Behind The Scenes

Чимину грустно. Даже дразнить его не хочется, когда он такой тихий и подавленный. Чонгуку почему-то тоже невесело. Он пытается отшучиваться с былым озорством и запалом, виртуозно отражая атаки хёнов, но внутри постоянно испытывает тревогу и напряжение. Краем глаза следит за Чимином, при каждом удобном случае пытающимся забиться в угол — чтобы его не видели и не трогали. Чонгук не знает, как ему помочь. Хорошо, что у Чонгука есть Тэхён. А у Тэхёна есть план. — Тебе нужно развеяться, отвлечься и расслабиться, мой друг, — говорит он с ходу, закидывая руку на плечи Чимина. Чимин вяло собирает свои вещи в сумку после тренировки и душа. Он уже одет, но все еще копается у своего шкафчика. Тэхён нападает из-за спины неожиданно и решительно, стратегически отсекая пути к отступлению. — Я не в настроении, — сдержанно отвечает Чимин, не пытаясь сбросить руку Тэхёна, хоть тот и мешает ему. — Мелкий с нами хочет пойти, — тут же заявляет Тэхён. Этот грязный манипулятор — опустился до такого... Чимин бросает быстрый взгляд на Чонгука. Тот в своем любимом углу за колонной, делает вид, что очень занят шнуровкой на кроссах. Остальные мемберы, радуясь, что трудовой день окончен, сваливают по своим делам: кто-то хочет прошвырнуться по Мёндону, кто-то пойти поесть в какое-нибудь тихое и уютное местечко, а кто-то (читай, Сокджин) уже бежит домой, чтобы успеть на вечернюю битву кланов в очередной сетевой игре. Это один из тех редких вечеров, когда Намджун официально дает мемберам отмашку повеселиться вне группы. Обычно они ходят куда-то все вместе (золотое правило никто не отменял), но не сегодня. — Ладно, — помедлив, соглашается Чимин. Раз Чонгук хочет с ними… Придется постараться ребенка как следует выгулять и развлечь. Тэхён широко скалится, жутко собой довольный. Чимин иногда думает, что этот демон только человеком прикидывается, а сам оно самое — дьявольское отродье. Любимое его чудовище. — Отвали только, — Чимин двигает ему локтем под ребра, чтобы лапищу свою убрал с него наконец. Тэхён стонет, но тут же хватает Чимина за шею, зажимает и пытается отмутузить. Чимин вырывается, но без энтузиазма. Со стороны потасовка выглядит довольно страшно, как настоящая пылкая драка, но спустя десяток секунд оба начинают ржать. Чонгук выдыхает — хотя морально уже готовился вскочить и броситься их разнимать. Чонгук тоже думает, что у Тэхёна есть дьявольские способности. Он поразительно легко вьет из всех веревки. Из Чимина подавно. У них какие-то особые отношения — на грани фола. И то они любят друг друга до беспамятства, то ненавидят до белой пены изо рта. Они друг за друга убить готовы — и друга друга тоже. Если разразился скандал, о котором знают не только мемберы, но и посторонние — стопудово Чимин с Тэхёном сцепились из-за какой-нибудь ерунды. Они могут неделю не разговаривать, а потом неожиданно для всех слипнуться, как две пельмешки, ходить везде под ручку, хихикать над своими шуточками и многозначительно переглядываться. Чонгук их дружбе немного завидует. Тэхён и Чимин словно кровные братья — когда родственников не выбираешь и терпишь их до конца жизни, но и не любить тоже не можешь. У Чонгука таких близких друзей нет. Иногда он чувствует себя третьим колесом, пытаясь сблизиться с Тэхёном и с безопасной дистанции узнать лучше Чимина. Но Тэхён сам предложил ему пойти с ними, и Чонгук согласился. До того, как согласился Чимин — а ведь мог и не пойти. Все-таки планы у Тэхёна больше попахивают импровизацией, которая не всегда срабатывает так, как Тэхёну бы хотелось. Но в этот раз все складывается: Тэхён, Чимин, Чонгук, Итхэвон, караоке-клуб. Выбор неожиданный, но Тэхёну приспичило (внезапно якобы, но Чимин нифига не поверил его отстойной актерской игре). А когда Ким Тэхёну чего-то хочется, проще согласиться, чем огребать последствия отказа. Чимин это знает давно, Чонгук выяснил недавно. Чимин не спорит только потому, что у Чонгука глаза загораются при упоминании караоке — он очень хочет попеть (неужели не надоело еще?), а Чимин готов что угодно стерпеть, лишь бы Чонгуку было хорошо. Они заказывают разную еду и напитки, без алкоголя. Жертвуют соджу вовсе не из-за того, что Чонгуку по возрасту не положено употреблять, и чтобы ему грустно не было, от спиртного в качестве моральной поддержки отказываются и Чимин с Тэхёном. У них завтра тяжелый день, и с бодуна его не осилить. Возможно, из-за Чимина и его состояния Тэхён и говорит о том, что лучше не