Nobody knows

Учебный год пролетел незаметно, и вот настал тот день, когда Алекси заканчивает школу. Сегодня прозвенит его последний звонок. Он заранее позвонил маме, но она сказала, что прийти не сможет — Каунисвеси ожидал от неё этого ответа. Жаль, что Йоэль не сможет прийти из-за секретности их отношений. Кстати, мама Алекси тоже всё ещё не знает об их отношениях. И вообще о каких-либо новостях из жизни её сына.

***

С самого утра он стоял перед зеркалом и приводил в порядок свои растрёпанные Йоэлем в постели чёрные волосы, после надел белую рубашку и чёрный строгий костюм, на ноги — блестящие чёрные ботинки. — Как на свадьбу вырядился, — усмехнулся Хокка, стоя в дверном проёме в домашней одежде, с милым небрежным пучком на голове и попивая кофе. — Кольцо моё где? — засмеялся в ответ Алекси, — Как думаешь, пиджак застегнуть или так оставить? — Не застёгивай, — ответил блондин. — Ну что, нормально выгляжу? — он покрутился несколько раз, ожидая реакции парня. — Шикарно. Изумительно. Превосходно, — с ноткой иронии сказал Йоэль, — А теперь раздевайся и в постель, — он показал пальцем в сторону комнаты, на что Каунисвеси в голос рассмеялся: — Йо, ну я серьезно. Давай когда я приду? Я не могу пропустить собственный последний звонок. — Выглядишь прекрасно, — улыбнулся старший, — А теперь пиздуй в школу, пока я тебя реально ещё раз не трахнул. Не соблазняй меня, — Алекси засмеялся, взял рюкзак с расчёской, телефоном, портативным зарядным устройством, наушниками и кучей других мелочей и вышел из дома, поцеловав возлюбленного.

***

Войдя в класс, он поздоровался с учителями, кивнул на приветствия одноклассников и снова устроился у зеркала, потому что длинные волосы успели растрепаться. — Ты всё-таки отпустил охрану? — поинтересовалась Элина. — Да, — безразлично кинул в ответ Алекси. — Ребята, спускаемся во двор школы, — сказала классная руководительница. Выпускники спустились вниз и выстроились в ряд на украшенной шарами, лентами и цветами площадке. Уже стояли директор и другие учителя. Мероприятие началось. Ученики выслушивали долгие напутственные речи от директора, учителей, родителей, гостей и учеников первых классов. Обратно они возвращались каждый по отдельности. Когда Алекси поднимался в класс по лестнице, прямо на первом этаже он почувствовал, как его хватают за руку и толкают в проход под ступеньками, прижимая к стене — это был Севери. За его спиной стоял Анри и ещё пятеро парней: — Наивный тупой идиот, — усмехнулся он. И в этот момент Каунисвеси понял, что Йоэль оказался прав: это была ловушка. Но он не испугался: — Кхм-кхм, — кашлянул он, кивая головой и показывая взглядом за затылок Севери. Вся компания обернулась и увидела сразу четверых охранников: Оскара и Оливера, которые всегда были с Алекси, и мужчин по фамилиям Йохансон и Йенсен, которые сопровождали парня всего лишь один раз. Севери отпустил парня и отшатнулся, вся компания замерла. — Разошлись все нахер отсюда, — сказал Оскар, расталкивая шайку хулиганов и кладя руку на плечо Алекси, уводя его с собой. Каунисвеси остановился и сказал: — Ты серьёзно думал, что я тебе поверил после одиннадцати лет издевательств? Наивный и тупой идиот тут только ты, — он знал, что вся эта компания скоро пожалеет о своих словах. Им придётся встретиться в последний раз через месяц на концерте в честь выпускного, который проводится сразу для всех выпускников на улице в центре Хельсинки, но Алекси это не пугало. Он в сопровождении охраны забрал вещи из класса и сел в чёрную машину с надписью «Personal Security».

