(Не) Спрятать в Облачных Глубинах

***

Лань Чжань наконец-то перестал кутаться в молчание и действительно готов был посвятить Усяня во все подробности происходящего, связанные с пребыванием Старейшины Илина в Облачных Глубинах. Слушая его и одновременно обдумывая сказанное, Усянь чувствовал, как постепенно отступает и стирается ощущение безысходности, не оставлявшее его весь день после ночного кошмара. Хотя он все равно не мог понять истинных мотивов Лань Чжаня. Почему тот пришел на Луаньцзан? Была ли причина в нем, или все-таки, в первую очередь, в Иньской печати? Почему Лань Чжань не желал ничего ему рассказывать? Почему решил рассказать именно теперь, когда Усянь уже готов был смириться с его молчанием? Ему следовало радоваться, что в тот день на Луаньцзане Лань Чжань предложил то, в чем он отчаянно нуждался и осознавал, что не сможет обеспечить, — защиту для Вэней. А он по-детски глупо мечтал услышать, что тот сделает все что угодно ради того, чтобы защитить его, Усяня, от всего мира. Мечтал, что Лань Чжань притянет его в свои теплые объятия и… — Вэй Ин, — прервал куда-то не туда свернувшие мысли Ванцзи, — о чем ты думаешь? Он осознал, что Ванцзи уже некоторое время ждет от него реакции, и со вздохом нехотя вернулся к вдруг ставшему совсем неинтересным разговору. — Кто такой этот Цзинь Гуанъяо? Он должен быть как-то связан с Облачными Глубинами и с кланом Су, чтобы управлять их действиями. — Внебрачный сын Цзинь Гуаншаня. Цзинь Гуаншань признал его после того, как он убил Вэнь Жоханя. Несомненно, он действовал по распоряжению отца. А Мэйшан Су — один из подчиненных кланов Ланьлин Цзинь. — Убил Вэнь Жоханя? А, его тогда звали, кажется, Мэн Яо? Он еще тайно передавал сведения о расположении вражеских войск. — Это он. Хуань-сюнчжан и он… познакомились во время войны и стали друзьями. Он часто бывал здесь… Ученики Мэйшан Су помогли ему проникать на территорию незамеченным. Он искал Иньскую печать, а когда не удалось, придумал воспользоваться наведенными заклинаниями. Эти заклинания довольно сложны, и уровень совершенствования учеников, использовавших их, высок. Нам повезло, что первое заклинание не сработало так, как предполагалось. Усянь согласно хмыкнул. План действия Цзинь Гуанъяо казался несерьезным и плохо продуманным, хотя, наверно, этому не стоило удивляться, учитывая неожиданность сдачи Старейшины Илина клану Лань. Но если бы он удался… Мог ли он потерять контроль до такой степени, чтобы призвать Иньскую печать? Облачные Глубины защищены от нападения тварей и проявлений тьмы извне, но Иньская печать позволила бы создать их внутри. Скольких человеческих жертв это могло бы стоить Облачным Глубинам? — Лань Чжань, — спросил он с неожиданным лихорадочным блеском в глазах, — допустим, я потерял контроль, призвал Иньскую печать и начал убивать. Что бы ты сделал? Ванцзи молча уставился на него, будто пытаясь прочесть его мысли. — Ну, Лань Чжань, решай скорее, пока я не поубивал всех, — азартно поторопил Усянь. — Обездвижил бы. Лишил сознания. Запечатал силы, — медленно произнес Ванцзи. — Если дашь приблизиться к себе. Иначе — только смертельный удар… Вэй Ин, ты не смог бы так просто призвать Иньскую печать. — Надеюсь, это так. Все же ответь: ты бы убил меня, Лань Чжань? — Да, Вэй Ин, — тихо, но твердо ответил тот. — Я сделал бы это, если бы не видел другого выхода. Жизни многих дороже одной, даже если это кажется несправедливым… Тебя это беспокоит? — Ты говоришь мне, что убьешь, а потом спрашиваешь, беспокоит ли это меня? — рассмеялся, вскакивая с места, Усянь. Ванцзи открыл рот, чтобы что-то сказать, но он замахал на него руками, — Ничего не говори, Лань Чжань… Я проголодался. Что тут нам Лань Чжань вкусненького принес? Он порылся в корзине, которую принес Ванцзи, вытащил парочку баоцзы [1] и