Платон в его понимании

Напряженные знакомства (Платон в его понимании)

Покинуть безопасный театр было в какой-то степени облегчением. Тяжелые шторы Убежища скрывали не только секреты, но и солнечный свет. Старая электрическая проводка была ужасна, лампы то и дело мигали со случайными интервалами. Наруто совсем не грустил, уходя из клаустрофобной атмосферы Убежища. Что более важно, их присутствие там могло стать большой проблемой для Ируки. Он знал это и чувствовал себя виноватым за то, что так подвергал их опасности. Когда он объявил, что они уходят, без сомнений на лицах многих людей появилось облегчение, и он не мог их винить. И хотя уходить в наружный мир, где они ежеминутно подвергались риску быть узнанными «сознательными гражданами», тоже не очень хотелось, он бы вернулся в театр только в случае экстренной необходимости. Было достаточно тяжело отвечать за одного Саске… Он не хотел брать на свою совесть больше людей. «Огненная земля» находился не на другом конце города, но все же далековато, чтобы идти пешком. Тем не менее, Наруто настоял, и Саске полностью согласился, что придется пройтись. В общественном транспорте на них могли обратить внимание. Так что это заняло какое-то время. Было уже за полночь, когда они свернули на маленькую улочку, где находился вход в клуб. Вокруг стояли здания, которым было по сто, сто пятьдесят лет. Большинство из них имели первозданный вид и красовались орнаментами, так как по закону менять их было нельзя. Но некоторые были раскрашены в яркие цвета, некоторые переделаны в магазины и рестораны, а от некоторых, как здания, в котором находилась «Огненная земля», осталось лишь основание, на котором теперь возвышалась башня из стали и стекла, которая могла бы составить конкуренцию в более современных частях города. Над очередью разодетых людей, надеющихся попасть в клуб, был ряд каменных львов с широко открытыми пастями в застывшем рыке. Наруто они всегда нравились. На самом деле однажды он даже позволил Конохомару затащить себя на одного льва и делал вид, что скачет на нем, как ребенок. Было весело. Это воспоминание и свежий воздух подняли ему настроение. — Нам никогда не попасть туда в таком виде, — вырвал Наруто из воспоминаний голос Саске. Наруто ухмыльнулся. — Еще как попасть. — Не в этой одежде. Если быть честным, то вышибалы никогда не пропустили бы их в таких шмотках. Саске был прав. — Она вполне подходит для другого прохода. Саске посмотрел на свою великоватую голубую рубашку. — То есть мы пойдем через канализацию? Наруто закатил глаза. Саске вел себя так весь день и язвил по поводу всего, что Наруто говорил или делал. Это раздражало и злило, особенно когда очередная колкость ударяла по больному месту, но он сдерживался каждый раз, хоть и не без усилия. У них ничего не выйдет, если они будут ругаться. — Почти, через подвал, — сказал он. — Это сюда. Саске пошел за ним обходить несколько магазинов. Они оказались на улице, параллельной входу в клуб. С этой стороны башня «Огненной земли» давила на них своим эпатажем. На уровне коленей оказался ряд маленьких окошек, ведущих в подвал. Некоторые из них были открыты, но все заграждены железными прутьями с каллами на концах. Наруто нашел нужное окно в углу и опустился на землю, чтобы осмотреть его. К его облегчению, крепежи остались такими же, как он помнил, когда использовал это окно, как запасный выход для Конохомару. Он подрезал их таким образом, чтобы они выглядели так, будто крепят прутья к окну, когда ставишь раму на место, но на самом деле крепежи были слишком короткими для этого. Быстро оглядевшись, Наруто сдвинул тяжелую железку без особых усилий. — Ты хорошо знаешь это место. Наруто поднял взгляд, но Саске смотрел вниз по улице. — Ага. Выбора не было, нужно было разбивать окно. Вполне возможно, что их кто-то услышит… и охрана незамедлительно прибежит. Но с ними может оказаться Какаши или кто-нибудь узнает его, так что опасности не было. — Как так? — Что? — Наруто снова поднял голову. На этот раз Саске смотрел на него, хмурясь, очевидно снова раздраженный. О чем они говорили? — А. Я работал на внука старого мэра. Ему нравилось это место. Особенно последние этажи. Если говорить начистоту, Конохомару так нравился этот клуб только потому, что его семья настаивала на том, чтобы он держал свою ориентацию в тайне. Несколько месяцев он свыкался с особыми услугами «Огненной земли», но впоследствии это место стало вторым домом для Конохомару. Вскоре после того, как Джирайя попросил Наруто взяться за эту работу, разгорелся скандал из-за одного известного актера и проститутки, замеченных на входе в клуб. Внутри и на улице сновали толпы репортеров, желающих получить еще одну сенсацию. Поэтому Наруто нужно было найти способ доставлять Конохомару внутрь так, чтобы их не заметили. Любопытство в голоcе Саске сменилось на недовольство. — Значит, это правда — то, что говорят об этом месте. Это было утверждение, а не вопрос. Но Наруто ухмыльнулся: — О, да. Все, что ты слышал и даже больше. Саске, похоже, не собирался продолжать разговор, и Наруто разбил окно. Он аккуратно прикрыл лицо, чтобы не пораниться случайными осколками. С минуту он очищал раму от стекла, чтобы не поранить руки, когда они будут пролезать, а, бросив взгляд на Саске, увидел, что тот снова внимательно осматривается по сторонам. Уверенный, что его