***

— Йори, я дома, — по сложившейся традиции крикнул он, заходя в дом. — Как всё прошло? — Йоэль подошёл и поцеловал парня, прижимая к себе. — Ты был прав, как всегда, — вздохнул Алекси, — Севери попытался на меня накинуться, и его признание было враньём. Спасибо, что всё равно отправил со мной охрану. Ты так переживаешь за меня. Я люблю тебя, Йо, — скзаал он, прижимаясь к груди возлюбленного. — Я всё сделаю для того, чтобы ты был счастлив, — Хокка поцеловал парня в губы, нежно прижимая к себе, — Ну что? Отметим твой выпускной? Аттестат покажешь? — улыбнулся он. — Пфф, смотреть там не на что, — он протянул синюю тоненькую книжечку. — А чё не красный? — конечно же, старший не всерьёз это сказал. Он несмотря ни на что восхищался усердием и терпением Алекси в учёбе. — Сказал мне человек, который бросил школу после девятого класса и всю жизнь орёт в микрофон? — они прекрасно понимали юмор друг друга и не боялись подкалывать. — Я — вокалист самой популярной рок-группы в Финляндии, — ответил Хокка, смеясь и рассматривая оценки младшего в аттестате. — А я — самый востребованный диджей в Европе. И что? — он хитрым взглядом и широкой улыбкой смотрел на возлюбленного, сложа руки на груди. — Ой, всё, отстань, — они одновременно рассмеялись, — Молодец, горжусь, — Йоэль закрыл аттестат, отдавая его парню. Алекси действительно молодец — с его графиком, турами, концертами, а в последнее время ещё и с насыщенной личной жизнью, он закончил школу исключительно с положительными оценками. Отличником он не был, но успеваемость была хорошей. — Спасибо, — Каунисвеси убрал вещь в ящик и ушёл переодеваться. — Ну что? На студию к парням? Отмечать? — спросил Йоэль. — Ага, — крикнул младший, и они начали собираться.

