Кем я был с тобой

Икры Драко горели от каждого удара кроссовок о тротуар. Свежий утренний воздух хлестал по его уже покрасневшим щекам и наполнял ноющие легкие. Пот струйками стекал по шее, когда он промчался мимо пары маггловских туристов, которые зарылись с головой в бумажную карту, пытаясь сориентироваться в городе. Хотя он предпочел бы полетать на своей любимой метле — что казалось слишком рискованным с таким количеством магглов вокруг, — бег был еще одним его излюбленным способом ухода от реальности. Примитивно? Возможно. Но это всегда помогало освежить голову и мысли. По правде говоря, в юности он презирал физические упражнения, но летом перед шестым курсом пристрастился к интенсивному бегу. Ночные пробежки по территории Хогвартса стали для него спасением после каждой неудачной попытки починить Исчезательный шкаф в Выручай-комнате. Почему это должен быть именно ты? Сказанные накануне вечером слова словно насмехались над ним, и он удвоил свои усилия, пытаясь убежать от них. Грейнджер даже не представляла, сколько часов он провел в своем кабинете, размышляя над тем, как поступить с ее делом. Он неделями ходил взад-вперед, обдумывая, что хуже: мучиться самому, проводя неделю наедине с ней, или свести себя с ума, гадая, что в это время рядом с ней делают Маккарти или Смит? В конце концов Драко понял, что нет никого, кому бы он доверял больше, чем себе, в обеспечении ее безопасности, даже Блейзу. В его голове пронесся каждый момент предыдущего дня. Неужели у вас с Блейзом не нашлось никого другого в вашей фирме, кого можно было бы послать? Именно в этот момент Драко осознал, что сам ни разу не упомянул Забини. Это Грейнджер заговорила о нем. Она что, следила за его успехами после Хогвартса, как и он приглядывал за ней? Завернув за угол, он увидел вдалеке место назначения. С последним всплеском адреналина Малфой прибавил шагу, не обращая внимания на колющую боль в боку, пока не остановился перед высокими стеклянными дверями отеля. Прижав ладони к коленям, он дышал полной грудью и с каждым вдохом успокаивал сердцебиение. К тому времени, когда Драко вернулся в номер, он чувствовал себя бодрым и готовым к новому дню. Он вошел, ощутив покалывание по всему телу от собственных защитных чар, и поднял низ своей футболки, чтобы вытереть пот со лба. Звон посуды привлек его внимание, и рука инстинктивно легла на палочку, надежно закрепленную в кармане его серых тренировочных штанов. — Малфой, ты вернулся! Его хватка мгновенно ослабла при звуке голоса Грейнджер. Он закрыл за собой дверь и прошел через кухню их люкса в общую гостиную. Грейнджер уютно устроилась в кресле, подогнув под себя колени, с чашкой чая в руке. Она все еще была в пижаме, и его взгляд остановился на ее безразмерном свитере с отвратительно блестящим логотипом «Холихедских гарпий». Учитывая нелюбовь Грейнджер к квиддичу, он предположил, что джемпер, должно быть, подарен девчонкой Уизли. Сегодня ее волосы снова собраны вверх. Твою ж… Драко с трудом подавил желание скривиться, когда понял, что первое, что она увидела, когда он вернулся в отель, был его потный и голый живот. Мерлин, он надеялся, что хотя бы напряг торс. — Я ходил на утреннюю пробежку, — пробормотал он в ответ на вопрос, который она не задавала. Грейнджер тихонько хмыкнула. Похоже, настроение у нее было немного лучше, чем накануне вечером. — Мог бы и предупредить. — Предупредить? Вчера ты забаррикадировалась в своей комнате при первой же возможности. — Ты все равно мог бы оставить записку. Я проснулась, дверь открыта, а тебя нет. Подумала, что тебя похитили с целью выкупа или, возможно, я уже тебя спугнула, — Грейнджер задумалась, помешивая чай маленькой ложечкой. Она