Хикигая Хачиман VS Нагаторо Хаясэ

23:57. Суббота. Хикигая Хачиман сидел на диване в зале, пил кофе и смотрел телевизор. По ТВ крутили старый фильм про киборга-убийцу, и парень сам не заметил, как осел перед экраном под градусом ностальгии. На втором этаже тихо скрипнула дверь. Послышались чьи-то тяжелые шаги на лестнице. — ...Ты чего не спишь ещё? — сиплым голосом спросил грузный мужчина. — Выходной же, — коротко ответил парень, не отводя взгляд от экрана. Отец парня прошел на кухню, заварил чай и сел на диван рядом с сыном. Когда пришелец из будущего повалил главную героиню фильма на кровать, мужчина спросил: — У тебя секс-то хоть был уже? — Нет, — честно ответил парень. — А у тебя? — ... — ... — Нет. Мужчина поднялся и пошел обратно на второй этаж. Но остановился на середине лестницы и спустился обратно. — Ты чё, дурак?! — спросил он насмешливым тоном. Парень прыснул в ответ. Вот так, одной нелепой фразой, вскинутой наотмашь, долгий конфликт между отцом и сыном, наконец, разрешился. Пусть не все разногласия ещё были улажены, но, по крайней мере, теперь они могли спокойно поговорить.

***

02:15. Понедельник. Хикигая проснулся от звука уведомлений. Смартфон разрывался вибрациями и грозил слететь со стола. Хачиман едва поймал его в последний момент. На экране длинным столбцом светились уведомления:       Займокудза       Хачиман ответь!!!11       Займокудза       Скорее!!! Не время спать!!!       Займокудза       Это вопрос чести, в конце-то концов!!! (」`д´*)」 — Дебил... Хикигая отключил звук и вибрацию, и отложил телефон. — Утром просто скажу, что не слышал уведомления, — подумал он. — Знаю, что это по-скотски, но я начинаю понимать тех девчонок, которые игнорили меня в средней школе. Асоциальные типы вроде Займокудзы могут быть на удивление назойливыми в сети.

