Надежда умирает последней

      Сегодняшним утром Антон проснулся не от лучей солнца, что всегда бились в окно квартиры учителя. Нет, сегодня его разбудили голоса на кухне, что так старательно и упорно что-то обсуждали.       Антон сразу понял, с кем мужчина ведёт беседу – Матвиенко. Но зачем этот армянин нагрянул в столь раннее время? Хотя... Двенадцать часов дня ещё считается ранним временем? У Шастуна - да. Но это уже неважно. Важно то, что ему здесь надо, и почему он не даёт спать, когда у измученного учёбой школьника выходной.       Вяло, через силу, Антон сполз с кровати, слегка постанывая от собственного недосыпа и лени. Одеяло валялось на полу, но парня это не волновало. В помятой большой футболке, что хоть немного скрывала его худобу, с взъерошенными и непричёсанными волосами, Шаст поплёлся в сторону кухни.       Оказавшись у проёма, он уловил взгляд сидящего напротив него армянина, это заметил Попов, поэтому тоже повернулся. — Да неужели, он соизволил встать! Я сижу и думаю, как орать ещё громче, чтобы он услышал, – с агрессивным выражением лица отозвался Сергей. Не было понятно, он ругается или просто так шутит. Наверное и так, и так, подумал Шастун. — Так воскресенье же, почему я не могу поспать подольше? - предъявил свою правду Антон. — Ага, значит у твоей содержанки тоже выходной, но мы почему-то должны сидеть здесь и решать твои, если ещё не дошло, проблемы, – эти слова мужчина произнёс с большим напором, на что обратил внимание Попов и сразу шуганул друга, чтоб тот заткнулся. — Как выспался? – решил перевести тему Арсений. — Как будто и не спал, – хриплым, только проснувшимся голосов пробормотал под нос парень. — А что он у нас делает? - кинул ответочку Шастун. — Не "у нас" , а "у него" . Ишь, поселился здесь на две недели, сел на шею и… — Серый! – выкрикнул с раздражением и резвостью учитель, явно недовольный такими высказываниями друга.       Какие-то секунды в квартире стояла тишина, которую прервал Матвиенко. — Отвечу на твой вопрос, - сухо начал армавирец. — Я за тобой пришёл, кто просил научить граффити? – на полуслове Антон уже резво поднял голову и смотрел армянину прямо в глаза, стараясь не отводить взгляда. — Но ты у нас соня, как я понял, поэтому Арс предложил мне выпить с ним по кружечке кофе. Сидели, вот, обсуждали, что с тобой делать. Времени то мало остаётся, а улик нет, что уж тут говорить о полноценном раскрытии дела. Ты же не хочешь в тюрягу загреметь, верно? – Антон как-то неловко и неуместно кивнул, но всё равно продолжал смотреть мужчине прямо в глаза. — Короче, дела ху... — Кхм! – ещё более недовольно Арсений заткнул Серёжу. — Ну не при нём же! — А чё, ребёнок что ли? Взрослый пацан, должен уж знать родной язык, - Серёжа так и не понял этих "мер воспитания" у Арсения, поэтому даже спорить не стал, ведь знал, Попова не переспорить, либо у них, как всегда, завяжется долгая ссора. — Тебе чай налить? – как будто ничего и не было, предложил учитель юноше. — М-м-м… Да нет, не надо, - отказался Антон. — Уверен? - переспросил Попов. — Да-да, а мы сейчас выходим? - решил осведомиться Шастун у Сергея. — Да нет. Я пришёл час назад специально, чтобы выйти в 6 вечера! – на лице Матвиенко можно было жарить яичницу, настолько он устал от непонимания этого мальчишки. — Понял, понял, не злись, - Антон мигом вышел из кухни, направляясь в зал, чтобы ещё больше не завести армянина и чтобы тот ещё не передумал. — Только потеплее оденься, на улице холодно, - предупредил Попов. ***       Они стояли у порога в обуви. Высокая дылда и карлик, которого только так можно было описать на фоне Шастуна. "И в кого он такой высокий?" - не в первый раз задавался этим вопросом Арсений. — Так, ты всё взял? Телефон, ключи, вода, зарядка? - как мамочка начал было перечислять Арсений. — А зарядка ему нахера нужна? Мы не в компанию МТС идём, - шутки Матвиенко всегда имели долю правды и сарказма одновременно. — У него потом спросишь, но он всегда носит на всякий. — Странный ты, - косым взглядом Серёжа посмотрел на Шастуна. — Не страннее твоей причёски, - 1:1 — Так! – Армавирец так поднял голос, что аж Попов был удивлён тому, как сильно его задели эти слова. — Только не ссорьтесь, а то живым он не вернётся, и суду нечего будет показывать, - решил разбавить атмосферу шуткой Попов.