***

Как только Алекс снял с себя костюм, на него хлынули поздравления и объятия от Нико и Йоонаса: — Щас приедут Томми и Олли с едой и выпивкой, и начнём отмечать, — потёр ладошки Порко. — Наконец-то ты закончил. Красавчик, — Мойланен ещё раз пожал руку Алекси. — Так, ты сегодня пьёшь с нами, — сказал Йоэль отчасти приказным тоном. — Йо, я не хочу пить. Позвоните Томми, скажите, чтобы взял газировку или сок, — попросил младший, хлопая своими красивыми голубыми глазками. — Нет. Тебе восемнадцать есть? Есть. Повод выпить у нас есть? Есть, и ещё какой. Я разрешаю, мама твоя ничего не узнает. Расслабься, выпей, веселись, — ответил ему Хокка, и Алекси понял, что сопротивляться бесполезно. — Ладно, — выдохнул он, — Но я понятия не имею, что могу вытворить, если напьюсь, — Нико и Йоонас синхронно засмеялись: — Твори, что хочешь. Все свои, — сказал рэпер. В студию вошли Олли и Томми: — Юхуу! Алекси, поздравляем, — крикнул Олли. В его руках были два наполненных до краёв пакета с различными видами алкоголя. Казалось, от тяжести бутылок ручки вот-вот оторвутся. — Мои поздравления, — в помещении сначала показались три пакета с едой, а только потом уже Лалли с сияющей улыбкой, — Молодец, Алекси, — они обнялись, после чего парни разложили всю еду на большом столе и открыли бутылки с вином. Они говорили тосты, поздравляли Каунисвеси с окончанием школы. От первого глотка алкоголя парень немного пожмурился, на что его молодой человек и друзья в голос засмеялись. — Жжёт ужасно, — сказал он. — Привыкнешь, — Хокка наклонил его бокал в сторону рта, заставляя выпить, — Молодец. Они обсуждали дальнейшие планы, летний совместный тур по Европе, запись песен. — Алекси, — сказал Нико, — Мы тут с парнями обсуждали кое-что, пока ты учился, — тон его голоса был загадочным, — И хотели бы тебе кое-что предложить. — Надеемся, Йоэль тебе ничего не распиздел, — ухмыльнулся Олли, на что вокалист отрицательно помотал головой, а Каунисвеси удивлённо распахнул глаза. — Я, как фронтмен, возьму на себя честь об этом сказать, пока мы ещё трезвые, — Мойланен интригующе тянул время, но долго это делать у него не получилось, — Мы хотели предложить официально тебе стать частью нашей команды и присоединиться к группе. — Да вы что? Серьёзно что-ли? — шокировано спросил диджей. — Да, — подтвердил Порко, — Мы давно это обсуждали. — Я не справлюсь один с барабанами, да ещё и с перкуссией, а у тебя это прекрасно получается, — сказал Томми. — А ещё мы заебались платить левым продюсерам за работу над треками. То, что делаешь ты, нас устраивает намного больше, — дополнил Матела. — К тому же, мы все просто в восторге от того, как наша музыка сочетается с сэмплами и всеми твоими электронными фишками, — сказал Йоэль, — Вся наша команда, режиссёры и менеджеры согласны с тем, что нам нужен диджей. — Гонорар поровну на шестерых, — в заключение сказал Нико, — Ты согласен? Или тебе посоветоваться с кем-то нужно? — Конечно, согласен, что за вопросы, — сказал Алекси, расплываясь в счастливой улыбке, — Ой, подожди, я должен спросить кое у кого, — не пошутить в такой обстановке было грехом, — Йоэль, можно? — парни снова громко засмеялись. — Нет, конечно, ты что. Я полностью против, — сквозь смех сказал Хокка. Парни прекрасно всё поняли и поздравили друг друга с первым за всю историю существования группы изменением в составе. Они продолжили праздновать, только теперь уже два события. Через пару часов Каунисвеси был достаточно пьян, так как с непривычки организм остро реагирует на алкоголь, и напиться ему не составило труда. — Ой, ребёнок, блять, — сказал вокалист, широко улыбаясь. Он был практически трезв после бутылки вина и двух банок пива, — Сразу видно, что не привыкший. На, пивка попробуй, — до этого Каунисвеси пил только вино и шампанское. — Фу, блять, как вы это пьёте вообще, — он отвернулся от банки, жмурясь, — Гадость какая. — Ты давай тут на святое не гони, — Порко взял из его рук банку и начал заливать содержимое в рот диджея. Нехотя он допил банку, периодически матерясь и подёргиваясь от горечи напитка. — Пей, хватит с тебя нежностей, — со смехом подначивал его Нико. От смешивания напитков опьянение наступало ещё быстрее, и ещё через час Алекси с трудом стоял на ногах, поэтому предпочёл сидеть на диване, периодически ложась на Йоэля. — Маттсон, может всё-таки ты расскажешь что-нибудь? У нас истории закончились, — сказал барабанщик. — Ну что вам рассказывать то? — пьяным голосом ответил диджей, — Аа, точно, — он поднял указательный палец в знак того, что что-то вспомнил, — Я короче открыться хочу всем. Ну типа рассказать фанатам имя, показать внешность и так далее, — парни, будто мгновенно протрезвев, повернулись на него, а Олли даже поперхнулся пивом. — Серьезно? — спросил Хокка. — Ага, у меня даже план есть, как и когда, — диджей опрокинул в себя бокал вина, закусывая пиццей. — Делись, — сказал Порко. — На выпускном концерте. Мы же всё равно там выступаем, — парни кивнули в ответ, — незадолго до номера я сбегу от класса под предлогом «в туалет», в гримёрке переоденусь, выйду на сцену, отыграю сольную часть, потом выйду, толкну речь, сниму маски, а потом выйдете вы и сыграем вместе наши треки. — И там же тогда скажем о том, что ты теперь с нами? — сказал Нико. Остальные парни поддержали его идею, щёлкнув пальцами. — Вы же мне поможете с реализацией всего этого? — спросил Алекси. — Конечно, — хором ответили парни. Придя к выводу, что лучше обсудить это на трезвую голову, они продолжили выпивать и отдыхать. Уже поздно ночью приехал Эйл и довёз Йоэля и Алекса до их дома, а двоюродный брат Томми на микроавтобусе развёз оставшихся парней по их квартирам. Маттсон уснул прямо в машине, и старший с трудом затащил его в дом. Алекси на самом деле был худеньким и лёгким, но костюм добавлял ему минимум десять килограмм, да и Хокка тоже был достаточно пьян.