предупредят, если кто-то заявится, он смог заниматься своим делом быстрее. — Я пойду первым, — пробормотал он, когда закончил. Комната под ними была, очевидно, пустой, так что было бы лучше пропустить первым Саске, но он не мог. Окно находилось довольно высоко над полом, и Наруто не был уверен, есть ли что-то внизу или нет. Саске, в конце концов, был ранен в неудобном месте. Это сказывалось на его подвижности. Последний раз оглядев улицу, Наруто присел и скользнул в окно ногами вперед. Он опустился на руках так низко, как мог, и только потом спрыгнул. Растянутая лодыжка им сейчас была ни к чему. Он развернулся и пнул с пути единственную в помещении картонную коробку с туалетными принадлежностями. Саске уже сидел на краю окна и пытался разглядеть что-нибудь внизу, как это делал Наруто минуту назад. Но толку в этом не было — внутри было темно, и Саске быстро бросил это бестолковое занятие. Когда он просунулся внутрь, Наруто неловко его поймал. Он понимал, что это было неприемлемо, но боялся задеть рану. Он поймал его за ноги, чуть ниже задницы. Он удерживал Саске с мгновение, а потом поставил его на землю. Наруто не хотелось его отпускать. Он чувствовал запах Саске — дешевый порошок Убежища, кожа куртки, легкий свежий пот, а под всем этим едва уловимый медный запах крови. Все это обрушилось на него, и он жадно вдохнул, чтобы заполнить легкие, а от неожиданного тепла он крепко вцепился пальцами в рубашку Саске. Их поза очень напоминала объятие. Слегка отключившись от реальности, Наруто уткнулся носом Саске в плечо. В нем как раз проснулось любопытство, почему тело рядом с ним так спокойно и не демонстрирует никакой реакции, когда Саске вытащил левую руку из тесного пространства между ними. Даже зная, что сейчас произойдет, Наруто не отпустил его. И получил локтем в живот без намека на жалость так, что пришлось согнуться от боли и бороться за вздох. Саске молча отступил на пару шагов. Наруто быстро рассудил у себя в голове — он это заслужил. Пока он тратил время, ища тепла — или что он там делал — кто угодно мог войти в комнату. Он вел себя неосмотрительно. Нужно было сфокусироваться. Наруто выпрямился, не обращая внимания на вдруг появившееся разочарование. Он попытался изобразить сожалеющий взгляд, потому что извиняться вслух он не собирался. Один черт знает, что у него получилось бы сказать. Но Саске не смотрел на него, он мрачным взглядом следил за единственной дверью ведущей из маленькой комнаты холодного подвала. Что ж, к черту. Они подождали пару минут. Похоже, никто ничего не слышал, потому что никто не спешил к ним. Наруто попытался открыть дверь и, к его удивлению, она легко поддалась. Они пробрались внутрь. Система наблюдения находилась в подвале. После коротких внутренних дебатов Наруто решил пойти прямо туда и сдаться охранникам, наблюдающим за мониторами. В любой другой ситуации он бы обязательно развлекся, выясняя, как далеко он может зайти, не будучи обнаруженным, но не сегодня. Не с раненным Саске. — Куда? — вырвал его из размышлений Саске. Безоконный коридор выглядел одинаково с обеих сторон и словно давил на них своими высокими потолками и голыми стенами. Наруто махнул рукой налево. — Лестница там. Но нам сюда. На последней двери справа висела четко обозначающая, что внутри, табличка. Наруто ухмыльнулся через плечо обеспокоено выглядящему Саске и открыл дверь. Внутри сидели двое мужчин. Один смотрел на многочисленные мигающие мониторы, слишком расслабленный, чтобы добросовестно выполнять свою работу, а второй хмурился, глядя в компьютерный экран. Они одновременно посмотрели на дверь. Наруто снова ухмыльнулся и многозначительно оглядел комнату. — Похоже, это тоже не туалет. Мужчина за компьютером встал, открыв рот, растеряв все слова. Наконец, он произнес: — Туалет… Как ты сюда попал? После короткого осмотра он собрал мозги в кучу и потянулся прямо к ремню — в конце концов, порванные рубашки оказывают такой эффект на охрану. Наруто поднял руки в знак капитуляции: — Шучу, просто шучу! Мы на самом деле ищем Какаши. Можете его позвать, пожалуйста? — Как ты сюда попал? Дверь в подвал закрыта и на сигнализации. Тон был резким, но Наруто радостно заметил, что рука, тянущаяся к кобуре, остановилась при упоминании Какаши. — Ну, как бы… Можете позвать его, пожалуйста, и сказать, что пришел Наруто? Он меня ждет. Шансов, что Ирука успел сообщить обо всем Какаши, почти не было, но зато прозвучало достаточно важно, чтобы мужчина кивнул своему коллеге на телефон на столе. — Ты мне не ответил. Наруто скосил под дурачка, чтобы выиграть время. — Не ответил на что? — Как ты сюда попал? — А, это, — тихое фырканье сзади напомнило ему о том, что нужно подвинуться и продемонстрировать Саске, чтобы позже это не стало неприятным сюрпризом. Он махнул рукой в сторону Саске: — Мы запрыгнули внутрь. Это сработало как хороший отвлекающий маневр. Мужчина сделал шаг вперед и всмотрелся в темноту, в которой скрывался Саске. — Сколько вас там? — Только мы двое, — едва успел ответить Наруто, как до мужчины дошел смысл того, что он ответил ранее. Он прищурился и несмотря на то, что он задавал вопрос, тон его содержал прямую угрозу. — Вы запрыгнули внутрь? — Все в порядке. Какаши сказал пропустить их. Наконец-то мужчина, допрашивающий их, — которого Наруто в своей голове окрестил как Первый Охранник, потому