Власть Власти. часть первая

Паническая атака мистера Огилви закончилась не начавшись. Едва он собирался уже звонить боссу – как раздался входящий от неё: — Джей! Где тебя носит? Нам пора на сцену! – раздалось нетерпеливо из трубки. — Нам?.. Шеф, а кто присмотрит за стендом? – растерялся парень. Если Джейсон был обрадован звонком, Хелен, напротив – насторожилась. Они договаривались, что Валери сама подойдёт к стенду, после того как всё уладит. И до этого не звучало ни слова о совместной презентации, настоящая Валери едва ли бросила бы свои образцы. Что-то тут было не так. Тем временем, Джейсон уже завершил телефонный разговор, сгреб в охапку планшет и часть буклетов, и рванул в неизвестном направлении. Отбежав на десяток шагов, он обернулся и крикнул Хелен, чтоб она присмотрела за стендом, пока их не будет. Та ничего не успела возразить, поскольку воодушевлённый шотландец уже скрылся из поля зрения. Со смесью раздражения и беспокойства, Хелен машинально поправила то, что раскидал Джей. Интуиция подсказывала, что что-то пошло не по плану. Быть смертной и не иметь возможности знать обо всём сущем ей решительно не нравилось. Худшие опасения подтвердились, когда Хелен заметила за колонной настороженно озирающуюся мисс Бойл. Убедившись в отсутствии копии, Джейсона и Гектора, она быстро пересекла зал и спряталась за стендом, жестом позвав Хелен за собой. — Итак, полагаю, ты провалила свою часть «простейшей» миссии? – не преминула съязвить она. Валери с трудом сдержалась, чтобы не огрызнуться в ответ: — Просто кое-что пошло не по плану. Вернее кое-кто. – встретив непонимающий взгляд Хелен, Валери тяжело вздохнула. – Мой бывший муж тоже участвует в конвенте, и, к сожалению, обмена любезностями избежать не удалось. — И в итоге сейчас на сцене копия, а ты прячешься тут, верно я понимаю?.. — Верно. Кстати, а где мой секретарь? — Ускакал помогать «тебе», после одного гневного звонка. Имей в виду, второй раз я его отвлекать не буду. – предвосхитила намерения ведьмы Хелен. – Нужно как можно скорее избавиться от пустышки, но здесь слишком людно. Итак, какой там у тебя был план «Б»? Во взгляде Валери была такая тоска и досада, что и без слов было ясно, что она даже мысли не допускала о возможности провала основного плана. *** На самом деле, всю жизнь Валери можно было описать как один большой план «Б»: она родилась в семье потомственного лорда, но в юношестве оказалась на улице; она добилась немалых успехов и известности на художественном поприще, но увлеклась оккультизмом, перечеркнув всё; она стала практически бессмертной, но никогда не чувствовала себя в безопасности, подолгу оставаясь на одном месте; пройдя огромный путь, в начале двадцать первого века она вынуждена была снова начать практически с нуля. Тем не менее, как бы жизнь её не била, мисс Бойл всегда поднималась из пепла. Когда Эдвард Бойл, дворянин и уважаемый член общества, меценат, любимец дам и детей, окончательно погряз в карточных долгах, да так, что уже был не в состоянии даже выкупить несколько раз перезаложенное родовое имение, возможность выгодного брака стала для него последней соломинкой. Был, правда, один нюанс: отец невесты, крупный промышленник, владевший немалым производственным капиталом по обе стороны Атлантики, имел одно условие: никаких других наследников. Мать Валери, первая миссис Бойл умерла от чахотки, когда её дочери едва исполнилась восемь лет, но все эти годы Эдвард показывал себя достойным отцом. По крайней мере, он старался: гувернантки, лучшие учителя, занятия конной ездой и музыкой, поездки к морю – всё что угодно и даже больше, пока были средства. Но едва на горизонте замаячила необходимость работать и ютиться в скромном городском доме, лорд Бойл тут же избавился от «любимой» дочурки. Дальнейшая его судьба, впрочем, была не слишком завидной: новый тесть не позволил проматывать свое состояние и выделял довольно скромное содержание, а поскольку весь Лондон знал о проблемах Эдварда с азартными играми, найти альтернативный источник дохода и приличную должность не представлялось возможным. В конечном итоге он всё равно был вынужден отказаться от прежнего образа жизни и тихо спился в загородном имении. Валери же, в свою очередь, какое-то время скиталась по улицам, поначалу