-Всё взял? — Да вроде... Точно! Чуть не забыл. Достань у меня деньги в ящике комода, третья полка. — А деньги нахера? – переспросил серый. — Потом скажу, - коротко отрезал Шастун. — Сиги купить надо? Так и скажи, сам куплю их тебе, - и тогда Попов не до конца понял, Матвиенко сейчас шутит или говорит серьёзно. — Принеси деньги, - настаивал он на своём. — Давай я свои тебе дам, - предложил Арсений, лишь бы не шариться в ящиках в поисках каких-то денег. — Нет, Арс, я итак у тебе должен за то, что ем и сплю в твоей квартире, – Антон сам ахуел от того, что только что сказал. – Короче, принеси деньги и всё. Пожалуйста, - добавил тот под укоризненным взглядом армавирца. — Третья? - уточнил Попов. — Да. Мужчина направился в сторону зала. Открыл ящик и начал копаться в вещах Антона.       "Ну и барадак он здесь развёл, конечно. Хотя, что от него ещё ожидать? Это Антон" — разговаривал сам с собой Арсений, пока разгребал вещи в поисках заветных денег, которые ждал Антон.       Минута поисков, и мужчина находит кошелёк с небольшими сбережениями парня Вот только там был не только кошелёк.       "Так, а это что?" — Арсению знал, что так делать нельзя, но интерес овладел им в большей мере, чем чувство тактичности и толерантности.       Среди склада футболок, штанов и наушников лежала небольшая тетрадка с чёрной кожаной обложкой в 48-50 страниц. — Ну, ты скоро там? – послышался недовольный голос друга. – Если ты сейчас не выйдешь, мы так уйдём, и мне плевать, что он там хотел себе купить.       Арсений понимал, что не должен лезть в личную жизнь подростка и рассматривать его вещи, на которые не давал права сам Шастун, но у Арса не оставалось выбора, любопытство одержало верх. Учитель вытащил книжку и положил её к себе под диван, а сам взял кошелёк и направился в сторону прихожей.       "Разберусь с ней позже" - решил Попов. — Так, всё, мы пошли. Будем ближе к восьми. С твоим мальчиком ничего не случится, можешь по десять раз не названивать, - Матвиенко показал прощальный жест другу, и на этом оба вышли за дверь. Попов повернул ключ два раза вправо и отправился в сторону зала.       "А теперь разберёмся, что же скрывает этот сорванец".       Учитель достал эту тетрадь и сел на диван. Пролистывая каждую страницу этой секретной книжки, что так упорно Антон прятал ото всех, Арсений всё больше удивлялся этому человеку. Вся тетрадь была заполнена прекрасными, на взгляд Попова, работами.       "Оказывается, этот парень невероятный художник… Никогда бы не подумал о нём такого. И почему он об этом не говорил?".       Следующие часы Арсений просто сидел, всматриваясь в каждую страницу, которая то и дело словно изливала всеми возможными эмоциями и чувствами. Каждая страница отличалась от предыдущей своей красотой, индивидуальностью и атмосферой. *** — Баллончик нужно держать одной рукой. Не надавливай слишком сильно, но и не недожимай. — Так? — Блять, здесь нужно чувствовать, а не говорить. На словах я тебе ничего не объясню, надо от души. — Ты рисовал писюны от души? Тогда почему сосед не оценил такого творчества? — Да он просто долбаеб, - коротко, но ясно ответил Серый на вопрос парня.       Молодые люди стояли посреди старого заброшенного здания. Где не раз был и сам Серёжа. На холодном бетонном полу валялась осыпавшиеся куски шпаклёвки, осколки от битых бутылок и смятые алюминиевые банки. Матвиенко несколько раз заверял подростка, что бомжей в здании нет, но Антон все равно не был в этом так уверен, как сам армавирец. — А как сделать такой рисунок? - Шастун достал телефон, открыл какую-то картинку и показал её Серёже. — Во-первых, не рисунок, а граффити. Не путай с детсадовскими бумажками, - начал было занудствовать мужчина. — А во-вторых, тебе пока ещё рано такое творить, не сможешь. — А ты проверял? - с вызовом отреагировал Шастун. — Не проверял, я знаю. Ты чё, думаешь, первый ученик у меня? - Сергей говорил это со знанием дела, хотя так по сути и было. Антон у него не первый ученик, а уже второй или даже третий. Главное, чтоб его ученик не знал о таком количестве. —Лучше мне помоги закончить. Хочу в вк новый пост на фоне собственного граффити сделать. — Ты сидишь в… — Заткнись и помоги, - Матвиенко решил не затрагивать эту тему, просто закрыв рот парню.       