что у них не было отличительных знаков, чтобы дать им клички — успокоился и убрал руку от кобуры. Наруто воспользовался случаем и зашел внутрь, оглядываясь. Многочисленные мониторы, мигающие в темноте зеленым, показывали ключевые части клуба — танцпол, VIP места, вход и выход. Было еще несколько мониторов с изображением офисов и коридоров. Ничего, что выше первого этажа, не было, охрана делилась на несколько команд, которые следили за разными частями здания. В комнате сильно пахло сосисками и кофе, хотя Наруто не мог понять, откуда идет запах. — А-а, — услышал Наруто позади себя. Он обернулся, но это был не Саске, зашедший за ним следом. Это был Первый Охранник, пристально вглядывающийся в Саске и Наруто. — Теперь я понял, почему вы мне так знакомы. Вы во всех новостях. Наруто быстро встал между Саске и Охранником. Вероятность, что их никто не узнает, конечно, была крайне мала, но он надеялся, что это произойдет не сразу. Он неподвижно ждал, надеясь, что не придется драться. К счастью, никто не бежал к телефону, хотя оба охранника пялились во все глаза. — Откуда ты знаешь Какаши? — спросил Другой Охранник. Наруто решил ответить правду. — Он работал с моим крестным в охранном агентстве. Настороженный взгляд Первого Охранника метнулся к необычно ярким волосам Наруто и смягчился. — А. Я понял. Ты пацан Минато. Наруто чуть не покачнулся от облегчения. — Ага. — А он? — мужчина кивнул позади него, туда, где стоял Саске. — Клиент. — То есть ты дал ему кого-то убить в свою смену? Первый Охранник начинал сильно не нравиться Наруто. Может, он и знал его отца, но Наруто его не помнил, значит, близкими друзьями они не были. Теперь он насмешливо улыбался и его преждевременно седые волосы выглядели грязными и некрасивыми в зеленом свете мониторов. Наруто отступил назад, пока не почувствовал за собой Саске. — Он, — выделил Наруто, — никого не убивал. А теперь я хочу подняться и увидеть Какаши. После этих слов они сделали самое тупое, что могли — начали сверлить друг друга глазами. Наруто только что заявил, что это о нем им стоит беспокоиться, хотя он имел в виду «мой клиент невиновен», а не «я убью вас всех, если не поленюсь поднять руку». Он угрюмо смотрел прямо в водянисто серые глаза, пока мужчина не фыркнул и отвернулся. Избавившись от напряжения, Наруто оглянулся на Саске. Тот перевел внимательный взгляд с перешептывающихся охранников на него. — У тебя есть причина, по которой ты загнал меня в угол? Он действительно оказался в углу маленькой комнаты. Наруто не осознавал, что отступал так далеко, а комната была маленькой. Он конфузливо улыбнулся: — Неа. Я не думаю, что у нас здесь возникнут проблемы. — Поедете на лифте на пятый этаж, — сказал уже знакомый насмешливый голос, прерывая их. — Вас будут ждать, чтобы проводить. — На лифте? Почему нельзя подняться по лестнице? — спросил Наруто, чувствуя, тем не менее, облегчение. Он, очевидно, не нравился этому мужчине, но если тот выражал свое недовольство только так, то они легко отделались. Он, скорее всего, не хотел связываться с Какаши. — Потому что я так сказал. Лестница закрыта, поедете на лифте. Наруто смерил его гневным взглядом, чтобы выразить свое негодование, и развернулся к Саске, кивая, чтобы вышел первым. Дверь за ними мгновенно закрылась. — Твой отец ему что-то сделал? — спросил Саске через несколько ступенек. — Без понятия. Я никогда его раньше не видел. Через минуту, когда звук нестройной клубной музыки постепенно усилился, Саске спросил: — Что не так с лифтами? Наруто улыбнулся. — Да все с ними так. Просто он на другом конце здания. Нам придется пройти через весь клуб, а ты сам видел, здесь сегодня полно народа. Он сделал так, чтобы нам было максимально неудобно. — Мы не можем забить и подняться по лестнице? — Я, конечно, могу выбить дверь, — засмеялся Наруто, представляя, как он выбивает огромную двойную дверь на глазах у толпы людей. Сколько человек узнает их по новостям? — Но мы привлечем слишком много внимания. Хотя было бы весело. Дверь из подвала действительно была заперта, как им и говорили. Наруто помахал в камеру и широко ухмыльнулся. Ничего не произошло. Он продолжил махать, а Саске тихо ругнулся. Прошло несколько долгих минут, прежде чем раздался глухой гул, и дверь под рукой Саске приоткрылась. Рев музыки ворвался в щель, такой громкий и сильный, что их чуть не сшибло в сторону. — Мне это не нравится, — пробормотал Наруто, выходя в маленький коридор с двумя дверьми. — Он может доставить нам неприятности. Ответа он не получил, да и вряд ли Саске мог сказать что-то, от чего ему полегчало бы. Маленький коридор вел в другой побольше, с кучей людей, стоящих в очереди в туалет. Глядя на них — кто-то нетерпеливо переминался с ноги на ногу, кто-то целовался и шарил руками, кто-то откровенно скучал — Наруто радовался, что ему туда не надо. Никто не задерживал на них взгляд, несмотря на старую, поношенную одежду и то, что они были в розыске. Наруто старался идти вдоль стены, чтобы было проще пробираться и следить краем глаза за Саске, но выходило с трудом. Слишком много людей выходило сюда, чтобы остыть или позажиматься. Чтобы не терять из виду Саске, он пропустил его вперед и пошел прямо за ним, но так получилось не лучше. Какая-то девчонка, торопящаяся куда-то, задела их, и Наруто почувствовал, как Саске вздрогнул от боли. Вскоре