совершенно не понимая, как ей теперь быть и что делать. Буквально вчера у неё был роскошный дом, слуги, готовые исполнить любой каприз, а теперь не было даже крыши над головой, какие уж там приёмы и конные прогулки. К своим шестнадцати годам она едва умела позаботиться о себе, впрочем, прежде ей казалось, что в этом никогда не будет нужды. Вероятно, высшие силы всегда благоволили к Валери Бойл, поскольку судьба уберегла её и от борделя, и от банд. Да, нет смысла отрицать, бывало, юной леди приходилось красть, но сама она не считала, будто совершает что-то дурное. Во время своих скитаний Валери встретила немало добрых людей разных сословий, и пусть тогда она не всегда была благодарна, десятилетия спустя она по достоинству оценила вклад в своё становление тех, в чью сторону она бы даже не посмотрела прежде. Всего лишь за год она превратилась из изнеженной капризной девчонки в человека хваткого, упорного и трудолюбивого. Жизнь среди бедноты научила её таким вещам как «взаимопомощь», «скромность», «компромисс». Конечно, во многом она оставалась «леди»: соседи и друзья часто подтрунивали над её брезгливостью и некоторой чопорностью, а она в свою очередь ужасалась каждый раз, когда Арчи вытирал нос рукавом. Вообще об Арчи стоит немного рассказать отдельно, в конце концов, он стал первым настоящим другом Валери. Это была одна из тех случайных встреч, которые коренным образом меняют жизнь. *** Арчибальд Джозеф Стэнхоуп III, как он сам гордо именовал себя в кругу приятелей, был родом из небольшой деревеньки в Вустершире. Его отец был средней руки фермером, как и его дядья, и дед, и прадеды. Арчи тоже предстояло провести всю жизнь в простом честном труде на свежем воздухе, но всё изменилось, когда один из его кузенов, Стефан, уехал в город на учебу. Сперва Арчи, подобно старшим братьям, по примеру отца, насмехался над «городским неженкой», но постепенно, с каждым новым письмом от кузена, где он рассказывал о столичной жизни, всё больше проникался интересом к этому чужому для него миру. Когда Стефан впервые приехал в родную деревню после полугодового отсутствия, Арчи окончательно убедился в собственном желании последовать его примеру. Однако, родители не поддержали странных чаяний младшего отпрыска, и тогда ведомый идеалистичными грёзами юноша решился на побег. Уже добравшись до Лондона, Арчи узнал, что его кузен изрядно приукрашивал свои истории, и что самое досадное – на самом деле он нигде не учился. Стефан подрабатывал то тут, то там, чаще занимаясь делами не слишком законными. По его словам, в такой жизни было больше всего впечатлений, свободы, а главное – никакой ответственности, не было необходимости считаться хоть с кем-то, кроме, разве что, местных криминальных воротил. Вернуться домой Арчи не мог. Стыдно было смотреть в глаза родным. Столичная жизнь мистера Стэнхоупа могла плачевно закончиться сразу, едва начавшись, когда он попался на краже одному бакалейщику. Стеф со своими приятелями удрал, не дожидаясь Арчи. После этого они уже никогда не пересекались. К невероятному везению юноши, в те годы Дэниэл Моррисон был ещё не настолько строг и радикален, как на пике своей деловой карьеры, а потому вместо того, чтобы сдать незадачливого воришку полиции предложил ему работу. С детства привычный к труду Арчи, недолго думая, согласился. С Валери его свёл максимально похожий случай: оголодавшая девушка попыталась стянуть булку хлеба под закрытие лавки. По доброте и простоте душевной, Арчи не выдал девчонку хозяину, но наказал впредь просить о помощи вместо того, чтобы красть. Вдохновленный собственным благородством, в тот вечер Арчи чувствовал себя практически Робином Гудом, благородным защитником слабых и добрым пастырем, отвратившим невинную душу от преступного пути. Каково же было его удивление, когда на следующий вечер девчонка пришла вновь. И попросила хлеба. А еще сыра и помидоров. Ещё сильнее юноша удивился, поняв, что его новая знакомая не шутит. А уж когда она представилась дочерью лорда… Арчи прекрасно понимал, что не сможет безнаказанно каждый день подкармливать “леди инкогнито”. Но против логики “ты сам сказал, что я могу обращаться за помощью” тоже пойти не мог. Мисс Бойл с юных лет была довольно убедительна и безапелляционна. Пораскинув немного