дважды постучала ей о край чашки, после чего положила на блюдце. — Беспокоишься обо мне? — пошутил он инстинктивно. — Скорее, размышляла о том, насколько безответственно было со стороны моего телохранителя вот так взять и исчезнуть без предупреждения. Цитируя твои же слова, я могла умереть, — заявила она с очевидным сарказмом в голосе. Драко недовольно сморщил нос. Неужели она думает, что он не в силах обеспечить ее безопасность? — Я прочесал весь отель, не говоря уже о том, что этот номер защищен не хуже Гринготтса. Что, по-твоему, представляет для тебя угрозу? Мебель? — Нет, конечно. Мы оба знаем, что диван не способен на убийство, — она закатила глаза и поставила блюдце на журнальный столик. — А если бы чай был отравлен? — Невозможно, я лично заварил этот чай. Она широко раскрыла глаза и уставилась на бледно-розовую жидкость в своей чашке. — Ты… — ее раздражение мигом рассеялось, и Грейнджер словно не могла найти подходящих слов. Зная, что она сказала бы дальше, он продолжил, хотя надеялся избежать этого разговора: — Малфои не доверяют чаю из рук чужаков с тех пор, как мой прадед Актеус Малфой чуть не погиб, приняв чашечку Эрл Грей от своего брата. — Отравленный чай… Как ужасно не по-британски, — на ее губах заиграла легкая улыбка. Он пожал плечами, достал из холодильника бутылку воды и сделал несколько жадных глотков, перед тем как ответить: — Я не скажу королеве, если и ты будешь держать рот на замкé. — Ты не знаешь королеву. — Конечно, я знаю королеву, — насмешливо ответил он и со стуком поставил бутылку на столешницу. — Я же Малфой. Она уставилась на него на мгновение, а потом сказала: — Бесит, что я не могу понять, серьезно ты говоришь или нет. Челка Драко прилипла ко лбу, и он вдруг осознал, насколько потным и липким себя чувствует. — У нас в запасе час, пока остальные участники не начнут прибывать на конференцию. Как насчет того, чтобы выйти минут через пятнадцать и позавтракать по дороге? — Я не особенно голодна. Страх сковал его грудь, сбивая дыхание. Щеки Грейнджер действительно выглядели ярче, чем обычно, а покрасневшее лицо могло свидетельствовать о повышенной температуре. Потеря аппетита — ранний признак более десятка болезней, какие-то из них нестрашны, а некоторые даже смертельны. Это был первый симптом его матери. Рука Драко дернулась от желания запустить в Гермиону дюжину диагностических заклинаний. — Ты должна была сразу об этом сказать, Грейнджер. Позволишь мне провести несколько тестов? Мне нужно проверить твои жизненные показатели. Она натянула рукава своего свитера и сжала их в ладонях. Чем дольше он смотрел на нее, тем сильнее краснело ее лицо. — Мои показатели? Я не больна. — Ты только что сказала, что не чувствуешь голода, — медленно повторил он, четко выговаривая каждое слово. — Я в жизни не встречал человека, более одержимого завтраком. А сейчас ты собираешься добровольно пропустить один из лучших завтраков в мире? — Может, ничего не звучит привлекательно, — попыталась оправдаться она. — Кроме того, я никогда не говорила тебе, что одержима завтраком. — Теперь ты просто вредничаешь. Ты чувствуешь себя хорошо, но ничто не кажется аппетитным? Совсем ничего? Она прикусила внутреннюю сторону щеки и прищурилась. Драко решил принять ее вызов и спросил: — А что насчет свежеиспеченного багета со сливочным маслом? Грейнджер лишь пожала плечами. — Или булочек с шоколадом? Она чуть не задохнулась от возмущения. — Как ты смеешь использовать шоколад против меня? — Не говоря уже о пончиках. — Отлично! — воскликнула она, вскидывая руки. — Ты победил. — Всегда побеждаю, — он ухмыльнулся. — Пятнадцать минут? В ответ она лишь закатила глаза и захлопнула за собой дверь спальни.

