Часть 7
22 мая 2022 г., 18:14
Женя знакомится с бывшей женой дяди Жана, когда ему исполняется 17 лет. В тот год в октябре необычно солнечно, бабье лето затянулось и подарило мнимое ощущение тепла, приятно греющее веснушчатое лицо парня. За последние два года Женя вырос, раздался в плечах, начал коротко обстригать волосы и думать о будущем. Вообще, в его возрасте большинство подростков все еще не в курсе, что им следует делать со своей жизнью. Куда поступать, кем работать… Жизнь за пределами 11 класса кажется чем-то загадочно-расплывчатым, как нечто, что никогда не наступит.
Женя, в отличие от своих сверстников, довольно четко знает, чего он хочет, а именно съехать от своей матери и зарабатывать столько, чтобы получить свободу от своей родительницы. И на то есть свои причины.
Около года назад к Марии в комнату переехал один из ее «ухажеров», дядя Коля. Изначально он хотел остаться на пару дней, но в итоге жил с Жениной мамой вот уже несколько месяцев. Дядя Коля был высоким мужланом с огромными руками, который то таксовал на своей ладе по Смоленску, то работал охранником в торговом центре, то «мутил бизнес» на деньги с микрозайма, впрочем, неудачно. Именно в результате таких «муток» Коля потерял свою квартиру и был вынужден переехать к Дятловым. Коля пил жигулевское каждый вечер, испуская мощную отрыжку, ходил по всей коммунальной квартире в одних трениках и покровительственно называл Женька своим «сынком». Мария при этом смотрела на своего «ухажера» глазами, полными какой-то песьей верности. Она подносила ему новые банки с пивом по первому зову, чистила обувь и готовила лучше, чем когда-либо готовила для Жени.
- Жень, а не хочешь с Колей проехаться? Он тебя на машине ездить научит…
- Жень, а хочешь с Колей на рыбалку съездить? Он там с друзьями собирается, а они сыновей берут…
- Жень, поедешь с нами на рынок? Коленька знаешь, как мясо выбирать умеет?..
Дятлова прилагала все возможные усилия, чтобы сблизить своего мужчину с сыном. Однако, чем дольше Женя смотрел на дядю Колю, тем отчетливее видел за его плечами силуэт отца. Та же тяжелая фигура, те же повадки… Коля, конечно, никогда не поднимал руку на мать открыто, как это делал отец. Однако его приказной тон, хмурый взгляд и прикрикивания в сторону не помытой вовремя посуды, не готового к пробуждению завтрака или неглаженной одежды, казалось, возвращали Женю в те мгновения его детства, когда он и мама еще жили с покойным Михаилом Дятловым.
Когда Женя в первые услышал, как Коля назвал его мать «тупой дурой» за нечаянно пролитое пиво, он, конечно, попытался вступиться за Марию, однако женщина только наругалась на сына.
- Ты как с Колей разговариваешь?! Подумаешь, поругал, за дело же! Забыл, как твой папка меня колошматил уже?!
Смотря на то, как Мария яростно защищает своего обидчика, Женя четко осознавал, что спорить с матерью бесполезно. Он лишь чувствовал горькую злость от того, что эта женщина приложила столько усилий, чтобы вырваться от одного домашнего тирана, чтобы добровольно сдаться другому.
Впрочем, у разочарования в последнем оставшемся в живых родителе были и свои плюсы. У Жени появилась цель – съехать от матери и ее дружка. Парень прекрасно понимал, что жильем и основным доходом он должен будет обеспечивать себя сам. Дятлов так же был достаточно умен, чтобы осознавать сразу несколько вещей. Ему нужно было получить нормальное образование, чтобы адекватно продвигаться по жизни, а не перебиваться переработками. К тому же, перед глазами стоял пример отца и фактически-отчима, не имеющих образования выше 9 классов и так и не устроившихся в жизни, и дяди Жана – интеллигентного, умного и уважаемого всеми врача.
- Образование, Эйжен, это ведь не только «корочка». Это определенный склад ума, круг общения, критическое мышление, кругозор… Деньги можно зарабатывать в любом возрасте, а вот образование надо получать, пока ты молод, и голова работает, потом уже сложнее будет. – Так говорил Жан во время очередных посиделок за чашкой чая.
