my fate

«Крутой тандем»

*видео*

«Обнимашки, так мило»

«Ты когда снять успел?»

«Удали»

«Хотя бы не выкладывай»

Джисон решает наконец заняться учёбой и отвлечься от танцев, своих непрекращающихся мыслей о Минхо и о том, что произошло в студии. На ладони будто отпечаталось то ощущение, то тепло, которое впервые сам захотел почувствовать Джисон. Воспоминания о них двоих, танцующих практически в обнимку, то и дело всплывают в сознании и заставляют лицо покрываться краской смущения. Ещё и то дурацкое видео от Хёнджина, которое он просто не может решиться удалить с телефона; пересматривать стыдно, но терять такую ценность не хочется. Джисон едва может понять, что с ним такое происходит, не подозревая, что физика их мира уже вступила в реакцию с событиями и постепенно подталкивала его к предначертанному. Промучившись на казавшемся неудобным и холодным диване, он решительно поднимается и хватает учебники с твёрдым намерением хотя бы подготовиться к лекции. Однако стоит ему открыть первую книгу, как он слышит нетерпеливый стук в дверь. Минхо выглядит совсем потерянно; он чешет зудящую царапину на губе и переминается с ноги на ногу, когда Джисон распахивает перед ним дверь. Вместо приветствия он кивает и протягивает пакет с едой, одновременно протискиваясь в квартиру. Завидев недоумение Хана и его готовую возмутиться мордашку, Минхо тут же отчаянно просит: — Можно я тут потусуюсь? — Чего? — Сердце клокочет где-то в горле; Джисон с трудом сглатывает и кашляет, словно пытаясь замаскировать одному ему слышный звук. — Не могу сосредоточиться в пустой квартире. Джисон не уточняет, на чём так хотел сосредоточиться Минхо, но машет рукой, мол, делай, что хочешь, и сам топает на кухню. Безуспешно попытавшись успокоить сердечный ритм, он глубоко вздыхает и всё же возвращается к учебникам. Примерно полчаса он прилежно читает что-то жутко умное и выписывает термины, но абсолютная тишина из оккупированной Минхо комнаты пробуждает в нём любопытство. Захватив пару пакетов сока для приличия, Джисон отбрасывает тетрадки и направляется в темноту гостиной. Минхо сидит на полу и слушает музыку в наушниках, закрыв глаза и будто медитируя. Джисон пару раз покашливает, но всё же решает не пугать его и просто включает свет в комнате. — М? — Ли приоткрывает один глаз, следя за Джисоном. Тот неловко приземляется напротив и протягивает упаковку сока. — Возьми. Минхо не отказывается, выключает музыку и на автомате забирает сок из подрагивающей руки Хана. — Занимаешься? — интересуется он скорее из вежливости, на что Джисон кивает. — Скучно. — Обведя взглядом комнату, он спрашивает: — Помощь нужна? Минхо неопределённо мотает головой, задумчиво прикусив губу и уставившись в свой телефон. Некоторое время они молчат, Джисон слушает своё сердцебиение и легонько отстукивает ритм по своей руке. Наконец Минхо тихо выдаёт: — Я не могу ничего придумать. Джисон не мигая смотрит ему куда-то в переносицу, не понимая, что и как ответить. Скорее интуитивно он соображает, что речь про их новую хореографию. Он вздыхает и переводит тему: — А как долго ты хореограф? Минхо, кажется, задумывается, вперившись взглядом в одну точку и беззвучно шевеля губами. Джисон почему-то залипает на это. — Преподаю год, — слышится глухой голос. — А танцами занимаюсь около десяти лет. Джисон удивлённо присвистывает и уважительно кивает. Тем временем Минхо продолжает рассказывать: — Начал танцевать в запасе, потом вышел в основной состав, выступал где-то на бэках и вперёд особо не рвался. Потом позвали в академию танца. — Он криво улыбается, видимо, вспомнив что-то не особо приятное. — Я пробыл там бо́льшую часть своей карьеры, а меня попросили на выход. — Почему мы? — сразу вбрасывает Джисон, не давая тому зацикливаться на тягостных воспоминаниях. — Как нас нашёл? — Друг посоветовал, — всё так же смотря в никуда, отзывается Минхо. Создаётся такое впечатление, что за замершими зрачками нет никаких намёков на движение мысли. — Сказал, команда осталась без руководителя, привёл к вам. Пока Джисон лихорадочно размышляет, чем бы ещё отвлечь его и направить разговор в нужное русло, Минхо встряхивает головой, словно отгоняя всё непрошенное, и горько усмехается, глядя на Хана. — А вы, судя по всему, отлично справляетесь сами. Так что не особо я вам и пригожусь... — Нет! — вперёд мозга выдаёт Джисон и поспешно машет руками. — В смысле, нет, ты не понял. Ты нам нужен! Минхо скептически хмыкает, бросив быстрый взгляд исподлобья на Хана, будто бы спрашивая: «Да неужели?». — Слушай, раз уж ты пришёл... — Внезапно Джисон чувствует усталость, хочется побыстрее закончить этот разговор. — Помоги нам продвинуться дальше как танцорам. Я думаю, ты не случайно выбрал именно нас, и наверняка у тебя есть какие-то планы. От лица всей нашей команды, прошу, останься. Минхо с какой-то надеждой во взгляде всматривается в Джисона, видимо, ожидая продолжения его спича, но тот словно выдохся и перевёл внимание на упаковку сока в своей руке, отвернувшись. Выглядит он при этом крайне обиженным, так что Минхо не может сдержать улыбки. Он протягивает руку и легонько треплет его волосы. — Договорились, Хан-ни.

