Рубиново-красный

Армия дошла до Прохода и стояла в дне пути от Адаманта. Разведчики Инквизиции докладывали, что большинство магов уже порабощены, и только с воинами еще можно договориться. Алистер был так потрясен этой новостью, что склонял Создателя и Андрасте в самых грязных выражениях. Как Кларель могла так поступить?! Он отошел в сторону от Инквизитора, которая все еще расспрашивала разведчиков, нашел милую песчаную дюну вдали от всех, а потом пнул ее и полосовал мечом, вопя как сумасшедший, пока не рухнул в изнеможении. Гаррет Хоук бочком подошел к нему, когда он перестал размахивать клинком, будто маньяк, и молча кивнул. Они стояли в тишине, безмолвно соглашаясь, что новость невероятно дерьмовая. Ведь это означало, что Алистеру придется биться со своими товарищами – мужчинами и женщинами, вместе с которыми он тренировался, и даже с рекрутами, которых он лично наставлял. Он так старался защитить их, стать для них образцом идеального Стража, каким был Дункан для него много лет назад. Корифей захватил Стражей и исказил их торжественную присягу – сражаться с порождениями тьмы до самой смерти. Теперь они служили порождению тьмы, не подозревая об этом. Десять лет назад он прошел через ад, при поддержке лишь одного Стража собирая армию и разношерстную команду неудачников, чтобы убить хре́нова архидемона – и не для того, чтобы сейчас служить этому потенциальному Отродью. Стиснув зубы, Алистер выдернул свой меч из песка и прорычал: – Пошли, надерем задницу какому-нибудь порождению тьмы. Гаррет улыбнулся в свою густую бороду и самодовольно похлопал его по спине. – Показывай дорогу. Они вернулись к Инквизитору, которая сообщила, что армия останется здесь на ночь, чтобы выступить на Адамант с рассветом. Она рассчитывала, что так им удастся добраться до крепости вовремя, чтобы начать ночную осаду и посеять хаос среди Стражей. Это был разумный план, так что мужчины пожелали Инквизитору спокойной ночи и принялись устанавливать собственные импровизированные палатки. К тому моменту, как Алистер закончил с этим, температура воздуха начала падать – первый признак приближающейся ночи. Каллен уже расставил караулы своих людей, так что те, кто путешествовал лично с Инквизитором, могли спокойно отдыхать. Алистер оценил эту предусмотрительность. Из соседней палатки уже слышался храп Хоука, но Страж сомневался, что сможет уснуть этой ночью. Почувствовав вдохновение, Алистер вытащил из своей сумки пару листов пергамента, капнул к чернилам воды из фляжки и принялся за последнее письмо. Это был написанный в спешке хаотичный текст с кучей перечеркнутых строк и обрывками мыслей, но у него не было лишней бумаги, чтобы переписать все начисто. Он начал писать, когда слова пришли сами, хлынули из него, будто прорвалась плотина, и остались зацементированными на пергаменте. Закончив, Алистер прерывисто вздохнул, посыпал текст песком, чтобы чернила быстрее высохли, и можно было сложить и убрать листы, пока их не унесла прочь какая-нибудь пыльная буря. Сунув письмо в карман, он улегся на спальный мешок и закрыл глаза. Следующим вечером они незамеченными подошли к Адаманту, приведя в действие план ночной осады. Стоило только солнцу скрыться за горизонтом, как требушеты Инквизиции швырнули свои первые горящие подарки на древние стены твердыни Стражей. Только почти к полуночи они смогли прорваться внутрь и приступить к тяжелой задаче – попытке сломить сопротивление Стражей. Им удалось зачистить несколько точек выхода демонов, чтобы позволить солдатам подойти к стенам, и даже убедить одну группу Стражей отступить. Но когда они обнаружили Стража-Командера, Алистеру захотелось проблеваться. Молодую эльфийку принесли в жертву на алтаре для получения силы, достаточной, чтобы вытащить из Тени демона, который должен был захватить Кларель – самого большого демона из всех, что он когда-либо видел. Хотя он и знал, что Стражи закрывают глаза на