Кем я был с тобой

Хогвартс, 1996 Все звуки в Большом зале казались настолько оглушающими, что Драко хотелось исчезнуть. От стука столовых приборов о фарфоровые тарелки, звяканья кубков друг о друга и по деревянному столу и негромкого шепота одноклассников закладывало уши. Верхнее освещение отражалось от золотого блюда перед ним, ослепляя бликами. Он склонился над тарелкой, вяло ковыряя вилкой свой ужин и считая секунды до того момента, когда сможет уйти, не вызывая подозрений. Аппетит пропал несколько дней назад, но если Драко пропустит еще один прием пищи, то привлечет к себе нежелательное внимание. Он заметил, как Амбридж критично оглядела Большой зал со своего места за главным столом. Она, как обычно, была с ног до головы во всем розовом, а улыбка на ее губах представляла большую угрозу, чем хмурый взгляд. Слева от Драко Тео доставал всех подряд, умоляя помочь ему составить звездную карту по астрономии. Справа — Пэнси махала палочкой, показывая Астории заклинание, которое заставляло ее кошку танцевать, ритмично покачивая хвостом. Драко мимолетно глянул в дальний конец стола и увидел двух слизеринок, которые переговаривались и хихикали между собой, наблюдая за ним. Он отвернулся. Эх, вот бы и Грейнджер можно было так легко понять. Драко перевел взгляд на стол Гриффиндора. Его тревожило, как часто он высматривал ее в коридорах, на уроках, во время еды, но ничего не мог с собой поделать. Естественно, она сидела между Поттером и Уизли. Первый с кислой физиономией смотрел на Дамблдора и не обращал внимания на своих соседей, а Грейнджер весело болтала с Уизли, поедая суп. Драко опустил взгляд на свою тарелку и нахмурился. — Кого я должен проклясть? — непринужденно спросил Блейз, выгребая из общей миски последнюю порцию картошки. Драко едва расслышал вопрос. Воротник рубашки сдавливал шею, и ему казалось, что он задыхается. Опустевшее блюдо волшебным образом вновь наполнилось до краев. Драко отодвинул вилкой жареную рыбу на край тарелки, освобождая место рядом с гарниром и создавая видимость, что хоть что-то съел. — Драко? — Что? — Малфой оторвался от своего занятия и посмотрел на лучшего друга, который озабоченно хмурил лоб. Блейз повторил, но на этот раз серьезнее. — Я спросил, кого надо проклясть? Драко все еще не совсем понимал, что произошло. — В смысле? Кроме того, твоя мать велела тебе так больше не делать. — Скорее предложила, и она бы поняла. Я спрашиваю, потому что ты смотришь на свои овощи так, будто они разрушили тебе жизнь, — Блейз кивнул на тарелку с кривой ухмылкой. — Это картошка, да? Потому что если так, то похоже, что она уже получила свое возмездие — вкусное, восхитительное возмездие. — Все в порядке. Я просто устал. Его друг покачал головой и взял ломтик картошки фри из тарелки Драко. — Да ты же ничего не ешь! Давай, открывай ворота, летит метла, — Блейз поднес картошку ко рту Драко, имитируя звук рассекающей воздух метлы. Драко отмахнулся от его руки. — Я не ребенок! — Тогда перестань вести себя как ребенок и расскажи мне, что стряслось. Я твой лучший друг, ты думаешь, я не могу понять, когда что-то не так? — Блейз положил картошку обратно на тарелку и вытер руки о салфетку на коленях. — Я никогда не видел тебя таким. Драко уже несколько дней не спал, и это было заметно. Два дня назад он достал из нижнего отделения своего сундука медальон, который хранился в его семье на протяжении многих поколений. Тот защищал владельца от заклинаний, изменяющих сознание, и не имел цены. Проносив его целый день и не заметив улучшений, Драко принял противоядие, полагая, что ему в еду или питье подмешали Амортенцию. Но нет. Он не был проклят — по крайней мере, не магией. Чем-то гораздо страшнее. Уизли наклонился к Грейнджер и что-то ей сказал с набитым ртом, держа в руке, подобно пещерному человеку, обгрызенную куриную ножку. К ужасу Драко, Гермиона откинула голову и рассмеялась. Ее смех был теплым и манящим, как кружка горячего чая в холодный зимний вечер. Почему создавалось впечатление, что она ластится к Уизли, как какая-то влюбленная школьница? Может быть, она всегда так смотрела на него, но Драко этого не замечал? А может, это он смотрел на нее новыми глазами. Грейнджер слишком умна, чтобы влюбиться в такого, как Уизли. И ей это известно. Нет, Грейнджер нужен кто-то, кто бросает ей вызовы, понимает ее, открывает новые стороны характера. Кто-то, подходящий ей гораздо лучше Уизли. Драко бесило, что она так смеется для него. Он же тупица. — Кто тупица? — спросил Блейз, запивая свой ужин тыквенным соком. Драко не собирался произносить последнюю мысль вслух. — Никто. Он никогда не думал, что будет ревновать к Уизли, но факты налицо. Его предки, наверное, переворачивались в семейном мраморном мавзолее. — Дружище, ты просто развалина. Ты точно не заболел? Завистью к Уизли, возможно. — Честно, я в порядке. — Ты всегда был упрямым. Если передумаешь, я могу пойти с тобой в больничное крыло, — предложил Блейз. Драко с отвращением посмотрел на свою еду, затем оттолкнул тарелку и встал. — Спасибо за предложение. Увидимся в гостиной.