***

После того короткого разговора у Джисона Минхо несколько дней не появляется на тренировках, так что Хёнджин берётся за постановку дэнс-кавера, сформировав трио из себя, Джисона и ещё одного относительно новенького танцора, которому явно не терпелось показать себя и свои навыки. Никто особо не возражает; остальные подтягивают свои слабые места, на которые им в первый же день умудрился указать Ли Но, а троица во главе с Хёнджином занимает дополнительный зал для изучения хореографии довольно известной группы. Джисону всё равно скучно, без Минхо студия, казалось, немного опустела, так что он соглашается на участие безо всяких уговоров. По правде говоря, его немного тревожит это молчание от их хореографа, но, на правах его соулмейта тире соседа, он знает, что Минхо вовсю придумывает им новую хорягу. Однако придумывается ему, по его же словам, только в квартире Джисона, поэтому дни он проводит у него, уходя только под ночь. Каким образом там выживают его коты, Джисон старается не думать, хотя уже и начинает переживать за этих милых пушистиков, косвенно награждавших его ежедневными царапинами. Конечно, есть в этом и свой плюс: Минхо в разы реже ранится, пока не лезет играться со своими питомцами. — Секси-концепт? — Тем временем новенькому не совсем приходится по душе задумка Хёнджина. — Вы разве не на хип-хопе специализируетесь? — У нас нет конкретного жанра, — ровно отвечает Хёнджин. — Мы начинали как уличные танцоры, так что каверы были чуть ли не единственным, что мы тогда ставили. Парень скептично окидывает взглядом помещение и вздыхает, сдаваясь. Спорить со старичками коллектива точно не входит в список его желаний. Джисон же терпеливо смотрит видео с практикой и запоминает движения, только на первый взгляд казавшиеся простыми. — А зачем мы сейчас... ну, это всё? — всё же решается спросить новичок. — У нас вроде более... глобальная подготовка, разве нет? Хёнджин глубоко вздыхает и старается сильно не закатывать глаза, однако всё равно получается чересчур драматично. — Наша популярность зависит от публики, — поясняет вместо него Джисон, не отвлекаясь от видео. — Иногда нужно снимать что-то подобное и выкладывать в соцсети, давая знать о себе поклонникам. — Больше контента равно больше фанатов, — подытоживает Хёнджин. Ему уже поскорее хочется приступить к практике. — Посмотри видео и начнём уже, у нас не так много времени. Новенький кивает и окончательно признаёт правоту своих наставников, тоже приклеиваясь взглядом к монитору. Спустя время все трое уже начинают заучивать движения в действии. Джисону категорически не нравится то, что у него получается; ему ближе быстрый, стремительный ритм и темп, однако Хёнджин нахваливает его попытки сделать какую-никакую, но более плавную волну телом. От резкой смены стиля Джисон снова быстро выдыхается и буквально выпрыгивает из связки, падает на пол и раскидывает руки в стороны. Гладкая поверхность приятно холодит спину, и усталость понемногу затуманивает голову. Перед глазами снова встаёт воспоминание их парного танца с Минхо, и Джисона мгновенно бросает в краску. Сколько времени они провели в зале, заучивая движения и оттачивая их, Джисон не знает, но покидают студию они уже затемно. Телефон вибрирует, высвечивая на экран сообщение от ждущего его Минхо. — Ты сегодня долго, — встречает он Хана у двери, забирая у него рюкзак и протягивая тапочки. Выглядит он отдохнувшим и прямо светится изнутри, лучезарно улыбаясь. Джисон отвечает ему усталой улыбкой и невольно ведёт носом: пахнет едой и теплом. — Тебе необязательно готовить, — смущённо бормочет Джисон, заходя в кухню и охватывая взглядом красоту на столе. Желудок тут же громко урчит. — Мне не сложно, — отзывается Минхо и подталкивает застывшего на пороге парня вперёд. — Мой руки и садись. Едят оба в молчании; Джисон слишком вымотался за день и не хочет лишний раз двигать челюстью, а Минхо просто