***

— Я все равно считаю, что ты перестарался с нарядом. Нацепил на себя костюм… Что, если кто-то примет тебя за работника конференции, а не за участника? — щеки Грейнджер стали еще розовее, да и говорила она с каким-то придыханием. Драко начал подозревать, что зря не измерил ее температуру. Если цвет ее лица не придет в норму в ближайшее время, то ему придется настоять на своем. Он проследил ее взгляд до своих начищенных туфель из драконьей кожи и приподнял одну бровь. — На мне костюм за пятнадцать тысяч галлеонов. Ни один уважающий себя человек не допустит такой ошибки. Грейнджер закинула в рот еще кусочек круассана. Ее веки затрепетали, и Драко заметил, что она еле сдерживается, чтобы не застонать от наслаждения. — Счастлива? Вопрос был, конечно же, риторическим. Когда Грейнджер ела свои любимые блюда, она олицетворяла радость. Она всегда водила плечами и качала головой, словно пританцовывая на месте, пока с аппетитом жевала. — Я бы ела это на завтрак, обед и ужин до конца жизни, если бы могла, — заявила она с набитым ртом. — Ни на секунду в этом не сомневаюсь. — Итак, какая у тебя работа? — спросила она, слизывая клубничный джем с кончика пальца. Драко задержал взгляд на ее указательном пальце, вспоминая, как нежно сжимал ее руку своей и исцелял этот самый палец до того, как все изменилось. — Предполагаю, что не очень-то весело каждый день ходить за людьми по пятам, — добавила она. — Я руковожу компанией. Мои будни обычно состоят из встреч и цифр. Я не… для меня необычно брать такие задания, — пока она не успела задать вопрос, он ответил: — У каждого в компании есть своя специализация. Я — эксперт по черной магии и темным существам, что делает меня наиболее подходящим для этой работы. Грейнджер подняла руку к своей цепочке на шее и рассеянно покрутила кулон. — Если существует такое разнообразие работы, как понять, кто вам подходит? — У нас есть ряд умственных, физических и магических требований, которым должны соответствовать все работники. После этого мы принимаем во внимание особые таланты или навыки и нанимаем сотрудников в соответствии с пожеланиями клиентов и нехваткой в нашей команде. — А что за умственные требования? — Ну, они должны быть уравновешенными, быстро соображать в необычных ситуациях, уметь справляться… — он замолчал и нахмурился, услышав, как она хмыкнула. — Что? — Малфой и «уравновешенный», — Грейнджер фыркнула, и это было бы обидно, если бы не прозвучало так мило. — Я уравновешенный! — Однажды я видела, как ты пнул растение, — совершенно спокойно припомнила она. — Разве это уравновешенно? Драко лишь раздраженно махнул рукой. — Уверяю тебя, меня спровоцировали, это было совершенно необходимо для деэскалации ситуации. — Я начинаю думать, что тебе неизвестно значение слова «деэскалация». — А я начинаю думать, что тебе неизвестно, на что способно это растение, — ответил он.

***

Долбаные серые спортивные штаны. Гермиона всю свою карьеру до этого момента работала на износ. Поздними ночами и в выходные расширяла границы возможного в современном зельеварении ради своего открытия. А сейчас, когда она была на пороге того, чтобы поделиться разработкой, которая произведет революцию в жизни людей, страдающих ликантропией, все, о чем она могла думать, — серые, мать их, спортивные штаны Малфоя. Костюм, в который он переоделся перед завтраком, тоже не особо помогал. Гермиона прижала тыльные стороны ладоней к пышущим жаром щекам, надеясь охладить их. Она ничему не научится на этой конференции, в этом она была уверена. — …видел лучшие защитные чары на дневнике, чем есть на этом месте! — голос Малфоя звучал раздраженно, когда тот продолжил свою тираду в адрес охраны. Ей хотелось спрятаться от стыда. Единственным утешением было то, что они пришли так рано, что единственными свидетелями скандала стали сотрудники. Гермионе такой Малфой показался слишком нервным. Все в его поведении говорило о тревожности: плечи напряжены, глаза анализировали все вокруг с явным недоверием, а рука зависла над палочкой, словно