Wounded

      Представший впереди Дэим вселил в Нэллирена бурлящую смесь нервозности и волнения перед предстоящей встречей. Он не был обеспокоен королём Хэрликайда, принцем, что старался игнорировать его весь оставшийся путь, или кем-либо ещё. Все мысли сейчас занимал только Виктор. Действительно ли с ним всё в порядке? Он не заточён в тюремной камере какого-нибудь подземелья? И получится ли объяснить ему то, что происходило с Нэллиреном всё это время на самом деле? Эти сагральские распри не должны были разделить их, не должны заставить противостоять друг другу, потому что, откровенно говоря, Нэллирен просто не мог бы сделать этого, как бы принципиален он не был. Это же Виктор. Родной и любимый мальчишка, о котором Нэллирен заботился десять лет, видя, как он взрослеет.       Ворота города открылись, словно давали знак, что встреча, наконец-то, состоится. Расставание было тяжелым испытанием, но возможность увидеть Виктора казалась наградой, за которую стоило потерпеть.       Они спешились почти сразу, когда вошли в город. Нэллирен не сводил глаз с внушительного дворца. Он разительно отличался от дворца Лацилиона в Астинхоле. Дома в городе были украшены множеством золотых звёзд с тонкими вытянутыми концами, флагами и причудливыми фонариками — наверно, перед праздником.       Сердце стучало быстро и громко. Нэллирен шёл вслед за Идэмой по инерции. Из-за своих мыслей он даже не слышал, что сказал принц своему солдату, после чего тот ускорил шаг, опережая их всех. Сорваться на бег Нэллирену сейчас хотелось как никогда. Мучительно время стискивало его в своих всемогущих руках. Оно текло слишком медленно.       Поднимаясь по ступеням, Нэллирен чувствовал приливающий жар и трепет. Он смотрел на шагающего впереди принца только с одним настойчиво звенящим в голове словом: «быстрее».       — Ваше Высочество, — поклонился стражник. — Вас уже ждут в тронном зале. Стены коридоров замка размыто плыли мимо. Нэллирен смотрел в пустоту, стараясь сохранять дыхание ровным. Ещё немного. Ещё совсем немного.       Два стражника открыли перед принцем двери в тронный зал. Они продолжили идти. Сердце Нэллирена будто замерло, неприятно кольнув под рёбрами. В зале находилось всего несколько сагралов — первый с короткими каштановыми волосами и моноклем, другой крепкий и высокий, третьим был сам Шиолан, восседающий на троне — и один эльф, которым, судя по всему, являлся упоминаемый неоднократно Дициаль.       Солдаты поклонились королю, Идэма остановился в центре, и Нэллирен почти поравнялся с ним, но остался на шаг позади, тоже склонившись в поклоне.       — С возвращением, Идэма. — Голос Шиолана звучал громко и властно. Нэллирен невольно сравнивал двух королей. Казалось, они были совсем разными, противоположными, как день и ночь. — Добро пожаловать в Дэим, Нэллирен. Надеюсь, ваша поездка прошла хорошо, — сказав это, Шиолан вновь обратил свой взгляд к сыну.       — Спасибо, Ваше Величество, — отозвался Нэллирен.       — Да, — хмыкнул Идэма, шагая в сторону короля вальяжно и расслабленно. — Просто избавил тебя от нескольких предателей.       Он устроился в кресле рядом с отцом, развалившись в нём совершенно неподобающим образом. Ещё немного, и он закинет ногу на подлокотник. Почему-то теперь, когда Идэма ушёл и стал смотреть на Нэллирена по ту сторону — как и все остальные присутствующие — стало менее спокойно.       — Предателей? — Шиолан повернул голову к принцу.       — Они попросили передать тебе, что в войне с Ирдродом участвовать не собираются, — непринуждённо ответил Идэма. У Нэллирена голова загудела, когда он услышал это ужасное слово. Неужели они планируют нападение на Ирдрод? — До этого они говорили о том, что ты никчёмный правитель, от которого бегут подданные, а я даже принцем назвать себя не имею права, ведь скоро ты перестанешь быть…       — Хватит, — прервал его Шиолан. Напряжённое молчание длилось недолго. — Нэллирен, я пригласил тебя сюда по просьбе Виктора. Но я не могу доверять тебе, пока не пойму, зачем на самом деле ты приехал сюда.       — Я приехал сюда ради него, — честно сказал Нэллирен. — Виктор — самый дорогой человек для меня, но его варварски похитили прямо на моих глазах. Я не находил себе места. Я не знал, где он, и что мне делать, и только спустя долгое время я получил ответ на свои вопросы. Но потом их стало ещё больше.       Шиолан смотрел на него пронзительно, не отводя глаз.       — Мне жаль, что вам обоим пришлось пережить это, — спокойно сказал король. — Но мне нужно было действовать наверняка, когда я узнал о том, что сагралы Ирдрода собираются сделать. На рассказы и объяснения у меня попросту не было времени, и я не имел понятия, что сам Виктор из себя представляет. Опасен ли он? — Выдохнув, Шиолан поднялся на ноги и приблизился. — Но, когда я увидел его здесь, я всё понял. Тебе, Нэллирен, нет нужды пытаться доказать мне свою искренность, ведь я запросто могу узнать всё сам. Тагни обладает чудесным даром, и ей придётся немного покопаться в твоей голове, чтобы понять, не представляешь ли ты угрозы, Нэллирен. Если всё будет в порядке, то ты сможешь увидеться с Виктором.       Один из сагралов подошёл ближе. Присмотревшись, Нэллирен понял, что тот самый крепкий и высокий саграл — это девушка. Это Тагни.       Сестра Тэвраха удивительно походила на него, в частности, своим мощным телосложением. Но, в отличие от брата, Тагни не казалась слишком серьёзной и суровой. Она ощущалась совсем иначе.       — Больно не будет, — с лёгкой ухмылкой заверила Тагни, когда остановилась перед Нэллиреном. Все присутствующие внимательно смотрели на них двоих. — Если ты не Ирдродский крысёнок.       — Что мне нужно делать? — спросил Нэллирен. Конечно, ответ ему давно сказал Лацилион.       — Просто стой спокойно, — ответила Тагни.       Нэллирен закрыл глаза. Он ничего не почувствовал. А Тагни ничего не делала. Было забавно думать об этом, ведь они просто молча стоят друг напротив друга, делая вид, что что-то происходит. Со стороны именно так и выглядело это «копание в голове», оно абсолютно не проявлялось какими-то определёнными внешними признаками, и это было как нельзя кстати, чтобы приберечь дар Нию для кого-нибудь другого, кто захочет залезть в мысли Нэллирена.       Вокруг царила тишина. Все присутствующие так же молча наблюдали за этими двумя. Если бы Нэллирен открыл глаза, он бы точно засмеялся, глядя на эти лица, а особенно на сосредоточенный вид Тагни.       Продлилось это недолго. Негромкий резкий выдох Тагни дал сигнал, и Нэллирен распахнул глаза. Включив свои актёрские навыки, он немного растеряно посмотрел по сторонам, но старался не перегибать и делать это естественно, сдержано.       — Всё в порядке, Ваше Величество, — подтвердила Тагни, разворачиваясь к королю. — Он говорил правду, и он вообще мало что знает о нашей ситуации.       — Хорошо. — Шиолан кивнул. Как же немногословен он был в сравнении с Лацилионом.       — Нэллирен, у тебя много друзей? — внезапно подал голос Идэма, обращая на себя взоры присутствующих. — А что? Может, и они к нам прибудут? Наш король всех примет, и людей и эльфов.       Его язвительный голос вернул в обстановку напряжение. Всем было ясно, что этот камень полетел прямиком в Шиолана, репутация которого, как выяснилось, и без того была шаткой.       — Нет, Идэма, пока нам достаточно гостей, — с холодным спокойствием ответил король. Присутствующие старались не подавать виду, что что-то не так, все кроме Дициаля, который раздражённо покосился на принца. — Приведите Виктора. Думаю, он уже заждался.       Предстоящая встреча прожгла грудь Нэллирена шипучим волнением. Он обернулся на двери, куда ушёл один из солдат, и не сводил с них взгляд.       — Нэлл! — До боли знакомый голос воткнулся в колотящееся сердце острым кинжалом, заставляя его замереть. Виктор будто зверёк, уловивший шанс сбежать из клетки, протиснулся в ещё не успевшие полностью открыться двери.       Нэллирен сорвался с места. Всё казалось ненастоящим и призрачным, точно это снова один из тех многочисленных снов, которые мучили его после похищения Виктора. Заключая друг друга в объятия, они столкнулись так сильно, что из груди невольно вырвался тихий хрип. Пальцы вцепились в одежду, будто старались прочувствовать под ней реальность близкого человека. Глаза наполнились влагой от распирающих эмоций. Их было слишком много. Они буйствовали внутри, перебивая и перекрикивая друг друга.       — Виктор, как же я рад, что ты цел, — прошептал Нэллирен, прижимаясь щекой к макушке юноши.       — Ты здесь… — Виктору с трудом удавалось связывать друг с другом слова. Он поднял голову и взглянул на Нэллирена. Мысль о том, что его друг, наконец, рядом с ним, никак не могла осесть в голове.       — Что… Что с твоим лицом? — Нэлл опешил, уставившись на ожог. Кожа была неровной, сморщенной, она вытеснила часть волос возле уха.       — А, это… долгая история, — неловко пробормотал Виктор. На его лице засияла улыбка, но глаза были полны слёз. — Мне столько тебе нужно рассказать…       — Не повезло тебе начать общение с сагралами с принца Идэмы, — усмехнулся Виктор. Он лежал, уложив голову на колени Нэллирена. Он вообще не хотел отлипать от него с самой встречи. Тонкие пальцы эльфа медленно перебирали голубые пряди. Умиротворение и спокойствие время от времени нарушали мысли о настоящей миссии Нэллирена. И как он обо всём этом скажет?       — Ну что ты, мы ведь сначала обменялись парой слов с тем незнакомцем в трактире, забыл? — Нэллирен мягко улыбнулся. Вспомнив Тэвраха он почему-то почувствовал лёгкую тоску.       — Не забыл, — вздохнул юноша. — Зря я тогда тебя уговаривал помочь ему.       Нэллирен понимал, чем вызваны у Виктора эти чувства, но то, что тот добрый и благородный мальчишка теперь может пожелать кому-то смерти как-то неприятно заскребло в грудной клетке тревогой.       — Ты веришь им? — После долгой паузы приглушённо спросил Нэллирен.       — Вполне. Хотя и думаю, что что-то Шиолан не договаривает. — Виктор пожал плечами. — По крайней мере, я здесь неплохо устроился. Да и думаю, моя новая компания тебе понравится.       — Компания? — Нэллирен приподнял бровь. — Ты про женщину, больше напоминающую мужчину, странного эльфа с надменным лицом и того, кто спалил наш трактир и оставил тебе этот ужасный шрам?       Виктор не сдержал смех. Нэллирен улыбнулся. Он был счастлив снова слышать его.       — Да, про них, — кивнул Виктор. — Я тебя с ними познакомлю и ты увидишь, какие они на самом деле. Тагни — душа компании, она такая весёлая и отзывчивая, она заботилась обо мне. Дици… да, он и правда немного странный и мрачноватный, но в нём есть что-то обаятельное. К тому же, он эльф, и я думаю, в связи со здешним положением в отношении эльфов он будет рад пообщаться со своим. — Виктор осторожно взял руку Нэллирена, поглаживая кисть и сплетая с его пальцами свои. Будто хотел успокоить. — А Яран… он тот ещё говнюк. — Юноша снова засмеялся, закрывая глаза. Нэлл опять улыбнулся, мягко и спокойно глядя на Виктора.       Его привязанность к Тагни уже очень сильно играла на руку. Лацилион говорил об этом. Ведь убедить его сбежать отсюда станет гораздо проще. Он ей доверяет.       — В голове не укладывается, как ты мог подружиться со своими похитителями, — выдохнул Нэллирен. Улыбка с его лица исчезла, сменяясь беспокойством. — Ещё и эта история про ту ужасную штуковину… Как-то всё очень странно.       — Да, представь моё лицо, когда я узнал обо всём. — Виктор задумчиво нахмурился, продолжая гладить руку Нэллирена. — Если честно, я до сих пор с трудом верю. Столько всего происходило за нашими спинами. А сейчас мы здесь — в самом центре событий. Может быть, это просто долгий сон? И сейчас я проснусь, а ты всё ещё рядом… там, на соседней кровати в нашем родном трактире… — Его голос становился тише, слова текли медленнее.       Нэллирен почувствовал лёгкий прилив грусти и сожаления.       — И потом мы как обычно позавтракаем и начнём работать, — продолжил эльф. Свободная рука ласково зарылась в короткие голубые пряди. — Будем бегать между столами, приносить до тошноты знакомую еду и выпивку, которой пропах весь первый этаж, и все наши гости, вытирать за ними и время от времени терпеть пьяные выходки… Даже не знаю, стоит ли просыпаться?       Виктор внимательно смотрел на него снизу вверх, а после опустил взгляд и выдохнул. Когда это всё было произнесено вслух, стало ещё печальней.       — Я думал, ты был вполне доволен своей жизнью, — прошептал юноша.       — Наверно, так и было, — немного помолчав, отозвался Нэллирен.       Конечно, когда-нибудь он расскажет о том, что с ним происходило всё это время на самом деле. Расскажет о том подозрительном раненом незнакомце, который дал начало всей этой истории, о том, что его зовут Тэврах и он не такой уж и плохой, каким могла рисовать его «новая компания» Виктора. Расскажет про Ирдрод и короля Лацилиона, против которого его настраивали здесь в Хэрликайде. Наверняка Виктор и понятия не имеет, что Лацилион представляет из себя, и так же как и Нэллирен когда-то, рисует себе совершенно непохожие на действительность образы.       В мысли нагло ворвалась картина с этими двумя, которую Нэллирену однажды довелось увидеть. По телу прошлись мурашки. Невидимой рукой эльф отгонял от себя эти воспоминания как назойливых мух.       Если отбросить то, с чем связан его путь, это было хорошей встряской, чем-то новым и удивительным, а весь этот сагральский мир сейчас не казался таким ужасным, каким Нэллирен его представлял себе. Он начал к нему проникаться.       — А сейчас я очень обеспокоен твоей судьбой, Виктор, — выдохнул Нэлл. Они снова встретились взглядами. — Тебя втянули в эту жуткую историю. И сейчас мы в чужой стране, а вокруг одни… сагралы. — Нэллирен поморщился. Сагралы вокруг в какой-то момент стали для него привычным делом, но Виктор не должен был знать об этом сейчас. — И мы не можем знать наверняка, что они задумали.       Последние слова он произнёс искренне. Доверия к Лацилиону пусть и оставалось больше, нежели к Шиолану, быть наивным идиотом он не хотел. Навязчивое желание скрыться от обеих сторон его не покидало.       — Ты прав, — сказал Виктор, поднимаясь. — Но теперь, когда мы вместе, я чувствую себя спокойней. Я так скучал по тебе, Нэлл. И я так боялся, что с тобой что-то случилось, что тот Ирдродский пёс сделал с тобой что-нибудь…       — Пёс?       — Мы так называем его между собой, — неловко улыбнувшись, пояснил Виктор. — В мягкой форме. Этот саграл — оборотень. А ещё он, можно сказать, правая рука короля Лацилиона, представляешь? И так близко к нам подобрался… Если бы не рана, нас бы точно уволокли в Ирдрод задолго до...       Нэллирен потёр пальцами висок.       — До того, как уволокли в Хэрликайд? — уточнил Нэллирен, криво улыбнувшись. — Разбирались бы между собой…       — Но я могу помочь им.       — Помочь? — Нэлл тряхнул головой. — Ты даже не в праве решать что-то, Виктор. Тебя стащили будто кусок мяса со стола. И я уверен, что на этом всё не закончится. Они вцепятся в тебя зубами с двух сторон и будут перетягивать, пока окончательно не разорвут.       Виктор уже открыл рот, чтобы возразить, но остановился. Похоже, он и сам это прекрасно понимал.       — Поэтому должен остаться только один король, — внезапно сказал юноша, скрестив руки на груди. — Король, который не продаёт свой народ как скот на убой.       