В Майами всегда солнечно

      — Хороший мальчик, — прошептали ему над ухом. Морти притворно застонал и начал мысленно анализировать происходящее, чтобы понять, когда в следующий раз ему нужно будет скорчить гримасу удовольствия.       Все вздохи, крики и стоны в порно были притворны. Все неожиданные повороты событий были прописаны. Большинство оргазмов были результатом мастерской склейки. Майами искренне жалел тех неразумных Морти, что смотрели РикХаб и верили в происходящее, а после разочаровывались в своей сексуальной жизни и полном несовпадении желаемого и действительного.       — Я... — томно прошептал Майами, когда осознал, что ему был задан вопрос. Если честно, Смит не уверен, как именно его назвали, но, услышав, что вопрос начинается с "кто", он ответил то, что от него хотели.       Не в позиции Майами осуждать тех, кто смотрит порно, но порой, когда к нему обращались обеспокоенные их партнёрами и сексуальными взаимоотношениями Морти, ему вдруг приходило в голову, что, возможно, NoFap движение имеет смысл. Но при первом же утреннем стояке эти мысли отправлялись в дальний ящик и плотно закрывались на ключ.       —Можешь уходить, — это значило, что, когда он выйдет из ванной комнаты, Майами должен быть далеко за пределами его видимости.       На кровать рядом с Майами упало несколько крупных купюр. Ухмыльнувшись, мужчина произнёс:       — На мороженое, — и скрылся в проёме.       Морти слышит эти шутки с завидной регулярностью. Безусловно, каждый Рик думает, что именно его гениальный мозг дошёл до такого невероятно остроумного высказывания первым.       "На мороженое", "на школьные принадлежности", "на игрушки". Майами поморщился, вспомнив своего первого трудного клиента, к которому Рик отправил его с подгузником в руках.       Майами закрыл за собой дверь и быстрым шагом направился к лифту. Ему уже не хотелось смыть с себя всё произошедшее, как в первые разы. Но время после оказанных услуг пробуждало в нём неприятную тревожность: как только клиенты моментально теряли к нему интерес, он буквально чувствовал, что становился лишним в шикарных апартаментах, словно являлся злоупотребляющим гостеприимством знакомым, наливающим себе пятую чашку чая. И только когда Морти оказывался в машине, неприятное, гонящее его чувство растворялось.       Первое, что увидел Майами, усевшись в машину — это стаканчик с мороженым. Закрывший за ним дверь водитель вернулся на своё место и, увидев недоумение на лице Морти, пояснил:       — Я всё же решил купить вам мороженого.       Морти невольно поморщился, вспомнив слова клиента.       — Если не хотите, я могу его выкинуть, — начал было извиняться Рик, смутившись реакцией пассажира.       — Нет, всё в порядке, — Морти отмахнулся и взял мороженое в руки.       Холодные кусочки льда неприятно стекали по горлу, но Майами почему-то продолжал есть малиновое мороженое, посыпанное разноцветной кокосовой стружкой. Может, ему не хотелось расстраивать и смущать одного из немногих Риков, с которым ему удалось выстроить хорошие отношения, не используя секс как разменную монету. А может, он настолько привык не отказывать в прихотях окружающим, что уже сам не замечает, как удовлетворяет каприз любого, даже если самому ему придется мучаться от боли в горле.       — Спасибо, Ричард, — улыбнулся Майами.       — Не за что, мистер Мортимер, — ответил ему водитель, — мне просто хотелось, чтобы вы улыбнулись.       — Приятно познакомиться, мистер Мортимер, — с этой фразы началось их знакомство.       Майами Рик хмыкнул, услышав, как его Морти называют полным именем.       — Добрый день, — поздоровался Морти, не обращая внимания на уже привычное отношение Санчеза к нему.       — Теперь это твой водитель, пёс, — Майами положил локоть на плечо нового сотрудника. — Он будет делать всё, что ты захочешь, когда захочешь и сколько захочешь. Наслаждайся полной властью. Если он что-то сделает не так, только скажи - и мы его моментально уволим, звезда моя. Тебя должны возить только лучшие из лучших.       Отойдя от водителя, Майами Рик вновь посмотрел на свои излюбленные часы и, присвистнув, сказал:       — Морти, тебя сегодня ждут консулы. Начинай прихорашивать свою загорелую жопу, — и, закончив речь, вышел из комнаты.       — Но Рик, — Майами устремился за мужчиной, — у меня же сегодня выходной. Мы договаривались. Я хотел встретиться с Мо.       — С кем? — нахмурив бровь, спросил Рик, как вдруг понимание озарило его лицо, — а, это ты так называешь очкарика?       — Он хотел бы, чтобы его называли Мо, — начал защищать своего друга Майами.       — Да мне похуй, — отмахнулся Санчез и, открывая дверь в свой кабинет, наконец посмотрел на Морти и произнёс. — Значит, тебе придётся перенести встречу со своим дружком.       — Но ты же обеща... — начал было протестовать Морти, как был тут же перебит.       — Значит, я забираю своё обещание назад, — недовольно хмыкнув и закатив глаза, Рик зашёл в кабинет и, взявшись за ручку двери, продолжил, — через 3 часа ты будешь обслуживать консулов. Если я узнаю, что тебя там не было, то сюда можешь тоже не приезжать.       Морти молчал и смотрел на Санчеза.       — И я бы хотел тебе напомнить, — наклонив голову, продолжил Рик, — что ты очень легко заменяем.       