***

15:20. Понедельник. — Слушай, — обратился Хачиман к другу. — Почему каждый раз, когда мы встречаемся, ты тащишь меня в Сайзе? — М-м? — промычал Займокудза, нехотя отрываясь от своего коктейля. — О чем это ты? Я всегда сюда хожу после уроков. — А меня-то с собой зачем брать?! — Хмпф! Если не хотел идти, то так бы и сказал! — Ты же сам писал, что это что-то важное, чёрт... — парень уже начинал жалеть о том, что повелся на трагичные сообщения друга в переписке. — Ну, и? Что случилось-то? — А, да... — зашуршал Займокудза портфелем, доставая из кармана смартфон. — Выкладывай, друг! Это же ты сделал? — ... На экране была фотография. В душевой кабинке одна знакомая нагая девочка с неравномерным загаром спокойно намыливала себя, эротично разминая грудь и оттопыривая назад задницу. И было неясно, то ли она позировала, то ли просто мылась, даже не подозревая о съемке. По крайней мере, её лицо было отвернуто от объектива камеры. — Не, впервые вижу, — честно сказал Хикигая. — ...В-Вот как? Фух... Я уж подумал, ты окончательно примкнул к нормисам, Хачиман. Рад, что мой друг остается верен нашей славной вере! — Хватит нести бред. Откуда у тебя это? — Из беседы нашего класса в LINE. Я думал, даже если фото не ты сделал, то хотя бы знаешь откуда оно. — Не, я в LINE не сижу. Удивлен, что тебя добавили в беседу класса. — Н-Ну, знаешь, хе-хе!... — глупо засмеялся парень. — В Соубу я вступил в Клуб игр и начал общаться там с одним одноклассником. — И ты, Займокудза... — обреченно выдохнул Хачиман. — А ещё что-то про нормисов говоришь. — ...А что я? Я как всегда, общаюсь только с такими же отаку! — Не суть. Так ты не знаешь, откуда фото взялось? — Не-а. Если не ты, то даже не знаю кто мог слить это в сеть. — Не равняй меня с теми идиотами, которые пересылают нюдесы знакомых девчонок, только чтобы похвастаться перед одноклассниками. Ей пятнадцать. Это подсудное дело, вообще-то. Так что я бы на твоем месте почистил-то телефон. Хикигая задумался. Он не видел сегодня Нагаторо в школе. Обычно она встречала его на большой перемене или после уроков, но сегодня он даже не слышал о ней. Не то что бы её отсутствие было каким-то большим событием, она нередко уходила с подругами по своим делам, не предупредив. К тому же, не всегда клубное время у них совпадало. Вот он и не придал этому значение. Но если фотография разлетелась за пределы одной школы, то ситуация сильно меняется. Хачимана не особо заботило то, кто и зачем сделал фото, и то, давала ли Хаясэ согласие на съемку. Очевидно, что такая популярность была для неё неожиданной. — Хм... — подумал про себя Хикигая. — Если фотография так далеко разлетелась, скорее всего, её сделали ещё до выходных. Сейчас, вероятно, родители Нагаторо вместе с директором ищут виновника. Или уже нашли. Но то, что попало в сеть, так просто из неё не исчезнет. Особенно, если это что-то школьники пересылали между собой десятки раз. Подходя к дому, Хикигая задумался, стоит ли ему навестить девушку. В конце концов, дом её семьи находится всего в паре шагов. Но было три но: во-первых и в главных, это не его дело; во-вторых, помочь тут можно лишь словом, а с тем, что фотография распространилась уже ничего не сделать; в-третьих, Хачиман не знает всей ситуации, у него банально нет повода наведываться к ней после захода сумерек, будто ревнивому жениху. С этими мыслями он вошел в родную прихожую. На ужине за столом Комачи долго молчала на него. — ...Что-то случилось? — спросил брат, почуяв неладное. — Братик, скажи честно, ты опять с Хаячи поссорился? — Гм. Да нет... вроде. Сестра пыталась сохранять спокойное выражение лица, но подозрение в её глазах заставило Хачимана нервно сглотнуть. — Ум-м... Вот как, — утвердительно кивнула Комачи, будто и не было тех сомнений. — ...