Oiseau bleu

— Пшш-ш! — субстанция пошла пузырями, и очередной человек, до этого испуганно таращавшийся в небо, обратился в птицу. Сентимостр дернула головой, отмахиваясь от слюней на клюве, со стороны похожих на лавовые подтёки, и в очередной раз окатила Натали презрением. Санкёр уже перестала обращать на это внимание — существо эмоциями фонтанировало знатно. Как в фильмах про динозавров Царица Птиц (так её про себя окрестила Натали) тяжеловесно ступала по брусчатой улице подобно ти-рексу, кроша кое-где лапами дорожное покрытие. Габриэль не отказался от паники среди народа, которую должна была организовать она, Натали. Он нашёл одного отбитого на всю голову товарища, который оказался страшно обижен на всю супергеройскую компанию, поэтому неимоверно желая им насолить, захотел воссоздать абсолютно всех акуманизированных. Жертва акумы, в принципе, по своей силе схожа с образом Катализатора от её, Санкёр, авторства, но с одним отличием — заражённым бабочкам уже не требовались сверхсильные отрицательные эмоции, чтобы слиться с человеком. Весь город в срочном порядке начал эвакуацию, потому что Чернокрыльник всё же имел один дебафф, который здорово подрывал изначальный план — не больше сотни акуманизированных за раз. Поэтому разозлённый Бражник рыскал в одном конце города в поиске сильнейших своих творений, оставив Натали добираться до него через другой, чтобы та отлавливала неугодных, которых Птица-Царица обращала в себе подобных. Вынужденная стая ныне следовала за ними обеими по пятам, сея страх среди спасающихся толп людей. Санкёр же высматривала Адриана и Маринетт, внутренне надеясь, что они всё-таки покинули город. — Хи-а! — хищно проревела Царица Птиц в очередной раз и дернулась, вновь пытаясь освободиться от приказа Натали. Сощурив правый глаз, которым она и была повернута к женщине, она щелкнула клювом и натужно выдохнула, обдавая ощущением скорби и безнадёжности. Натали и так как могла замедлила весь процесс, ограничивая пораженческую деятельность сентимонстра. Она не хотела сегодня бороться во имя чего бы то ни было, она хотела защитить. — Хей-я! — передразнивающе откликнулось рыжее пятно в виде Рены Руж, падая на птичью голову откуда-то сверху, и Царице съездили прямо по макушке. — Лисицы любят кушать птичек! Отобедаем, курочка? Натали хищно улыбнулась. Наконец-то можно перестать третировать гражданских, сосредоточившись на своих идейных врагах. Сентимонстр полыхнула яростной обидой. Растеряв предыдущую громоздкость, она невероятно элегантно ушла от повторного удара лисьей флейтой и выстрелила башкой вверх, за уходящей противницей. Повинуясь новому приказу — защищать себя и Маюру, птица превратилась в фурию, диким взглядом чуть ли не воспламеняя всех присутствующих. Стая из обращённых не осталась в стороне — с адским криком она полетела устраивать свалку с новоприбывшей Квин Би. — Фьють! — над головой просвистел меч. Натали пригнулась и ушла уже от нового выпада, целящегося в бок. Рюко присоединилась к чумному пиршеству, и дружная девичья троица, переглянувшись, перешла в яростное наступление. Одним резким потоком ветра драконья дочь* снесла к чертям всю чернопёрую братию мощнейшим воздушным потоком, и пока стая пыталась не стать простой кучкой пуха, уже водным потоком выстрелила прямо Царице в пасть. Натали, судорожно отзывая все ментальные блокировки, вскочила сентимонстру на спину, и птица дернулась ввысь, ударом крыльев роняя как супергероинь, так и мимопробегающих акум. Взлетев над домами, сентимонстр крутнулась в итоге вокруг своей оси и сбросила Натали, но продолжила лететь. Санкёр и не смела падать — она сделала сальто и приземлилась на две ноги, чтобы потом сделать новый скачок, и понеслась вровень с птицей. Ощущая чужое мрачное удовлетворение, она вновь воздела ладонь в повелительном жесте, в очередной раз подчиняя амок своей воле. Троица героинь вновь показалась на горизонте. Птица чуть снизилась, задевая выступы крыш в полёте своими мощными лапами. Послышался грохот и матюки. Фонтанируя коктейлем чувств, начиная