он был готов в любой момент ее использовать. Гермиона пережила войну и неоднократно спасала жизни Гарри и Рона в те месяцы, когда они искали крестражи. Она столкнулась с Пожирателями смерти в три раза старше себя и с самим Волдемортом. Смешно было предполагать, что она не сможет справиться с несколькими анонимными угрозами от стаи оборотней. К ним подошла блондинка с короткой стрижкой и ослепительно улыбнулась. — Прошу прощения. Здравствуйте, меня зовут Алина, и я один из организаторов конференции. Возможно, я могу быть вам полезной? Стоящий рядом охранник пробормотал что-то напарнику, и тот усмехнулся. — Наконец-то кто-то компетентный, — Малфой грозно зыркнул и повернулся к ним спиной. — Я потрясен отсутствием подготовки и безопасности этого мероприятия. По крайней мере, я ожидал, что вы обеспечите на всю неделю авроров… вместо этих идиотов. Алина сунула свою папку под мышку и протянула руку Малфою. — А, мистер Малфой, я ожидала вас. — Только не говорите мне, что его репутация опережает его даже во Франции, — проворчала Гермиона, наблюдая за их рукопожатием. — Что его выдало? Светлые волосы? Туфли, которые стоят больше, чем моя квартира? — Вообще-то, его пропуск, — ответила Алина, кивнув в сторону бейджика на кармане малфоевского костюма. — Я лично одобрила его полномочия для этого мероприятия в качестве личной услуги для Джона Лорана; мы вместе учились в Шармбатоне. Это стало неожиданностью для Гермионы, ведь она очень мало слышала от Джона о его учебе в школе. Ее босс всегда был немногословен и просто сообщил, что предоставляет ей охрану за счет компании. Она ненадолго задумалась, не остаться ли ей и выпытать истории из его школьной жизни, но искушение ускользнуть от Малфоя оказалось сильнее. — Как я уже сказала Джону, я понимаю, что, учитывая высокий авторитет мисс Грейнджер после войны, вы будете беспокоиться о ее безопасности, но могу заверить вас, что мы приняли все необходимые меры для мероприятия такого масштаба. Если хотите, я расскажу вам подробнее о расписании и планах на неделю? — Конечно, — немедленно ответил он. — Грейнджер? Гермиона отмахнулась от него. — Иди, а я пока поброжу по залу и подумаю, какие тяжкие преступления я должна была совершить в прошлой жизни, чтобы заслужить эту неделю с тобой. — Очень смешно, — вот только в его голосе не было и намека на смех. — Может быть, я саботировала договор между странами, которые раньше жили в мире. Или хуже — я, наверное, вошла в ресторан за пять минут до закрытия и заказала обед из трех блюд. Или завезла какой-нибудь инвазивный вид, который захватил экосистему и истребил все… — Грейнджер. С видом опытного профессионала Алина переключила свое внимание на один из многочисленных документов в своей папке. — Ой, иди уже, я справлюсь сама, пока ты десять минут будешь направлять свои невротические наклонности на кого-то другого. Здесь еще никого нет, — пробормотала Гермиона. Он обвел взглядом комнату, чтобы убедиться в ее правоте. — Отлично. Просто будь всегда начеку, ничего не трогай и ни с кем не разговаривай, пока меня нет. Она развернулась и ушла прочь, не обращая внимания на недовольство Малфоя. Ей потребовалось около пяти минут, чтобы найти человека, с которым можно было бы поговорить, чтобы намеренно нарушить правило Драко. Невысокий мужчина с редеющими каштановыми волосами расхаживал туда-сюда перед коллекцией колдографий, на которых были представлены все выступающие на этой конференции. Он остановился перед колдо Гермионы. — Здравствуйте! Похоже, мы сегодня самые ранние посетители. Меня зовут Гермиона Грейнджер, очень приятно познакомиться с вами, — Гермиона протянула ему руку и лучезарно улыбнулась. Мужчина широко распахнул глаза, и его взгляд заметался между ее колдографией и ею самой. — М-м-мисс Грейнджер! — он вытер свою ладонь о брюки и энергично ответил на приветствие. — Я читал о вас в британских СМИ. Я Игорь Петров. Они все еще пожимали друг другу руки, когда волосы на затылке Гермионы встали дыбом, а Игорь посмотрел ей за спину, тяжело