Так что случилось-то? — спросил парень, хотя уже начинал догадываться. — Ничего такого. Просто Хаясэ-сан уже третий день не отвечает на сообщения Комачи... — ответила она озабоченным голосом. — Ну, мало ли что могло случиться. Возможно, она помогает родителям или что-то вроде того. В любом случае, не накручивай себя почем зря. Комачи противно звякнула кружкой о блюдце. — М-м... Знаешь, братик, Комачи бы очень не хотелось, чтобы её новая подруга начала отдаляться от неё из-за каких-то там дел, — пренебрежительно отозвалась девочка. — Вот если бы ей кто-то помог, возможно, Хаясэ-сан нашла бы время для Комачи, как думаешь? — поставила она локти на стол и подперла голову, приближаясь к брату. — Гм... Ну, если она попросит... — отвел взгляд парень. «Нечестно так использовать любовь своего брата, Комачи!» — думал он. — А если Комачи попросит за неё? — впилась она в него жалостливым взглядом. — Кхм... Как бы... Ну, не уверен, что смогу помочь чем-то, но... — Этого достаточно! — резко отпрянула сестра и с победным видом поспешила унести пустые тарелки на кухню. — Вот же мелкая... — думал про себя парень, поднимаясь в свою комнату. — И вообще, с чего такая уверенность, что я могу чем-то помочь? Нет, мне, конечно, приятно, что моя младшая сестренка так в меня верит, но даже я сам считаю, что это неоправданно. Хотя, может, она подумала, что дело пустяковое, и даже я с ним справлюсь? Нет, лучше буду думать, что она и правда в меня верит... Хачиман плюхнулся на кровать и достал телефон. Смахнув меню вверх, экран тут же высветил фотографию голой подруги. Хикигая не просил пересылать ему фотку, но и не то что бы сильно противился этому. Сохранив статус-кво, Хачиман смог заполучить и изображение давних фантазий, и не потерять лицо, выпрашивая единственного друга скинуть ему порнуху прямо в общественном месте. Внимательно изучив фотографию, парень пришел к выводу, что это всё-таки не фотошоп. Говоря о локации (душ), не было ничего неприличного в том, что девушка находится там полностью голая. Если присмотреться, она всё же именно моется, а не позирует. Пусть она и повернута вполоборота к камере, её голова пенится каким-то шампунем, а глаза закрыты. Основываясь на этом, парень предположил, что девушка всё же не знала о съёмке. Причиной такой популярности стало, скорее всего, высокое качество фотографии и удачный ракурс. Даже Хачиман, всегда считавший, что Нагаторо не в его вкусе, вынужден был признать некое инстинктивное колыхание внизу живота при взгляде на неё. От света и фокуса до позы и пара вокруг девушки — всё было на высоте. Мило, эстетично и эротично одновременно. Такую фотографию не сделает извращенец на скрытую камеру. Этим-то она и выделялась на фоне сотен тысяч фоток японских школьниц, появляющихся в интернете ежедневно. Негативно сыграло и то, что Нагаторо — девушка узнаваемая. Она не первый год участвует в школьных соревнованиях и занимает призовые места, плюс запоминающаяся внешность. Но, как бы то ни было, громкие слухи долго не живут. Хикигая посчитал, что единственное и лучшее решение в данной ситуации — просто переждать, пока хай не стихнет. Если родители и школа закатят истерику, то моральный ущерб жертвы от этого лишь усилится. — Ну, вряд ли ей понадобится моя помощь. В конце концов, для того, чтобы поплакаться кому-то в жилетку о жестокости и несправедливости общества, у Нагаторо, в отличии от меня, хотя бы друзья есть, — решил было парень, но вдруг осёкся. — Стоп... или подруги и сделали этот снимок? Хикигая мало что знал о женской дружбе, но предполагал, что девочки на такое способны. — С другой стороны, если это общая душевая, то скорее всего фотография была сделана в школе. Может быть, это кто-то из Клуба дзюдо? Парень попробовал вспомнить хоть кого-то, кто состоит в этом клубе, кроме самой Нагаторо, но в голове была тишь да гладь. Что-то узнать он мог только из разговора с девушкой. Но позвонить ей или, тем более, прийти в гости без веского повода он не мог.

