Осмотрительность

Наступили дни полноценных тренировок. Рука Микасы полностью восстановилась и Леви не упустил возможности этим воспользоваться, однако был не так беспощаден, как прежде. Занятия перестали быть изводящими, капитан начал концентрировать внимание девушки на тактике ведения боя, а также уделять внимание психологической стороне. Попутно они обсуждали те книги, которые изучала Микаса. Правило: «Один день — одна книга», было, очевидно невыполнимым, однако главные мысли, вся соль книг с полки «Тренировка разума», заключалась, как правило в последней главе. Когда на вопрос Леви, сколько страниц из этих книг она прочла, девушка честно призналась, что читает только последние части, капитан, очевидно довольный таким подходом и честностью, согласился. — Иные, хорошие книги, необходимо читать полностью, иначе их тяжело понять, — произнес капитан, в небольшой перерыв между партиями, — а эту чушь с полки для новобранцев можно уместить в пару страниц. Однако, например, командующий Смит находит данные произведения невероятно ценными и с удовольствием перечитывает их. — Значит ли это, что я больше могу не читать эти книги? — Нет. Продолжаем, — Леви встал в боевую стойку и приготовился к атаке. Несмотря на некоторую сложность в объяснении моментов тактики, Микаса считала, что капитан — отличный учитель. Спустя пару занятий, девушка научилась получать удовольствие от процесса — не то, чтобы она была мазохисткой или машиной для убийств, — просто раскрыла в себе желание учиться. Особенное место в занятиях занимало взаимодействие с Леви. Не просто в бою, но в кратких ироничных комментариях, которые он периодически отпускал, полезных советах и даже в прощаниях и приветствиях. Леви научил ее следить за противником, за его выражением лица и микро проявлениями эмоций, например, таких как чуть более сдвинутые брови. Забавно, но именно благодаря его урокам Микаса практически научилась распознавать, когда капитан на самом деле раздражен, а когда — лишь делает вид. Что примечательно, свой нарочитый холодный вид он чаще всего использовал при общении с сослуживцами и товарищами, а также на тренировках с девушкой, в то время как настоящее раздражение появлялось лишь в крайних случаях. Было ли это способом его защиты? Возможно. Сам Леви тоже был весьма доволен успехами Микасы. Ему нравилось видеть, как девушка раскрывает свой потенциал. Впрочем, не только из-за этого ему доставляли удовольствие тренировки — мимолетные взаимодействия, прикосновения, фразы — все это заставляло биться его сердце чаще, хотя и признаться в этом самому себе он не мог. Микаса жила в невероятном темпе. Утром — разминка, дежурство на кухне, подготовка завтрака, тренировки с сослуживцами, которые, впрочем, давались ей достаточно просто. Днем — обед (обязательно не забыть отложить вторую порцию для Саши), приборка после него, затем — тренировки с капитаном Леви или чтение той самой полки из библиотеки корпуса до времени ужина. Вечер — вновь дежурство в столовой (обязательно не забыть отложить вторую и третью порции для Саши), приборка всего помещения, после — горячий душ и беспробудный крепкий сон, за время которого силы девушки не всегда успевали восстановиться. И так на протяжении уже практически двух недель. Саша беспокоилась за подругу, в один из вечером даже попыталась поделиться с ней сворованной из кухни булкой, однако Микаса отказалась. — Мне не нравится твое состояние, — проворчала Саша, — эти ваши тренировки совсем выбивают из тебя силы. Раньше ты так рано не ложилась спать, а сейчас из душа — и сразу в кровать — даже не похрустеть сухарями! Помню как в кадетском корпусе меня как-то раз заставили бежать до изнеможения. Ощущения не из приятных. — Ох, я тоже это помню, — улыбнулась Микаса, глядя в потолок, — это было так… давно. — Не съезжай с темы, — шатенка нахмурилась, — Леви что, делает из тебя машину-убийцу? Зачем такие изнурительные занятия, зачем эти ужасные сложные книги по силе духа? — Это наказание, понимаешь. Пока не найду того, чего мне не хватает, это не закончится. Но я еще не нашла, — тихо произнесла девушка. — Хочешь, я попрошу Леви оставить тебя в покое? — Нет, не нужно, меня все устраивает. — Соглашайся, я ведь точно смогу убедить его в том, что нужно сменить учителя. — Не хочу. — Микаса, да что с тоб… — прервалась Блауз на полуслове и продолжила шепотом, — ты что, влюбилась в него? Молчание в ответ почти убедило Сашу, пока девушка не вслушалась в мирное сопение подруги. Шатенка вздохнула, укрывая девушку одеялом, проворчала: — Чтоб, его, этого Леви! Время — детское, всего 9 вечера. Эх, была не была, поговорю с ним. Добравшись до нужной комнаты, Блауз, никогда не отличавшаяся тактичностью, настойчиво стала тарабанить в дверь. Спустя десяток ударов, из-за нее раздался голос: — Кто там? — Саша Блауз, капитан! Разрешите войти? — Что ж, попробуй, — хмурое лицо показалось в проеме, раскрывая дверь и впуская незваную гостью, — что-то стряслось? — Да! Точнее нет, — девушка замялась, — я пришла поговорить о Микасе. — Присядь, — вздохнул капитан. Саша оглядела комнату в поисках стула. Что ж, комната Леви, несмотря на порой достаточно щегольский вид хозяина, выглядела точно так же, как и парные комнаты старших солдат, какими Микаса и Саша уже были признаны. Никаких отличий, разве что второй кровати не было. На столе — раскрытая книга, чашка чая, да блокнот и пара пишущих принадлежностей. Аскетично. — Что, ожидала увидеть здесь красную комнату? — скучающе прервал исследования глазеющей девушки капитан. — Что? — Неважно, — Леви отвел взгляд, — так по какому вопросу ты пришла? — Я прошу вас сократить число дополнительных тренировок для Микасы, — выпалила Блауз. — В связи с чем? — Аккерман удивленно поднял бровь. — Она очень сильно устает. — Почему она сама не пришла? — Потому что она спит как чертов суслик, а сейчас всего лишь 9 вечера! Ой, извините, — не на шутку разволновалась девушка, быстро закрывая рот рукой. Леви опешил. Хотя Саша и не была профессионалом физиогномики, не умела красноречиво говорить и быть тактичной, но имела обостренное шестое чувство — интуицию. Может быть, это передалось ей от отца-охотника, которому часто приходилось выслеживать дичь, может она научилась этому во время множества опасных вылазок за стену, когда все органы ощущений на пределе, а может — ее природная чуйка на провиант как-то влияла на это, кто знает. Даже сама она редко осознавала этот дар, но часто им пользовалась, пусть и не осознанно. Невероятное умение видеть мельчайшие детали в огромной картине мира, вот в чем ее сила. Именно сейчас Блауз опять неосознанно воспользовалась интуицией, наблюдая, как поменялся после ее слов капитан Леви. Раздражение на миг сменилось выражением озабоченности с примесью волнения, затем — тревожной задумчивостью с оттенком… заботы? Саша, прищурилась, не в силах понять, что так задело капитана, но была уверена, но находится невероятно близко к разгадке. — Хорошо, я подумаю над этим, — наконец, прервав будто бесконечную, а на деле, длящуюся чуть более десяти секунд, тишину, произнес мужчина, — как считаешь, Микаса хочет этого? — Откуда ж мне знать, она засопела как раз во время нашего разговора, — пожала плечами Блауз, поднимаясь со стула, — спасибо, капитан. — Пока что не за что.