сглотнув. — Грейнджер, — резко произнес Малфой. Ей даже не нужно было оглядываться, чтобы понять, что он одарил бедного Игоря классической малфоевской усмешкой. — Приятно было познакомиться. Мне пора идти, — Игорь бросился прочь так быстро, что она даже не успела возразить. Гермиона крутанулась на месте и ударила Малфоя в грудь. — Что это было? Постарайся быть менее устрашающим, иначе я здесь ни с кем не познакомлюсь. — Меня это устраивает, — проворчал он, сжимая в руках брошюру и какие-то бумаги, предположительно от Алины. Она переступила с ноги на ногу и скрестила руки на груди. — Да что с тобой такое? — Ничего особенного, я всего лишь должен защищать ведьму, которой явно жить надоело. Его английский подозрительно беглый. Он может быть засланным убийцей. Она уперла руки в бедра, заметно разозлившись. — На все помещение наложены переводческие чары, чтобы мы могли общаться без языкового барьера. Это международная конференция. — Он все еще может быть наемным убийцей. Они всегда заикаются. Напомнить тебе о профессоре Квиррелле? — Ты собираешься вести себя так всю неделю? — зашипела она на Малфоя, который теперь с интересом листал брошюру, не обращая внимания на Гермиону. В ответ он пробурчал что-то невнятное. В этот момент в главный зал конференц-центра вошла большая группа посетителей. — О, глянь, еще больше международных наемных убийц, с которыми я могу подружиться, — съязвила Гермиона и специально задела Малфоя плечом, когда прошла мимо. — Черт возьми, Грейнджер, — он бросился за ней, уронив при этом несколько бумаг. — Почему с тобой всегда так сложно? — Хм. Ты, должно быть, меня с кем-то спутал. На меня совсем не похоже.

***

К тому времени, как вводная ориентация подошла к концу, Малфой даже не разговаривал с ней, но Гермиона и не возражала. Он просто следовал за ней по различным презентациям, молча слушая выступающих и не сводя глаз с окружающей их толпы. Пока последний оратор готовил свою демонстрацию на главной сцене, к ним подошел седовласый мужчина в очках. — Простите, молодой человек, — обратился он к Малфою. — Вы выглядите знакомо, но я никак не могу вспомнить. Мы уже встречались раньше? Меня зовут Альберт Джонс. Малфой напрягся, и Гермиона заметила, как изменился язык его тела. Она встряла, не давая ему ответить. — Вы, наверное, видели его в газетах несколько лет назад. Это Майкл Бенсон, и я спонсирую его обучение в Лаборатории Хансена. Ему пришлось покинуть свою родину во время набегов нюхлеров в девяносто третьем году… Такая трагедия, как вы, я уверена, знаете. Взгляд Альберта смягчился, и он пробормотал: — Конечно, я практически эксперт в этом вопросе. Должно быть, вам пришлось нелегко. Соболезную вашим утратам. Так же быстро, как и появился, Альберт удалился и снова растворился в толпе. — Что за набеги нюхлеров? — спросил Малфой, сведя брови вместе. Гермиона быстро оглянулась через плечо и снова посмотрела на него. — А, я это выдумала. Альберт невыносим и «практически эксперт» во всем. Он немного похож на Слизнорта, которого интересуют только те, у кого есть влияние. Однажды я провела почти три часа на конференции в Барселоне, пытаясь сбежать от него. Представив тебя беженцем, да еще и из неизвестной семьи, я спасла тебя от его бредней, так что не благодари. — Я не понимаю. Разве это не идет вразрез с твоей идеей о «налаживании связей»? — Думаешь, я напрасно вмешалась? — сухо спросила она. — Ты говоришь как Малфой, и, если бы он тебя узнал, пошли бы слухи, тогда бы тебе тут продохнуть не дали. Ты сам сказал, что я могу объяснить твое присутствие как угодно. — И ты заставишь меня пожалеть об этом, верно? Она пожала плечами и оглядела его с ног до головы. — Знаешь, если ты собираешься таскаться за мной всю неделю, то мог бы доказать свою ценность в развлекательном плане. — Развлек… — он стиснул зубы. — Я доказываю свою ценность, сохраняя тебе жизнь. Гермиона скептически хмыкнула. — Я пока ничего не видела. Терренс! — она помахала стоящему рядом рыжеволосому мужчине в костюме на два размера больше его