***

Пытаясь проветрить голову, Драко бродил по коридорам Хогвартса. Одной из привилегий, которую он получил как член Инспекционной дружины, была возможность свободно разгуливать по замку в любое время суток, ни перед кем не отчитываясь. Он прошел мимо стены с декретами об образовании, которая была покрыта таким количеством табличек, что под ними едва проглядывался камень. Драко размышлял, пытаясь точно определить момент, когда все пошло не так. Неужели его танцевальные навыки оказались неподобающими? В конце концов, Грейнджер получила надлежащую подготовку в бальных залах, но ее обучали магглы, у которых могли быть другие обычаи. Но что он мог сделать или сказать, чтобы обидеть ее? Он поцеловал ее руку. В тот момент он не смог устоять, однако после того, как адреналин схлынул, Драко начал сомневаться. Но она приняла его пиджак, чего бы не сделала, будь она расстроена. И ее волосы были распущены. Хотя... Он знал, что она не любит летать, и все же настоял на этом. Грейнджер могла обидеться на него за то, что он не считался с ее чувствами, даже если ей, по всей видимости, понравился их совместный полет. Что вообще делать мужчине, когда на него злится ведьма? Его отец покупал матери бриллианты, но Грейнджер не носила драгоценностей. Девчонки такие непонятные. Устроившись на каменном выступе под арочным окном, Драко посмотрел вниз. В обычный год территория замка была заполнена студентами, которые делали уроки, греясь под солнечными лучами, играли в квиддич или во взрывающиеся карты. С введением правил Амбридж многое изменилось. Ученики группками начали проходить мимо, возвращаясь в свои общежития. Похоже, Амбридж распустила их после ужина. Драко находился как раз на пути к гриффиндорской башне, что означало… В коридоре показалась буйная грива каштановых кудрей, и Драко спрыгнул со своего места, оглядывая толпу на наличие Поттера или Уизли. Слава Мерлину, Грейнджер шла одна. — Малфой, — выдохнула она, удивленно вздрогнув при его внезапном появлении. — Мы можем поговорить? — спросил он, потирая затылок, а потом потянул за галстук, ослабляя его удушающий захват. Она оглянулась по сторонам и кивнула, подавая знак, чтобы он следовал за ней в ближайший пустой класс. Закрыв за собой дверь, Грейнджер подняла на него встревоженный взгляд. — Что случилось? Ты выглядишь… Драко невесело усмехнулся. — Ничего страшного, правда. Просто не думал, что мои танцевальные па настолько ужасны… Я знаю, что кое-что мог подзабыть, но неужели это тебя так напугало? — Твои па? — повторила она, нахмурившись. — Мне понравилось танцевать с тобой. Его усмешка растаяла, а сердце упало в пятки. — Тогда в чем дело? Я ведь наверняка что-то сделал не так, раз ты избегаешь меня, как будто у меня тяжелая форма обсыпного лишая. Я всю голову сломал, пытаясь понять, что именно. — Ты не сделал ничего плохого, — быстро заверила она и, понизив голос, добавила: — Честно говоря, я думала, что тот вечер мне приснился, — Грейнджер опустила взгляд и нервно разгладила складки на юбке. — Тогда что же произошло? Мне показалось, что у нас… что между нами что-то промелькнуло, Грейнджер, — пробормотал он, чувствуя, как першит пересохшее горло. — Промелькнуло. — Я не понимаю. Ты перестала приходить в библиотеку, игнорируешь мои записки, избегаешь меня на уроках, черт, ты даже не смотришь на меня больше. Почему ты не смотришь на меня? — хрипло спросил Драко. Вихрь эмоций за последний месяц нахлынул на него разом, перекрывая кислород. Он осторожно приподнял ее подбородок, ловя взволнованный взгляд. — Что мы вообще делаем? — прошептала Грейнджер, широко распахнув глаза. От этого вопроса сердце забилось быстрее, и он нежно провел большим пальцем по линии ее челюсти. Кожа была такой мягкой и гладкой. — Я спрашивал себя об этом тысячу раз. Не знаю. В моих мыслях лишь ты… Я почти уверен, что сошел с ума. Гермиона судорожно