пить. Потому что они сюда пришли Чимина реанимировать, а не добивать его окончательно, позволив напиться до беспамятства. А именно об этом Чимин мечтает последние несколько недель, которые никак не может записать свой студийный вокал. Чимин забросил танцевальные тренировки — дополнительные, ясное дело, но и на общих он не сильно блещет успехами, мысленно продолжая находиться на уроках вокала и мусолить свои ошибки. Уроки эти помогают ему как мертвому припарка. Все мемберы уже справились. Чонгук так вообще первым, даже Сокджина обогнав. Тэхён отстал на пару дней, но свою партию исполнил блестяще. И один только Чимин, не вокалист, не рэпер и вообще не пойми что в группе забывший, все еще не может попасть в ноты. Он в них попадает, на самом деле, но его голос звучит ужасно — объективно. Чимин в порыве отчаяния даже взял несколько платных уроков вокала у другого тренера, с которым работал, пока был трейни, но ситуацию это сильно не улучшило. У него осталась всего неделя, и вряд ли внезапно случится чудо и он научится петь. Тэхён чудовище. Зная обо всем этом, он тащит Чимина в караоке-клуб и даже бухла ему не покупает. Бесчувственный, бессердечный, жестокий монстр. И угораздило Чимина с ним подружиться… Чонгук старается не пялиться на Чимина слишком часто и слишком долго. Чимин, засев с ногами в дальнем углу дивана, полностью поглощен своим телефоном, а Тэхён, сидящий между Чимином и Чонгуком, треплется без умолку, не обращая никакого внимания на то, что его никто не слушает. Чонгук честно пытается. Но его больше волнует Чимин и то, что с ним происходит. — Точно было хорошей идеей привести его сюда? — спрашивает он тихо у Тэхёна, наклонившись к нему, пока они раскладывают салатные листья по тарелкам. — Ты во мне сомневаешься? — спрашивает Тэхён, резко повернув голову и кольнув Чонгука острым взглядом. Чонгук тут же отстраняется. Опасно злить Тэхёна, поэтому он усиленно мотает головой. Не сомневается. Нисколечки. Тэхён поощряет его снисходительно-мягкой улыбкой и зовет Чимина есть. Конечно, петь на полный желудок — то еще занятие, но они сюда не студийку записывать пришли, так что можно. Чимин, когда сытый, становится добрым. А доброго Чимина они уже как недели две не видели — только этого пасмурного, инфантильного говнюка, который куда-то дел их веселое и неунывающее солнышко. У Тэхёна ощущается жесткая нехватка витамина Д, что моментально отражается не только на его коже, но и на настроении. Срочно пора с этим что-то делать. И в этом ему поможет Чонгук. Чимин, ясное дело, отказывается петь и соглашается только пожрать. Они платят с Тэхёном пополам. Чонгука, как обычно, угощают: нехорошо с детей деньги брать. Чонгук старается оставить Чимину все самое вкусное, надеясь, что хоть еда поднимет ему настроение, но Чимин ест без особого аппетита. Тэхён поглощен караоке — изображает неподдельный энтузиазм, ведь сам их сюда притащил. Они с Чонгуком придумывают игру: загадывают рандомный номер по очереди и поют ту песню, которая под ним идет. На пятый раз выпадает дуэт, где есть женская партия. Тэхён и Чонгук разыгрывают партии в камень-ножницы-бумагу, проигравший поет женскую. Выигрывает Чонгук. Чонгук поет красиво. Чисто, ровно, эмоционально окрашено — видно, что ему это нравится, и если он и напрягается, то без особого дискомфорта. Тэхён прочищает горло и вступает, как только буквы на экране окрашиваются в розовый — его выход. Чимин давится содовой и пялится на Тэхёна во все глаза. А тот с самым невозмутимым видом продолжает жутко фальцетить, еще с лицом таким трагично-серьезным (песня все-таки о неразделенной любви), что Чонгук аж хрюкает, давясь смехом. — Господи, мои уши. Как мартовский кот драный, — стонет Чимин, не зная, куда ему сбежать. Акустика в комнате потрясающая — все-таки популярный караоке-клуб. Будь у Чимина с собой беруши, вряд ли бы спасли. — Не нравится — пой сам, — заявляет ему оскорбленный Тэхён и вручает растерявшемуся Чимину микрофон. Чимин смотрит на него так, словно Тэхён передал ему запущенную часовую бомбу, а сам сбежал. Чонгук включается в свою партию на бридже. Чимин гипнотизирует микрофон как ядовитую кобру, которая в любой момент может кинуться ему в лицо. — Ну же, давай, — подбадривает его Тэхён. — Ты не сможешь звучать хуже, чем я, а лучше нашего Чонгук-и все равно никто не поет. Терять тебе нечего. Возможно, на Чимина благотворно влияет вкусная еда. Возможно, неформальная обстановка, приятная компания, отсутствие посторонних