Я слышу твой голос

— Побежали! — довольный прикрик послышался со стороны двери. Значит, пора на сцену. Не в первый и, к счастью, не в последний раз он выходит под свет софит. Его талант, как говорили все вокруг, привел парня к тому, о чем тот мечтал с самого детства. Самые близкие люди поддерживали его. Его сестра, что в итоге ушла на юриста, хорошие друзья, что не разделяли его интересы, но все же старались сделать хоть что-то. Они помогли ему тогда и делают это сейчас. Перед самой сценой парень сжимает оберег, некогда подаренный самыми дорогими людьми. Каждый раз он заряжался энергией от него, после чего любой концерт шёл просто и без проблем. — Итэр, опаздываешь! — звонкий голос, и вот они уже на сцене. Море криков, дарованных группе парней, были лучше любого лекарства. Резко становилось так приятно… Их ждут, жаждут их творчества… Того, что Итэр написал сам. Каждая нота, слово, песня была создана им.       Хор голосов, повторяющих текст вместе с главным солистом в унисон, каждый раз доводил Итэра почти до слез… Они поют вместе с ним, как ни с кем другим…

***

— Финал… Мы прошли в финал!!! — громко и звонко кричал басист. Его зовут Тарталья. Он хороший человек… Относительно. Если почти насильно привести в собственную группу, которая почти распадалась, можно назвать человеческим поступком, то, да, он хороший. В тот день Аякс случайно подслушал урок вокала у второго курса. Видимо, что-то взбрело ему в голову… Он ворвался в кабинет и попросту утащил, как мешок с картошкой, бедного парня. — Не кричи, — недовольный голос Чун Юня заставил Тарталью чуть успокоится. Чун Юнь стоял за синтезатором. Спокойный член данной команды. Всегда поддержит и успокоит. Но сейчас по нему было довольно ярко видно, что он и сам несколько на нервах. Все же они вышли в финал спустя всего 4 месяца, как пришел Итэр.       Остальные два участника пересматривали выступления и подмечали собственные ошибки, чтоб не допустить их в будущем. Кадзуха, хороший друг и барабанщик. Он всегда прибежит на выручку. И Синь Янь. Единственная девушка этого коллектива. Гитаристка. Она не поет, и на сцене скрывает свой пол. Она почти одного роста с Итэром и Кадзухой, из-за чего та не выглядит как-то неуместно или глупо. Она, пожалуй, старалась больше их всех вместе взятых. Задерживалась до самой поздней ночи отточить свои навыки. Удивительная девушка…

***

Словно тысячи огней решили резко заиграть перед чужими глазами. Его голос. Чуть дрожащий вначале и крайне самоуверенный в конце. Такая по-детски яркая мимика. Длинные светлые волосы, заплетенную в легкую косу, что дергались вместе с каждым его движением рук или головы. Он видит его в первый раз. Иначе он бы никогда не забыл такое… солнце. Именно, солнце! Такой же теплый и приятный, но в тот же миг обжигающе горяч. Особенно эти брюки… И о чем он только думает? От собственных мыслей стало как-то неловко…

***

— Воу, Итэр, да ты популярен, — как обычно посмеялся Тарталья, занося ящик в их аудиторию. Эта коробка была больше всех остальных и забита по самые края. Итэр почти прослезился. Это было так приятно и неожиданно. Правда, он ожидал, что завалят подарками Аякса, самого популярного их участника. За ним бегал почти каждый в этом универе. А осталось ему тут учится всего полгода… И нет, это не грустно. Его зовут обратно в роли преподавателя. Он согласился, так что… На самом деле Итэр был безумно рад этой новости. Боялся потерять таких хороших друзей. Все же он был новенький в этом городе.       Многие подарки были подписаны, либо рядом открытка. Взор парня привлекла коробочка, явно меньше всех остальных, что не подписана. Внутри оказался серебряный браслет. Толстое плетение, что сочетается с его оберегом просто идеально. Это было поразительно. Майка скрывала украшение большую часть выступления и лишь в конце на пару секунд тот все же выскочил… Поражает.       Остальные подарки были не особо интересными, но Итэр все равно был им очень очень рад. И маленькой плюшевой игрушке, и небольшому букетику, и красивой ажурной резинке… Подарков так много, что и не запомнить все.