они пробирались через толпу плечом к плечу, Наруто осторожно выбирал дорогу и шел как живой щит между танцующими людьми, отражающими яркий голубой свет, и раненной стороной Саске. Огни слепили его. Ему пришлось держаться за Саске, чтобы не потеряться, он вцепился пальцами в куртку Саске на спине. Как только они прорвались через толпу, он убрал руку. Он был почти уверен, что снова раздражал Саске, но притворился, что оглядывается, чтобы не смотреть на него и не убеждаться. Невысокий, но широкоплечий парень, сидящий в кресле возле лифта, поднял бровь, когда они подошли. — Наруто. К Какаши? Реакции не последовало. Сжав зубы — это тот мужик из подвала посодействовал, чтобы все было не просто? — он махнул рукой, чтобы показать, что торопится. — Сегодня? Широкоплечий парень делал все очень медленно, но все же открыл лифт и пропустил их. Он ничего не сказал, но Наруто нажал на кнопку пятого этажа. Там находилась Приемная и главная комната системы наблюдения. — Это так ты заводишь друзей? — спросил Саске, как только закрылись двери лифта. — Получше, чем ты, — пробормотал Наруто, не удержав раздражения в голосе. Да, он повел себя немного грубо, парень возле лифта не был виноват, что его коллега — козел. Но кому какое дело. — По крайней мере, никто не ждет от меня завтрака утром. Он внутренне вздрогнул от вылетевших изо рта слов. Напоминать Саске о том, как они познакомились, когда они оба были на взводе, было плохой идеей. — Он не виноват, что ты не в настроении, и мы не в том положении, чтобы злить здесь всех подряд. Ты что, не можешь вынести пару придурков, когда они тебе помогают? Наруто, не веря своим ушам, обернулся. — Серьезно? Ты делаешь мне замечание о том, как я веду себя с людьми? Ты, из всех людей? — А что не так? — Я наблюдал за тобой неделями, помнишь? За все это время не было ни одного человека, с которым ты общался бы вежливо! Ни единого! А как ты разговаривал со своим профессором — куратором — ну, знаешь, тем фиолетовым подозрительным типом, я поверить не могу, что он впустил тебя в свой… — «змеиный дом» хотел закончить Наруто, но лишь махнул рукой. Он не был уверен, как назвать место, в котором жили все змеи кампуса. — Некоторым людям это нравится, — ответил Саске, скрещивая на груди руки и игнорируя неприязненное выражение лица Наруто. — Я очень хорошо знаю, когда нужно держать рот на замке — даже быть доброжелательным — и не вываливаю на людей свое недовольство, когда завишу от них. — Значит, я просто исключение? Очень классно. — Ты… это не стоит усилий, — ответил Саске, не обращая внимания на сарказм. — Спасибо. Как будто я и так чувствую себя недостаточно стремно из-за всего этого провала. В тишине они проехали третий этаж. — Я бы не назвал это провалом. От тебя не зависело то, что этот мужик что-то не поделил с твоим покойным отцом. — Ну, я уверен, что не сделал ничего, чтобы заслужить от тебя усилия быть доброжелательным со мной за последние двадцать секунд, так что держи свою жалость при себе, — огрызнулся Наруто. — И я вообще не об этом. Я знаю, что довольно рассеянный. У меня всегда была эта проблема, учителя начали предупреждать моих родителей об этом еще с начальной школы. Но я стараюсь, и ты вполне живой, хоть и раненый, так что оставь свое недовольство при себе. Наруто не почувствовал себя намного лучше, выговорившись… Ладно, на самом деле после этого ему перестало казаться, что он вот-вот взорвется. Но как бы там ни было признание того, что у него есть проблема с концентрацией, не уменьшило его страх того, что он упустит из виду что-то крайне важное и Саске убьют. Это будет не первый раз, когда он допустит серьезную ошибку из-за своей забывчивости. Ему везло, и раньше он не попадал в настолько серьезные ситуации, так что никто от этого не страдал, но Наруто всегда понимал, что он далеко не самый лучший кандидат для этой работы. В первую очередь поэтому он всегда отнекивался, когда Джирайя пытался уговорить его взяться за работу, и когда Итачи попросил его об этом. Уже когда лифт стал замедляться, Саске, наконец, сказал: — Есть разница между тем, чтобы стараться быть доброжелательным и быть честным. Я говорил тебе то, что думал. Удивленный, Наруто обернулся. Саске выдержал его вопросительный недоверчивый взгляд, и Наруто открыл рот, чтобы поблагодарить его, на этот раз серьезно. Он почувствовал себя немного лучше, хоть Саске и не решил проблему. — Наруто! — послышался голос сзади. Наруто совершенно пропустил тот момент, когда двери лифта открылись, и развернулся, снова злясь. Он ведь думал об этом всего минуту назад — что на этом этаже их может ждать что-то опасное, но слишком отвлекся на дурацкий, бесполезный недо-комплимент, и все проворонил. Это было нелепо. Он только и успел опознать, кто же его звал, когда Конохомару прыгнул на него так, что Наруто врезался в зеркало сзади. Как будто от этого и чересчур крепких объятий было недостаточно больно, Конохомару вцепился пальцами в его волосы и порывисто поцеловал прямо в губы. Наруто попытался возмутиться, но слов было не разобрать. Тогда он схватил его за плечи и отодвинул от себя. Расстроившись, Конохомару сверкнул недовольным взглядом, но не отодвинулся ни на сантиметр, продолжая прижиматься к Наруто и держа его за руки. — Ой, да ладно! Ты больше не работаешь на моего деда! — Ты все еще ребенок. — Я совершеннолетний, — возразил