маленькой фигуры. — Терренс, это мой лаборант — Бенджамин Рейвенс. Под глазом Малфоя дернулась жилка, когда он пожал руку Терренсу. — Очень приятно! В какой области вы специализируетесь, Бенджамин? — Магические существа. Я знаю про твое пристрастие к этой области, а Бенджамин — ведущий эксперт, — с ухмылкой ответила Гермиона. — Не позволяй ему убедить тебя в обратном — он просто скромничает. Я сейчас вернусь, никуда не уходите, — она слегка подтолкнула Малфоя вперед и умчалась прочь. Раньше Гермиона ни за что бы не посчитала свой рост стратегическим преимуществом, но он определенно помог ей ускользнуть от Малфоя, когда она скрылась в густой толпе. Она надеялась использовать его чистокровные манеры против него и выиграть немного времени. Он был слишком вежлив, чтобы так быстро избавиться от собеседника, а она тем временем могла воспользоваться возможностью и представиться шведским зельеварам, которых заметила всего десять минут назад. Братья Ларс и Оскар Нильссоны выступали на первой утренней презентации, и у Гермионы накопилась к ним куча вопросов. Она нашла их недалеко от главного выхода. — Смотри, Оскар, помяни тролля, и он явится! Это же мисс Грейнджер! — воскликнул Ларс, показывая пальцем в ее сторону. Она поборола желание рассмеяться над шведской идиомой. — Здравствуйте! Очень приятно с вами познакомиться. Я надеялась поговорить с вами об экспериментальной технике, о которой вы упоминали утром. Оскар благодарно кивнул, а затем спросил: — Возможно ли, что вы родственница Гектора Дагворта-Грейнджера?* Она была приятно удивлена тем, насколько они были гостеприимны и дружелюбны, несмотря на их довольно отчужденный вид во время демонстрации. Быть может, они просто нервничали, когда выступали перед публикой. — О, нет, я… — Мы очень впечатлены вашим прадедом, — продолжил Ларс, переглянувшись с братом. Гордо выпятив грудь, Оскар добавил: — И мы тоже члены «Сугубо Экстраординарного Общества Зельеварителей». — Ничего себе, — пробормотала она. — У меня есть несколько вопросов по поводу примечания в конце вашей речи. Вы упомянули о тестировании новых способов применения волос абраксанского крылатого коня в зельеварении, но мне интересно, как вам удалось стабилизировать их для длительного использования. Мы рассматривали возможность разработки нового крема для детского отделения больницы святого Мунго, но волосы редки и обычно теряют свою силу раньше, чем мы успеваем закончить варку. Ларс понизил голос до шепота, как будто делился секретом. — Мы выявили, что лучших результатов можно достичь, когда волосы извлекаются и подготавливаются кем-то, кто использует палочку с сердцевиной из волоса абраксана. Так ингредиент извлекается с меньшим ущербом для существа и удваивает срок хранения. — Невероятно! — воскликнула Гермиона. — Только представьте себе последствия. Это почти означает, что темперамент коня влияет на качество гривы. — Копытная стружка абраксана также обладает лечебными свойствами, — вкрадчивый голос Малфоя заставил ее подпрыгнуть. Она почти забыла о своем несносном телохранителе. — Мы измельчаем их в порошок и смешиваем с соком из глаз иглобрюха, чтобы получить пасту для лечения особо стойких ядовитых ран. Гермиона повернулась лицом к самодовольному Малфою. — Откуда ты это знаешь? — У нас в поместье есть несколько абраксанов. — Почему меня это не удивляет? Он пожал плечами, окинув шведов критическим взглядом. — Моего деда звали Абраксас, и моя бабка решила пошутить, подарив ему существ, которых зовут почти так же, как его, и таких же упрямых. Позади нее Ларс осторожно кашлянул, и по груди и шее Гермионы пополз румянец от смущения. — Прошу простить меня, джентльмены. Это мой коллега, Эрни Бойлз. Малфой не очень скрытно наклонился к ее уху и прошептал: — Двадцать минут назад я был твоим помощником. И уже заслужил повышение? Если я буду слишком быстро продвигаться по карьерной лестнице, люди могут заподозрить, что я сделал что-то неподобающее, чтобы заслужить это. Гермиона заставила его замолчать одним лишь взглядом.

