщивал с роскошью, что сам за собой признавал с некоторым стеснением. Мысли Сульпиции наглядно продемонстрировали Аро, что та жутко боялась за жизнь Луциана. Но его интересовало отнюдь не это. Относительно Амелии же… Сульпиция не была уверена, что Амелия справится с положением, которое той предстоит занять в клане в дальнейшем. Точнее, была уверена: не справится. Избалованная свободой современная девушка, убежавшая от явно нездоровой ментально, деспотичной матери, чтобы начать новую жизнь в чужой стране. К тому же Амелия боялась крови. Всё это Аро знал с момента первого прикосновения к своей истинной, а что не знал, то с лёгкостью предположил. Уж больно красноречивая защита стояла на памяти Амелии. «Именно красноречивая» — усмехнулся он про себя каламбуру. Так что Сульпиция не принесла ему ничего нового. По мнению той, Амелия была слишком слаба, даже чтобы заниматься вместе с остальными новообращёнными. Потому Сульпиция дала Мартину приказ тренировать ту отдельно. А ещё Амелия показалась Сульпиции заурядной. Якобы та не отличалась изяществом манер и воспитанием, не обладала какой-то выдающейся красотой и тем более даром. Хотя было в корне неверным судить о новообращённом сразу. Насильственные изменения в личности и образе жизни накладывали отпечаток на каждого новичка. Со временем, когда жизнь входила в колею, некоторые бессмертные менялись почти до неузнаваемости, вспоминая то, чем обладали при жизни, и обретая новые грани личности. Так что Сульпиция оценивала Амелию излишне поспешно и была заведомо предвзятой. Ревнует. Любит другого и всё равно ревнует. Ох уж эти женщины, бескомпромиссные собственницы, — ухмыльнулся Аро не без самодовольства. Чувства Сульпиции, при всей бесполезности, льстили. Он испытующе посмотрел на жену. В напряжённом молчании прошло сколько-то времени. — Мне кажется, ты не до конца поняла твою задачу. Ты сделаешь так, чтобы она справилась. И иного результата я не приму, — Аро сложил руки на груди и недобро улыбнулся: — Я знаю — ты сможешь. А ты знаешь цену своей неудачи. Сульпиция тоже улыбнулась в ответ. Улыбка той была весьма натянутой. Аро не надо было касаться чужых рук, чтобы разобрать эмоций жены до мельчайших оттенков. В конце концов, для этого в его распоряжении имелось несколько десятков предшествовавших веков. И сейчас он точно знал: Сульпиция боялась. Вот и правильно. Будет старательнее. Он позволил радужке окраситься в глубокий черный.

***

Амелия не понимала, сколько времени она провела в тренировочном зале: Час, два, три? А может, несколько дней? Время перестало иметь значение, когда она осознала, насколько сильна. Под руководством Мартина она училась владеть своим новым телом: совершать невероятные прыжки и акробатические трюки, переворачиваться в воздухе и даже зависать на пару секунд. Её новому восприятию, разогнанному до немыслимых для человека скоростей, это казалось едва ли не свободным полетом. Понимание того, какой она стала и на что теперь способна, кружило голову. Быстрота движений дарила неописуемый восторг. Даже драка с Мартином стала кирпичиком в основании совершенно нового строящегося здания её уверенности в себе. Даже несмотря на то, что она не смогла отразить ни единого удара. Всё равно урон был незначительным, просто одежда лопнула в нескольких местах. Эту мелочь с лихвой перекрывало восхищение собственными новыми возможностями. Тем более напоследок у Амелии даже получилось вовремя отступить в сторону, когда Мартин атаковал. Тот даже пару раз хлопнул в ладоши и похвалил: — Так держать. Затем последовало обучение защитным уклонениям. Занятие продолжалось, Амелия парила на волне эйфории. Наконец, Мартин счёл обучение законченным: — На сегодня достаточно. Амелия, не имея сил остановиться сразу, огромными прыжками понеслась в тот угол, где лежал свёрток со сменной одеждой. Она никак не могла насытиться новой собой. — Завтра я зайду за тобой сразу после трапезы, — негромко произнес Мартин, так же, как и Амелия, приводивший себя в порядок, повернувшись к ней спиной. Расслышать чужую речь не составило труда, несмотря