вздохнула и впилась зубами в нижнюю губу. — Мне кажется, я тоже. Ее взгляд упал на серебряный значок, приколотый к его мантии. Внезапно Драко почувствовал, что этот кусочек металла стал тяжким грузом, утягивающим его за собой. Не успела Грейнджер сказать и слова, как Малфой сорвал его. — Это из-за дружины? Я уйду, это все равно полная херня. Значок выпал из его руки и с лязгом покатился по каменному полу. Грейнджер обхватила себя руками, сжав в кулаках мантию. — Не в этом дело. Этот год стал сущим адом для стольких студентов, а я убегаю от всего, проводя время с тобой. Это несправедливо. Внутри него зажглась искра надежды. Может быть, он ничего и не испортил. — Несправедливо? В жизни нет ничего справедливого. А это значит, что мы просто обязаны искать счастье там, где можем. — Но это еще не все. Гарри сейчас хуже, чем когда-либо, ученики в ужасе от Амбридж, а я должна быть их старостой, но вместо того, чтобы помогать им, я тут влю… я тут… с тобой. — Ты здесь со мной, — повторил он, взяв ее руки в свои, и чуть не воспарил к потолку, когда она переплела в ответ их пальцы. — Мы рискуем всем из-за Амбридж, наших друзей и твоей семьи. В этом нет ничего логичного… — Мне плевать на логику. Грейнджер, я наблюдал, как ты посвящала годы своей жизни тому, чтобы быть нужной другим людям, и ничего не брала взамен. А чего хочешь ты? — Это эгоистично, — пробормотала она, крепче сжав его ладони. — Есть одна истина, которую понимают слизеринцы и которую вы, гриффиндорцы, могли бы взять на заметку: иногда быть эгоистом — это нормально, — тихо произнес Драко, глядя ей в глаза. — Забота о себе не делает тебя плохим человеком. — Малфой, — ее голос звучал предупреждающе, но она смотрела на него с теплом и нежностью. В приступе временного помешательства он снова поднес ее руки к своим губам, как в конце их танца, и поцеловал тыльную сторону ладони, удерживая ее взгляд. — Чего ты хочешь, Грейнджер? — Тебя, — прошептала она, своим ответом на мгновение перехватывая его дыхание. После недели изнурительных переживаний он наконец-то смог свободно вздохнуть. Облегчение разлилось по всему телу, прогнав все невысказанные страхи. И даже если бы сам Волдеморт ворвался сейчас в класс, Драко не отвел бы взгляда: всем своим существом он был полностью, абсолютно и всецело очарован ею. — Могу я тебя поцеловать? Она кивнула еще до того, как он закончил вопрос. Драко сократил и без того ничтожное расстояние между ними, замер на долю секунды и прижался губами к ее рту. Мир тут же взорвался красками, словно вспышка света, пропущенная через калейдоскоп. Малфой никогда не думал, что нежный поцелуй может ощущаться как удар стали по кремню, создающий искру, которая разжигает огонь в его груди. Слишком быстро поцелуй закончился, и он отстранился, любуясь легким румянцем на ее щеках. — Это был мой первый поцелуй, — выдохнула Гермиона, кончиками пальцев касаясь нижней губы. Это признание едва не сбило Драко с ног. — Что? — неверяще спросил он. — Но я думал, ты целовалась в прошлом году с Крамом или Поттером... по крайней мере, так говорят все девчонки из Слизерина. Грейнджер просто покачала головой и опустила взгляд к его губам. — Это только слухи. Я никогда… Ну, я не… Он ощутил какую-то собственническую гордость при мысли о том, что первым поцеловал ее. Теперь он был такой же частью ее истории, как и она его. На мгновение, пусть даже на короткое, их жизни переплелись и соединились, чтобы разделить первый поцелуй. Прежде чем он успел сказать хоть слово, она притянула его к себе за галстук, снова сталкивая их губы. Поднявшись на цыпочки, она обвила руками его шею и прижалась еще ближе. Малфой не мог сформулировать ни одной связной мысли. Все, о чем он думал, это о том, какая она миниатюрная в его объятиях и что он готов сделать все на свете, чтобы защитить ее. Драко обрел смысл бытия в прикосновении ее губ.