По спине Майами пробежали мурашки. Рик всегда напоминает ему о единственном разе, когда Морти позволил себе проявить характер и поплатился за это. Этого у его Рика не отнять, — он умел напоминать людям их место, и знал своё. Поэтому он сам всегда с наигранной улыбкой запирался в кабинете с министром Риком. И по этой же причине Морти не смел отступать от строгого сценария, написанного для него дедом.       Закрыв перед носом Майами дверь, Рик оставил за собой лёгкий флёр безнадёги. Издав истеричный гортанный звук, Морти направился в свою комнату готовиться к вечеру. Поднимаясь по лестнице, он вспомнил о всё ещё стоявшем в гостевой комнате водителе и засеменил в обратную сторону.       — Жди меня в машине, буду через два часа, — кинул он мужчине перед тем, как вновь побежать в свою комнату, даже не дожидаясь ответа.       Впервые сев в машину, Морти, не отрываясь от телефона, произнёс:       — У меня нет в планах с тобой разговаривать. Нет в планах смеяться над твоими неловкими шутками, подпитывая твоё старческое эго. А также, — повернувшись в сторону водителя и приподняв солнечные очки, Майами продолжил, — у меня нет в планах тебе давать. Молча выполняй свою работу и не добавляй мне в необходимость очередной диалог с Риком, которых у меня, поверь, слишком много.       — Я услышал вас, мистер Мортимер, — совершенно спокойно ответил на его монолог водитель.       Морти знал, что водителю положено вести себя с ним учтиво. И, возможно, в глубине души ему даже не хотелось грубо обращаться с человеком, который не только не сделал ему ничего плохого, но и даже не может ответить на его агрессивные выпады. Но вид Рика, любого Рика, который так покорно сглатывает все унижения, заставлял Морти чувствовать себя чуть лучше. Особенно после таких выходок со стороны его собственного деда, которого он никогда не видел в уязвимом положении.       — Салфетки в бардачке, мистер Мортимер, — сказал водитель, заметив, как Майами капнул мороженым на штаны.       — Спасибо, Ричард, — хихикнув, полез в указанное место Морти.       — Я угадал с выбором вкуса? — улыбнувшись, спросил мужчина.       — Почти, — ответил Майами, в попытках вытереть пятно лишь размазывая его, — я люблю пломбир с шоколадной крошкой.       Водитель хмыкнул, посмотрев на малиновое мороженое:       — Ну да, почти, — Рик завернул на главную улицу Цитадели.       Вернувшись в машину, Морти тяжело выдохнул. Он ненавидел ездить к Рику из полиции. Каждый раз все его поездки к нему имели последствия для его физического здоровья. И в этот раз ему вежливо предложили какой-то новомодный наркотик. Разумеется, без права отказаться.       — Поехали, — приказал Майами.       — Всё хорошо, мистер Морти? — обеспокоенно спросил водитель, — вы выглядите неважно, возможно...       — Я что, блять, сказал, что у меня есть желание слушать твой трёп? — отрезал Морти и откинулся на спинку сиденья, после чего машина тронулась. — Ещё одно слово, и ты уволен. Ты очень легко заменяем.       Как и все поездки на протяжении прошедшего месяца, что водитель работал у них, дальше эта проходила в полной тишине. Кровь в висках неприятно пульсировала, увеличивая головную боль, а тошнота набирала обороты, заставляя Морти дышать глубже. Делать вдохи становилось всё тяжелее и тяжелее, как Майами понял, что он практически не дышит. Уже отключаясь, он слышал отдаленный голос водителя:       — Мистер Мортимер, — глухой звук еле доносился до него, — блять, потерпите, скоро доедем.       Очнулся Майами на заднем сидении машины. Оглядевшись, в окне он увидел свой недалеко стоявший дом. Попытка приподняться была моментально наказана ужасной болью, пронзившей всё его тело.       — Мистер Мортимер, — произнёс сидевший за рулем Рик. Он повернулся к мальчику, — не двигайтесь, прошу вас. Вы отравились.       — Что вообще произошло? — Майами пытался восстановить цепочку событий, но помнил лишь обрывочные фразы.       — Вам стало плохо. Я отвёз вас к своему другу. Он дал антипод. Конец.       — Наверное, мне стоит тебя... — Майами осёкся. — Вас. Наверное, мне стоит вас поблагодарить.       — Наверное, — улыбнулся Рик. — Как будете готовы, вернём вас домой. Я подумал, что вы не захотите, чтобы шеф увидел вас в таком виде.       Майами встретился с водителем взглядом через зеркало заднего вида. Рик запрещал ему употреблять, даже если клиенты просят. Говорил ему заранее пить нейтрализаторы, когда едет к особо богатым клиентам, которым нельзя отказывать. "Больше проблем, чем от строптивых работников, только от наркоманов", - говорил Майами, устанавливая камеры слежения после откинувшегося от передоза в vip-комнате Морти. Сложно представить, что было бы, увидь Рик его в таком виде.       — Почему вы решили мне помочь? Я бы, на вашем месте, не стал, — спросил Морти, уставившись на потолок машины.       — Наверное, я просто хороший мужчина, — пожал плечами Санчез. — По крайней мере, лучше, чем другие Рики.       — И вновь наш экспресс прибыл по месту назначения "дом милый дом", — покачивая головой, сказал водитель.       — Спасибо, — Морти открыл дверь, когда его окликнули.       — Улыбнитесь, вам так больше идёт, — Майами повернулся и смущённо улыбнулся Рику.       — Так намного лучше, — удовлетворённо произнёс мужчина. — До завтра, мистер Мортимер.       — До завтра, Ричард.