на расстояние в несколько десятков ярдов между ними. — Что за трапеза? — спросила Амелия, поспешно натягивая новые штаны — старые на коленях были истёрты почти в ноль — и радуясь, что у её тренера хватило тактичности отвернуться. В своей новой идеальной памяти она не нашла ни единого упоминания ни о каких трапезах. Мартин удивленно оглянулся, на лице проступила было усмешка, но тут дверь в зал распахнулась, и внутрь ступил совсем молодой на вид мужчина. Статный. Высокий. Цвета спелой пшеницы длинные волосы выгодно подчеркивали необычную красоту того. Не прошло и секунды, как она уже стояла на одном колене, а Мартин рядом шипел тихо-тихо: — Это король. Замри. Смотри строго перед собой и вниз. Молчи, пока не обратятся лично к тебе. Амелия поняла, что это Мартин уронил её подсечкой в нужную позу, но спорить и рыпаться не стала. Замерла, как было сказано, склонив голову. Радуясь, что хотя бы успела натянуть штаны. Смотрела она в пол, но периферийным зрением пыталась перехватить любое движение. Было и жутко, и любопытно. Светловолосый король приблизился к ним. В ноздри Амелии ударил сильный цитрусовый запах, она едва не шмыгнула носом. — Мартин? Что ты тут забыл? Я не рассчитывал встретить здесь кого-либо. Чужой голос показался Амелии ледяным: Грозный. Страшный. Мартин выпрямился и отчеканил: — Господин Кай, мне приказали заняться обучением одной из новообращённых. Похоже, положение Мартина в вампирской иерархии куда выше моего. Вон, он даже встал с колена и разговаривает без особого подобострастия. С уважением, конечно, но не раболепствует. Эх. Интересно, мне когд-нибудь будет позволено подобное? — размышляла Амелия. — Кто приказал? — Сульпиция. — Хммм. Сульпиции захотелось иметь боевую служанку, — протянул с иронией названный Каем. Двигался тот небыстро, обходя их двоих по кругу. Амелия буквально кожей ощущала на себе внимательный цепкий взгляд. — Откуда она? — Я не знаю, — голос Мартина был твердым, но тихим. Амелии вдруг захотелось закрыть глаза, а ещё лучше — слиться с окружающим пространством и не привлекать к себе больше никогда внимание этого безумно красивого, но такого пугающего чело… Вампира. Короля вампиров. Бррр! Древнего. Не думать о динозаврах! Очевидно, перед ней сейчас был — точнее, это она была перед тем, причём на коленях — один из трёх королей, уважение и почтение к которым — её обязанность, раз она теперь тоже вампир. Раздался властный приказ: — Встать. Амелия замешкалась, но Мартин подхватил её под руку и буквально вздёрнул на ноги. Поднять голову и — Упаси господь! — встретиться взглядом с самим королём она не решилась. Просто покорно стояла, стараясь не демонстрировать крупную дрожь, что вдруг зародилась в теле вместе с усилившимся страхом: Чего он от меня хочет? Чего смотрит так? Надо было расспросить о каждом короле поконкретнее, а то вляпаюсь сейчас по самые уши. Король, очевидно составив о ней какое-то мнение, не потерял, к сожалению, интерес. Тот опять обратился к Мартину: — Кто привел её в замок? Когда её обратили? Амелия напрягалась: Ну же, кто он? Тот мужик, кто сотворил со мной всё это, а потом ещё и полез с поцелуями. Мне бы хоть имя его узнать, ну? — Господин Аро. Вчера, — по-военному чётко ответил Мартин. «Аро»? Значит, его зовут Аро. Боже, ну и имечко. Хотя «Сульпиция» и эта, как её там? «Афина-что-то-там» ещё хуже. Ну хоть не Навуходоносор, — блеснула Амелия сама перед собой своей новой идеальной памятью и знанием истории. — Аро? — светловолосый король — Господин Кай, надо запомнить, — был явно удивлён. Амелия снова ощутила на себе чужой внимательный взгляд. — Ты должен её обучать для Сульпиции, но привел её в клан сам Аро? Интересно. В голосе этого Кая ей послышалась не то издёвка, не то улыбка. Что-то этакое пряталось в чужих словах, но Амелия не стала анализировать. Она уже строила планы на будущее: Надо будет найти этого Аро. Мартин его тоже назвал «господин». Интересно, кто он здесь? — Свободны. Голос Кая в очередной раз окатил её волной мурашек и все свои вопросы Амелия решила задать когда-нибудь позднее: Не сейчас.