Глаз бури

      Кровавая, застилающая взор ярость, которую он испытывал, не имела никакого отношения к холодному, дозированному гневу, который он обычно заставлял себя контролировать, чтобы не уничтожить все вокруг к Мерлину.       Оставались какие-то сущие крупицы разума, благодаря которым он еще успевал обрушить свой гнев на виновных, направить его в том направлении, которое могло принести пользу и обернуться для него выгодой.       Но и от них уже почти ничего не осталось.       Его крестраж, одно из его бесценных сокровищ, был похищен. Регулус Блэк, такой многообещающий молодой Пожиратель… По крайней мере, был им, пока не канул в неизвестность черт знает сколько лет назад. И — предал его так же, как и прочие. Ему повезло, если его труп давно сгнил в какой-нибудь яме — поскольку иначе младший Блэк позавидовал бы нынешней судьбе Каркарова. Его ждало бы нечто еще более ужасающее.       И у нее хватило смелости и отчаянности, чтобы шантажировать его, Темного Лорда, его же бессмертием, самым ценным, чем он обладал.       Что же… Это была последняя ошибка, которую он позволил ей совершить.       До его слуха донесся стон — кто-то из обитателей дома очнулся. Он обернулся. Два обездвиженных тела на полу, Дедалус Дингл с женой. Женщина до сих пор без сознания, а преданный сторонник Дамблдора взирал на него с пола с ужасом. Все его тело мелко подрагивало, а рядом валялся сбитый с него заклятием цилиндр. К стенам жались Кантанкерус Нотт, Макнейр, Эйвери — почти с таким же страхом на лицах, как у пленников. В последние недели Пожиратели вообще старались держаться от него на расстоянии хотя бы нескольких ярдов, а если не получалось — то на максимально возможном. А после его последней встречи с Элиссой им вообще было безопаснее даже не дышать в его присутствии — чтобы ничем не привлекать к себе его внимание.       На лестнице на второй этаж прогрохотали шаги, показались бледный Антонин и сероватого оттенка Мальсибер.       — В доме больше никого нет, — отрапортовал настороженный Долохов, стараясь говорить четко и бесстрастно. — Никаких укрытий не обнаружено.       Его взгляд снова вернулся к Динглу. Тисовая палочка в белых пальцах поднялась.       — Вы ничего не д-добьетесь от меня! — явно храбрясь, пропищал сторонник Ордена Феникса, хотя сам заикался от страха. Насколько же никчемен и смешон Дамблдор, набирая в свои ряды таких посмешищ и ничтожеств! — Можете пытать меня, но я ничего не скажу!       Губы Волдеморта тронула усмешка. Немногого же лишится старик, утратив такого союзника. Подумаешь, одним глупцом меньше…       — А я тебя ни о чем и не спрашиваю, — молвил он равнодушно. — Авада Кедавра!       Взмах палочкой, вспышка изумрудно-зеленого цвета — и мертвый Дедалус Дингл растянулся на полу. Потом еще один взмах — и так же жизнь покинула тело его жены, которая так и не очнулась.       — Здесь мы закончили, — произнес он, направляясь к дверям. Пожиратели поспешно засеменили следом. — Кто у нас следующий по списку?       — Эм-мелина В-вэнс, — проблеял Эйвери неуверенно. — Она живет в Ноттингеме, Яксли удалось благодаря связям в Министерстве отследить ее перемещения…       Он уже шагал по свежей июньской траве. Отойдя от дома Динглов, Волдеморт обернулся.       — Фьямме Адеско!       Огромный столб живого огня, похожий на хтоническое чудище, за сущие секунды охватил дом Динглов целиком, пожирая его вместе с телами хозяев, бросая огненные отсветы на пепельные лица его слуг. Только наблюдая за этой картиной уничтожения, утверждения его власти, чувствуя приятный запах дыма — символ его победы, — Волдеморт испытал мимолетное удовлетворение от происходящего.       Здесь ей уже не спрятаться.       Повинуясь его воле, страшное бушующее зарево пропало, оставляя после себя лишь обугленные, дымящиеся руины, а он круто повернулся и зашагал прочь. За его спиной Нотт поднял в воздух слегка дрожащую руку:       — Морсмордре!       Он не оборачивался, но увидел, как на землю упали зеленоватые отсветы от вспыхнувшей над домом Темной Метки. Его знака.       На очереди следующее убежище членов Ордена Феникса.       Он найдет ее, даже если ради этого придется стереть с лица земли половину Британии.