***

На следующий день Хикигая снова не встретил Хаясэ по пути в школу. На большой перемене он как бы невзначай прошел мимо двери в её класс, но внутри заметил лишь подруг Нагаторо. Он не знал, где сидит девушка, но ни у одной из парт не было её портфеля с характерными, запоминающимися брелками, так что он сделал вывод, что её сегодня не было в школе. Как, видимо, и вчера. — О, это же...? — заметила его рыжая, и поспешила выйти в коридор. Хикигая помнил, что это подруга Нагаторо, но совершенно забыл её имя, отчего несколько волновался. — Хаячи ищешь? — с подозрением спросила она непривычно серьезным тоном. — Зачем? Хачиман заранее придумал ответ: — Вот, — протянул он бюллетени для голосования за кандидатов на место нового главы уч. совета. На перемене их раздавали от старших классов к младшим, и Хикигая, воспользовавшись случаем, вызвался раздать их другим классам вместо дежурного. — Передай всем в своем классе. — ...Не выйдет. Хаячи сегодня не в школе, — бросила рыжая, передавая кипу бумаг однокласснице за ближайшей партой. — Заболела? — Ты что, правда ничего не слышал? — ...Что? — продолжал отыгрывать дурачка парень. Не то что бы для этого был хоть малейший повод, но ему почему-то дико претила мысль, что её подруги могут «что-то не то подумать о них». Прежде всего, ему становилось совестно перед самой Нагаторо. — Ха-а... Неважно, — отмахнулась рыжая. «Миссия провалена! Чёрт, она же так уйдет...» — Хачиман пытался придумать, под каким предлогом одернуть её на этот раз. — Эй, семпай, — вдруг она сама обернулась. — Зайди к ней после уроков. — ...Зачем? Рыжая отрешено вздохнула. — Вот, сам ей передашь. Вечером Хикигая шел навестить подругу, держа в руках одну несчастную бюллетень, и чувствуя себя идиотом. Ситуация осложнялось тем, что он даже приблизительно не подозревал, что нужно сказать девушке в утешение. И как следует реагировать, когда последует очередная колкость в ответ. В любом случае, теперь у него хотя бы была формальная причина прийти. — Дин-Дон...* Внезапно, к двери подошла не Хаясэ. — Э, здрасьте. Я семпай Нагаторо, пришел передать бюллетень, в школе попросили... — небрежно отрапортовал Хикигая. — ...Семпай? Не одноклассник? — поинтересовалась женщина средних лет, сощурившись. — Да... Ещё сказали передать инструкции по написанию представительной речи, — нанес довершающий удар Хикигая, дабы точно уже попасть внутрь дома. — Одна девушка из класса 1-Е тоже решила баллотироваться, и сочинение эссе взяла на себя Нагаторо. Ещё в начале прошлой недели, — решил на всякий случай уточнить он. На самом деле, конечно, никакой роли в выборах Хаясэ не занимала и одноклассницу-кандидатку парень тоже выдумал, полагаясь на то, что проверять такую информацию всё равно никто не станет. — Хм-м... — тон женщины показался Хикигае очень холодным и подозрительным. «Видимо, родителям всё-таки уже сообщили. Если так, то неудивительно, что они хотят оградить дочь от любых контактов со школьниками», — подумал про себя парень. — Подожди секунду, — натужно вежливо скомандовала женщина, пытаясь скрыть напряжение в голосе. Спустя минуту дверь снова открылась. — Заходи. В конце коридора вверх по лестнице показался чей-то силуэт. И тут же скрылся за дверью комнаты. Хикигая поднялся на второй этаж и постучал в эту дверь. Ответа не последовало. Он тихо, как мог, повернул ручку. ...Не до конца. Дверь не открылась, но стукнулась об косяк. — Г-ха... До щелчка! — скомандовал смелый голос из комнаты. Парень, почему-то чувствуя себя виноватым, провернул дверную ручку до щелчка, как и было сказано. — Вы б мастера вызвали, что ли... Нагаторо сидела на кровати в непривычной мешковатой одежде, с небольшой подушкой на ногах. «Чёрт, мило...» — вынужденно признал парень. В голове сразу всплыло немного другое изображение этой девушки, более смелое и нагое — как раз под стать голосу из-за двери, с которым её нынешний облик никак не сочетался. — Ну? Чего пришел? — Вот. Нагаторо приняла немного помятый после прогулки листок А4. — ...Аккуратнее нельзя было нести? — скорее устало, чем раздраженно сказал она. — Ну уж прости... Повисла неловкая пауза. Хаясэ продолжала тупо буравить взглядом бюллетень, на которой и читать-то было практически нечего. Но гостя не выгоняла. Скорее было похоже на то, что она дает ему время собраться с мыслями. Хикигая принял этот жест, но решил не злоупотреблять гостеприимством. — Ну, по поводу фото... — Тц, ещё один... — моментально огрызнулась девушка. Даже по её меркам такой тон был слишком уж грубым. Обычно, пусть она и хамила, но делала это как бы в шутку. Сейчас же она правда была зла. Хикигая уже сталкивался с этой её чертой в прошлом. Однако ситуация была иная. В данный момент он ни в чем не виноват, и злоба девушки направлена не на него конкретно. Несмотря на бурю эмоций, было видно, как Хаясэ пытается не задеть слишком сильно того, кто пришел с благими намерениями. — ...