любуется им и периодически посмеивается про себя, чем несколько озадачивает Джисона. После ужина Джисон показывает видео их тренировки и спрашивает мнение как у профессионала, на что Минхо фыркает. — Нет. — Нет? — Джисон давится воздухом от удивления. Неужели настолько плохо? — Нет, — смеясь, повторяет Ли. — Эту хорягу ставил не я, и я не могу её оценивать. Джисон, на секунду зависнув, пихает его в плечо и показывает язык. Он никак не может привыкнуть к этой привычке Минхо воспринимать всё слишком буквально. — Ли Но, я серьёзно. — Джисон надувает щёки и снова суёт экран телефона ему в лицо. — Оценивай нас, а не танец. Минхо качает головой и убирает телефон, аккуратно забрав его из пальцев Джисона, придвигается поближе и будто невзначай устраивает ладонь у него на бедре. — Вас я оценю, когда вернусь в студию, — понизив голос, произносит он. — А сейчас давай отдыхать. Джисон вздыхает и бросает взгляд на часы. Время близится к ночи, однако Минхо словно и не собирается уходить. Заметив его нервозность, Ли спешит его успокоить: — Коты под присмотром, не переживай, — на секунду задумавшись, он продолжает: — Кстати, насчёт этого. Я могу остаться у тебя сегодня? — Как хочешь, — задумчиво отзывается Джисон. Теперь в его голове закружились мысли, кто это там присматривает за котами Минхо? Не то чтобы ему жуть как интересно или он переживает, просто Минхо никогда не упоминал, что приглашал кого-то из друзей или знакомых поухаживать за питомцами. Это кажется ему странным; неужели у него появился кто-то, о ком не стоит рассказывать своему соулмейту? Пока Джисон усиленно размышляет над этим, Минхо что-то весело напевает вполголоса и ищет подходящий настроению фильм. Зацепившись взглядом за его чёткий профиль, Хан машинально начинает рассматривать его. Ещё не зажившая царапка на губе, прямой нос, длинные чёрные ресницы, рыжая чёлка, закрывающая лоб. Минхо, почувствовав на себе пристальный взгляд, медленно поворачивает голову, встречаясь глазами с задумчивым Джисоном. Тот даже не думает отвести взгляд, продолжая изучать лицо напротив и не замечая его приближения к своему. Лишь когда Минхо придвигается настолько, что Джисон улавливает приятный аромат его парфюма, он наконец выходит из своего оцепенения, но не может оторваться от внимательных кошачьих глаз. Чуть склонив голову набок, Минхо наблюдает за Джисоном с лёгкой улыбкой на губах, будучи в каких-то жалких сантиметрах от его лица. Хан нечаянно скользит взглядом ниже, к маленькой царапине, и Минхо расценивает это как знак. — Можно?.. — он не договаривает, но каким-то образом Джисон понимает его и, сглотнув отчего-то вязкую слюну, медленно кивает и закрывает глаза. Минхо приближается максимально близко и осторожно прикасается к губам Джисона, оставляя невесомый поцелуй и не решаясь продолжить, но Джисон сам приоткрывает рот и прижимается ближе, настолько, что у Минхо буквально перехватывает дыхание от восторга. Джисон как зачарованный отвечает на ласковые поцелуи Минхо, утопая в противоречивых чувствах внутри себя. Тёплые прикосновения соулмейта разгоняют пресловутых бабочек в животе, в то время как разум сопротивляется и истерически кричит: «Ты что творишь?!». Но впервые ощутивший подобную гамму эмоций Хан просто затыкает все увещевания собственного мозга потрясающими губами Минхо и его непривычной нежностью. Именно в эту секунду Джисон и понимает, что его падение всё-таки неизбежно. После их невозможно долгого поцелуя возвращается чувство неловкости и падает в пустую голову Джисона; он вытирает губы ладонью и отворачивается от довольного Минхо, запечатывая в памяти этот момент и краснея до кончиков ушей. Минхо же отмечает про себя это как прогресс, с учётом того, что Хан не сбежал и не спрятался в своей комнате или ванной. Он включает фильм, отсаживается на приличное расстояние от смущённого Джисона и полностью увлекается происходящим на экране.