магию крови, используемую против порождений тьмы... Но это – как бывший храмовник, он ясно видел, – это было за гранью. Он не сразу понял, что Кларель толкает речь. – Наши воины гордо умирают за мир, который никогда их не поблагодарит! Алистер махнул рукой в сторону Эремонда: – А потом он привязывает наших магов к Корифею! Это, наконец, привлекло ее внимание. – Корифей... но он мертв! Кларель казалась потрясенной и даже начала спорить с Эремондом, но Алистер заметил момент, когда она уступила. Его сердце пропустило удар, когда Хоук принялся умолять Стража-Командера не использовать магию крови. – Я сражался с архидемоном в Ферелдене! Не хочешь выслушать меня? Если бы это помогло против будущего Мора, я был бы на твоей стороне, но это ложь, – взмолился Алистер. Кларель замолчала, когда сомнения, наконец, пустили ростки в ее разуме, но было слишком поздно. Лакея Корифея оказалось не так-то легко остановить. И разверзся ад, и вскоре их отряд уже сражался с демонами и бежал от атак пораженного скверной дракона. Страж-Командер погналась за Эремондом, который попытался сбежать, а они на некоторое время оказались связаны боем с демоном гнева, прежде чем смогли последовать за ней. Когда они подбежали, Кларель уже справилась с Эремондом, но у дракона были другие планы. Схватив магичку пастью, он взлетел на крепостную стену и, встряхнув Кларель, будто тряпичную куклу, отбросил ее в сторону. Это их и спасло. Когда дракон встал над ее распростертым телом, едва живая магичка выпустила в его брюхо молнию, напугав зверя, из-за чего тот прыгнул на край полуразрушенной стены. К сожалению, край начал обваливаться под его весом, и все они рухнули в пропасть. Алистер вскинул руку, прикрывая глаза от быстро приближающейся смерти, но вместо того, чтобы приземлиться на голову, обнаружил себя стоящим – на боковой стороне скалы. Он огляделся в шоке и благоговении, охлопал себя и даже ущипнул, чтобы убедиться, что это не сон. – Вот так сюрприз, – пробормотал он с придыханием. – Мы в Тени – физически внутри нее, – выдохнул Дориан. Алистер сглотнул. – Я видел в Тени своего отца. Я видел в Тени демона, который притворялся моей сестрой. Но не видел ничего, похожего на это. – Инквизитор открыла разрыв, и мы провалились. В прошлый раз, когда вы попали сюда, было так же? – спросил Хоук. Инквизитор покачала головой и всплеснула руками. – Я... я не знаю. Я до сих пор не могу вспомнить, что произошло, когда это случилось в прошлый раз. Пытаясь усмирить накатывающий изнутри страх, Алистер согласился с остальными, что им стоит попытаться выбраться обратно через основной разрыв, который был открыт во дворе крепости. Они взбежали по находящейся впереди лестнице... и остановились как вкопанные. – Что? Быть не может... – Алистер запнулся на полуслове. – Приветствую тебя, Страж. И тебя, Защитник, – нараспев произнесла Верховная Жрица Джустиния V. Кассандра ахнула. – Ваше... Святейшество? Инквизитор повернулась к Искательнице: – Кассандра, ты лично знала Верховную Жрицу. Это действительно она? Та лишь неуверенно покачала головой. – Я... не знаю. Говорят, что души умерших проходят через Тень, и иногда задерживаются, но всем известно, что духи врут. Будь осторожней, Инквизитор. – Не припомню, чтобы Верховная Жрица светилась, – вмешался Алистер. – По моему опыту, это относится только к духам. – Конечно, вы можете понять наши опасения и объяснить, кто вы такая, – пророкотал Хоук. Верховная Жрица добродушно кивнула. – Я здесь, чтобы помочь вам. Кошмар, который правит этим местом, добровольно работает на Корифея, это он создал ложный Зов, так напугавший Стражей, и толкнувший их на совершение серьезных ошибок. – Большой демон, которого Эремонд пытался призвать? Он здесь? – Инквизитор стала даже бледнее обычного. – Вот дерьмо. Алистер не мог не согласиться, что данное заявление в значительной степени подводит итог всему этому дню. – Ты должна вернуть себе