***

Месяцы после того первого поцелуя были одними из самых счастливых в его жизни.

***

Драко поднес одно драже «Берти Боттс» к свету и прищурился, ища маленькие серые крапинки. Серого не было видно, и он аккуратно положил его в растущую горку темно-коричневых конфет на столе в библиотеке. Он выбрал светло-зеленое драже из коробки между ними и закинул его в рот. Трава. Драко скривился и быстро съел следующую красную конфету, надеясь избавиться от привкуса во рту. Эта оказалась с вишневым вкусом, который ему не особо нравился, но определенно превосходил траву. Следующее драже было коричневым, поэтому он еще раз внимательно осмотрел его, а затем бросил во вторую кучу. — Не хочешь рассказать, чем ты занимаешься? — спросила Грейнджер, глядя поверх своей книги. — Ты отвлекаешь меня от чтения. — Я ищу серые вкрапления в конфетах. Они едва заметны, но серый цвет означает, что у них вкус грязи, поэтому я не рискую, — ответил он совершенно искренне. Она с любопытством посмотрела на две горки коричневых драже и закрыла книгу. — Я вся внимание. И что ты собираешься делать с этими со вкусом грязи? — Они отправятся в личную банку конфет Амбридж. Она заслужила. Грейнджер захихикала. — Она заслуживает гораздо большего, чем конфеты со вкусом грязи. А другая стопка? Вместо ответа Драко выбрал драже из первой кучки и поднес к ее губам. Грейнджер улыбнулась и, приоткрыв рот, взяла конфету. Ее глаза тут же загорелись, и она воскликнула: — Это шоколад! — Эта стопка для тебя, — Драко чмокнул ее в щеку. — Я заметил в прошлом месяце, как ты рылась в коробке в поисках шоколадных, и не хотел, чтобы тебе попались противные. Несмотря на то, что шоколадные «Берти Боттс» были любимыми и у Драко, он пожертвовал бы ради нее всеми до единой. Грейнджер повернулась к нему и, взяв его лицо в ладони, поцеловала в губы. — Только посмотрите, мой новый любимый способ наслаждаться шоколадом, — пробормотал он, подаваясь ей навстречу. А она снова улыбнулась. Ему никогда это не надоест. — Не могу поверить, что у тебя хватило терпения перебрать их, пока я читаю, — она посмотрела на коробку со сладостями, стоявшую между их чашками чая. — Сколько ты уже съел? Драко пожал плечами, не обращая внимания на усиливающуюся боль в желудке. — Немного. Я знаю, как ты любишь шоколадные, и хочу только самого лучшего для девушки, за которой ухаживаю. — Ухаживаешь? — промурлыкала она, зажав рот руками и хихикнув. — Так вот что это такое? Звучит так… официально. — Мне казалось, что я достаточно ясно выразил свои намерения в отношении тебя, — ответил он игриво. — Что ж, возможно, мне не помешает напоминание, — поддразнила она, стащив еще одно шоколадное драже. Драко провел пальцами по ее волосам, нежно взял ее за подбородок и заглянул в глаза. — Мои намерения — сделать тебя счастливой, слышать твой смех как можно чаще и, — наклонившись ближе, он поцеловал ее, — чтобы ни один день не проходил без этого. — Вау, — выдохнула она. — А ты хорош! — Неужели? — он чувствовал, как раздувается его эго. — Да, это, — прошептала она в его губы, когда он снова поцеловал ее, — очень отвлекает. Такими темпами моя успеваемость сильно упадет. — Мяу! Звук, казалось, возник из ниоткуда и не предвещал ничего хорошего. — Живоглот! — воскликнула Грейнджер, разорвав объятия, и