Игры с оружием

      Позднее, вечером того же дня, кто-то появился у входной двери в поисках Стефана. Стефан провёл весь день в беспокойствах о произошедшем и приближающейся катастрофе, поэтому чуть не пропустил стук в парадную.       Он осторожно выглянул из спальни и прислушался. Отец Генри, мистер Смит, и городской шериф, протиснулись в фойе, угощая мистера Сальваторе рассказами о том, как Стефан пил виски и беспорядочно стрелял из пистолета. Стефан, невзирая на страх, возмутился, слушая, как отец Генри явно приукрашивает картину.       Стефан почувствовал облегчение, услышав слова шерифа о лошади, сбежавшей с пастбища в лес, где её подстрелили. Фермер нашёл её, когда она, шатаясь, вернулась раненная. Ему не понадобилось много времени, чтобы расспросить, кто был в лесу в тот момент.       — Это немыслимо! — сказал отец с лёгкой обидой в голосе, — я работал в кабинете весь день и могу вас заверить, шериф, что Стефан не входил и не брал моего оружия. Кроме того, — он хмыкнул, — мой сын не общается с подобным сбродом.       Лицо мистера Смита побагровело. Рука шерифа на плече была единственным, что останавливало его от драки.       — Не могли бы мы поговорить с вашим сыном? Ребята убедительно доказывали, что он в этом замешан, — попросил шериф.       Стефан не сомневался, что, если его сердце продолжит так биться, то остановится раньше времени. Он попытался вернуть самообладание, услышав оклик отца. Неторопливо спустившись по лестнице, Стефан уточнил:       — Да, отец?       Отец схватил и небрежно дёрнул Стефана на себя, хватая его за челюсть. Пальцами он надавил на скулы, вынуждая открыть рот. Затем он наклонился и глубоко втянул воздух.       Стефан бросил отчаянный взгляд на Дэймона, но тот просто наблюдал, нахмурившись.       Отец отпустил Стефана и с ухмылкой резюмировал:       — Никакого запаха алкоголя, — черты его лица ужесточились, когда он добавил: — я отчётливо помню, что вы говорили о наличии спиртного на прогулке.       Второй раз за день Стефан почувствовал облегчение, молча поблагодарив молитвой того, кто уберёг его попробовать виски Чарли. Генри хотел утянуть Стефана в ещё бо́льшие неприятности, чем уже.       — Стефан, — обратился отец, — эти джентльмены утверждают, что ты был в лесу с другими юношами, пил спиртное и играл с оружием. К тому же, они говорят, что ты подстрелил лошадь мистера Эвана. Это правда?       Несмотря на излишнюю эмоциональность, при желании Стефан мог притвориться искусным манипулятором и лжецом. Он пошёл бы на что угодно, зная, что так сможет избежать проблем. Дэймон провёл со Стефаном достаточно времени, чтобы догадаться, когда тот устраивает спектакль. Отец, однако, предпочитал нянек вместо личного вмешательства, поэтому не мог определить «драматичное лицо» Стефана, как его называл Дэймон.       Стефан заметил, как брат скривился, стоило ему невинно посмотрел на отца и непонимающе свести брови.       — Нет, сэр. Я провёл вторую половину дня за чтением.       Отец, ожидаемо, купился на это небольшое представление от любимого сына как рыба на наживу и похлопал Стефана по щеке.       Дэймон явно подавлял желание закатить глаза, когда отец предупредил гостей о последующих ложных обвинениях его сына. Он молча наблюдал, как отец сжимает плечо Стефана и отпускает того восвояси.