все, что он у тебя отнял. Вернуть воспоминания о произошедшем в Храме Священного Праха, Инквизитор. Они убили несколько призраков, Инквизитор использовала Якорь, чтобы поглотить свои воспоминания, и все они были поражены тем, что увидели и услышали. Корифей использовал околдованных Стражей, чтобы они подвесили Верховную Жрицу Джустинию в воздухе, а сам держал эльфийскую сферу, фокусирующую магию. Вмешательство Инквизитора освободило Верховную Жрицу на долю секунды, достаточную для того, чтобы она смогла ударить Корифея по руке, отправив сферу в полет в сторону двери. И Инквизитор – вместо Корифея – получила Якорь, подобрав сферу. Дух Верховной Жрицы объяснил, что Корифей намеревался использовать Якорь, чтобы открыть дверь в Тень и войти в Черный Город как бог. Эта новость, казалось, опечалила Кассандру и Инквизитора, но им не дали времени, чтобы погрузиться в разочарование. Джустиния пообещала расчистить для них дорогу, а потом ушла. Алистер поймал угрожающий взгляд, который бросил на него Хоук, но сейчас у обоих не было сил на споры. С тяжелым вздохом и тяжелым сердцем Алистер последовал за Инквизитором и ее спутниками, углубляясь во владения Кошмара. Его так и подмывало посмеяться над ситуацией и прокомментировать уютный декор, но он сдержался, вспомнив, что путешествует не со своей командой десятилетней давности. С тем настроем, который, казалось, накрыл сейчас всех, вряд ли они поймут и оценят его шутки. Алистер вспомнил о том, почему оказался в Тени – Кошмар толкнул всех Стражей на темный путь магии крови, вызова демонов и, видимо, принесения Верховной Жрицы в жертву. Он мысленно встряхнулся и собрался с духом. Да, после того, что случилось со Стражами, ему придется убедиться, что это будет для них наукой. Их нынешняя команда была достаточно велика, чтобы легко справляться с группами демонов, попадавшимися на пути. Это были малые страхи присутствующих. Хоук видел гигантских пауков, Кассандра – личинок, а Алистер не хотел даже называть вслух объект своего самого глубокого страха. Он рубил и рубил страхи в слепой панике каждый раз, как они выскакивали из-за угла или падали с потолка, и он заметил, что был не единственным, кто так дергался при их появлении. После очередного раунда Инквизитор, спотыкаясь, отошла в сторонку от всех, где ее и вырвало. Потом она обернулась, вытерла рот и с силой провела ладонями по лицу – и вновь заняла свое место во главе отряда, не говоря ни слова. Они могли только идти вперед и молиться о том, чтобы благополучно вернуться домой. Чуть дальше их опять ждала Верховная Жрица с новыми воспоминаниями, которые нужно было захватить. На этот раз демонов было больше: видимо, Кошмар не хотел, чтобы Инквизитор полностью вернула себе память о том дне. Однако и в этот раз им легко удалось справиться со всеми противниками. Теперь они узнали, что настоящая Верховная Жрица Джустиния пожертвовала собой в Тени, чтобы дать Инквизитору спастись. Хоук повернулся к Алистеру: – Теперь мы знаем, что настоящая Верховная Жрица Джустиния погибла в Храме из-за Серых Стражей. Алистер усмехнулся: – В этом нет их вины. Корифей их околдовал. Мы сможем обсудить все тягостные детали, когда вернемся в Адамант. – Ах да, Адамант, в котором армия Инквизиции столкнулась с армией демонов, вызванных Стражами. Алистер ответил с той же издевкой: – И что ты хочешь этим сказать? Ужасные поступки оправданы только когда это твои ужасные поступки? Ты разорвал Киркволл на части и начал восстание магов! Хоук с рычанием набросился на него: – Чтобы защитить невинных магов! Не психов, опьяненных магией крови! Или ты забыл об эльфийке, которую Страж-Командер принесла в жертву на алтаре, и на которой не было доспехов Серых Стражей?! Алистеру пришлось признать, что этому нет оправдания. Хоук вздохнул. – Даже без учета влияния Корифея, Стражи зашли слишком далеко. Их нужно контролировать. Он открыл было рот, чтобы продолжить