Конохомару. Наруто с облегчением заметил, что тот расстроился не всерьез. Он мило дул губы, одетый в модную, шелковую, зеленую рубашку, которая больше открывала, чем закрывала тело, и узкие черные брюки. Узел в груди Наруто немного ослаб. Конохомару привычно валял дурака, так было всегда. У Наруто из плеч ушло напряжение. — Да, и я читал в газетах, как ты его отметил. Я задницу рвал, чтобы ты оставался в шкафу, а ты взял и начал зажиматься с человеком, который тебе в отцы годится, посередине городской площади? — Ну, да. У него была классная задница, — заржал Конохомару. — Ты знаешь, как мне нравятся классные задницы. Наруто знал это слишком хорошо, поэтому взялся за полы своей потрепанной рубашки и оттянул вниз, чтобы прикрыть пятую точку. Конохомару мог запросто ущипнуть так, что останутся синяки — воспоминания об этом были еще очень ярки в памяти. Но несмотря на такое поведение, Конохомару на самом деле не был таким уж распутным, он больше просто дразнился. И мог себе позволить это с постоянной личной охраной, которой щедро платил его дед. И, может, Наруто не судил его строго, потому что прекрасно знал пару вещей о подростках с чересчур занятыми родителями, и как они иногда ищут внимания неправильными путями. Хотя его собственная тактика обычно включала скорее оружие, чем секс. Все еще смеясь, Конохомару отпустил его. Наруто с облегчением посмотрел на Саске, который, похоже, не был впечатлен развернувшейся сценой. Широкий парень в черном костюме — определено охранник Конохомару — держал двери лифта и приветственно кивнул, когда Наруто взглянул на него. Конохомару в это время осмотрел Саске с ног до головы, нахмурился и вернулся взгляд на Наруто. — Тебе нужно перекрасить волосы. Наруто в ужасе возмутился: — Мне нравятся мои волосы. Они красивые и яркие. Конохомару улыбнулся. — Мне они тоже нравятся. Но тебе нужно их перекрасить. — Хорошая идея, — сказал Саске. Наруто посмотрел на него как на последнего предателя полным боли взглядом, но начал улавливать смысл. У него не было времени подумать об этом раньше, но нужно было рассмотреть этот вариант. Он порадовался, что Конохомару не стал спрашивать, что случилось, и действительно ли они убили кого-то, а вместо этого стал предлагать дельные вещи. Может, он действительно вырос. Не зная о его размышлениях, Саске объяснил про волосы: — Слишком отличительная черта. Тебя легко узнать. — А тебе нужно постричься, — обратился Конохомару к Саске. На этот раз Наруто еле сдержался и промолчал, когда Саске, слегка нахмурившись, кивнул. Ему нравились волосы Саске. Они были длинноватыми, но мягкими и очень ему шли… Так, это было не его дело. Ему все равно нельзя было думать о том, какими волосы Саске были на ощупь. И стрижка могла помочь, особенно потому, что по телевизору Саске показывали с волосами даже длиннее. Такой сильный контраст мог одурачить некоторых людей. — Ты собрался вниз? — спросил он Конохомару. Тон вышел сухим, потому что внутри у него творилась эмоциональная суматоха, но мальчика это, похоже, не задело. — Нет, я ждал тебя. Какаши сказал мне, что ты зайдешь, когда я спросил у него — ну, знаешь, о том, что говорят по телеку. Он по прежнему не задавал вопросов, но Наруто решил уточнить: — Это все неправда. Конохомару кивнул со всей серьезностью: — Я так и думал. Пойдем, Какаши ждет тебя! Как только они вышли из лифта, обстановка полностью сменилась по сравнению с тем, что было на первом этаже. Это потому, что они находились в надстроенной части здания. Все буквально пахло новизной — сияющие полы, свежеотделанные стены, современные лампы и люстры, сделанные со вкусом. На этаже было так же спокойно, как это было в памяти Наруто. Тишина нарушалась музыкой, идущей из маленькой комнаты, которую называли Приемной. Но после шума и гама первого этажа, здесь было очень приятно. Саске осматривался, слегка приподняв брови, как будто ожидал увидеть здесь что-то интересное. Если бы он когда-нибудь захотел вернуться сюда, то услышав имя Итачи, его наверняка пропустили бы. Наруто не нравилась эта мысль, но ему нравилось знать то, чего Саске не знал. Он немного прибавил шаг, чтобы поравняться с ним. Кивнув на белые двери комнаты, он прошептал: — Музыка идет из Приемной, — какое-то мгновение Наруто подумал, что разозлит Саске, но если тот и был недоволен, любопытство пересилило, и он посмотрел в направление, которое указывал Наруто. — Вообще это главный зал с баром и небольшой сценой для специальных программ. Официально делать там что-то неприличное запрещено, но… Разве можно на самом деле запретить что-то этим людям. Несколько коктейлей, и некоторые забывают, что находятся под камерами. — Что делают с пленками? Пленки не использовали уже очень давно, но ответ остался прежним: — Стирают каждые двадцать четыре часа, если не было проблем. — То есть это по сути публичный дом? — спросил Саске. Он говорил тихо, но в голосе появилась сталь. — Это как очень дорогой отель и публичный дом в одном. Тебе могут найти, эм, компанию, если ты полный олух, но у тебя есть деньги, но тебя так же полностью защищают от всего, что может случиться, от боли в заднице до медийного скандала, — они проходили по одному из коридоров, и Наруто махнул в сторону редких дверей. — Некоторые комнаты находятся здесь, а еще офисы адвоката и врача. Но самые хорошие приватные комнаты