Фазма / Джедай и Тьма

Флагман «Господство» под командованием генерала Домарика Куинна вышел из гиперпространства первым, прокладывая путь для «Деррифана» и передавая навигационный сигнал всей остальной галактике. Следом, под «Господством», появился «Деррифан» с минимальным экипажем, состоявшим из добровольцев Первого Ордена, которые так же, как и Куинн, сомневались в ситхах и высказывались против союза с вернувшимся Палпатином. Прямо под ними лежал Экзегол, пустынный и безжизненный, а на его фоне был виден огромный флот новых разрушителей, и не одного офицера пробрал холод при мысли о том, что их ждет в следующие минуты. Дарт Муир отдал последние распоряжения генералу Куинну и повел «Деррифан» к планете. Взятый в плен и разоруженный экипаж разрушителя для экономии времени был заперт в столовых и отключенных морозильниках. Шлюзы всех ангаров были заперты, щиты переведены в режим максимальной защиты, а реактор с каждой минутой наращивал выход энергии. Ситх не был намерен жалеть этот корабль. Стоя над панелью управления аксиальным суперлазером, Дарт Муир бросил последний взгляд на скрытый мир ситхов и активировал СУО*. – Мы пришли к тому, с чего все начиналось**, – странным голосом проговорил он, просвечивая сканером атмосферу планеты, и прицелился точно в Цитадель Вечных ситхов. – Гори, Палпатин, гори, Экзегол***, – палец черной стальной перчатки мягко нажал на кнопку активации. – Это тебе за Альдераан. Алый луч, напоминающий световой меч, пронзил атмосферу, прошел между бортами разрушителей и поглотил Цитадель, устремился к скрытому под ней храму Палпатина и ядру планеты. Какое-то время ничего не происходило, как будто этот мир был проморожен и скован энергией темной стороны слишком сильно даже для суперлазера, а потом… Экзегол вздрогнул, распался и перестал существовать. – Так просто… – Дарт Муир оперся рукой на панель, чувствуя одновременную гибель десятков тысяч людей, их страх, боль, гнев, ненависть и пришедшую на смену пустоту. И последовавшее за этим возмущение в Силе, расходящееся по галактике подобно кругам на воде. Он знал, что и Люк, и Лея почувствуют и поймут, что его план исполнился. Но чего он не чувствовал – так это освобождения, которого жаждал. Он не чувствовал окончательной смерти Палпатина. Леденящий страх сковал Дарта Муира, он не хотел верить, что просчитался. – Лорд… – раздался неуверенный голос офицера. – Разрушители ситхов пытаются подняться от осколков планеты. Гравитационное поле нестабильно, они не могут отдалиться и включить щиты, часть сильно повреждена или погибла, но… хоть и без щитов, один разрушитель смог подняться. – Император. Его ведет Император Палпатин. Ситх сжал пальцы на панели, не чувствуя их. – Всему экипажу: системы на автоуправление, кроме суперлазера и штурвала. Эвакуируйтесь. Немедленно. – Слушаюсь, лорд, – офицер уже шагнул с мостика, но остановился. – Но как же пленные? И вы? – Мы сами определили свою судьбу. Уходите. Это не ваш бой. Офицер постоял мгновение, что-то решая, и выбежал прочь. Реактор вновь накопил энергию для выстрела. Дарт Муир сквозь облака раскаленного газа захватил в прицел СУО единственный вышедший из гравитационного поля разрушитель, уже поднимающий нос, чтоб использовать суперлазер, и вдавил кнопку активации до упора. Алый луч мгновенно испепелил один из бортов корабля, чуть меньше, чем половину всего объема. Но для разрушителя выстрел из суперлазера был менее гибельным, чем для планеты – луч не попал в сосредоточие всей его энергии. Невидимый пилот почувствовал, куда ударит лазер, и заставил огромный корабль вильнуть носом, сохранив реактор и собственный суперлазер неповрежденными. Дарт Муир знал, кто этот «пилот», и знал, что тому не нужен штурвал, чтоб управлять кораблем. Разрушитель скоро сгорит и распадется, но времени на один выстрел ему хватит. Нужно попасть точно в реактор или в орудие. Пылающий разрушитель, несмотря на все повреждения, снова стал поднимать нос и поворачиваться обратно, его оставшимся медленно гаснущим двигателям помогало что-то еще. Дарт Муир вновь захватил вражеский корабль в прицел СУО, прицелился точно в центр, в командный мостик, но реактор «Деррифана» еще не накопил достаточно энергии. И тут что-то вспыхнуло на разрушителе Палпатина, но это был не огонь, а молния. Дарт Муир кинулся к штурвалу, включил маневровые двигатели и заставил «Деррифан» на несколько градусов опустить нос, защищая суперлазер. Молния пронзила пустоту космоса, прошла сквозь щиты «Деррифана» и ударила в обшивку, оставляя на ней раскаленные оранжевые отметины, побежала по корпусу и впилась в командную надстройку. Обшивка затрещала и начала лопаться. Корабль застонал. Прогремели первые взрывы. Дарт