Женя собирался идти учиться на программиста – математику он сдавал на ура, как и физику с информатикой. Проходной бал в местном вузе был довольно низким, к тому Жене светили льготы, как ребенку из неполной семьи, а Жан с Аней разрешали Жене пользоваться их домашним компьютером при подготовке к экзаменам. Вот только Дятлов прекрасно понимал, что даже если он поступит на бюджет и получит место в общежитии, мать не за что не будет его содержать. Даже сейчас Мария периодически порицала сына за решение идти на «высшее». В ее представлении учиться «такому здоровому лбу» было не за чем, «если после девятого можно было в техникум пойти». Перспектива содержать собственного ребенка женщину не особо радовала, в отличие от необходимости разбираться с долгами сожителя. Так что после 18 лет Женя приготовился к необходимости обеспечивать себя самостоятельно.
В прочем, к работе Дятлову было не привыкать. Летом он устраивался в магазин, где раньше работала бабушка. Однако во время учебы так делать не получалось – все-таки оценки для Жени были важны, тем более, что он умудрялся идти на золотую медаль, что сулило лишние дополнительные баллы при поступлении.
Вообще, Женя не то, чтобы был круглым отличником. Математика, информатика и физика ему давались в силу природной одаренности, в случае литературы и русского языка следовало сказать спасибо деде Славе, именно он привил мальчику любовь к чтению. Биология и химия в школе были «не запарными» из-за учителя-пофигиста. Главным было сдавать вовремя все домашние задания и пятерка была тебе обеспечена.
Другое дело, история. Вот здесь Женя честно не понимал, что он делает не так. Дятлов заучивал наизусть даты и термины, зазубривал последовательность событий, но когда дело доходило до анализа исторического периода – любимой части урока старого историка, который, казалось, застал еще царскую Россию, парень начинал сыпаться на глазах.
- Это не сочинение, Дятлов, а черти что! – Бухтел преподаватель, указывая на работу Жени. Был конец первой четверти 11 класса, а у него в дневнике красовалась 4 за четверть. Того и гляди она перекочует и в аттестат и испортит Женин идеальный план попасть на платное обучение.
- Тут же все правильно, Игорь Иванович, даты там, факты…
- Я, думаешь, не вижу, что ты их знаешь, Дятлов? Только вот задачей было проанализировать, а не рассказать. Я учу вас думать, думать! Чтобы вы могли учиться на ошибках прошлого!..
- Игорь Иванович, ну не могу я! Я же вам все прописал…
- А я тебе повторяю, мне энциклопедию переписывать не нужно!..
Спор мог затянуться до бесконечности, а перемена, тем временем, подходила к концу. У дверей в кабинет уже толпился другой класс, бросая заинтересованный взгляды на высокую фигуру одиннадцатиклассника, клянчащего хорошую оценку, и сухонького старичка, не желающего уступать. В конце концов, Игорь Иванович решительно хлопнул своей сукой рукой по столу и сердито сказал:
- Иди, уже Дятлов, с глаз моих. Будет у тебя пять за четверть, только придется тебе в одном историческом проекте поучаствовать, хе-хе-хе…
***
- Значит, твой учитель отправил тебя участвовать в постановке «Бориса Годунова»? - Ага, у них там кто-то на подхвате нужен, декорации таскать, костюмы подносить… В общем ничего сложного быть не должно, только на репетиции походить надо там, в универ местный… В квартире деды Славы царила уже привычная для Жени атмосфера тепла и спокойствия. Парень устроился в зале, в своем любимом кресле, напротив стола с шахматной доской. Рядом дымилась кружка с черным чаем, в вазочке аппетитно блестели овсяные печенья (их количество в упаковке никогда не уменьшалось с прошлого Жениного визита, на что парень тактично не обращал внимания). Дятлов по привычке зашел к своему соседу ради нескольких партий и застал редкую картину. Аннушка и Жан были дома, не занятые на дежурстве. Мужчина с присущей ему элегантностью расположился в соседнем кресле, отвечая на чьи-то сообщения в телефоне (Женя был готов поклясться, что это не связано с недавним вопросом