посмотрела вниз. На пол рядом с их столом плюхнулся кот, в равной степени пушистый и грязный. Он начал тереться о ногу Грейнджер и мурлыкать. Драко прищурился и усмехнулся. Это, должно быть, тот самый кот, о котором всегда говорила Грейнджер. Не может быть, чтобы этот замарашка умел читать мысли. Она, скорее всего, нашла его в мусорном баке в Косом переулке. По интеллекту кот, вероятно, соперничал с Уизли, и это искажало ее восприятие. Живоглот замер и повернулся к Драко, зашипев и оскалив клыки. Да ладно?! Наверняка совпадение или благодаря животным инстинктам он почувствовал, что Драко был раздражен и не оценил прерывания их с Гермионой зажиманий. Где-то в глубине души кот должен был понять, что Драко займет место самого важного мужчины в ее жизни. Живоглот нарочито медленно покачал своей недольвиной головой. В два прыжка он оказался на столе и взмахом хвоста разметал кучки так тщательно отобранных конфет. Драко ответил кошачьему оскалу своим самым грозным взглядом. Кот устроился прямо напротив Малфоя, смотря ему в глаза, а возможно, и в душу. — О! Мои мужчины знакомятся друг с другом, — пропела Грейнджер, не подозревая о мысленной войне, ведущейся между ними. Драко какую-то минуту подумывал швырнуть в кота свою чашку чая, размышляя, сможет ли сделать так, чтобы это выглядело случайно. Живоглот тихо зарычал. Сохраняя зрительный контакт, он ударил лапой по кружке Драко, дважды толкнув ее к краю стола, и та упала на каменный пол библиотеки, разбившись на полдюжины осколков. Вызов. — Глотик! — укоризненно прикрикнула Грейнджер и вскочила, чтобы починить чашку и вытереть пролитый чай. — Мне так жаль, Малфой, он иногда так делает. Я приберу. Одно можно было сказать наверняка: Драко отказывался моргать первым. Живоглот оказался достойным противником. Он смотрел непоколебимым взглядом, а его янтарные глаза ни разу не дрогнули. Этот страшила был слишком умен для обычного кота. Сухие глаза Драко горели от желания моргнуть, когда он тихо спросил: — Ты уверена, что он не анимаг? — О, ты не слышал о крысе Рональда? — Что? — Я могу гарантировать, что Живоглот был тщательно проверен, — она что-то пробормотала себе под нос, убирая палочкой пролитую жидкость. — Больше меня не обманешь. — О чем это ты? — Ее реакция нарушила его концентрацию, и он моргнул. Проклятие! Живоглот победно взмахнул хвостом. Возможно, я ошибался на твой счет, — подумал Драко, глядя на кота. — Я хотел бы предложить союз или, по крайней мере, перемирие. Позволь мне погладить тебя. Твоей маме будет приятно, что мы поладили. В обмен на твою сговорчивость я буду ставить для тебя миску со свежими сливками возле башни Гриффиндора каждый раз во время обхода. Живоглот перестал вилять хвостом, словно обдумывая предложение. И столько лосося, сколько сможешь съесть, — мысленно добавил Драко. Усы кота дернулись, и как раз в тот момент, когда Грейнджер вернулась на свое место, Живоглот ткнулся головой в ладонь Драко. Грейнджер ахнула от восторга и хлопнула по его плечу, совершенно забыв о своем раздражении по поводу разбитой кружки. — Мерлин, я не могу поверить, что он только что сделал это! Он никогда никому, кроме меня, такого не позволял. Драко провел рукой по голове Живоглота, поглаживая его по ушам и спине. — Похоже, что у нас есть взаимный интерес.