лиц и камер. Но его голос даже не ломается, когда он начинает петь, стараясь звучать максимально высоко — чтобы хоть немного приблизиться к женскому тембру. Тэхён прикрывает улыбку рукой, откидываясь на спинку дивана, чтобы Чонгук хорошо видел сосредоточенного на тексте Чимина. Чонгук пялится на него, забыв закрыть рот. — Хён! — восклицает он, когда Чимин заканчивает припев, а Чонгук пропускает свой куплет. Ему не до этого. Чимин вздрагивает, понимая, что Чонгук с горящими глазами обращается к нему, и заранее напрягается. — Я никогда не слышал, чтобы ты так пел! — Чонгук пододвигается ближе, едва ли не забираясь к Тэхёну на колени. Чимин ожидаемо сдвигается как можно дальше к противоположному концу дивана. — Я даже не думал, что ты можешь звучать в такой высокой тональности! Это контратенор же, да? Блин, круто! Чимин смущен. Восторг Чонгука искренний. И отчего-то начинают гореть уши и скулы. Тэхён кусает ладонь, стоически сдерживаясь от смеха и комментариев. — Почему ты не поешь так? — не понимает Чонгук. Он в курсе всех страданий Чимина на вокале. И он старался, как и Сокджин, Чимину помочь советами. Но очень сложно помочь другому контролировать свой голос, раз даже профессиональные тренеры по вокалу не справлялись. А тут оказывается, что Чимин умеет петь. Но почему-то не хочет. — Стесняется, — сдает друга Тэхён. Этот вероломный паразит прекрасно знал все это время о вокальных способностях Чимина, потому что еще в академической общаге Чимин частенько подпевал любимым песням. И в душе самозабвенно пел тоже, ясное дело, думая, что Тэхён не слышит. — Стесняется? — не понимает Чонгук. Чего можно стесняться с такими уникальными вокальными данными?! — Потому что звучит по-девчачьи, — ехидно отвечает за Чимина Тэхён. Чимин подозрительно тихий, весь зажатый. Уже жалеет, что прокололся. Так легко повелся на манипуляцию Тэхёна! Знал ведь, блин, что тот просто так никогда ничего не делает. — А Чимин-и у нас мужик. Хочет петь баритоном, как я. Ну на худой конец, как ты. Стыдно ему, понимаешь, в такой тональности звучать. По лицу Чонгука видно, что он начинает догонять. По Чимину видно, что он очень хочет встать и уйти отсюда нахрен. Чонгук спешит сказать: — Это было очень красиво, хён, — тараторит он, едва ли не взахлеб. — Я никогда не слышал таких мужских голосов, тем более среди айдолов. Очень… нежно и мягко. Мне нравится. Правда очень нравится. — И мне, — поддакивает Тэхён. Его блестящий план сработал без сучка и задоринки. У него за столько лет убедить Чимина в том, что он звучит красиво, а не постыдно, как девчонка, так и не получилось. Но почему-то Тэхён уверен, что у Чонгука Чимина убедить в этом получится с первого раза. Чимин косится на них. Про Тэхёна он все знает и понимает. Поэтому смотрит дольше и пристальней на Чонгука. У него лицо такое наивно-детское и открытое — сразу видно, не привирает и не льстит. — Правда звучит… нормально? — спрашивает он у него, все еще сомневаясь. — Нормально?! — возмущается Чонгук. — Ты звучишь офигенно! Очень необычно и запоминающе. — Давайте еще раз, — Тэхён тут же хватает пульт и ставит песню на повтор, раз они ее запороли. Теперь надо спеть как следует. Второй раз в тот же кипящий котел Чимину прыгать проще: по крайней мере, он знает, что его ждет. Чонгук все еще смотрит на него с искренним восхищением, буквально в рот заглядывая в ожидании божественных звуков. Чимин тушуется, но собирается, когда приходит его время петь. Он сразу начинает с нужной тональности, уже зная мелодию и примерно помня текст, и Чонгук импровизирует, подпевая ему на бэках. Последний куплет они поют вдвоем. Тэхен разряжается бурными аплодисментами, едва ли ногами по полу не стуча от восторга. — Давай еще! Хочу еще! — возбужденный Чонгук тут же хватает каталог и сразу листает раздел дуэтов, ища нужную песню. Он знает, какую музыку слушает Чимин. Его любимые треки он тоже запомнил. И делает выбор, от которого Чимин не в состоянии отказаться. Тэхён накладывает себе чачжанмена побольше, готовясь играть роль преданного зрителя предстоящего концерта, который затягивается на целый час. Из караоке Чонгук и Чимин выходят едва ли не в обнимку. Смеются, поют уже без микрофонов, передразнивают друг друга. Тэхён между ними не лезет: смотрит на них со стороны, следуя позади, и улыбается, пипец как собой довольный. Он не помнит, когда последний раз видел Чимина таким счастливым не на камеру. Ким Тэхён, ты гениален. Все просто. Все гениальное просто.