***

Минхо возвращается в студию спустя ещё несколько дней. К этому времени Хёнджин уже полностью отработал кавер с танцорами и теперь готовил их к записи ролика на канал. Ли как раз застаёт последние приготовления, но не решается вмешиваться и тихонько усаживается в своём углу. Найдя глазами погружённого в репетицию Джисона, он удовлетворённо улыбается, вспоминая их поцелуй. После того вечера Джисон старался не упоминать о нём и вёл себя как ни в чём не бывало, помогал Минхо в постановке хореографии, докладывал об успехах в команде, смотрел с ним фильмы после учёбы, но теперь категорически запретил оставаться на ночь. Впрочем, это нисколько не портило настроение Минхо, ему за глаза хватало проводимого вместе с половинкой времени. В один момент все в зале затихают, вытянувшись вдоль стен, на площадке остаётся только трио из танцоров и снимающий их Феликс. Из колонок льётся тягучая мелодия; начинается танец. Как бы ни хотелось Ли охватывать своим профессиональным взглядом полноту движений всех танцоров, но глаза поневоле останавливаются только на Джисоне, хотя объективно, такой концепт ему не очень подходит, как тому же Хёнджину. Замени они Джисона на Феликса, например, было бы идеально, однако Минхо отчасти понимает, зачем Хёнджин поставил именно его. Полноценная картина их танца складывается в разносторонний, но весьма гармоничный тандем, от которого сложно оторвать взгляд. Мысленно хореограф ставит плюсик Хёнджину за его старания. В установившейся после танца тишине раздаются оглушительные аплодисменты, и остальные танцоры окружают трио с радостными возгласами. Джисон без сил валится на пол и почти откатывается от кучки ребят, прислоняясь к стене. Уже закрывая глаза, он замечает Минхо в противоположном углу. Тот сверлит его взглядом и улыбается уголками губ, размышляя о чём-то своём. Желание узнать мнение хореографа пересиливает смущение и слабость, и Джисон, с видимым усилием поднявшись, направляется к нему. — Ну, как? — плюхается он рядом и с надеждой смотрит на Минхо. — Бесподобно, — искренне восхищается Ли, коротко похлопав в ладоши. — Феликс, подойди, пожалуйста! Парень с готовностью подскакивает к ним и протягивает камеру. «Ты же не собираешься это смотреть прямо сейчас?» — мысленно ужасается Джисон, однако любопытство играет свою роль, и он придвигается ближе. — Что ж, — начинает Минхо, едва они закончили просмотр. — Хёнджин хорошо работает лицом на камеру, впрочем, неудивительно. — Он бросает красноречивый взгляд на Феликса. — Хонсок неплохо справился для новичка, нужно его почаще расшевеливать таким образом. Вокруг уже собираются танцоры и внимательно слушают, что говорит Минхо, и почему-то Джисон вдруг чувствует себя неуютно. Хочется спрятаться ото всех и уже наедине с Ли Но послушать его мнение. «Только послушать?» — ехидничает внутренний голос, и Джисон стискивает зубы почти до скрипа и с силой сжимает пальцы в кулак, забыв, что Минхо чувствует его боль. Едва поморщившись от неприятного ощущения, тот продолжает: — Хан Джисон... Это было впечатляюще. Но не совсем твоё, и ты понимаешь, почему. Джисон кивает, кусая изнутри губу. Внутренне он почему-то волнуется за всё, что говорит сейчас Ли Но. — В целом, у вас получилось вполне удачное танцевальное трио. Хёнджин, ты у них тут главный? — внезапно обращается Минхо к другу Джисона. — Я? — тот удивляется не меньше остальных. — Нет, с чего бы... — С сегодняшнего дня будешь, — решительно заканчивает Ли. Оставив всех переваривать информацию, он поднимается с места и спешит к выходу, схватив за руку Джисона и потащив его за собой. От изумления он даже не сопротивляется, слыша за спиной тихие перешёптывания и поздравления Хёнджину. Минхо затаскивает обоих в раздевалку и прикрывает дверь, почти впечатав в неё Джисона. Осторожно расцепив их руки, он принимается массажировать холодные пальцы Хана. — Хан-ни, ты весь зажат, — мягко произносит он, подняв взгляд на растерянное лицо Джисона. — Не нервничай так сильно. У тебя, наверное, губа кровоточит... Ли тянется к лицу Джисона, намереваясь просто проверить, всё ли в порядке, но Джисон отпрыгивает от него, внезапно чего-то испугавшись. Минхо в недоумении следит за паникой Хана и снова тянется вперёд, на этот раз оказываясь в крепких и отчаянных объятьях. — Ты... в порядке? — решается всё же спросить он, неловко обнимая в ответ и неуклюже поглаживая макушку Хана. — Чёртов соулмейт, — бормочет неслышно Джисон, пряча нос в шею Минхо. — Ты мне нужен.