***

      Учеба шла… как-то странно. Все постоянно смотрели на Итэра. Их взгляды были буквально везде и всюду. Даже в туалете. Скрыться или сбежать от них хотелось, но никак не получалось. Кто-то всегда его находил и позже сообщал другим. — Ух, в этом здании столько кабинетов, но ни в одном не скроешься, — удрученно проныл парень, чуть запыхавшись. — Последняя девушка была очень настойчива. — Не согласен, — спокойный чуть холодный голос с легкой хрипотцой отвлек парня от самотерзаний. — Художественный. Тут никого до вечера не бывает. — Открыл дверь в кабинет с распахнутыми окнами и легким кивком пригласил войти. — Спасибо большое, — парень ярко-ярко улыбнулся и вошел в кабинет. Прохлада была столь желанна этому бренному телу, которому просто хотелось немного спокойствия. — Сяо?! Я скучал. От тебя совсем вестей в последнее время не было, — Итэр сначала обнял старого друга, а после, надувшись, отстранился. — Ты и сам был занят. Не хотел отвлекать, — чуть хмыкнул парень в ответ и закрыл дверь. — Мог бы хотя бы отвечать, — парень смущенно зыркнул в сторону Сяо и вновь увел взгляд. — Что я могу предложить тебе в качестве извинений? — Сяо демонстративно поклонился и протянул руку. — Могли бы «вы» принять мою компанию за чашечкой кофе, чтоб обсудить этот вопрос?       Итэр посмеялся с действий старого друга. «Карьера актера ему определенно подходит» — подумал парень и принял руку. — Место выберу я, — улыбнулся мальчишка, после чего убежал на пары. Звонок был, как всегда, очень не вовремя.       Парень только хмыкнул, вспомнив надутое лицо. «Буду ждать» — короткое сообщение на номер «Солнышко». В тот вечер он не пожалел, что пришел в университет. Свободное посещение дарило много свободного времени, проводить которое в универе совсем не хотелось. Все же большая часть оставшихся предметов была теоретическими, а этого Сяо хватало. Диплом он защитит в театре у своего хорошего знакомого, а больше делать здесь и нечего. Менеджер ему если что напишет. А остальное время можно посветить самому себе, а точнее маленькому солнышку, что недавно прошел в финал. Наверное, такое количество популярности, резко упавшее ему на голову, было для него тяжелой ношей.       Итэр бежал на пары так быстро, как только мог. Однажды он уже опоздал. Закончилось все не очень приятно. Его осудили, сказав, что популярность дело временное и не стоит из-за этого зазнаваться. Было обидно, и очень. Это не был его любимый преподаватель или предмет, но все равно неприятно. Янь Фэй была рассудительна и ее пары интересны, хоть и необязательны. К опоздавшим она относилась со всей строгостью. Могла просто заставить убрать кабинет или весь этаж, но, порой, доходило и до крайностей: помощь в столовой до самого закрытия, волонтёрская работа в единственный выходной, в воскресенье, или самое худшее ассистировать миссис Сахарозе на уроках химии… Однажды один ученик полысел от ее опытов. Но это ничего, если попадается так, что на экспериментах так же присутствует ее муж, Альбедо, можно свободно прыгать в окно. Дня на два минимум забудешь что такое солнечный свет, а также устать от отношений года на четыре вперед. Хоть многие так и думают, но при этом они же считают, что если они расстанутся, то любви в этом мире нет. Сама их идиллия отношений является для многих пределом мечтаний, Итер исключением не являлся. Миссис Сахароза была очень мила и мудра, а мистер Альбедо строг и рассудителен. Они прекрасно дополняли друг друга…       На втором курсе было не особо много предметов. Большая их часть была очень интересной и обязательной. Физическая культура, на которой в основном они занимаемся своим телом, чтоб в последствии было проще выступать на сценах долгое количество времени. Бэй Доу очень любила активных учеников. Давала им всякие бонусы. Вокал подразделялся на мужской и женский. Если девочкам вела мисс Гань Юй, то мальчикам мистер Дилюк. Очень строгий, но справедливый преподаватель. Всегда одет с иголочки: белая рубашка и черные брюки со стрелкой. Он поразителен. На своих занятиях довольно часто он играл сам, на скрипке. Каждый раз это было чистая нежная мелодия, сопровождаемая красивым, приятным голосом. Насчет мисс Гань Юй сказать трудно. Она не вела у Итэра. Про нее он мог судить только по рассказам девочек. Хотя, ее летящая походка и свободные платья с длинным рукавом говорили за нее сами. Инструменты им вел Венти. Не особо их всех старше. Года на два-три всего. Выпустился и сразу преподавать. Гений, которых ещё поискать надо. Он владеет девятью инструментами, хоть его довольно свободный стиль не давал даже намека на столь неординарную личность. Всегда рванные скинни джинсы, объемная майка или рубашка, обязательно шляпка и очки без линз. Ещё есть хореографы, но про них чуть позже.       