от решимости и перманентной злости до лабораторного интереса, Царица сверила своим взглядом спину Натали, которая каким-то чудом обогнала крылатое создание. Видя над собой медленно наползающую тень, Санкёр и не оборачиваясь знала, что сентимонстр растопырила когти, готовая к захвату. Адское бешенство, ненависть и боль проецировались далеко за пределы птичьей головки, и Натали осознавала, что теряет контроль над существом. Она была уже готова отозвать злополучное перо, как вдруг краем глаза она увидела внизу родителей Маринетт. Бравые супруги ловко орудовали группой людей, загоняя народ под защиту пекарни. Натали же на космической скорости выстрелила в самый большой булыжник, который взбеленившаяся черная курица снесла с крыши в сторону беззащитной толпы. Камень раскрошился, а Натали залетела за угол, стремясь унять бешено стучащее сердце. Когда она увидела, кто оказался в опасности, кинулась туда без оглядки. Наверно она в первый раз в своей жизни осознала, насколько страшные вещи творили её руки. Царица Птиц от шока не справилась с управлением и смачно впечаталась своей тушей прямо в железную кровлю. В это время кучка миньонов, ею созданных, наконец-то догнала свою королеву и сплошным косяком двинула помогать четверке только что явившихся акум внизу. Ощущая новый виток чужих чувств, Натали дико озиралась в поисках трёх главных подзащитных, но их в пределе видимости не было. Птица же, тяжело поднимаясь, дернула шеей, откидывая догнавшую её Рену Руж и растаяла дымом, материализуясь уже прямо напротив Маюры. Санкёр запоздало поняла, что странная эмпатическая связь работает в обе стороны, когда птица пытливо взглянула в глаза Натали, гипнотизируя карминовым сиянием своих зрачков. Где-то внизу валил дым из разрушенных зданий, столбами клубилась пыль и гремела какофония криков, а Царица просто стояла над Натали, возвышаясь на добрые три метра вверх, и обдавала адски горячим воздухом женщину с ног до головы. — Маюра! — взвилась над крышами домов новом выпаде злющая Квин Би, которой перед этим пришлось закатать в асфальт ну очень много перьев. Царица Птиц в этот момент отмерла, вновь растаяла дымом и полуосязаемыми лапами выхватила Натали из-под удара. В эмоциях её уже клубилось ярое смирение, кислая надежда и вера. В соседнем районе раздался взрыв, и Натали увидела Бражника, стоящего на аляпистой ящерице гигантского размера, в которой узнавались черты одного из старых акуманизированных. Яростно размахивая шестом, его теснил Кот Нуар, черной молнией мельтеша с одной крыши на другую. Птица понеслась туда, вновь обретая твердую оболочку. Появились они вовремя. Бражник заблокировал новую атаку, подпустив владельца камня чудес очень близко к себе, и в тот момент, когда Габриэль уже почти получил катаклизмом под рёбра, Царица коршуном упала с неба, дымным потоком снося Кота на километр. Зависнув в небе, она со смесью нечитаемых эмоций смотрела на спасённого. Натали же приземлилась рядом и оценила обстановку — Карапас, Ледибаг и Пегас уже выдыхались. Сыщик был наиценнейшим приобретённым кадром — получившийся из-за очередного жаждующего сенсации журналиста, он имел способность выслеживать героя по магическому следу, который должен был привести к гражданской личности. Не найдя на горизонте Вайпериона, что в своё время и помешал этому акуманизированному в прошлом, Санкёр осознала, что Габриель решил следовать тактике изматывания. Поэтому из четвёрки присутствующих только Нуар выглядел пока что ещё огурчиком — видимо, он был ударной частью плана Ледибаг, поэтому его берегли. Между тем девичья троица явилась гораздо свежее, поэтому смертельный танец и не думал заканчиваться. Натали видела, как Ледибаг с сокомандниками упаковалась в щит Карапаса, переводя дух, пока Рена, Рюко и Квин Би начали массированную атаку с разных сторон. Сентимонстр не выказывала более сопротивления, её эмоции застыли в режиме предвкушения, поэтому Натали могла вертеть Царицей, как хотела. Вскочив вдвоём на спину, Бражник и Маюра прислонились спина к спине, а Натали