***

Отмокая в горячей ванне, Джисон вспоминает прошедший день. Щёки горят, сердце колотится так сильно, что грозится выпрыгнуть прямо из-под рёбер. Он пару раз выдыхает, успокаивая участившийся пульс, но сознание упорно подсовывает ему яркие воспоминания. Неприятно впившийся в спину дверной косяк; холодящее разгорячённую кожу стекло; крепкие и сильные руки, удерживающие его прямо; мягкие и податливые губы Минхо, от прикосновений которых до сих пор горят собственные и покалывает язык; приятное тепло внизу живота, разгоняющее странный восторг по всему телу. Минхо сходу раскрыл его, лишь посмотрев один-единственный танец. Это поражает, ведь Джисон сам очень долго и упорно искал себя и свой стиль, постоянно сомневаясь в себе и своих силах. В глубине души Хан признаёт, что хотел увидеть реакцию Ли на их танец, и поэтому решился на изучение новых для себя движений. И вообще, с недавних пор ему внезапно стало не всё равно, что думает о нём Минхо. Но самое главное, рядом с ним Джисону становится комфортно, не хочется убежать подальше и затолкать себя в самый дальний угол квартиры, чтобы никто его не нашёл. И это тоже Минхо понимает в считанные минуты. Они обнимаются, стоя в раздевалке, очень долго. Джисон сопит в тёплую шею, вдыхает невесомый цитрусовый аромат и крепко держится за спину Минхо, чувствуя лёгкие поглаживания по голове и мгновенно разбегающиеся по шее мурашки. — Всё хорошо, — бессвязно шепчет Минхо. — Всё хорошо... Когда Джисон наконец выпускает его из объятий, стараясь не встречаться с ним взглядом, Минхо осторожно спрашивает: — Тебя что-то беспокоит? Джисон кивает и кусает губу, морщась от неприятной боли. Он не может адекватно сформулировать мысль, в голове творится полная сумятица и вспоминаются неприятные моменты из прошлого. Кажется, Минхо это понимает и продолжает говорить за него: — Я смотрел ваши ранние выступления. — Его голос звучит глухо и в то же время успокаивающе, без каких-либо резких интонаций. — На публике ты не выступал ни разу. Минхо вздыхает и снова притягивает поникшего Джисона к себе. — Боязнь толпы? — Получив утвердительный кивок, Ли аккуратно устраивает ладони на щеках Джисона и произносит, глядя ему в глаза: — Не бойся. Я рядом. Джисон чувствует себя маленьким мальчиком, потерявшимся в огромном торговом центре в час-пик, когда каждый так и норовит тебя затоптать. И лишь один человек протягивает ему руку помощи, чтобы выдернуть из эпицентра чужих тел и окружить заботой и любовью. Слова благодарности застревают где-то в горле в тот момент, когда Минхо прижимает его ближе и целует, как в первый раз, горячо, спонтанно, но уже настойчиво и с напором. Зудящий комок нервов и тревожности мгновенно растворяется в желудке, стоит Джисону только податься навстречу. Вспоминая эти эпизоды, Джисон с каким-то огорчением осознаёт, что затопившие его эмоции мало походят на любовь. Всем его телом чётко завладело одно-единственное желание. Желание Минхо.