***

Каунисвеси проснулся ближе к трём часам дня. Йоэль уже не спал и готовился знакомить младшего с всеми прелестями похмелья, приготовив холодную воду с лимоном и таблетку от головной боли, а также сделал кофе и заказал завтрак, успев выйти и встретить курьера за пределами закрытой территории. — А вы вместе живёте? — поинтересовался курьер, узнав Йоэля и зная, чей это дом. — Нет, просто вчера заработались допоздна у него на студии, я устал и не поехал к себе. У него дом большой, места всем хватит, — улыбнулся Хокка, не делясь информацией раньше времени. Он попрощался и вернулся в дом. Услышав хриплое «Йори» из спальни, вокалист подошёл к парню: — Доброе утро, — он широко улыбнулся. — Какое нахуй доброе утро? — темноволосый с измученным лицом катался по кровати, кутаясь в одеяло и вжимаясь в подушку. Йоэль только тихонько поглаживал его по плечам, спине и волосам, сильнее укрывая парня и формируя «гнездо» из одеяла, — Вы каждый день в таком состоянии просыпаетесь? Сочувствую, — по недовольному голосу Алекси можно было понять, что у него очень сильно болит голова. — Если много выпьем, то да. Если просто по баночке-две, то нет, — он наклонился и поцеловал парня в щёчку. — Чё мы хоть вчера делали? — Йоэль уже принёс парню таблетку и стакан с лимонной водой, и тот поспешно выпил её, больше не желая мучаться от сильной боли. — Ты нам рассказал про свой план по поводу выпускного, — Каунисвеси, несмотря на головную боль, подскочил на кровати: — Что рассказал? — он удивлённо распахнул свои прекрасные глазки, на которые Йоэль любуется уже почти два года. — То, что ты хочешь открыться всем на выпускной, — Хокка не понимал, что так обеспокоило парня. — Я больше никогда в жизни не буду пить, — Алекси уткнулся лицом в подушку, накрываясь с головой одеялом. — Малыш, что-то не так? — старший наклонился к нему, спуская одеяло с головы, ложась сверху на парня и целуя в ушко. — Я не должен был это рассказывать, — Каунисвеси был готов разбить себе лоб. Как он мог так себя повести? — Почему? Что не так? Что ты опять собрался от нас скрывать? Ладно парням, почему мне нельзя было говорить? — Хокка абсолютно не понимал, что происходит. — Я хотел это обсудить чуть позже, ближе к делу, и явно не после трёх бутылок вина, шампанского и кучи банок пива. По трезвому, серьезно и подробно, — он вздохнул, перевернулся на спину и сел, утыкаясь в грудь Йоэля, — Что я ещё вам наговорил? — Ещё ты согласился стать участником нашей группы. А так больше ничего серьезного, — ответил он, прижимая к себе Алекси. — Ну это я помню, я ещё не пьяный был. — Мы обязательно обсудим это всё попозже, когда все будут в нормальном состоянии. Не переживай так, всё хорошо, — Йоэль обнял парня крепче и несколько раз чмокнул в растрёпанную макушку. — Я этого больше всего и боялся, — психанув, Каунисвеси немного повысил голос, вылез из объятий вокалиста и начал ходить из угла в угол, — Что ты споишь меня, я начну творить всякую херню и наболтаю лишнего. Я же сказал, что не буду пить. Зачем меня заставлять? — Тшш, не кричи, — Йоэль подошёл к нему и попытался обнять, но тот только откинул его руки, — Успокойся. Всё нормально, все же свои, все всё понимают. — Теперь ещё с больной башкой весь день из-за тебя ходить, — он со злостью схватил футболку и шорты и, одевшись, пошёл на кухню. Хокка направился за ним, — Зачем так делать? — Ты забыл, кто мы? — сказал он, — Уж если связался с рокерами, будь готов ко всему. — Вот и нахуя связался, спрашивается, — возмутился Алекси, разогревая заказанный Йоэлем завтрак, — Жил себе спокойно, никого не трогал, а потом херак — нарисовался голубоглазый блондинчик, снёс мне крышу, и я теперь должен делать то, что хочет он, и насрать на то, что хочу я, — он сделал два кофе, — Тебе не кажется, что слишком много контроля с твоей стороны? Я понимаю, что я для тебя маленький. Я знаю, что ты боишься потерять меня, а ты знаешь, что я боюсь потерять тебя, но ты ведёшь себя так, как будто я твоя личная вещь. Да, ты опытнее, ты умнее, ты знаешь, что и в каких ситуациях делать, и это хорошо, что ты направляешь меня и бережёшь, но ты грань-то не переходи. Я имею право на личный выбор и имею право делать то, что я хочу, и отказываться делать то, что не хочу, — младший поставил еду и кофе на стол, садясь завтракать. Йоэль подошёл к нему сзади, обнял за шею, наклоняясь к уху, и прошептал: — Я понял, что ты имеешь в виду, я с тобой согласен. Пойми, для меня тоже это всё в первый раз, чувства, отношения, я тоже не до конца понимаю, что нормально, а что нет. Говори, если тебе будет что-то не нравиться. Прости меня, я буду держать себя в руках, — он поцеловал младшего в ушко и сел на своё место, — Всё же в жизни нужно попробовать хотя бы один раз? — Хокка улыбнулся, что сразило младшего наповал. После этой улыбки и взгляда этих прекрасных светло-голубых глаз он не смог злиться и обижаться: — Ладно, всё равно бы рассказал. Но меня не нужно так сильно контролировать, хорошо? Не такой уж я и маленький, — старший кивнул, — Прости, я не должен был кричать. — Ничего, малыш, — ответил блондин, — Давай кушай, — после позднего завтрака Алекси сел за подготовку к экзаменам, а пока он проводил время за учёбой, Йоэль сидел на его студии.