мозгами, Арчи решил пристроить её на время в помощницы своей соседке, Клэр. Та работала приходящей горничной, и за умеренную плату подменяла в разных домах слуг в их выходные. Дела шли хорошо, она как раз сетовала недавно, что работы так много, что рук не хватает. Своими соображениями он честно поделился с Валери. На что та, посмотрев на него как на прокаженного, недоверчиво переспросила: — Ты хочешь сказать, что мне придется прислуживать другим людям? – она выглядела бесконечно оскорбленной. — Послушай, леди, это реальный мир, мы все тут работаем, крутимся, как получается, тем и живем. – досадливо шмыгнул Арчи. – что-то не нравится? Топай домой, к своим перинам, яствам и собственным слугам. А мне ещё с уборкой закончить надо. Странная девица бросила что-то на неизвестном Арчи языке и удалилась прочь. Убедившись, что она ничего не спёрла, парень выдохнул и поспешил навести порядок и окончательно уже закрыть лавку. Когда спустя примерно полчаса он запер двери магазина, обернувшись он опять увидел свою новую знакомую. — Да какого чёрта ты меня преследуешь?! – выругался он от неожиданности. – иди домой, здесь никто нянчиться с тобой не будет. Когда от его слов девчонка разрыдалась, Арчи окончательно понял, что ничего не понимает в жизни и женщинах. Кое-как неловко извинившись и успокоив её, он всё же решил отвести девчонку к Клэр. — Никому не говори, что я плакала. Это так неприлично… — Да брось. - удивился Арчи. – что неприличного в том, чтобы быть живым человеком? — Истинная леди не должна быть живым человеком, она должна быть совершенством! – прогнусавила Валери. От такого ответа Арчи даже остановился. Развернул девчонку к себе лицом, взял за плечи и легонько встряхнул: — Что за глупости, откуда ты это взяла? Вас, знатных, что на какой-то фактории штампуют? Ни разговаривать нормально, ни даже плакать не можете… А она возьми, да и засмейся. Ну точно безумная. — Мир такой странный, совсем не как в книжках, и не такой, как рассказывали отец и учителя. – всё ещё улыбаясь, она освободилась из рук Арчи и демонстративно отряхнула плечи. — Ну, мисс! Это ещё не мир, это всего лишь Лондон… Почему, в самом деле, вы не хотите просто вернуться домой, к батюшке и слугам? Только прошу, не надо слёз! – поспешно добавил парень, увидев, как снова заблестели глаза Валери. — Всё просто, мистер Стэнхоуп. Мой отец, лорд Эдвард Бойл, просто-напросто решил от меня избавиться. Я оказалась помехой для его выгодного брака, так что… он просто от меня отказался. Моё имя вычеркнули из всех семейных документов, лишили титула, фамилии… и выставили прочь. С одним лишь небольшим заплечным мешком и десятью фунтами на все расходы. Валери прикладывала невероятные усилия, чтобы снова не зареветь, и хоть как-то сохранить лицо. Она говорила тихо и медленно, глядя куда-то в сторону. Закончив, она все же собралась с духом и посмотрела прямо в лицо своему случайному приятелю, кажется впервые за их двухдневное знакомство: — Мне кажется, я должна поблагодарить вас за вашу доброту и за ту серьезность, с которой вы отнеслись ко мне… - закончить чопорную благодарственную речь ей не дал Арчи. — Да говори ты нормально уже. Да, я помогаю тем, кто слабее, по крайней мере стараюсь. Этому меня родители научили. Благодарности приняты, но хватило бы и короткого “спасибо”. Оставь свой высокий слог, ты теперь одна из нас, из простых людей. На улице за подобные «речи» и побить могут. Валери растерянно хлопала глазами, она никак не могла взять в толк, что, собственно говоря, было не так. — Давай так, сейчас мы идем к Клэр, она тебя чем-нибудь накормит, там же переночуешь. Но завтра же отработаешь, поняла? И ни слова о том, что ты из знатных, если тебе не нужны лишние проблемы. Скажем, что ты моя кузина из Вустершира, поняла? – продолжал Арчи. – так что, согласна, или останешься на улице? Под нетерпеливым взглядом его зеленых глаз теперь уже Валери чувствовала себя совершенно сбитой с толку. Впрочем, в последние дни на неё столько всего навалилось, что голова просто гудела. Поэтому она согласилась. Это было началом новой главы в её истории. *** — Слушай, а может оно и к лучшему? Оставь ты эту копию, а сами уедем, как раз не придётся ничего выдумывать и объяснять, даже если приключение затянется. Валери мрачно воззрилась