***

— Простите за вторжение, профессор Стебль, но мне нужно забрать Грейнджер из класса, — протянул Драко, стараясь придать своему лицу безучастное выражение. — Надо кое-что проверить по заданию Инспекционной дружины. Класс гудел от оживленных разговоров. Ученики работали с горшечными растениями, подрезая их и аккуратно отделяя листья, которые потом будут высушены и измельчены в порошок для приготовления зелий второкурсниками. Грейнджер распахнула глаза, избегая пытливых взглядов Поттера и Уизли. Профессор Стебль поджала губы и отмахнулась от него, кивнув Грейнджер, что та свободна. Гермиона вскочила со своего места и быстро очистила палочкой руки от грязи и сажи, после чего спокойно вышла из теплицы. Драко шел по территории с обычной скоростью, стараясь не привлекать внимания, и слышал, что Грейнджер следует в нескольких шагах позади. Он резко свернул налево, направляясь к близлежащему сараю для хранения квиддичных принадлежностей. — Ты не можешь вот так использовать свой значок для всего, что тебе вздумается, Малфой, — шипела Грейнджер у него за спиной. И все же она прошмыгнула в открытую им дверь. Когда та закрылась за ними, освещение внутри померкло. Лучи света пробивались сквозь небольшие щели в деревянных досках, из которых были сделаны стены. Но даже в темноте Драко смог разглядеть слабую улыбку Грейнджер. — Ты ведешь себя безрассудно, — прошептала она. — Мне все равно, — ответил он, а затем поцеловал так, чтобы ей тоже стало наплевать. Драко уже потерял счет минутам, когда Гермиона прервала их поцелуй и прижалась к его лбу своим, закрыв глаза. — Наверное, я и в самом деле немного перфекционистка. Приятно иметь чуть больше времени для практики. — Для практики? Ее дыхание сбилось, когда она взяла его руки и положила себе на бедра. — О, — он сглотнул, глядя в ее расширенные зрачки. — Конечно, если ты хочешь… Не дав произнести еще хоть слово, он приподнял ее и усадил на ближайший стол, опрокинув при этом несколько бутылок средства для чистки метел. Она без промедления раздвинула ноги и притянула его ближе, а он устроился между ними. Они идеально подходили друг другу, как кусочки головоломки, и все его тело отзывалось на каждое ее движение. Грейнджер забросила руки на его плечи, скрестив их в запястьях за его головой. Если бы она сдвинулась хоть на дюйм влево, то внутренней стороной бедра почувствовала бы выпуклость в его брюках, и Драко бы умер на месте от стыда, оставшись бродить по территории Хогвартса в виде призрака с вечным стояком. Она нахмурила брови и прошептала: — Я хочу остаться, но мне лучше не задерживаться. Гарри и Рональд захотят узнать, о чем мы говорили. — Ты рассказала им о нас? Она тяжело вздохнула. — Нет. С тех пор, как я встретила Гарри и Рона, у меня никогда не было ничего, что принадлежало бы только мне. Я расскажу им, клянусь, но пока хочу, чтобы ты был только мой. Это ужасно эгоистично? Он прекрасно понимал, что она имеет в виду. Так много раз он почти признался Блейзу или Тео, но в конечном счете просто находил отговорки, чтобы сбежать в библиотеку и наслаждаться временем с ней наедине. — Вовсе нет. Я хочу того же. — Думаю, травология подождет, — прошептала она с лукавой усмешкой. — А может, еще и Уход за магическими существами, — пробормотал он ей в губы. — Я еще не уверен, что готов тебя отпустить.