Внутри всё медленно трескалось. Виктору говорили всё то же самое, что и Нэллирену, только с противоположной стороны. Короли винили друг друга, и кто из них говорит правду сейчас не представлялось возможным выяснить. Нужно было копать глубже. Намного глубже.       — Самое ужасное, что лучшим решением для такого короля будет избавить сагралов от распрей и убить тебя, — произнёс Нэллирен. Стук сердца отдавался в уши гулкими импульсами.       — Шиолан не хочет этого, — ответил Виктор, прислонившись к плечу друга. — Пока что я нахожусь под его защитой. И нам не нужно беспокоиться. Знаю, что это всё очень сложно. У самого голова гудит.       — Да, нам стоит немного отвлечься от этих сагральских заговоров и тайн, — усмехнулся Нэллирен, заключая юношу в объятия. — Мы, наконец, вместе. И я счастлив.       — Почему они так пялятся? — с раздражением прошептал Нэллирен.       — Я же говорил, что с эльфами здесь… не очень, — шепнул Виктор. — Да и с людьми тоже. Мы с тобой оба выделяемся. Но ко мне они уже привыкли.       Нэлл покосился на стражника, встречаясь с его неприятно-любопытным взглядом. Открыв двери, они прошли дальше, миновали длинный коридор. Ещё издалека Нэллирен заметил две фигуры возле арочного прохода. Тагни улыбнулась, когда увидела приближающихся Нэлла и Виктора, но первый даже не заметил этого, сосредоточив взгляд на Яране. Он стоял расслабленно, прислонившись к стене.       — Тагни, Яран, познакомьтесь, это мой др…       Его прервал громкий звук хлестнувшей по щеке ладони. Виктор от неожиданности дёрнулся. Опешили все. Лицо Ярана покраснело от удара.       — Ты долбаный ублюдок! — прорычал Нэллирен.       Виктор сжался от ужаса. Он не раз видел, как Нэллирен мог бесстрашно ставить на место не самых порядочных посетителей, утрачивая всё своё дружелюбие, но сейчас это и его выбило из колеи.       — Какого хрена?! — взревел Яран, схватив эльфа за одежду. Но Тагни среагировала быстро и оттянула его за шиворот. — Остроухий кусок дерьма!       — Тише, Яран, — с ухмылкой сказала Тагни, похлопав того по плечу. — Я бы и не такое с тобой сделала, если бы ты моему другу лицо подпалил.       Нэллирен с благодарностью посмотрел на Тагни. Она подмигнула.       — По-моему, он просто хочет стать сраным пеплом, — пыхтел Яран, разгневанно уставившись на Нэллирена. — Безмозглый эльфий…       — Давайте просто забудем всё это… пожалуйста, — растерянно проговорил Виктор. Поступок Нэллирена до сих пор вызывал шок. Замахнуться на Ярана было чем-то из ряда вон. — Никто никого не будет бить и жечь, ладно?       — Прости, я не мог не сделать этого, — серьёзно ответил Нэллирен, потирая внутреннюю сторону ладони. Удар был таким сильным, что её болезненно кололи тысячи маленьких иголочек.       Яран продолжал злиться. В красных глазах, казалось, уже плясали не предвещающие ничего хорошего огоньки.       — У тебя след скоро пройдёт, — подметила Тагни. — Чего не скажешь о Викторе. Так что хватит дуться, и скажи спасибо, что ударила тебя не я.       — Спасибо, — отчеканил Яран, наконец, прекращая сверлить эльфа взглядом. — Но за это я и так уже получил от Шиолана.       — Простите, я не имел понятия, — без капли сожаления произнёс Нэллирен.       — Ладно, давайте начнём сначала, — приподняв руки с раскрытыми ладонями, предложил Виктор. — Это мой друг Нэллирен, о котором я вам много рассказывал. Прошу любить и жаловать. — С этими словами он многозначительно посмотрел на Ярана.       — Плевать я на него хотел. — Яран показательно зевнул. — Ненавижу эльфов. А этого вдвойне.       — Ну вот, опять ты не следишь за языком, — раздался саркастичный голос где-то неподалёку. Приблизился Дициаль. Он с лёгкой улыбкой посмотрел на Нэллирена и протянул руку. — Наконец-то сюда занесло эльфа. Устал видеть одни красные глаза вокруг.       