Шастун постарался никак не реагировать на такой выпад мужчины, зная его характер и то, в какой скандал это может выйти. — Какой цвет мне брать? — Оранжевый возьми, он стоит там же, где синий, - указательным пальцем Серёжа все равно показал, куда идти и откуда брать баллончик с краской. — Смотри, повторяешь то же самое, что и с этой стороны, только не забудь про комбинацию, которой я тебя учил. — Так ты меня взял только для того, чтобы я тебе доделал твою чёртову работу? — Конечно. Тох, в этом мире всё только в свою пользу делается, - и мужчина сам посмеялся с собственной гениальности и ловкости.       Недовольно и как-то обижено Антон постарался пропустить это мимо ушей. Взял баллончик, но краски там уже не было. — Чёрт! Он, похоже, закончился. Знал ведь, что четыре таких брать надо было, – Сергей стоял в раздумьях и какой-то злости, пока ему не пришла разумная идея. — Может, мы на твои деньги купим? Там от силы лишь один баллончик нужен, сумму я потом тебе переведу. А что купить-то хотел? - армянин ухватил недовольный взгляд парня, поэтому этот вопрос спросил исключительно из уважения, чтобы тот согласился на покупку его баллончика. — Несколько энергетиков. Один сегодня выпил бы, а остальные у Арса дома спрятать и как заначку держать. Попов обычно против такого. — Да ладно, ты ведь сам, вроде как, сильно хотел граффити заниматься? В искусстве нужно чем-то жертвовать. А всё это ты сделаешь позже. По деньгам, значит, должно хватить.       Сергей примерно показал, где должен находиться этот магазин, в котором Антону даже могут даже дать скидку за покупку, так как там работает один из его знакомых. — Понял где? - переспросил армянин. — М-м... Примерно, - Антон прикинул в своей голове карту Воронежа и мысленно провел путь, но все равно решил, что сориентируется, как только выйдет из заброшки. — Только давай быстрее, сильно долго там не задерживайся.       Шастун спустился с пятиэтажной заброшки и направился в нужную ему сторону. На улице было холодно. Парень даже пожалел, что не взял из дома перчатки или варежки. Первые числа декабря, а на улице как в феврале в самый холодный и бушующий период.       "А вот если правда никого не поймают… Если правда меня посадят в колонию для несовершеннолетних? А что, если поймают. Мать и Сашу посадят, но что потом? Когда их освободят, то этот ублюдок точно не придёт к нам домой с шоколадным тортом и шариками в руках. Так он же меня просто убьёт или будет пытать похуже любой тюрьмы. Он может... ". Мысли настолько сбили и заморочили голову, что парень даже не заметил, как уже стоял возле входа в супермаркет.       Людей необычайно много. Новый год только через месяц, а некоторые уже начинают закупаться заранее. Но Антону сейчас важно не это. Ему нужно найти краску и быстрее идти к Матвиенко. — Так, вроде он говорил про эту, - и с этими словами парень берёт оранжевый баллончик краски и идёт к кассе.       Оплатили и сделали скидку, о которой говорил армянин. Подросток просто сказал, что пришёл сюда от Сергея Матвиенко и получил скидку в 15%.       Продуктивно.       Главное, чтобы тот не соврал и правда отдал деньги, которые Антон потратил на его несчастный баллончик для его же работы.       "Взял меня как маленького помощничка, так ещё и за свои деньги через полгорода тащись за несчастным баллончиком" - не такого обучения граффити он ожидал.       Дубак, конечно, сильный, поэтому парень решил свернуть через старые уличные переулки, чтоб быстрее добраться до заброшки. Во-первых, там теплее, а во-вторых, армянин уже наверное давно ждёт парня, умирая от безделья.       С баллончиком в руке Антон шёл мимо старых и потускневших улиц. Пальцы заледенели, нос и щёки были полностью красные. "Побыстрее бы оказаться в квартире Сергеевича, обмотаться тёплым пледом и выпить горячего чаю" - Антон блуждал в своих мыслях и свернул не туда.       Его резко хватают за плечо и бьют в живот.       Шастун шипит от боли, не осознавая происходящего. Над ним стоял большой чёрный силуэт. Парень корчится от боли, пока к его носу не прикладывают тряпку с неким веществом, от которого перед глазами кружатся разноцветные звёздочки, полумрак, и в конечном итоге парень вырубается, полностью ударившись тяжёлой головой об бетонные плиты.