Ещё? — уточнил Хачиман. — Да с выходных все только и делают, что пытаются пожалеть. А сами за спиной шепчутся, типа: ой, а точно ли её сняли исподтишка или она позировала?... — передразнивала Нагаторо обидчиков. — Ты, кстати, припозднился. Что, только сейчас хватило смелости прийти? — Отвали. Сама же знаешь, я не сижу в соц. сетях и ни с кем общаюсь из нашей школы. На твоем месте теперь будет как-то лицемерно меня за это осуждать, — едва заметно он ухмыльнулся своей же мысли, садясь в кресло напротив девушки. — Хе... Раз даже кто-то вроде тебя уже знает, значит, вся школа только об этом и шепчется. — Не переоценивай себя. Видал я на просторах сети сливы и по-красивее, — слукавил Хачиман. — Это ты меня так утешаешь?! — наконец, взорвалась Нагаторо оскалом. — Да я вообще не считаю э́то проблемой, что б ты знала. Каждый день кто-нибудь сливает нюдесы одноклассниц, кого-то вообще фотографируют прямо на толчке. Ты-то хоть на фото получилось нормально. — И зачем ты пришел тогда?! Выметайся, дурацкий семпай! — швырнула она в него подушкой. — Погодь, ладно, беру слова назад... Я, вообще-то, пришел помочь вроде как. Комачи за тебя волнуется. И твои подруги, кажется, тоже. — ... — ... — Меня переведут в другую школу, — внезапно объявила девушка. Парню нечего было на это ответить. Он отгонял этот вариант как самый крайний, но забыл, что родители Нагаторо могут воспринять этот инцидент слишком серьезно и сразу прибегнуть к таким мерам. Из-за того, что Хачиман опоздал на три дня, взрослые давно успели уже всё решить. — Это и твое решение тоже? — ... Девушка молчала, не соглашаясь, но и ничего не отрицая. Расписавшаяся в своем бессилии, она выглядела очень уставшей. — А как... как бы ты поступил на моем месте? — вдруг спросила она. — Неважно, — неожиданно отрезал вопрос Хикигая после недолгого раздумья. Он не знал, какие слова подобрать в утешение и что стоит советовать в такой ситуации, но чувствовал, что Хаясэ не стоит брать в пример кого-то вроде него. — Ты должна сама решать, что для тебя важнее. Хачиман быстро поднялся с кресла, развернулся на 180° и зашагал к двери, попутно размышляя: — Остаться в школе и чувствовать на себе взгляды или найти другую школу подальше, где не будет старых знакомых и оборвать все прежние контакты — не в моей компетенции здесь что-то советовать, — решил для себя Хикигая. — В конце концов, я совсем не знаю Нагаторо. Пусть мы общались с ней полгода, я не настолько высокомерен, чтобы всерьез считать, будто этого достаточно, чтобы понять кого-то. Тем более, в ситуации, в которой сам никогда не был. На самом деле, парень действительно хотел помочь хоть чем-то, но чувствовал себя лишним. Во всей ситуации не было не только повода, но и места для него. Пока родители и школа разбираются с делами, всё, что он может — сыпать бессмысленными словами утешения, которые в конечном счете всё равно ни на что не повлияют. Но даже с этим куда лучше справились бы подруги девушки. Если она не хочет отвечать даже на их сообщения, то его слова не произведут должный эффект и подавно — так он считал. — Да не хочу я никуда переходить! — вторая подушка шмякнулась вдруг об затылок парня, когда тот стал поворачивать ручку двери. — Ауч... — Плевать я хотела на то, что обо мне там подумают! Но родители... они вообще ничего не хотят слушать. Их волнует только моя репутация, чёрт... — Хо-о! — ...Что это ещё за «хо»?! Выражение лица Хикигаи так и кричало: «Как я и думал, общество насквозь прогнило!» — Добро пожаловать в клуб. — Семпай, слышать такое от тебя как-то... — на лице девушки промелькнуло хорошо знакомое парню отвращение. Первая характерная для неё эмоция за весь диалог. — Значит, проблема только в репутации... — Хикигая отвел взгляд в угол комнаты и задумался. — ...Да. Ну и что? — Когда твои родители собираются подавать документы в другую школу? — М-м, в начале летних каникул, наверное. — То есть, через две недели... Ну, ты их не торопи, если что, — подытожил Хачиман и выскочил за дверь. — ...А?! Постой!

***

По пути домой Хикигая размышлял: — Я не знаю, почему Нагаторо так держится за эту школу. Но мне понятно нежелание что-то менять. Может быть, оно и лучшему, что я не знаю. По крайней мере, теперь есть то, что я, наконец, могу сделать. С этой мыслью он решительно распахнул дверь.