***

— Должна сказать, что в магии есть много прекрасных вещей, но моей самой любимой являются расширенные карманы, — Грейнджер засунула в них руки для подтверждения своих слов и дважды крутанулась на месте, отчего ее юбка задралась на ветру. Ее энтузиазм был заразителен, и он не мог перестать смотреть на нее. Драко, как и любой Малфой, был избирателен в выборе одежды, но никогда не задумывался об этой маленькой детали. — Карманы? — Ты еще не знаешь о тяжелой участи женщин и их карманов! Как по мне, даже один и самый простой — это уже победа. А то, что я могу уместить в нем небольшую библиотеку, — не что иное, как чудо, достойное собственной религии. Он прислонился к ближайшему дереву и с улыбкой скрестил руки. — Ты невероятно очаровательна, ты знаешь об этом? Я никогда не задумывался о том, каково это — остаться без расширенных карманов. Наверное, я всегда воспринимал такие вещи как должное. — Ой! — Грейнджер наклонилась и сорвала с земли уродливый сорняк, полный пушистых белых семян. Она закрыла глаза и сильно дунула: семена отделились от стебля и полетели по воздуху, подхваченные ветром. Это было простое действие, но ему нравилось, как она находила красоту в самых незначительных вещах. Он проходил мимо этих сорняков тысячу раз, не обращая никакого внимания. Отныне если он наткнется на них, то будет думать о ней. Такими темпами они никогда не вернутся в класс, а проведут весь день в их укромном уголке, и он был несказанно этому рад.

***

Шорох, а затем тихое мяуканье отвлекли внимание Драко от домашней работы. Он сидел в библиотеке, ожидая, когда Грейнджер присоединится к нему для их свидания. — Живоглот, что ты здесь делаешь? — спросил Драко, потянувшись вниз, чтобы погладить своего пушистого союзника. К его ошейнику была привязана небольшая стеклянная банка с чаем из сакуры и записка от Грейнджер, в которой та извинялась, что задерживается после занятий. — Пока ты здесь, я хотел кое-что сделать, — сказал Драко, отвязывая баночку и бросая ее в сумку. В ответ Живоглот запрыгнул на стол так, что они оказались лицом к морде. Большие янтарные глаза с любопытством рассматривали Драко. Он уже несколько недель оставлял коту угощения и с гордостью мог сказать, что они были в дружеских отношениях. Твоя мама — самостоятельный человек и может говорить за себя сама, но я хотел бы попросить твоей поддержки в ухаживании за ней, — мысленно обратился он к Живоглоту. — Я знаю, что, возможно, не заслуживаю ее, во всяком случае, пока, но хочу, чтобы она была в моей жизни до тех пор, пока она сама того пожелает. Похоже, кот не особо впечатлился и начал расхаживать по столу. Если настанет час, когда я больше не смогу приносить ей счастье, клянусь, я уйду. Драко вытер вспотевшие ладони о колени. Ему было неловко за то, как сильно он жаждал одобрения Живоглота, и он чувствовал, что в данный момент оно ускользает. Я люблю ее. Живоглот резко остановился и посмотрел на него. Впервые Драко произнес эти слова, да еще и коту, умеющему читать мысли. Он окончательно сошел с ума. Может, стоит попробовать фамильный медальон еще раз? Когда он уже начал думать, что, возможно, совершил ошибку, Живоглот потерся о его руку и громко замурчал. — Обещаю, что позабочусь о ней, — со всей серьезностью заявил он коту.