где-то в другом месте. Наверху, наверное. Я там не был. — Не был? — Конечно, нет, Конохомару был несовершеннолетним. — Я думал, здесь это неважно. — Может, и нет, — согласился Наруто. Некоторые мальчики, выходящие из Приемной выглядели слишком уж молодо. — Дед Конохомару мог здесь с кем-то переговорить. Конохомару, идущий впереди, поравнялся со знакомой угловой дверью, за которой находилась система наблюдения верхних этажей, и крикнул: — Наруто здесь! Наруто обошел его и заглянул в комнату. Она не отличалась от той, что находилась внизу, разве что пахло приятней. Лимонный освежитель воздуха спрятал все запахи еды. Но Какаши нигде не было. — Эм… — озвучил Конохомару смятение Наруто. — А где Какаши? Он только что был здесь! Внутри сидела только незнакомая женщина с огромными размерами груди, которая лишь пожала плечами, слишком занятая разглядыванием чего-то на экране. Она должна была отреагировать по другому на то, что Конохомару пришел туда и притащил кого-то с собой. Значит, их ждали. — Я тут. Голос раздался сзади. Разумеется, сзади. Это же был Какаши. Он жил ради того, чтобы напугать кого-нибудь до усрачки. Наруто облегченно вздохнул про себя, ухмыльнулся и развернулся, чтобы поздороваться. Какаши, подойдя, стукнул его по голове, чуть выше уха. Наруто простонал. Было больно. Удар у Какаши был тяжелым, а костяшки острыми. — За что? — За тупость, очевидно. — Я не тупой. Саске тихо фыркнул. Он держался рядом и смотрел на Какаши с любопытством и… Наруто моргнул. Любопытство и светящаяся надежда зажгла все его черты. — Тогда почему я узнаю, что Джирайя в клинике, от Ируки? «Старый добрый Какаши, прямой как палка». Наруто пригвоздил его недовольным взглядом. — Похоже, ты не такой всезнающий, как я надеялся. — Я не всеведущее божество, если у меня нет причин что-то узнавать, то я не узнаю, — ответил Какаши. Он кивнул женщине в комнате, и она быстро ушла. Он прошел внутрь и оперся о стол рядом с Конохомару. — Я очень весело провел день, наводя справки о твоих выходках. И, как ты понимаешь, должен спросить — ты в своем уме? — Это уже слишком. Наруто почему-то не ожидал, что Саске заговорит, тем более, станет его защищать. Он сильно удивился и не успел как-то отреагировать, потому что Какаши впервые обратил внимание на Саске и мгновенно парировал. — Я взял себе за правило не принимать всерьез мнение людей, которые позволили себя подстрелить. Наруто сильно сжал зубы. Это он допустил, чтобы Саске подстрелили, и Какаши это знал. — Если не хочешь помогать, так и скажи. Какаши снова перевел на него взгляд. Целую секунду он выглядел… удивленно. — Я говорю не о работе. С ней ты, похоже, более-менее справляешься. Ты должен был попросить о помощи для Джирайи. — Попросить кого? — потребовал объяснения Наруто. — Тебя? Ты мне не отец. Ты даже не в том возрасте, чтобы быть мне отцом. — Как насчет твоей крестной? Я позвонил ей сегодня, чтобы собрать информацию, и оказалось, что она понятия не имеет, что происходит, кроме того, что ты находишься в розыске, и она не может связаться ни с тобой, ни с Джирайей. Она вся извелась от волнения. — Они ненавидят друг друга, с чего бы она стала оплачивать его счета? — Даже если они друг друга так ненавидят, она бы помогла тебе, потому что беспокоится о тебе, а у тебя были проблемы. Ты слишком упертый и гордый, малыш. Оно того стоило — браться за такую работу? — Благодаря ей Джирайя теперь в лучшем месте, — сказал Наруто и поморщился от выбранных слов. — Я имею в виду в буквальном смысле, в лучшей клинике. Какаши изучал его какое-то время, временами переводя взгляд на Саске, безэмоционально уставившегося на пустую стену. — Да, в лучшей. И он передает привет и просит не дать себя убить. На этом Наруто, наконец, чуточку улыбнулся. — Я стараюсь. Не все идет гладко. — Он будет жить. Наруто взглянул на Саске. Он наверняка будет жить. Наруто точно сделает все, что сможет, чтобы это было так. — Ты слышал что-нибудь о его брате? — спросил Наруто. Он подумал добавить имя Итачи, но… Избавиться от мысли, что Какаши знает все, было сложно. Особенно в личной беседе. — Есть большие шансы, что он жив, — просто ответил Какаши, слегка участливо улыбнувшись Саске. — Мне не удалось связаться с ним напрямую, но у меня есть небезосновательные подозрения, что все идет так, как ему надо. Наруто почувствовал облегчение, но прежде, чем он успел что-то сказать, Саске спросил: — И какие основания? Почему ты так уверен в этом? — Я не уверен. Но они не пытались бы до сих пор достать его, если бы он был мертв, это я знаю точно, — ответил Какаши все с той же легкой улыбкой. — Итачи очень повезло, что он пережил первую волну зачистки. Его имя было одним из первых в списке. — Погоди, я слышал об этом, Ирука говорил, сказал, что из-за этого так много людей в Убежище. Что за зачистка? Что происходит? Какаши наклонил голову и внимательно посмотрел на Наруто. Саске издал звук, за которым, очевидно, скрывалось ругательство — так грубо он прозвучал. Ответил Конохомару, если можно так сказать: — Ну, зачистка, ты что, не слышал? По телеку об этом несколько недель говорили. Наруто понятия не имел, о чем он говорит. — У меня уже несколько месяцев не было времени смотреть телевизор. А когда у него было время, он смотрел что-то другое, не новости и информационные каналы. Теперь он понимал, что зря. Он даже не