***

Они шли вместе по улицам Парижа, и в воздухе между ними витало напряжение. Драко потерял все свое терпение из-за неутолимого стремления Грейнджер свести его с ума. Весь день она провела либо в гневе и молчании, либо пыталась заложить его коллегам-академикам, чтобы сбежать из-под его охраны. Одно дело, когда она не воспринимала всерьез угрозы своей жизни, но совсем другое — когда она не могла даже вынести его присутствия. Если он не найдет способ вернуть ее расположение, она будет продолжать подвергать себя опасности, лишь бы избегать его. Краем глаза Драко увидел в переулке небольшой книжный магазин. Здание, увитое плющом, было едва заметно с главной улицы. Идеально! Он взял Грейнджер за локоть и почти потащил ее в том направлении. — Эй! Ты что творишь? — запротестовала она, пытаясь упереться пятками, но быстро сдалась. — Ты весь день была занозой в заднице, а я даже накормил тебя завтраком, — проворчал Драко, остановившись перед разрисованной дверью книжного магазина. — Я знаю, что ты меня не очень жалуешь, но мы должны провести эту неделю вместе, хочешь ты этого или нет. В ее глазах промелькнуло что-то такое, что он не смог определить, и ее плечи поникли. — Тогда что это? Взятка за мое сотрудничество? — Мы оба знаем, что я не против стратегического подкупа. Она окинула любопытным взглядом причудливый магазинчик. — Ты спланировал это? — Нет, но когда я увидел его, то понял: если что и может улучшить твое настроение, то только это. — Значит, это trouvaille, — заявила Грейнджер, потянувшись к позолоченной ручке. — Удачная находка, обнаруженная случайно. Полагаю, это хорошее предзнаменование. Облегченно выдохнув, Драко последовал за ней внутрь. Магазин, казалось, мгновенно превратил Грейнджер из злобной и язвительной женщины, с которой он провел последние полтора дня, в ту, которую он знал в школе. Она не спеша бродила между стеллажами и просматривала десятки книг, создавая стопку из выбранных фолиантов. Обойдя уже полмагазина, она заметила на одной из верхних полок книгу в серебряном переплете. Драко с весельем наблюдал, как она пыталась достать ее, но та была просто недосягаема. — Ты забыла, что ты ведьма? — пробормотал он, слегка улыбаясь. Драко обошел Грейнджер, с легкостью достал книгу и протянул ей. Она прижала томик к груди и подняла голову, встречаясь с ним взглядом. Ее голос был едва выше шепота, когда она ответила: — Сила привычки, наверное. И на мгновение они замерли во времени. Слова вертелись на кончике его языка, но он не успел что-либо произнести. Звон колокольчика со стороны входа разрушил чары невысказанных фраз, и Драко отступил назад. — Что ж, Малфой. Похоже, твоя взятка удалась, — Грейнджер оглядела магазин, явно довольная своей добычей. Он затаил дыхание, не веря такой удаче. — Неужели? Еда и книги сработали в мою пользу? — Беспроигрышная комбинация. — Кстати о еде, я не намерен сегодня снова пропускать ужин. Есть возражения против того, чтобы взять что-нибудь навынос на обратном пути в отель? Грейнджер выглядела так, словно у нее было что-то на уме, но ответила просто: — Никаких возражений. Драко наклонился и поднял оставшиеся книги, которые она выбрала. — Значит ли это, что мы достигли перемирия? Положив книгу в серебряном переплете поверх стопки, она кивнула. — Думаю, да, если и ты… — Да, — быстро ответил он. — И мы можем даже добавить десерт. Что-нибудь шоколадное? Она улыбнулась, и впервые за время этой командировки ее улыбка была искренней. — Отличная идея.               ─────────── *Гектор Дагворт-Грейнджер (англ. Hector Dagworth-Granger) — основатель «Сугубо Экстраординарного Общества Зельеварителей». Упоминался Горацием Слизнортом во время его первого урока зельеварения у шестикурсников в 1996 году. Профессор Слизнорт спросил Гермиону Грейнджер, которая удивила его своими невероятными знаниями в области зельеваренья, не приходится ли Гектор ей родственником. На что Гермиона ответила, что это маловероятно, так как она магглорожденная волшебница. Однако, если в семье маггла родился маг, возможно, раньше в роду были и другие волшебники. Наследственность может проявиться совершенно неожиданно. Если учесть фамилию и потрясающие магические способности Гермионы, то вполне возможно, что Гектор Дагворт-Грейнджер был одним из её родственников по линии отца.