Так сошлись звёзды

×××

Нин Гуан нравится проводить время с Бэй Доу. Эта женщина действует на неё, как хороший дорогой алкоголь, но без похмельных последствий. Такая она до невозможности приятная, жизнерадостная и просто милая, что Нине хочется быть рядом с ней часами. Никто и никогда ещё так сильно не заряжал её энергией и желанием жить. Да и смехом, вообщем-то тоже. Эти двое сидели на кухне и смеялись как ненормальные, постоянно вкидывая в обычный, казалось бы, разговор всякие саркастические шутки. В какой-то момент всё дошло до того, что Бэй Доу начала уверять блондинку в том, что в следующий раз придёт в школу, косплэя Ларису Гузееву. — Вы же даже не похожи! — выкрикивает Нина, покатываясь от хохота. — Ещё чего, похожи и даже очень. — Брюнетка упирает руки в боки, деланно хмурясь. И что-то в голове Нин Гуан в тот момент щёлкнуло. Без тени иронии, толком не задумываясь, она вдруг выпалила: — Нет, вы молодая, стройная и красивая, совсем не такая, как… Обе вдруг заткнулись, смех смолк. Блондинка прикрыла рот ладонью, понимая, что сказала сейчас нечто очень откровенное. А Бэй Доу удивлённо вздёрнула бровь. Вскоре на её лице вновь появилась улыбка: хитрая, кошачья. Сердце Нины пропустило удар. Преподавательница выглядела сейчас чертовски привлекательно. Хотя, может в голову светловолосой просто запоздало ударил сидр? — Благодарю за комплимент. — Игриво мурлыкнула Доу и встала из-за стола, загружая грязные тарелки в посудомойку. Нин Гуан поняла, что их разговор зашёл совсем не в ту степь. Нет, она не может сейчас просто взять и влюбиться в женщину, у которой вероятно есть муж, или того хуже — дети. Блондинка ведь толком ничего об учительнице то и не знает. Но ведь никогда не поздно попытаться, верно? — Кстати, о «Давай поженимся», а у вас самой супруг есть? Бэй Доу хохотнула, вновь оборачиваясь к Нине. — Не-а, я не настолько люблю мужчин, чтобы строить с ними что-то кроме дружбы. — Сказала загадочно. А у светловолосой будто ком в горле встал. Неужели это был намёк на то, что Доу — лесбиянка?

«А почему она, собственно, тогда вообще находилась в моём стрип-клубе? Аудитория там обычно исключительно мужская, да и не самая интелегентная. Женщин там встретишь редко, а если и так, то в большой компании парней. Бэй Доу же была, кажется, совсем одна.»

Мысли в голове сменяли одна другую, пока не всплыло одно давнее воспоминание. Нин Гуан захлопала глазами, пытаясь понять, а относится ли оно непосредственно к учительнице. Тогда бармен рассказал ей по секрету, будто в этот клуб частенько заглядывает одна темноволосая женщина. И делает это исключительно для того, чтобы посмотреть на блондинку… — Ладно, пора бы уже спать. А то наш поздний ужин плавно перетечёт в ранний завтрак. Бэй Доу решительно оборвала мысленный поток Нин Гуан, словно бы не желая, чтобы та додумывала до конца. Интересная женщина, ничего не скажешь.

×××

Дилюк, на самом-то деле, тоже парень крайне загадочный. Особенно для Кэйи и особенно сейчас, когда несёт его на руках к уже знакомому подъезду многоэтажки.

«Да что с ним, чёрт возьми, не так?!»

Обессиленный мозг Альбериха настойчиво отказывался приводить в свет более логичные и связные мысли. Пока что в голове было лишь тупое удивление. Однако, вскоре Кэйа таки сподобился закончить начатое:

«Обычный Дилюк послал бы меня нахуй ещё на стадии звонка глубоко ночью. Да и точно не стал бы тащить меня к себе домой, так ещё и на руках…»

Кэйа хотел спать. Этот день вымотал его слишком сильно. С головой хватило ещё утреннего потрясения с подслушанным откровением Дотторе на курилке, а то, что было дальше — выше всякого возможного человеческого восприятия действительности. Альбериху даже казалось, что это и есть сон: ужасный, мрачный, измождающий. Такой, после которого просыпаешься и думаешь, что лучше бы не спал вовсе. И сейчас парню больше всего на свете хотелось пробудиться. Однако он всё ещё тут, на руках у Дилюка, уже у порога знакомой квартиры. Кэйа толком не помнит, как оказался на кровати в спальне. Видно, то ли и впрямь задремал, то ли выпал из реальности, слишком погружённый в безрадостные мысли. И Рагвиндр явно заметил сонливое состояние синеволосого. — Где я? — Это — гостевая спальня, тебе нужно отдохнуть. Альберих с минуту сидел неподвижно, словно пытаясь вспомнить что-то важное, а затем перевёл озадаченный взгляд на Дилюка. — Не думаю, что твои родители обрадуются, увидев меня здесь. Сам знаешь. Плохая всё-таки это была идея. — Я живу один. Отец остался в поместье и был не против, чтобы я съехал от него поскорее. Так что спи и не переживай. Тёплые руки укладывают Кэйю на подушки и он так не хочет, чтобы те отстранялись. А потому судорожно хватается за ладонь Люка, до конца не осознавая, зачем вообще это сделал. Щёки заливает краска. Жар? Может и нечто иное… — Не уходи, прошу. Мне страшно. Альберих холодеет, вдруг осознавая, что переступил черту дозволеного. Они не настолько близки. И словно бы опровергая эту скребущую когтями душу мысль, Рагнвиндр спокойно присаживается рядом, повинуясь просьбе Кэйи. — Всё будет хорошо. — Шепчет тихо, поглаживая ладонь парня. А синеволосый до безумия сильно хочет сейчас его поцеловать. Но усталость, ожидаемо, таки берёт своё, и Альберих проваливается в сон.

×××

— Вы мне нравитесь. Чжун Ли наконец отстраняется, глядя рыжеволосому прямо в глаза. Больше внутри нет страха и неуверенности. Он уже сделал это — поцеловал, а значит обратной дороги нет. И Моракс — голову на плаху — не посмеет отступить. От части он уже получил ответ, пусть и невербальный. Чайльд его не оттолкнул, наоборот, прильнул ближе, что уже говорит о многом. — Ли, послушай меня сейчас, пожалуйста, внимательно и постарайся понять. Голос Тартальи серьёзен, как никогда. Мало чего хорошего может предвещать подобный тон, но брюнет готов к любому исходу. — Ты мне тоже очень симпатичен, правда, но я так не могу! Выглядит разочарованно, но говорит без запинки. Словно через себя переступает. — Это потому что я ваш ученик и гораздо младше? — Чжун Ли уверен, что знает причину, однако к следующей фразе возлюбленного был явно не готов. — От части. Но в большей мере потому, что… — ох как не нравится Мораксу эта многозначительная пауза. — Я женат. — Таки выдавливает из себя хрипло, пока истерзанную душу окончательно рвёт на куски. И вот тут Ли водночасье накрывает всем произошедшим. Ну ничего себе, сдвиг по фазе…