***

— Ты и Грейнджер? — повторил Блейз, выпучив глаза. Он наклонился ближе, опираясь левой рукой о спинку черного кожаного дивана. — Ты издеваешься надо мной. Драко сердито взглянул на своего старейшего друга. Он не был уверен, какой реакции ожидал, но точно не такой. — Не так уж и необычно, что я встречаюсь с Грейнджер. К его удивлению, Блейз фыркнул. — Да я не об этом. Я видел, как ты много лет ходил за ней по пятам. Ты разве что за косички ее не дергал и не подстраивал игру в бутылочку. — Подожди, ты знал? — Я твой лучший друг. Конечно, я знал, что ты на нее запал. У тебя не очень-то хорошо получалось это скрывать, — Блейз закатил глаза. — Я просто никогда не думал, что она будет встречаться с тобой. — Спасибо, приятель, — сухо отрезал Драко. Блейз подмигнул и прищелкнул языком. — Обращайся. Но я горжусь тобой, что ты наконец-то решился действовать. Насколько серьезен ты в своих намерениях? — Я еще никогда ни в чем не был так уверен, — тихо признался Драко. Блейз тут же усмехнулся и сказал: — Тогда мне этого достаточно. — Ты не собираешься меня отговаривать? — А это сработает? — Нет. Забини дважды похлопал его по плечу. — Тогда вот тебе и ответ. Не буду тратить лишних слов, — в его глазах появился озорной блеск, когда он спросил: — Итак, она хорошо целуется? Похоже, она из тех, кто заранее читает об этом и тщательно готовится. Драко опустил голову, пряча улыбку, и ткнул своего лучшего друга локтем в ребра. Хотя Блейз знал, что он еще ни с кем не целовался, Малфой не собирался делиться этими интимными подробностями без ее разрешения. — Ах ты кобель! Поверить не могу, что она не заехала тебе еще раз! — Блейз рассмеялся так громко, что Драко шикнул на него. В подземелье было слишком много эха, чтобы так громко разговаривать. — Тише ты, — он подождал, пока какой-то второкурсник пройдет мимо них в спальни, и продолжил: — Это случилось один раз на третьем курсе. С тех пор мы оба повзрослели. — И все равно на один раз больше, чем я получал от девчонки, — пробурчал Блейз. — Может, мне провести с ней официальный разговор о ее намерениях и убедиться, что она не будет тебя обижать? — Очень смешно, — пробормотал Драко. Он плюхнулся на диван и глубоко вздохнул. — Я собираюсь подарить ей свой перстень с печаткой. Выругавшись себе под нос, Блейз мгновенно посерьезнел. — Ты уверен? Она магглорожденная. Она не поймет значения. — Но пойму я, и я чувствую, что она все для меня. Блейз поднес руку к груди. — Ах, юная любовь. — Это и есть любовь, — Драко мечтательно улыбнулся. — Верно?

***

Драко нервно наворачивал круги по библиотеке, не в силах усидеть на одном месте в ожидании Грейнджер. Когда он уже в третий раз запетлял между стеллажами, она наконец появилась. — Мерлин, я не знаю, что мне делать на следующей неделе с чарами, потому что я видела… — ее взгляд остановился на книге, которую он крепко сжимал в руках. — Что у тебя там? — Я нашел средства, чтобы просто купить эту чертову книгу, — ответил он с нерешительной улыбкой, протягивая ей подарок. — Это для тебя. Ее щеки раскраснелись от осознания того, что он повторил ее собственные слова. Она в шоке уставилась на него и заикаясь проговорила: — М-малфой, я не… то есть ты не должен был покупать ее для меня. Я вредничала. — Просто открой, Грейнджер. Тяжело сглотнув, она раскрыла книгу и увидела перевязанное зеленой атласной лентой кольцо с печаткой. — Я хочу больше, чем дружеские фенечки… больше, чем дружбу. Грейнджер, то, что я чувствую с тобой, непередаваемо. Она глубоко вдохнула и подняла на него глаза. — Я… не могу этого принять, это слишком. — Я даже не хочу думать о том, каким был бы этот год без тебя, — искренне прошептал он. К его удивлению, ее глаза наполнились слезами. — Почему мне кажется, что в конце концов ты разобьешь мне сердце? От этой мысли Драко почувствовал головокружение и панику. — Никогда, — он затряс головой так быстро, что рисковал повредить шею. — Я никогда не причиню тебе боль, обещаю. Она улыбнулась ему сквозь слезы. — Не давай обещаний, которые не сможешь сдержать, Малфой. — Я человек слова, — он отвязал перстень и положил ей на ладонь, сомкнув ее пальцы вокруг. — Пока это кольцо с тобой, там же будет и мое сердце. — Оно немного великовато, — прошептала она. — Я найду способ носить его. Сердце Драко наполнилось гордостью при мысли о том, что она будет носить его печатку. — Драко Малфой — романтик. Мне никто не поверит, — поддразнила она, очаровательно сморщив носик. Ему нравилось, как звучит его полное имя на ее губах. Он надеялся слышать его снова и снова. Впервые он почувствовал, что сам творит свое будущее и ждет его с нетерпением. Ведь это будет не то, что решили за него родители. — Возможно, так и есть, — тихо признался он. — Кто бы мог подумать, что ты сможешь пробудить это во мне. Она посмотрела на золотое кольцо в своей руке и улыбнулась. — Я обещаю, что буду носить его каждый день. Лучшее было только впереди, и, что бы ни случилось, Драко знал, что справится со всем, пока она рядом.