Янь Фэй была явно недовольна опозданием Итера на две минуты двадцать три секунды, но никакого наказания не назначила. Просто отчитала и отправила на место. Видимо, уже совсем устала его вечно отчитывать. Хорошо, что это была последняя пара, а после на репетицию. Перед финалом количество репетиций увеличилось раза в три. После пар и до самой ночи. Правда, Итэр пел только треть из этого времени. Все же потерять голос было бы не очень приятной вещью. Что не сделаешь ради победы… Парень был вынужден отказаться от сладкого, холодного, горячего, острого, газированного и жареного. Первое время любителю фаст фуда и милкшейков хотелось взвыть, но перечить Тарталье он не стал… Ради победы… Желудок парня уже не хотел этой победы. Так и сейчас посреди теста, что раздала Янь Фэй для проверки их знаний по последней главе, на всю аудиторию пробурчал его живот. Итэр сильно покраснел, схватившись за живот. — Кто закончил, сдайте свои бланки и можете быть свободными. Не забудьте поесть, — сказала педагог и вышла из аудитории. Никто даже не дернулся. Все прекрасно знали, что если сейчас произойдет хоть какой-то звук она зайдет обратно. Так она дает им возможность списать, перепроверить, сверится. Она не терпит халатность, но делает небольшие поблажки специальностям, которым ее предмет не особо важен.       Ученики переглянулись между собой. Большая часть уже успела либо содрать с интернета, либо сверить с лекцией. Одногруппники Итэра тихо поднимались с мест и аккуратно подходили к столу, чтоб положить тесты. Сам парень исключением не был. Сдал и подошел к двери. Большая часть сдала. Можно выходить и на репетицию. Перед ней есть нельзя, а после сил совсем не остается. Утром поест.       Тарталья опаздывал, что было огромной редкостью. Обычно, он приходил первым и настраивал инструменты, своему выделяя максимум внимания. Кадзуха и Чун Юнь даже не обратили на это никакого внимания. Словно это не в первый и не в последний раз. А Синь Янь ходила, как в воду опущенная. — Что-то случилось? — поинтересовался Итэр у девушки, на что та просто покачала головой и села в углу комнаты. Видимо, ей плохо. Парень достал с сумки обезболивающие и протянул ей. Девушка только кивнула и приняла таблетки.       Как-то тихо. Что-то не так. Итэру это не нравилось. Он вроде всегда с ними, но такое чувство, что он что-то упустил. Ни Кадзуха, ни Альбедо на вопросы не отвечали. А Тарталья на звонки. И вот это уже очень серьезно. Он всегда отвечал, даже на парах, на свиданиях и других местах… — Расходимся, Тарталья не в городе, — сказал Чун Юнь, смотря в телефон. — Хорошо, — отречено отозвался Кадзуха и сразу же ушёл.       Синь Янь позвонила подруге, чтоб та забрала ее, так как ей не очень хорошо, а Чун Юнь вздохнул, кивнул Итэру на прощание и ушел. У него скопилось много нерешенной домашней работы.       Вокалист подождал с девушкой ее подругу, и только когда проводил Синь Янь до машины Сян Лин, спокойно направился домой, а, если быть точнее, в кафе неподалеку. Ненадолго перекусить, а потом и домой. Хотя, может стоило бы написать Сяо и предложить отобедать вместе. Что в целом Итэр и сделал. У того относительно недавно закончили проверять дипломную работу, ее теоретическую часть, потому он был неподалеку. — Ты быстро, — смущенно улыбнулся Итэр, завидев Сяо в проеме двери.       Тот только кивнул и сел рядом на диван небольшого размера. Наверное стоило бы сесть напротив, но это было бы так глупо. Сяо взял себе какой-то напиток, про который довольно активно рассказывал Итэр. Что-то там с молоком и миндальным топингом. Это его особо не интересовало. То что действительно хотелось: слушать приятный голос и смотреть на невинное лицо. — Все хорошо? У меня что-то на лице? — Итэр неловко потер щеку, чуть отстранившись. — Ты прекрасен, — Сяо поправил светлую прядь, заправив ту за ухо. Осознав свои слова, тот чуть отстранился но отрывать глаза от почти красного лица напротив не стал.       Сяо слабо хмыкнул и убрал руку с чужого лица. Вскоре принесли их напитки. Хоть дальнейшее общение было наполнено неловкостью, менее приятным оно от этого не стало. Разошлись они только часа через четыре с явной неохотой. Выпускнику нужно было подготавливаться к диплому, а Итэру к концерту. Совсем скоро должен будет произойти финал. И будет очень грустно, если в итоге, не смотря на все старания, они проиграют. Каждому из участников группы было все равно на приз, но вот от победы не откажется никто. Особенно их вокалист. Он сам себе дал обещание и ни в коем случае не должен его нарушать.       После того дня они ещё много раз пересекались. Точнее Сяо делал все, чтоб те встретились. Приходил на тренировки, приглашал в кафе, приходил к нему домой, вместе шли в универ, пока их дороги не расходились, одному на работу, второму на учебу. Про машину Сяо промолчал. Держал это в тайне как только мог. Не хотелось бы упустить момент, побыть с «его Солнышком». Да, машина могла бы облегчить им дорогу, но вместе с этим и сильно укоротить их время.