спор, но был прерван внезапным появлением его худшего кошмара, падающего с неба. Демон Кошмар буквально осыпал их страхами, пытаясь посеять семена раздора, уже и без того подтачивающие их группу. – Инквизитор! – Алистер переглянулся с Хоуком, который кивнул в ответ. – Я с тобой. Алистер был уверен, что массивный маг будет на его стороне. Пусть они не всегда согласны друг с другом, но все же у них было взаимное уважение и восхищение навыками товарища. Алистер сражался бок о бок со многими магами с тех пор, как с Пятым Мором было покончено, но Хоук был одним из лучших. Морриган, вероятно, была единственной, кто мог превзойти его в чистом проявлении силы. Возможно, у храмовников действительно были веские причины охотиться на отступников: маги в Кругах были связаны правилами, а свободные маги имели больше возможностей для того, чтобы получить магическую энергию и стать более могущественными. Как бы то ни было, Страж был рад, что Хоук расстреливает огненными шарами страх, изображающий его будущее – мертвый, покрытый многочисленными колотыми ранами и глубоко вонзившимися стрелами, истекающий кровью на Глубинных Тропах. То, к чему приведет его Зов. Они вы́резали нападавших и со всех ног рванули вперед по грязи, торопясь добраться до следующего барьера. Кошмар выступил с очередным монологом, проговорившись, что если им удастся его изгнать, вместе с ним уйдет и армия демонов из Адаманта. Итак, это, безусловно, стало их новой целью. Достигнув последнего барьера, дух Жрицы занялся его уничтожением, оставив их отбиваться от толп демонов Уныния и нескольких гигантских демонов Гордыни, налетевших в попытке их остановить. Алистер улыбнулся себе под нос, когда барьер взорвался и демоны попа́дали на землю, вспомнив первые слова, которыми некогда приветствовала их молодая ведьма из Диких Земель. Они приближались к разрыву! Он уже мог видеть внутренний двор крепости Адамант, но что-то было не так. Лишь ввалившись в логово Кошмара, они смогли оценить, насколько монструозной тварью тот был. Болезненно-бледные склизкие щупальца, жвала, размером с крепость Стражей, с которых капали кровь и слюна – громадный паук, один вид которого сделал бы любого разумного арахнофобом и, вероятно, заставил бы навалить в штаны. Дух Жрицы устремился к Кошмару и взорвался вспышкой света, выигрывая для них немного времени – жертвуя собой ради них. На долю команды остался еще демон Страха. Алистер и Кассандра использовали свои храмовнические умения, чтобы ослабить магическое воздействие твари на группу, но их более сильные способности, – такие, например, как Святой Удар, – были бесполезны против него. Дориан и Хоук обнаружили, что демон уязвим для магии школы Бури, и воздух вокруг затрещал от обилия электрических разрядов, заставляя все волоски на теле вставать дыбом. В отличие от более слабых демонов, встреченных ими ранее, Страха было не так легко уничтожить, кроме того, он умел еще и вызывать подкрепление себе на помощь. Руки Алистера ныли от усилий, необходимых, чтобы держать щит поднятым и рубить врагов. Он боялся выронить меч во время очередного удара, ведь на усталость от долгого боя накладывалось истощение из-за использования умений храмовника. Алистер знал, что находится в плохой форме, но, бросив короткий взгляд на товарищей, заметил, что все они вымотались. Хоук вскрикнул у него за спиной, когда когти одного из демонов вонзились в его плечо. Маг выронил свой посох, с каждым ударом сердца кровь толчками вырывалась из раны на его руке. Найдя в себе новые силы, Алистер пронзил мечом демона, кидавшегося на его щит, и бросился на выручку другу. Хоук легонько тряхнул головой и попытался улыбнуться, но было видно, что здоровяк едва держится. Алистер зарычал: – Блядь, нет, Хоук. Только не так, слышишь?! Он вытащил целебное зелье, зубами вырвал пробку и, поддерживая голову Хоука в вертикальном положении, влил в него всю жидкость из склянки. Дориан