принялся жевать, непринужденно продолжая: — На Луаньцзане… иногда я думал, что правильным решением было бы позволить им уйти. Они могли бы найти пристанище в каком-нибудь поселении, не называя своего имени. По крайней мере, у них было бы больше шансов выжить, чем там рядом со мной. Я боялся остаться один. Боялся, что окончательно поддамся тьме. Ненавижу кланы за их ненависть, недоверие и нежелание слушать. Но я не хочу убивать. И не хочу, чтобы по моей вине гибли другие. Лучше умереть. Я бы предпочел умереть от твоей руки, Лань Чжань. Ванцзи поднялся со своего места и сделал шаг к Усяню, глядя на него с тревогой. — Вэй Ин, что с тобой сегодня? К чему разговоры о смерти? — Ну, вчерашний день не был полон веселья, ночью приснился отвратительный сон, день прошел взаперти и в одиночестве, после твоего рассказа и вовсе не по себе стало, — чуть нарочито вздохнув, перечислил Усянь. Лань Чжань снова проявлял к нему внимание, и он не преминул воспользоваться этим, чтобы немного поднять себе настроение. — Чувствую себя подавленным. И до Совета кланов еще десять дней, мало ли что произойти может… — Мы нашли злоумышленников, знаем, кто за ними стоял. Меры безопасности усилены. Приглашенные ученики проходят проверку. За Вэнями наблюдают, теперь еще внимательнее, с ними ничего больше не случится. Ты… тебе больше не нужно оставаться одному. Я буду рядом, Вэй Ин. Усянь проглотил остаток баоцзы, запил остывшим чаем и хитровато улыбнулся. — Ты мог бы пригласить меня в свои объятия, Лань Чжань. Чтобы я не чувствовал холода и одиночества, как весь сегодняшний день за запертой дверью… Конечно, он рассчитывал на возмущенную отповедь и собирался вернуться к теме вчерашнего наказания, чтобы еще подразнить Ванцзи, раз уж тот признал, что переборщил с ним, но Ванцзи неожиданно взял его за руку, подвел к очагу, аккуратно сел и, расправив складки своего одеяния, развел руки, пригласительно глядя на Усяня. Тот поперхнулся от удивления и неожиданности, но не стал медлить, и почти свалился в объятия Ванцзи, тут же удивительно крепко его обнявшего. Желание шутить тут же испарилось без следа. Усянь почувствовал живое тепло, — Ванцзи делился с ним своей ци. Хотя из-за отсутствия Золотого ядра светлая ци не могла удержаться в его теле надолго, она согревала и успокаивала. Усянь вспомнил, каким бледным и уставшим выглядел Ванцзи, когда пришел. — Лань Чжань, ты же знаешь, это бесполезно. Лучше подлечи себя, ты выглядишь усталым. — Мгм, — отозвался Ванцзи, но не перестал передавать ему свою ци. Какое-то время они так и сидели молча, но собственные мысли не давали Усяню покоя. — Лань Чжань, ты сказал, ответишь на все мои вопросы… ну как-то так? — Что ты хочешь знать? — Вэнь Нин… если его можно вернуть, почему ты не сказал Вэнь Цин? — … Я не должен был обещать тебе это, у меня не было на это права, — помолчав ответил Ванцзи. — Решение за сюнчжаном. Хочу верить, что не услышу запрета. — Зачем тогда обещал, если не имел права? Это же почти ложь, — грустно спросил Усянь. — Или цель оправдывает средства? Главное — завлечь меня в Гусу? Ванцзи молчал. — Ладно, тогда ответь на другой вопрос. Почему ты решил мне все рассказать? Я был почти уверен, что скажешь мне не лезть не в свое дело. — Я не всегда понимаю тебя, Вэй Ин. Думал, для тебя будет лучше не знать, — меньше тревоги и волнений. Мне казалось, тебе достаточно будет знать, что я сделаю все, чтобы помочь. Я ошибся. Мне нужно было — все еще нужно, для твоей безопасности — чтобы ты повиновался. Но подчинение без доверия — это сложно. Ты сомневаешься, и в себе, и во мне, и я не знаю, как это исправить. Могу только это. — Лань Чж… — начал Усянь, но его прервал негромкий стук в дверь цзинши, сразу заставивший обоих насторожиться. Стук повторился, сопровождаемый голосом Лань Сичэня: «Ванцзи, открой дверь». Плавным движением Ванцзи поднялся, увлекая за собой Усяня, и подошел к двери, впуская брата. Одним взглядом Лань Сичэнь окинул Ванцзи и застывшего у него за спиной Усяня, смотрящего с некоторым неудовольствием, и зашел внутрь, прикрывая дверь за собой. — Ванцзи. Господин Вэй, — приветливо произнес он. — Что-то еще случилось, сюнчжан? — собранно спросил Ванцзи. Лань Сичэнь покачал головой. Из рукава своего одеяния он вынул небольшой закупоренный сосуд из нефрита и протянул Ванцзи. — Я попросил лекаря приготовить особый укрепляющий настой. Выпей его. И дай мне проверить твой пульс, ты не очень хорошо выглядишь. — Все в порядке, сюнчжан, я займусь медитацией чуть позже, — попробовал отказаться Ванцзи, но Лань Сичэнь покачал головой и настойчиво произнес: — Слушайся, Ванцзи. — Да, сюнчжан, — смирился Ванцзи, одним глотком выпил настой и присел рядом с братом за стол, протягивая руку, чтобы тот мог проверить пульс. Вэй Усянь разулыбался, наблюдая за этой сценой. Не только ему приходится подчиняться. — Сядьте, господин Вэй, вы здесь не заключенный, — резко произнес Лань Сичэнь, правильно истолковав его улыбку и досадуя, что использовал повелительный тон к брату при Усяне, но тут же спохватился, и добавил уже спокойнее, — Простите мою грубость. Сядьте, пожалуйста. Усянь сел рядом с Ванцзи и не преминул восстановить справедливость: — Вообще-то, правда в том, что еще час назад я как раз был заключенным. Лань Сичэнь поймал укоризненный взгляд Ванцзи на Усяня, ответное выражение лица того «разве не так?» и, покачав головой, сосредоточился на чтении пульса Ванцзи. Спустя несколько минут он отнял свою руку, поднял взгляд на невозмутимого Ванцзи, на заинтересованного Усяня. — Ты снова передавал господину Вэй энергию, хотя сейчас она требуется тебе самому, — он вздохнул, заметив, как виновато опустил глаза Усянь, нарисовал перед собой знак печати и начал передавать Ванцзи свою ци. — Сюнчжан не должен… — Мне так будет спокойнее, Ванцзи. Закончив, он спросил Ванцзи: — Насколько глубоко господин Вэй в курсе дел? — Я рассказал ему все, — ответил Ванцзи. — Тогда буду говорить открыто, — кивнул Сичэнь. — Господин Вэй, я сожалею, что за попытками обострить ситуацию, выставив вас в неприглядном свете, стоял человек, которого я считал своим другом. Мне следовало предвидеть такую возможность, и принять меры заранее. Он больше не создаст неприятностей… Глава Не и глава Цзян приняли решение на Совете кланов выступать в альянсе с Гусу Лань. Пока вы придерживаетесь заключенных договоренностей, мы можем рассчитывать на их поддержку. Надеюсь на ваше благоразумие. Усянь почесал кончик носа и с притворной покорностью произнес: — Глава Лань может не беспокоиться, Лань Чжань строго присматривает за мной, он, несомненно, не позволит мне творить глупости перед лицом Великих кланов. Лань Сичэнь улыбнулся. Вэй Усянь был неисправим.  — За всеми вчерашними событиями я забыл тебе сказать, — продолжил он, обращаясь к Ванцзи. — Дева Вэнь посетила меня вчера. Я должен передать тебе, что она готова разговаривать на предложенную тобой тему только в присутствии Вэй Усяня. И еще… Мне не нравится твое решение, Ванцзи, но я не хочу выставлять тебя лжецом перед господином Вэем. Я сказал деве Вэнь, что ее брат вернется. Ты больше не должен говорить об этом. — Благодарю, сюнчжан, — склонил голову Ванцзи. Лань Сичэнь поднялся. — Я ухожу. Тебе следует сегодня хорошо отдохнуть, Ванцзи. Господин Вэй, прошу, уймите на сегодня свой буйный нрав, дайте брату передышку. — Да, глава Лань, я постараюсь. Когда за Сичэнем закрылась дверь, Усянь сказал: — Я не могу не подчиниться главе клана, поэтому не буду сегодня спрашивать, что там за тему ты предложил Вэнь Цин, но завтра мы пойдем к ним, Лань Чжань? Теперь-то можно, с тобой вместе? — Мгм.