***

— Ммм, Сяо? — парень неловко теребил пальцы. Он впервые попал к нему домой. Это место было словно с обложки журнала с топом квартир. Множество комнат в минималистичном стиле, в основном черно-белой расцветки. — Я хотел спросить… В общем… Ты придешь на финал? — парень сидел совсем рядом, на небольшом мягком диване. — Думал, ты уже и не попросишь, — нежно улыбнулся Сяо, аккуратно хватая Итэра за подбородок, наклоняясь к самому лицу, к нежным губам, щепча ответ прямо в них. — Ты успеешь устать от меня, солнышко, — хмыкнул тот, отстраняясь. В глазах Итэра это было просто «игрой». Не смешной, глупой, возбуждающей «игрой». Сяо в последние дни делал подобное все чаще и чаще, а мальчишка только и мог что ярко краснеть и уводить взгляд, избегая глаз цвета янтаря. Парень был готов молиться кому угодно, лишь бы эти глаза смотрели только на него и днем, и ночью. — С-сяо, — только и мог ответить мальчишка, уводя взгляд в любое место, избегая янтарных глаз, но при этом ни капельки не сопротивляясь. — Я подожду твоей победы, — шепнул в самое ухо Сяо, отпуская Итэра. Хоть такие «подколы» стали частым явлением, парень их ни разу не продолжил, не закончил, не привел к чему-то… интересному. А Итэр только и мог, что разочарованно вздыхать, следя за каждым последующим действием «друга».

***

Сяо в последние дни не видно ни на учебе, ни в кафе, ни на привычных переулках, ни дома. Он вечно вне дома. Фотосессии, съемки, примерки, репетиции, грим, диплом, фанаты… Все это с головой накрыло беднягу, что усиленно готовился к тому самому дню. Ему нужна было до безумия хоть неделя выходных, чтоб потратить все время на одного очень милого солнечного мальчика, а с таким графиком можно было только мечтать уделить хоть день. — Господин Сяо, через пятнадцать минут последние съемки, запланированные на сегодняшний день. Также хотелось отметить, что, если после этого Вы сниметесь в рекламе часов, что перенесено на завтрашнее утро, Вы, как и хотели, получите внерабочую неделю. На этот период не будет заключен ни один договор. Хорошего отпуска, — прощебетала девушка, что стала его менеджером относительно недавно, но справлялась явно лучше прежнего. — Благодарю, — ответил парень с искренней улыбкой, провожая девушку из гримерной взглядом.       Его радости не было конца. Все те дни мучений наконец окупились. Ему дали отпуск! Хотелось прямо в тот же миг набрать свое солнышко и сообщить об этой прекраснейшей новости, но стоило держаться. Все же это сюрприз. Было так неловко до этого, когда его срочно звали на съемки, про которые тот конечно же забыл, наслаждаясь родной компанией. Итэр всегда молчал, ведь понимал, что это работа, но грустные нотки всегда плескались в медовых глазах. Как-то он почти заплакал, вызывая у Сяо панику. Как оказалось, задарить того игрушками, сладостями, различными напитками и украшениями было мало, чтоб усмирить бушующую грусть в глазах. А после Сяо осознал, что Итэру это никогда и не хотелось. Он так глупо старался купить любовь этого малька, что совсем забыл, что некогда так покупали его собственную.