В «Поющей Сирене» накалившаяся атмосфера начала улетучиваться. Сверкал тёплый свет ламп, в воздухе витал запах какого-то неизвестного напитка (конечно же, это был дуат), и музыка почти не смолкала. Музыканты больше походили на рассказчиков интригующих историй, и Нэллирен вслушивался в слова. По крайней мере, старался.       За столом почти сразу начались оживлённые разговоры. Виктор был возбуждён и весел как никогда. Он то и дело касался Нэллирена, смотрел на него, похоже, продолжая убеждать себя в том, что это не сон. Нэллирен здесь.       — Тагни, он обязан попробовать дуат, — настойчиво заявил юноша.       — Что это? — Нэлл приподнял брови.       В центр стола приземлилось несколько массивных кружек. Дициаль, по своему обыкновению попивающий вино, сочувствующе усмехнулся.       — Если не захочешь пить сагральское пойло, я с радостью посоветую отличное вино.       — Давайте выпьем за воссоединение Виктора и Нэллирена! — громко сказала Тагни, вознеся кружку над головой.       Все с глухим стуком встретились боками своих кружек над столом, Дициаль лишь согласно приподнял свой бокал, проявляя поддержку и участие. Они выпили. Нэллирен сделал пару глотков и поёжился, возвращая кружку с дуатом на стол.       — Терпкое, но вкус интересный, — щурясь, произнёс он. Лицо его в миг разгладилось, когда он увидел махнувшего в себя сразу половину Виктора. Долго гадать не пришлось, кто научил его так пить. Стоило лишь взглянуть на Тагни. — Понятно, чем вы тут занимаетесь с моим милым Виктором…       Юноша засмеялся, прислонившись лбом к плечу друга.       — Не переживай, Нэлл, — с улыбкой пробормотал Виктор. — Мы были тут всего несколько раз.       Время текло быстро. Кружки пустели и наполнялись вновь. «Новая компания» Виктора вызывала неопределённые чувства. Даже Тагни. Когда Нэллирен смотрел на неё, каждый раз он вспоминал о их плане, о том, что всё это игра. Вспоминал о том, что она сестра Тэвраха. А ведь брат и сестра не виделись гораздо дольше, чем они с Виктором. Думает ли она об этом всём, когда смотрит на Нэллирена? Или уже настолько вжилась в роль, что эти мысли её даже не тревожат?       Яран вызывал только неприязнь. Таким отталкивающим для него не был даже Идэма. Он постоянно вставлял какие-то грубые фразы или неуместно шутил. По крайней мере, при Дициале он практически не упоминал слова «остроухий» и тому подобные. Смотреть как здешний эльф осаживает его было приятно. Пусть сам он тоже не вызывал каких-то тёплых чувств.       Может быть, это было предвзятое мнение, ведь они… враги?       — Ну, как тебе путешествие с нашим прекрасным принцем? — внезапно спросил Яран.       — Не так уж и плохо, — ответил Нэллирен, отпив ещё дуата. Ему нравилось ощущать, как напиток берёт его в свою власть, тепло и мягко окутывает, делая нахождение здесь куда более приятным. — Правда, я застал омерзительную картину, когда он использовал свою магию и… — Перед глазами у Нэллирена всплыло воспоминание, где он снимает с Идэмы маску. Вросший в голову лёд, отражающий свет фонариков и целительной магии. Он сделал ещё глоток. — Что с ним такое? Какая-то болезнь?       Дици пролил вино мимо рта. Его подбородок окропила алая жидкость.       — Явно носит маску он не просто так, — с ухмылкой протянул он, вытираясь.       — Все это знают. — Яран откинулся на спинку стула. — Только слухи слишком разные ходят. Есть даже версия, что Шиолан сам долбанул по своему сыночку.       — Ага, или он просто получил разряд от плюкки, — с ухмылкой добавила Тагни. — Поэтому и шрамы на его роже в виде молний.       — То есть, вы не знаете, что именно под его маской? — Нэллирен свёл брови. Он почувствовал на себе пристальный взгляд. Дициаль смотрел на него настолько пронзительно, что в глазах можно было чётко прочитать — «не смей».