Осмотрительность

Микаса проснулась с тяжелой головой. Ей было хуже, чем полторы недели назад, когда она угораздила попасть в медблок. Сославшись на недомогание (все-таки, должны же быть хоть какие-то привилегии у человека с переутомлением), сегодня она решила остаться в комнате и настоятельно просила Сашу никого не пускать. Блауз, чувствуя, что проблема не только в физическом, но и моральном состоянии девушки, решила все же не донимать ее расспросами. Сейчас они ни к чему — но, неужели, она провалила финальный поединок? Верилось в это с трудом, ведь они с Микасой достаточно долго оттачивали взгляд-обманку на тренировках. Выходя в коридор, Блауз оглянулась на брюнетку, которая пристально смотрела в окно, неотрывно следя за затягивающими небо тучами. Выиграла? Тогда почему так переживает? Слишком много вопросов, слишком мало ответов. Саша решила подбодрить Микасу единственным способом, которым могла — принести обед. Спустя пару минут хождений, а также с десяток минут уговоров дежурного, она все-таки выклянчала порцию для подруги, и еще две дополнительных для себя. Хотя Жан, чья очередь была помогать в обед, все равно не поверил, что Микасе нужны эти две дополнительных порции, согласился помочь. Дождавшись конца обеда, ребята направились в корпус. — Кстати, — входя в комнату девушек вслед за Блауз, произнес он, — капитана Аккермана сегодня ночью отправили куда-то, кажется, в город, с каким-то чрезвычайно срочным и продолжительным поручением. А еще он кажется передал Эрвину, что ваши, Микаса, тренировки закончены. Это правда? Ты его уделала? Девушку будто ударило током. — Черт, Жан! — вспылила Саша, видя странную смесь эмоций на лице соседки, — ставь тарелки и вали отсюда уже! — Эй, полегче, — отступая в коридор, возмутился парень. Перед его носом хлопнула дверь, — вот так и помогай друзьям, — насупился он. — Зря ты с ним так. Он ведь ничего такого не сказал. Лучше, наверное, извиниться, — тихо произнесла Микаса, — «Я бы и так это узнала, рано или поздно». Саша нахмурилась. — Ладно, но только после того, как ты поешь. Микаса кивнула. Они быстро справились с порциями, что обрадовало Блауз. «Если ест, значит жить будет». Девушка нарочито бодро произнесла: — Поели и за дело! Пойду Жана обхаживать, чего уж, я виновата, это факт, — Саша вышла из комнаты, мягко закрыв дверь. «Обычно хлопает. Переживает» — мысленно отметила Микаса. Она аккуратно встала с кровати, оделась, не отрывая взгляда от окна, где разворачивалось завораживающее и редкое для Парадиза явление — темные тучи. «Будет гроза». Девушка вышла в коридор, незаметно добралась до оружейной — благо, благодаря дополнительным тренировкам, она всегда имела доступ к шкафу с инвентарем. Ну и что, что сейчас ей нужен не инвентарь? Всего-то стоит протянуть руку к сейфу напротив, ввести код, который, она, как старший солдат, знала наизусть и экипировать УПМ. Затем дойти до конюшен, быстро оседлать лошадь, выехать, используя старый пропуск, и скрыться в неизвестном направлении. Так она и поступила. Микаса примерно знала, куда собирается прибыть. Достигнув стены Роза, девушка отпустила лошадь обратно — все равно в одиночку ее не переправить. Ловко взобравшись на вершину каменного рубежа, она огляделась в поисках подходящего укрытия. Заприметив облюбованную разведотрядом рощу высоких деревьев, решила направиться туда. Желание куда-то скрыться помогало девушке избегать мыслей, что до сих пор не терзали ее, но скопились огромным сводом на душе, рискуя обвалиться в любую секунду. Во время марш-броска через равнину, на Аккерман обрушился дождь неистовой силы, но она упорно двигалась к своей цели. Спустя час она достигла первых деревьев-великанов. Что за удивительное чудо природы, будто специально созданное для маневрирования меж ними? Микаса, решив не забредать слишком глубоко, нашла в роще опушку и забралась на дерево, с которой открывался на нее вид. Глядишь, пара титанов зайдет, хоть развлечется. «Какая осмотрительность!» — удивилась своим мыслям девушка. Оперлась на ствол, укутавшись в слегка промокший плащ и позволила себе наконец заплакать. Раскаты грома скрывали ее беспомощные рыдания. Она чувствовала себя абсолютно пустой, истощенной, слабой. Иссушенной до самого дна. Неужели, это все ложь? Всего лишь часть наказания, запланированного для нее? План, придуманный хитрым лисом с хмурым лицом, для потехи? Вся забота, все его уроки, все для того — чтобы в один момент оставить ее? Уничтожить, раз она сама не сумела погибнуть в схватке с аномальным в предыдущую вылазку? Плевать. Раз так, то с первым лучом она найдет ближайшую деревню и будет вырезать титанов, пока не сдохнет у одного из них в пасти. С этими мыслями Микаса погрузилась в тревожный сон.