***

      Сяо с наступлением своих «каникул» не отходил от Итэра ни на шаг: просился на репетиции, приглашал в кафе, просил того переночевать у него, гулял вечерами, а ночью смотрели кино или мультики. Правда, выходило немного душно. Итэр почти постоянно был на репетициях, проводя с Сяо время только по вечерам или ранними утрами.       Спустя три дня с начала тех самых «каникул» наконец наступил день, что все они так долго ждали. Чальд держался молодцом, как и Чун Юнь. Синь Янь тем же ответить не могла. Её, как и Итэра, охватила сильная паника. Кадзуха старался их успокоить. Считай, безуспешно. Они только выравнивали дыхание и собирались с духом, как вновь все начиналось по новой. То кто-то мимо пройдет, то Аякс со своим: «Не боись, не сожрут, не достанут, хотя до Итэра вполне возможно», то струна рвалась, то ещё какая-то глупость. — Итэр? — спокойный голос со слабым стуком послышался из-за двери. Всю панику как рукой сняло. Итэр ярко улыбнулся и нежно обнял гостя, что пришел как раз кстати. Все же его появление сильно расслабило всех. Он был как негласный ангел-хранитель. При его присутствии все репетиции проходили более плавно, без каких-либо заминок и проблем. — Я тоже рад тебя видеть, — прошептал тот ему в ухо, легонько поцеловав слегка приоткрытое плечо так, чтоб никто не заметил. — Буду ждать твоей победы, — нежно улыбнулся актер, отстраняясь. — Вам тоже удачи, — хмыкнул парень и ушел.       У него отдельный билет за кулисами, но все же хотелось понаблюдать со стороны обычного зрителя. Нацепив очки, маску и парик, парень встал почти у самой сцены, ожидая выступления его солнышка.       К счастью, с приходом Сяо паника прошла у обоих. Тарталья по-дружески подкалывал Итэра, намекая на то, что тот обязан пригласить его на свидание, пока это не сделал кто-то другой. И совсем неважно, что Аякс несколько «недавно» подсел на отца парня своего друга. Ну, он конечно холост, но разница в двадцать два года несколько смущала, даже больше чем невозможная вероятность становление «родственником» парня друга… Все же это влюбленность была ошибкой…       Концерт прошел хорошо. Люди кричали их имена, поддерживая, как только могли. Это был их вечер. В унисон с Итэром подпевало так много людей, что не сосчитать. Даже Сяо удивился такому повороту событий. — … Я любил тебя, а любил ли ты меня? — хором особенно громко прокричал зал часть припева. Девушка позади Сяо расплакалась от этих слов. Не она одна. Их было много. Сотни людей проливали горькие слезы, в унисон повторяя за солистом. Сердце парня сжалось от такого количества «убитых» людей. Посмотрев на сцену, он заметил, что даже Тарталья проронил одинокую слезу, а его лицо исказилось в гримасе, полной грусти и боли.       «Что с ним?» — прозвучало в мыслях парня. — … Неужели? — чуть шепотом сказал тот, схватившись рукой за маску. — Нет, вряд ли. Просто сам себя накручиваю.       Песня все же кончилась. Зал залился громкими криками, больше похожими на вой бесконечно одинокого человека. Мурашки прошлись по телу парня. Он решил быстро уйти оттуда, протянув до этого, девушке позади платок. Ей он был явно нужнее. — Сяо! Вот ты где! — кричал запыхавшийся Итэр, встретив дорогого «друга» за кулисами. — Обыскался тебя уже. Пошли на свидание! — мальчик явно не соображал, что говорил в тисках адреналина. — … — парень еле сдерживал смех. Светлый мальчишка стоял напротив него, запыхавшийся и с улыбкой во все лицо. Мило. — Я должен был сказать это первым, — хмыкнул Сяо, притягивая Итэра за талию в долгий такой долгожданный поцелуй. — Ты ещё успеешь устать от меня, — хмыкнул парень, схватив Итэра на руки и умчавшись прочь с того места. И без того чертового голосования было понятно кто победит, кто так давно засел тем людям в души, кто так искренне и любяще осматривал все их письма, некоторые из которых даже вешали на стенку у себя в студии. — С-сяо! А как же… — Ты — мой победитель, — прошептал в самые губы Сяо, прежде чем вновь накрыть их в легком, но не менее приятном поцелуе. — Я люблю тебя, а любишь ли ты меня? — Сяо, — с нежностью прошептал тот. Его услышали. Это их самая старая песня, написанная им для Сяо. — Конечно, я люблю тебя, — почти сквозь слезы прошептал парень, уткнувшись лицом в грудь.