думал об этом, слишком привык, что все важные новости сообщали ему Джирайя или Сакура. — Кто-то — какая-то организация, по крайней мере, так заявляли в новостях — решил избавить город от всех «криминальных личностей», — объяснил Саске. — Я думал, ты знал об этом, когда рассказывал, что спас Итачи. — А, — произнес Какаши, как будто последний недостающий паззл встал в его голове на место. — Так это был ты? Пару недель назад? — Да, за его клубом. Ибики помог мне провести Сакуру и Ино, чтобы отметить, но я слишком устал и вышел, как раз когда приехал Итачи. Простое совпадение. — Кто-то стрелял из здания напротив. Это был даже не вопрос, но Наруто кивнул Саске. Нужно было обсудить это раньше. Просто не зная, что с Итачи, было трудно говорить об этом. — Откуда ты знаешь? — В квартире на третьем этаже в этом здании был найден труп. Около двух недель назад, — В ответ на приподнявшуюся бровь Какаши Саске раздраженно проговорил: — Что? Это клуб моего брата. Конечно, я обратил на это внимание, когда услышал по телевизору. — И он не связывался с тобой с тех пор? — Нет. Бровь Какаши вспорхнула выше. — Он вообще не связывался с тобой? — Они не особо общаются, — встрял Наруто. — Там что-то про работу Итачи и ее отрицательное влияние на людей, пытающихся жить нормальной жизнью, или типа того. Какаши не удостоил его даже взглядом. Саске поджал губы и, наконец, произнес: — Мы не общаемся. Итачи… Это не важно. Мы не разговариваем по телефону и не ходим в гости. — Но? — подсказал Какаши. — Но он оставляет мне как бы… сообщения, чтобы я знал, что у него все нормально. Например, я иду в магазин и узнаю, что моя кредитка пополнена, или в лаборатории Орочимару появляется коробка замороженных мышей для Манды с моим именем на ней. — Понял, — сказал Какаши. — Что-нибудь такое было за последнюю пару недель? — Нет. — Ничего? — Ничего особенного. — Саске, я не работаю на тебя. Я пытаюсь помочь, потому что ситуация очень серьезная. Они так не работают. Неважно, кто твой брат, они бы никогда не увязались за тобой, если бы на то не было причины. — Саске сунул руки в карманы. Наруто решил дать Какаши надавить еще чуть-чуть, потому что если было что-то действительно важное, они должны были узнать об этом. — И я никак не могу понять причину. Я проверил тебя, и ты чист. Единственное, что связывает тебя со всей этой историей, это Итачи. Мне нужно знать, почему они решили убить тебя, хотя за Наруто, который действительно помог Итачи, никто не охотится. Саске вытащил руки из карманов и протянул что-то Какаши. Наруто пришлось наклониться, чтобы рассмотреть. Это был листок бумаги. Какаши развернул его. Сообщение было коротким и по делу «не волнуйся». — Я нашел это в почтовом ящике, когда вернулся домой, — Саске замялся, прикидывая числа, — но не вчера ночью, а позавчера. Какаши бросил острый взгляд на Наруто. — Ты тогда работал? Наруто поразмыслил. — Той ночью — да, мы вышли на смену в кампус, потому что Саске задержался, вычищая клетку умершей змеи. Я оставался в фургоне на прослушке, а Карин… Карин следила за Саске, пока он не скрылся в доме. Она ушла в квартиру напротив, как только убедилась, что он внутри и в безопасности. Убедиться, что он внутри и в безопасности иногда значило оставаться на улице и ждать, пока Саске проверит почту. Если подходить к делу ответственно. А кто мог быть более ответственным, чем Карин, когда дело касалось Саске? — Это не то, что ты думаешь, — отрезал Наруто. — Я не говорил, что я думаю. Наруто услышал и проигнорировал. — Этого не может быть. Только не она. В смысле, она была, ну, той еще сукой иногда, но она никогда ничего не сделала бы Саске. Этого просто не может быть. Она же была так влюблена. Ведь так? — Ты думаешь, она что, работала на кого-то другого? — спросил Саске. — Потому что следила за мной, когда я получил записку? — Это просто теория. Может быть, ты им нужен из-за чего-то другого, — объяснил Какаши. — Но если это из-за записки, если они думают, что Итачи написал тебе что-то важное, тогда… Именно Карин наблюдала за тобой, когда ты получил ее. Она ее видела. Может, она случайно сказала об этом кому-нибудь? Какаши посмотрел на него взглядом, в котором отчетливо читалось, что он в этом сильно сомневается. Карин была профессионалом. Она подходила к работе серьезно, Наруто знал это очень хорошо. — Я разузнаю об этой девочке, и мы посмотрим, — сказал Какаши. Он повернулся к Саске. — Ты уверен, что больше ничего не было? Никаких сообщений от Итачи? Может, ты что-то упустил? — Ничего. Итачи не отправил бы мне что-то, что я бы упустил. Какаши выглядел так, словно собирался давить дальше. У него было на это полное право, ведь он собирался помочь, но приоритетом Наруто был Саске. Он перевел тему: — Так Манда — это твоя змея, правильно? Интересно, что с ней сейчас. — Скорее всего, моя соседка сверху забрала его. Она кормила его, когда я уезжал из города. — Так, я не понял, — встрял Конохомару, хмурясь. — Что за девчонка, о который вы говорили? Где она сейчас? — Она мертва, — объяснил Наруто. — Она работала со мной, Итачи нанял нас четверых, чтобы присматривать за Саске. — Но если она была предателем, то она жива, верно? Это было бы… хорошо. Было бы. — Остальные двое парней точно мертвы. — Но их наняли просто как поддержку. Зачем их убивать? Наруто не мог дать ответ Конохомару, он задавал себе тот