на Хелен: у бессмертных всегда всё просто, конечно. Только вот связи с пустышкой нет, контроля над ней нет, и в стабильности подобной иллюзии на длительном отрезке времени ведьма не была уверена. — Давай просто остановимся на том, что это плохая идея. Просто не спорь. – устало проговорила она. – Пожалуй, будет лучше ненадолго разделиться: я вернусь в гостиницу и буду ждать пустышку в номере, а ты пока приглядишь за моими образцами, до возвращения Джея и этой… — Я уже сказала, что не собираюсь снова отвлекать твоего секретаря. – тут же отрезала Хелен. — Ой, да не надо никого отвлекать. Как вернутся – можешь быть свободна. Только давай без глупостей, ладно? – отмахнулась Валери. Из-за внезапно нахлынувшей слабости сейчас она меньше, чем когда-либо хотела спорить. Они сидели на каких-то коробках позади стенда, и Валери, погрузившись в свои мысли как-то сама не заметила, как опустила голову на плечо Хелен. Какое-то время Валери просто смотрела перед собой. Презентация должна длиться минут двадцать, потом примерно столько же времени на вопросы-ответы, потом ещё пока дойдут обратно к стенду… Нужно было торопиться, действовать, а на неё вдруг напало такое невероятное оцепенение, что казалось, будто даже мысли в голове замедлились. Надо сосредоточиться. Вдох-выдох, вдох-выдох. Такой знакомый и родной запах: слегка горьковатый и в то же время сладкий, но без духоты и приторности. — Не знаю почему, но я всегда думала, что это какие-то благовония… - рассеяно проговорила Валери, всё ещё не до конца вернувшись в реальность. — Прошу прощения? – голос Хелен прозвучал недоумённо-настороженно. Только в этот момент Валери спохватилась, что уже какое-то время беззастенчиво прижимается к едва знакомому, в некотором смысле, человеку. Она поспешно выпрямилась, неловко поправив лацкан пиджака Хелен, при этом чувствуя, что краснеет. — Мисс Бойл, я право не возьму в толк, о чём речь. Вы хорошо себя чувствуете? — Да… Да, просто задумалась, вот и забылась немного. Прости, если доставила неудобство. – Валери старалась избегать прямого зрительного контакта. – Пожалуй, мне уже пора, чтобы точно ни с кем не столкнуться. Поспешно вскочив, она чуть не снесла один из ролл-апов, рассыпала запас визиток и вдобавок выронила телефон. Хелен, едва заметно усмехаясь, с интересом наблюдала за её внезапным неврозом. Подозрения, появившиеся у неё после расспросов Огилви, похоже подтверждались. Валери кое-как всё собрала и поправила, и уже собиралась уходить. — И всё же, о каких благовониях ты только что говорила? — Ну…Ещё средневековые алхимики писали, мол все волшебные создания имеют свой особенный запах, например, цветов, моря, серы, кто во что, в общем. – «боже, что за бред я несу» промелькнуло в голове Валери. – И у меня это почему-то всегда ассоциировалось с благовониями для ритуалов. Вот. Хелен недоверчиво вскинула бровь. Валери хотелось поскорее исчезнуть из этого измерения, желательно навсегда. — Хотя, чисто логически, если ты сейчас просто человек… То почему всё равно полынь и рябина? – Валери чувствовала, что её заносит, но вовремя заткнуться у неё уже не получилось. — Кажется, тебе и в самом деле уже стоит поторопиться, пока и второй твой гениальный план не потерпел неудачу. *** Боже! Почему, зачем она несла всю эту чушь? Почему вообще ей нужно было ляпнуть вслух про эти несчастные благовония? Валери торопилась скорее вернуться в гостиницу и хоть ненадолго скрыться от посторонних глаз. Едва влетев в номер и захлопнув за собой дверь, она просто рухнула лицом вниз на неразобранную постель. Позорище. Что в семнадцать лет, что в полторы сотни - картина одна: рядом с Хелен она ведёт себя как последняя идиотка. На самом деле это было так странно и дико. Всё, что связывало их когда-то, давно ушло и забылось, так почему же сейчас сердце бьётся так сильно, почему она снова краснеет и заговаривается? Валери не представляла, как будет вечером смотреть в глаза Хелен. Она наверняка всё поняла, как иначе. И наверняка не сможет удержаться от едких комментариев и неудобных вопросов. Времени на рефлексию и жалость к себе не было. Скоро придёт подмена с Джейсоном, надо поскорее уже заканчивать с этим. Валери через силу поднялась, умылась, чтобы немного взбодриться и занялась подготовкой к встрече.