Жана про то, что такое тиндер). Аннушка сидела тут же напротив включенного телевизора, смотря шоу «Слабое звено» (Женя был впечатлен тем, что она умудрялась озвучивать ответы раньше участников). Получился почти семейный вечер (по крайней мере, Жене хотелось думать, что это тепло в груди ощущал не только он). - И кто ж там руководитель, в этой постановке то, а, Жень? – поинтересовался деда Слава, переставляя свои фигуры. - Ну, Игорь Иванович сказал искать Ольгу Воронцову. Она там постановщик. Жан внезапно поперхнулся и выронил телефон из рук, деда Слава коротко хохотнул, а Аннушка с интересом и легким сочувствием посмотрела на Женю. - Эм, я чего-то не знаю? – Осторожно спросил парень. - Чтож, Эйжен, - неуверенно проговорил Жан. – пора тебе рассказать о том, каким злом может оказаться брак…***
«Не такая уж она и страшная» - подумал Женя, оперативно перетаскивая коробки с инвентарем. На сцене шла репетиция спектакля. Третьекурсник в одежде монаха с накладной бородой сидел посреди сцены и старательно декламировал: - Еще одно, последнее сказание, И летопись, эээ… - Окончена моя! – Раздался звонкий голос из зрительного зала. Там, на первом ряду сидела высокая и статная женщина, одетая, словно беглая графиня в послереволюционные времена (по крайней мере, именно такие ассоциации возникали в голове парня при взгляде на длинное черное платье, яркую брошь на груди женщины и ее статную осанку). Правда, красивое лицо Ольги было искажено явной гримасой раздражения. И не удивительно, ведь исполняющий роль Пимена третьекурсник все никак не мог нормально воспроизвести текст. Когда неудачливый актер в очередной раз не смог правильно произнести текст, в него полетел… Кажется, это был небольшой женский клатч, врезавшийся прямо в ноги бедняге – третьекурснику. - Вон отсюда! И чтобы без выученного текста не возвращался! Пока горе-актер спешно выбегал из актового зала, Ольга демонстративно потерла переносицу и звучно крикнула: - Дятлов! Меняй декорации на дом Годунова. Высокие каблуки застучали по паркету, хлопнула входная дверь. Женя быстро схватил нужные элементы декораций, перетаскивая необходимые детали. В голове парня звенел запомнившийся за эти полчаса репетиций текст: - Еще одно, последнее сказание, И летопись окончена моя… Голос Жени отражался от стен зала, разбавляя тишину университета. Парню нравилось повторять знакомые фразы и с играть с интонациями. Слишком отвлеченный от происходящего вокруг, Дятлов не сразу услышал сдержанные хлопки из другой части зала. Ольга стояла у входной двери с несколькими другими студентами-актерами. - Вот так! Так надо приходить на репетицию! А вы, молодой человек, готовьтесь, с этого дня ты участвуешь в спектакле. Стоит ли говорить, что пятерка по истории Жене была обеспечена?***
Телефон Жан в этот раз берет после третьего гудка. Это абсолютный рекорд с того момента, как они начали пользоваться мобильной связью. Впрочем, в этот раз у ее бывшего мужа есть оправдание. Все-таки, сегодня случился актерский дебют Жени. - Поздравляю, ваш ученик не совсем бездарен. - От вас это – высшая похвала. - Пришел бы лично, смог бы убедится сам. - Ну так я и пришел. Нахмурившись, Ольга слегка отодвинула занавес и посмотрела в зал. Там, на пятом ряду, действительно сидели Святослав Вернидубович, Аннушка (будь она не ладно) и Жан. В руках мужчины был букет банальных алых роз. - В следующий раз придумай подарок пооригинальнее. - Считай, что это от Жени, нужно же выразить благодарность наставнику? - Каков отец, таков и сын, что тут еще сказать. - Что?.. – Но Ольга уже положила трубку. На сцене кланялись ее «дети», а среди них, высокий юноша с накладной бородой. Пришло время выйти и ей на сцену, как того требовали правила приличия и театрального этикета. В конце концов, сегодня Сережа наконец решил прикоснуться к прекрасному и посетить ее спектакль, а не просто забрать ее после. Следовало почтить своего ухажера вниманием, и не важно, что с пятого ряда на нее смотрели такие родные, но полные печали глаза.