же вопрос снова и снова. — Понятия не имею, — признался он. — Понятия не имею, но эти люди очень хорошо организованы. И хорошо обучены, — добавил он, вспомнив, как мужчина в квартире Саске не проронил ни звука даже с ужасной раной. — Если бы я не знал подробностей, я бы решил, что они… — Подготовлены государством? — закончил за него Какаши. — Все потому, что так и есть. На улицах это не секрет, Ирука рассказал бы тебе, если бы ты спросил. Они на самом деле и есть полиция, их выбрали из полицейского департамента и сформировали особый отряд для специальной программы мэра по зачистке города. Наруто проигнорировал колкий взгляд Саске. Он был слишком шокирован, чтобы расстраиваться из-за того, что Саске оказался прав. Полиция? Мужчина в квартире действительно был копом? — Ты, должно быть, шутишь. Новый мэр, довольно молодой мужчина, выигравший выборы после отставки деда Конохомару, был довольно долго предметом обсуждения в городе. Наруто смутно помнил его по плакатам. У него были яркие золотисто-каштановые волосы, и он не выказывал той радости, которую должен был бы человек, выигравший на выборах. Всем хорошо известное интервью с ним без конца крутили по телевизору и выложили на YouTube. Сакура говорила Наруто, что оно очень трогательное, он рассказывал, что был беженцем из страны, изнуренной войной, и рос сиротой, его угнетали, и он был вынужден прокладывать свой путь из самых низких слоев населения. — Нет, боюсь, что нет. Ходят слухи, что он немного невменяемый, помешанный на диалогах Платона. — Платона чего? — хотел узнать Наруто и был уверен, что у Конохомару аналогичный вопрос. Но у Саске, похоже, не было проблем с Платоном, потому что он недоверчиво спросил: — То есть он пытается создать из нашего города Магнесию? — Именно. Он взял за основу идею Платона, город, придуманный в философских дебатах, и пытается претворить его в жизнь. — Но экономика Магнесии строилась на рабстве. Какаши легко пожал плечами. — Боюсь, это не моя теория, и я не очень-то хорошо знаком с диалогами Платона. Но я уверен, что он производит перемены, чтобы добиться лучшего общества. Суть осталась прежней — он пытается превратить город в идеальное место, в рай на земле. — Убивая всех, кто связан с криминалом? — воскликнул Наруто. По мере развития этого обескураживающего разговора шок медленно уступал место гневу. — И тех, кто окажется на пути? — Есть и другие методы. Он использует свою власть по максимуму и не собирается сдаваться, — объяснил Какаши. — Я думаю, лучше всего для вас двоих пока уехать из города. — Что? — Как Какаши вообще мог такое предлагать? — Я не хочу уезжать, здесь мой дом! Я не хочу позволять какому-то чокнутому придурку приходить сюда и выгонять меня! Мы не можем этого допустить! — Конечно, нет, — спокойно откликнулся Какаши. — Но сейчас не время. — Я должен бороться, — повторил Наруто. — И ты будешь, когда у нас будет больше информации и хороший план действий, — сказал Какаши. — А сейчас у тебя есть клиент, о котором тебе нужно позаботиться. Уехать из города — лучшая стратегия сейчас, потому что они никого не преследуют. Это вопрос юрисдикции. Наруто сухо кивнул. Какаши был прав — в первую очередь нужно было думать о Саске… Но черта с два он будет сидеть на заднице ровно и позволит сумасшедшему ублюдку убивать людей в его городе. — Как нам выбраться? Они просматривают дороги? — Есть безопасный маршрут. Я могу вывезти вас обоих еще до рассвета, но сначала мне нужно закончить пару дел. — Хорошо, — сказал Наруто. Он посмотрел на Саске — непроницаемое выражение лица и скрещенные на груди руки. — Хорошо. Но куда нам ехать? — К Цунаде? — Нет! — уже достаточно людей было в опасности. Он не собирался прибавлять к ним свою крестную. — Я не хочу вмешивать ее во все это. — Они не будут преследовать вас за городом. — Да, я понял. Но, Какаши, этот чувак чокнутый. Вдруг он передумает. Я не хочу подвергать ее опасности. Какаши вздохнул. — Ладно. Тогда ферма Сабаку. Наруто снова открыл рот, чтобы возразить. Он жил на ферме Сабаку несколько раз, когда родители еще были живы. Он ненавидел это место. Сильно ненавидел, и у него были на то причины. Какаши заметил, что он против, и поднял руку. — Я знаю. Но мне больше некуда отправить тебя в такой короткий срок. Вы всегда хорошо ладили с Гаарой, он тебя разместит. Скрепя сердце Наруто кивнул. — Отдохните там, — распорядился Какаши. Конохомару спрыгнул со стола. — Ну, наконец-то! Пошлите наверх, в мою комнату. Кивнув Саске, чтобы шел на выход, и игнорируя ответный недовольный взгляд, Наруто спросил: — У тебя до сих пор есть комната здесь? Я думал, это теперь не обязательно, когда твой дед в отставке. Конохомару хитро улыбнулся: — Но никогда не знаешь, с кем я буду встречаться. Пошли, хочу быстрее увидеть тебя с темными волосами. Спорим, твои глаза станут еще выразительней. Наруто простонал: — Но мне нравятся мои волосы. Они пошли на выход, Конохомару шел впереди. Наруто хотел повернуться и помахать Какаши, но Саске нетерпеливо протолкнул его в дверь. У Наруто было ощущение, что грядет длинная ночка — так озорно улыбался прилипший к нему Конохомару. Ему слишком понравилась идея покрасить волосы Наруто, и он весело шел рядом. А Саске был слишком расстроен из-за всего услышанного, несмотря на появившуюся надежду, что Итачи, скорее всего, жив. И Наруто застрял между ними.