кинулся к ним и быстро поставил вокруг барьер, чтобы выиграть пару секунд на заклинание исцеления. В сочетании с зельем, это явно помогло, судя по тому, что Защитник выглядел уже не таким бледным и даже изобразил что-то вроде утешающей гримасы. Алистер вытащил пробку из фляги и заставил мага выпить. Убедившись, что его друг будет жить, он скинул рюкзак и подхватил с земли свое оружие. – Дориан, сохрани ему жизнь. У меня в рюкзаке есть снадобья и припарки, на случай, если что-то понадобится. Дориан кивнул и подпитал свой барьер. Защитник будет жить, – целительные заклинания и зелья справились с кровопотерей, – но если в ближайшее время его не доставят к настоящему целителю, он может потерять возможность действовать этой рукой. Демон серьезно повредил сухожилия и нервы. Одних лишь зелий и его жалкого полевого исцеления недостаточно, чтобы справиться с этим. Зная, что жизнь его друга висит на волоске, Алистер резал и рубил все, что двигалось, со свирепостью, которую можно объяснить лишь отчаянием. Он уже видел путь к бегству, он практически чувствовал вкус свободы, ему нужно было только, чтобы этот демон умер! Инквизитор использовала стелс и мощные фланговые атаки, так что и без поддержки магов они успешно уничтожали противников, перестроив рисунок боя. Алистер и Кассандра били демона спереди, стараясь оттеснить к стене, чтобы не дать ему возможность летать по всему открытому участку, в то время как Инквизитор била в слабые места, увеличивая урон расчетливыми критическими ударами. Эта тактика оказалась весьма эффективной, и вскоре мертвый демон лежал у их ног, исколотый, как подушечка для булавок. Алистер бросился к Хоуку и вздернул его на ноги. Маг тяжело навалился на него, и они заковыляли к выходу. Алистер махнул Дориану, чтобы тот шел впереди, и тевинтерец не стал спорить. Когда они, прихрамывая, добрались до ожидающей их Инквизитора, Кошмар вернулся и встал у них на пути, перекрывая путь наружу. – Что нам делать? – крикнул Алистер. Хоук уставился на демона. – Иди, я прикрою. Алистер лишь покачал головой. – Нет, посмотри на себя. Ты едва на ногах стоишь. Кроме того... ты был прав. Стражи устроили весь этот беспорядок. И Страж должен... – Помочь им восстановиться, Алистер. Это твоя работа. Корифей – мой! – прорычал Защитник. Инквизитор зажмурилась, сдерживая слезы, и повернулась к мужчинам. Закинув здоровую руку Хоука себе на шею, она торжественно кивнула Стражу. Защитник пытался бороться с ней, но был слишком слаб, чтобы вырваться из на удивление крепкой хватки. Что не помешало ему в отчаянии выкрикивать непристойные ругательства. Алистер вытащил из кармана сложенное письмо и сунул его Инквизитору. Она взглянула на имя получателя, и молча кивнула, все же не сдержав слез. Грустно улыбнувшись, Алистер снова обнажил меч. – Верно. Удачи. Я уведу его в сторону. Инквизитор последний раз посмотрела на Стража, который десять лет назад положил конец Мору и стоял на вершине форта Дракон рядом с Героем Ферелдена. Затем она вышла в стелс вместе с Хоуком и постаралась заставить его двигаться быстрее, чтобы с толком использовать время, которое выиграл для них Алистер. – За Стражей! Алистер бросился на демона, вскинув меч, и принялся бить врага по ногам, щупальцам и даже нежному подбрюшью, но тот был слишком вели́к. Мощные удары оказались для гигантского Кошмара не страшнее бумажных порезов. В очередной раз глянув в сторону разрыва, Алистер заметил, как размытый силуэт вывалился на ту сторону, и рванул к выходу в безумной надежде проскочить в реальный мир до того, как Инквизитор закроет выход. Свет взорвался под веками, и холод разлился по телу – сначала коснулся кожи, потом проник в мышцы, отключая нервные окончания, заставляя судорожно сжатые пальцы выпустить меч. Металл громко загрохотал, скатываясь по склону, но Алистер этого уже не слышал. Последней его сознательной мыслью были имя и взгляд желтых глаз.