Муир включил максимальную скорость и направил «Деррифан» на таран, чтоб выстрелить в упор, сверху, или чтоб при столкновении оба реактора взорвались и оба корабля погибли. С включенным мечом он смотрел на бегущие по разрушителю молнии, усиливающиеся, расползающиеся. И со всей своей силой, в которой смешались и ненависть к Палпатину, уничтожившему его мир, и решимость раз и навсегда уничтожить врага, Дарт Муир послал световой меч Скайуокеров сквозь стекло. Синий клинок преломлял молнии и отражал их, но с каждым разом терял скорость. И все же он достиг источника разрядов, пронзил тело Палпатина, висящее на устройстве ситхов в командной надстройке разрушителя, на несколько мгновений прервав поток молний. Но не убил Палпатина, ведь он давно был не жив. Молнии силы, напротив, пронзили мостик и обрушились на Дарта Муира, уже стоящего над панелью СУО, расплавляя доспех и пытаясь остановить его бьющееся живое сердце . Сжатый кулак ситха упал на кнопку, и суперлазер «Деррифана» послал ослепительный алый луч в реактор вражеского разрушителя. В одно мгновение в ничто превратились останки корабля, Император Палпатин и все устройства ситхов, экипаж и штурмовики, Рыцари Рен и «Ночной Канюк», истребители и спасательные капсулы, а с ними – меч Скайуокеров, «изящное оружие для более цивилизованной эпохи». Но выстрел сжег и поврежденные защитные системы «Деррифана», вспыхнул суперлазер, цепная реакция взорвала исчерпавший свой ресурс реактор, и корабль, разогнавшийся для тарана, стал распадаться, падая в облака пыли и плазмы. Дыхание Дарта Муира затихло, и он тоже упал в пропасть, в бездну и вечную тьму. «Я не слышу стука своего сердца, лишь биение волн Тьмы в моей груди». И Тьма заговорила с ним. – Ты – это мы. Ты – все ситхи. Прими нас. Только что уничтоженный Дарт Сидиус, известные из истории Дарт Тиранус и Дарт Мол, прочие неясные тени прошлого. Нет, они не жили в Силе, как джедаи, но присутствовали где-то там, за краем, тянулись, шептали. Не было голоса Сноука, ведь тот и при жизни был лишь тенью. И голоса Дарта Вейдера в этом сонме не было тоже. – Я – все ситхи. Но я – не вы. У меня свой путь, – Дарт Муир приказующим взмахом отбросил шепотки в небытие. Но они вернулись. – Прими нас, или сгинешь. – Повинуйтесь мне и уходите, или сгинете, – Дарт Муир жестом очертил вокруг себя круг****. Шепот перешел в вой, вой прорвал круг. – Ты – все ситхи. Прими нас. Твоя судьба – завершить начатое нами. – Я – все ситхи, потому что должен ими быть. Такова моя судьба. Но вам она неведома, – Дарт Муир сел, скрестив ноги, положил мечи по обе стороны от себя и закрыл глаза. Вой превратился в ревущий ураган с молниями и обрушился на него*****. – Покой — это ложь. Есть только страсть! Откуда-то извне прозвучал еще один голос, глубокий и сильный. – Не эмоции, а покой. Дарт Муир выслушал и рев, и голос. – Есть эмоции, и есть покой. Рев усилился. – Через страсть ты познаешь силу! Голос остался все тем же, но в урагане стал слабее. – Не страсть, а безмятежность. Дарт Муир соединил ладони. – Есть страсть, и есть безмятежность. Ураган гремел прямо над его лицом. – Через силу ты познаешь могущество! Голос был еле слышен. – Не хаос, а гармония. Дарт Муир открыл глаза, и в самом центре урагана возникло пространство полного покоя, окружив его. – Есть сила, и есть гармония. Ураган возвысился и расширился, пытаясь охватить и растерзать. – Через могущество ты познаешь победу! И голос впервые не ответил. Дарт Муир сделал это за него. – Есть могущество, и есть дхарма******. Ураган обрушил на него всю свою мощь, изгибаясь и втягиваясь внутрь себя, разрывая себя на части, испуская лиловые молнии во все стороны. – Через победу твои оковы рвутся! Дарт Муир не произнес ни слова. Он разъединил ладони, и одну положил себе на колено, а другой легко хлопнул по тверди*******, на которой сидел. Хлопок прибил ураган к земле – и его не стало. Но шепотки вернулись, а с ними – тени. Окинув взглядом ситхов прошлого, Дарт Муир заставил их отступить. – Не смерть, а Великая Сила. Его глаза засветились, сияющие желтые ореолы вспыхнули сквозь радужки двумя солнцами. – И Великая Сила освободит меня. Дарт Муир встретился взглядом с красно-желтыми глазами Мола, карими – Тирануса, желто-оранжевыми – Сидиуса, и одна за другой тени ситхов истаяли, как дым на ветру. А потом его глаза закрылись, сияние померкло, твердь треснула, и Дарт Муир снова низвергся в пропасть, в бездну и ожившую тьму. Чья-то ладонь схватила его за безжизненные оплавленные пальцы стальной перчатки и вырвала из черных волн********, делясь своей Силой. Дарт Муир увидел, как к нему подбегает повстанец-медик. И улыбнулся желто-зелеными глазами сквозь распадающийся шлем.