почувствовала привычное ощущение единения и адреналиновой эйфории. Акуманизированные не стали ждать у моря погоды и сделали свой собственный ход, встретив ещё свеженькую троицу очень яростно. Черные подручные сентимонстра двинули помогать акумам, а Санкёр повернула птицу в сторону выбывших из боя героев. Бражник ухмылялся, когда Кот пытался бросаться им наперерез, но неумолимо терпел поражение, потому что его облепляли очередные птицы и сталкивали обратно. Ледибаг между тем призвала очередной Лакичарм. На руки ей упало что-то непонятное, состоящее из ремней и ткани. Изменившись в лице, она дико дернула головой в сторону беснующейся на горизонте непонятной твари огромного размера, которая материализовалась откуда-то из глубин колледжа Франсуа Дюпон и пёрла вперед. Ещё секунду назад измотанная, она с такой дикой прытью выскочила из защитного шара, яростно закричав. Кот, до этого штурмовавший птицу, тоже кинул это дело и дернул за Ледибаг. А у Царицы между тем подломилось крыло, потому что засмотревшись на героев, они все пропустили молниевую атаку Рюко, которая прицельно поразила сентимонстра прямо в подкрылье, и Бражник с Маюрой полетели вниз. Вновь возвращаясь на возвышенность, Маюра увидела улепётывающую Ледибаг от того самого монстра, который с упоением расквасил уже две ближайших крыши. В руках она что-то держала, прижимая к груди. Бражник, не долго думая, понёсся за ними вслед, призывая парочку ряженых с собой. Когда Маюра догнала их всех, Ледибаг и Кот Нуар были уже окружены. Пегас, стоило ему появиться из пространственной дыры, тоже был сиюминутно схвачен, а все остальные продолжали держать сопротивление против акум гд-ето далеко сзади. Возле Маюры материализовался очередной обращённый, новый подгон от Темнокрыльника, кажется, это был человек с силой Телепортации. Царица Птиц села на соседнюю крышу, фоня жаждой действий и ждя приказа. Между тем Кота уже поймал и скрутил Спрут, и тот яростно выл, кусая щупальца и пытаясь вырваться. Бражник стоял напротив Ледибаг посреди улицы, окружённой из короны ледяных сосулек-сталагмитов, в центре которых серебром искрился непонятный металл. Сам творец сего произведения искусства ошивался рядом, держа наготове новые химерообразные пики. Божья коровка же не двигалась, боясь сделать лишний шаг. Ноги её дрожали, как и руки, прижимающие странный сверток к себе, который, как оказалось, был прикреплён ещё и странным поясом к телу. На лице её застыло зверское выражение, смешанное с невероятным страданием. Из глаз лились слёзы, её уже вело напряжения и усталости, но она упрямо отцепила йо-йо и отбила ледяную атаку, начиная падать. — Зачем ты это сделала?! — проорал Кот, беснуясь. У него самого глаза были на мокром месте, потому что он явно осознавал всю безвыходность ситуации. — Оно само, котёнок, я такая дура, — прочитала Маюра по губам. Девушка стиснула руку с грузом сильнее, начиная пятиться, когда торжествующий Бражник начал двигаться к ней. Йо-йо выпало из рук, а Ледяной Воин же приготовился к броску. Девушка же начала терять сознание, ослабляя руки. Мороз поймал её бренное тело у самой земли и заморозил руки, пригвоздив ко льду и ношу. Упав на колени в немыслимой позе, Ледибаг осела и открыла обзор на загадочный сверток. Птица-Царица адски заклекотала, фоня страхом и болью, а у Натали перехватило горло. В пятнистом ворохе ткани виднелось знакомое детское лицо, скривившееся в бесшумном плаче. Эмма. Эмма Агрест. Промороженные железные копья же полетели на поражение. Натали уже не думала. Она стиснула плечо Телепортатора, отдавая приказ, и материализовалась прямо перед Ледибаг, встречая пики своим телом. — Ки-аааа! — взревела Царица, а нутро Натали взорвалось болью. Усилием воли Санкёр освободила птицу от сковывающего приказа и призвала её к защите. Сознание мутнело, а перед глазами затанцевали образы Кота Нуара, Ледибаг, Маринетт и Адриана, которые смешивались почему-то в одних и тех же личностей. Она уже не слышала, как оглушительно закричал Габриель, отзывая акум и бросаясь к женщине.