***

      В сильном напряжении, от которого, казалось, все мышцы в теле обратились в камень, она вышла на крыльцо. Дышалось тяжело, воздуха точно не хватало, и Элисса машинально рванула ворот на горле — казалось, что там туго повязан толстый шарф. Пальцы схватили лишь воздух и ткань футболки на ключицах.       Известие о том, что Иштван начал планировать реальный брак с ней, напугало и взбесило ее куда сильнее, чем она сама ожидала. Нет, она вполне могла поверить, что он со свойственной ему практичностью и рациональностью мог такое придумать, но даже с точки зрения Элиссы брак после всего, что Иштван на протяжении долгих лет с ней творил, казался каким-то запредельным уровнем цинизма и самоуверенности. То есть с его, Иштвана, точки зрения все это вполне логично, закономерно и никаких загвоздок и противоречий не содержит?       Ну-ну. Счастливый он человек все-таки. Ей бы такую самонадеянность…       За спиной скрежетнула дверная ручка и доски крыльца заскрипели под тяжелыми шагами — и Элисса, зная по походке, кто стоит позади, сквозь зубы спросила:       — Рош в сознании?       — Вполне, — отозвался Бенджи. В его голосе сквозило любопытство — перемену в настроении Элиссы он почувствовал сразу. — Ты уже спрашивала. Он цел и невредим.       — Отлично, — она оскалилась так, что даже Сивый позавидовал бы. — Пойду-ка я с ним сама поговорю.       — Пошли. Алекс как раз разнимает и разводит по углам Поттера и Малфоя, которые чуть не подрались, Картер всех увещевает, Уизли и Нотт выступают в качестве команд поддержки, Грейнджер нервничает. Короче говоря, всем весело. На нас никто не обратит внимания, — охотно согласился Бенджи. Потом Элисса обернулась, и он взглянул в ее лицо внимательнее. — Хм… Ты настроена серьезно, не так ли?       Элисса молча смотрела на него. Бенджи довольно ухмыльнулся.       — Тогда идем.       Она прошествовала мимо него в дом. Раздражение и недовольство продолжали разбрызгиваться вокруг нее как капли кислоты. Странно, что старые деревянные доски не прожгло насквозь.       — Я вчера велела им заняться делом. Четко сказала, кто что должен делать. А в итоге? Трой обнимается со своими зельями, Маттео учится рисовать, Картер с Алексом развлекают детский сад, что происходит снаружи, мы так и не знаем!..       — Карбоне, насколько я знаю, какое-то письмо сегодня с утра отправил, — заметил Бенджи безмятежно. Элиссино брюзжание его явно не впечатлило.       Посчитав ниже своего достоинства отвечать, Элисса взмахом палочки открыла люк в подвал и по шаткой лестнице спустилась вниз. Здесь она была всего однажды, но маршрут помнила и мимо стеллажей с консервами направилась в дальний закуток. Бенджи закрыл за ними люк — массивная крышка захлопнулась со зловещим грохотом, будто могильную плиту опустили, — зажег свет, так что «Люмос» больше не был нужен.       Видимых ран и повреждений на Роше не наблюдалось. Он был привязан к стулу с подлокотниками, как и вампир из свиты Кристин год назад. При появлении Элиссы он недобро сузил глаза.       — Ну что? — поинтересовалась она, садясь на табурет напротив пленника. Бенджи остался возвышаться за ее спиной безмолвной, но очень выразительной тенью. — Вы как-то обдумали мой вчерашний рассказ? Хотите поделиться своими впечатлениями?       — Ты убила Фаркаша вчера, — хрипло отозвался Рош и презрительно скривился. — Ты убила множество людей, и началось это все больше десяти лет назад, когда тебе было всего девятнадцать. Скажешь, что ты этих убийств не совершала, и это дело рук Акоша, который пил Оборотное зелье и притворялся тобой?       — Нет, — Элисса пожала плечами. — Это я их всех убила. Но давайте расставим акценты правильно — я это сделала не потому, что я безумна и не контролирую себя. Я себя и свою магию прекрасно контролирую, отдаю себе полный отчет в своих действиях и убиваю людей вполне сознательно, а не из-за голосов в голове или тумана перед глазами. Здесь мы разобрались? Не люблю, знаете ли, когда мне приписывают то, что ко мне вообще никакого отношения не имеет.       На лице Роша проступило отвращение, Бенджи позади Элиссы хохотнул.       — Так даже хуже, — скривив губы, процедил Рош. — Ты омерзительна.       — Допустим, — не стала спорить Элисса. — Но я придерживаюсь рациональной концепции, что у всех наших действий должна быть причина. Со всеми, кого я пытала или убивала, я это сделала не просто так. У меня были причины. Вот сейчас, к примеру, мне очень хочется убить вас — потому что тринадцать лет назад вы не вмешались, когда Картер начал бить тревогу, что Акош меня удерживает против воли. Хочется убить вас и за то, что вы посмели пытать Маттео, еще и у меня на глазах. Но я сдерживаюсь, потому что никакого толка, кроме морального удовлетворения, ваша смерть не принесет. А еще мне очень хочется запытать вас за то, что вы сделали с Картером, и за то, что все эти годы верно служили Иштвану и портили жизнь мне — но я сдерживаюсь, потому что это личное дело Картера, и пускай он с вами сам разбирается. Поэтому я предлагаю вам — не давайте мне повода все-таки вас пытать. Расскажите, как так вышло, что в общем не самый плохой мракоборец оказался настолько слеп и наивен, что позволил Акошу вертеть собой как марионеткой более десяти лет? Чем он вас купил? Почему вы приложили столько сил, чтобы Картера в Управлении мракоборцев даже слушать никто не стал?       — Да пошла ты, — Рош равнодушно сплюнул, а потом, немного подумав, добавил: — Сука.       Элисса с Бенджи переглянулись. Тот приподнял брови, спрашивая, не пора ли ему вступить. Элисса покачала головой и достала из складок мантии верный нож. Посмотрела на кисть Роша, лежавшую на подлокотнике — убрать ее он не мог, поскольку был привязан. И замахнулась.       Острое лезвие прошило кисть Роша насквозь — Элисса услышала, как оно ткнулось в дерево. Рош заорал, перемежая вопли руганью и оскорблениями; все его тело напряглось, он забился как припадочный. Кровь хлынула ручьями во все стороны. Элисса пошевелила лезвием в открытой ране, с неудовольствием поморщилась, когда от громких воплей заложило ухо, и только после этого убрала нож. Некоторое время она наблюдала за кричащим Эдвардом, который теперь не сводил глаз с изуродованной руки, а потом накрыла ее своей ладонью. Кажется, от ее прикосновения Роша свела судорога, но Элисса уже призвала «Сердце». Тот наконец-то замолчал, а спустя пару минут от дыры в ладони не осталось и следа.       — А теперь представь, сколько всего мы можем с тобой сделать, приводить тебя обратно в нормальное состояние, а потом начинать снова, — предложила Элисса, небрежно вытирая чужую кровь о светлую летнюю мантию.       — Дрянь… Стерва…       — Не хочешь представлять, — подытожила Элисса. — Ясно. Я объясню еще раз, для наглядности…       Она снова подняла нож, на этот раз изучающе глядя на ногти на руках Роша.       — Да что тебе рассказать, что?! — взревел тот в ярости; от благородного презрения не осталось и следа. — Что Эндлунд был редкой занозой в заднице у всего Управления?! Плевал на дисциплину, правила, устав, делал все по-своему и остальных подчиненных заставлял?! Сейчас он, может, уже научился терпению, сдержанности, аккуратности, а пятнадцать лет назад, думаешь, ему хоть что-то из этих понятий было знакомо?! Да он просто пер напролом, как тролль, не считаясь ни с чьим мнением! Вот и поплатился за свою горячность, недалекость, уверенность, что его лихость ему всегда будет сходить с рук… Да мы всем Отделом магической безопасности мечтали его сместить!.. Что, Эндлунд, скажешь, я ей вру?       Элисса обернулась — и встретилась глазами с Картером, который тоже спустился в подвал и неслышно приблизился. Теперь он смотрел только на Роша. Тот тяжело дышал.       — Я часто бывал слишком несдержан и предпочитал действовать быстро, — сказал Картер спокойно. — Не следовать всем длинным бюрократическим процедурам, которые да, прописаны в правилах, но когда от них напрямую зависит жизнь человека…       — И что? — огрызнулся Рош и ненавидяще усмехнулся. — Всегда ли твоя скорость действовала тебе на руку? Помнишь, как ты напоил Сывороткой правды ту колдунью, не дожидаясь официального приказа, а она просто оказалась случайной прохожей? Как ты отправил в больницу Парацельса нескольких человек, заподозрив их в контрабанде темных артефактов, а они оказались ни при чем? Как ты бросился на защиту той несчастной вдовы, а потом выяснилось, что это она своего мужа и прикончила ради наследства? Как убил человека, поскольку посчитал его опасным чернокнижником, а он просто неудачно подвернулся под руку? Мне продолжать?       Картер морщился, однако не спорил и не возражал. Элисса, слышавшая обо всем этом впервые, смотрела с удивлением, но не вмешивалась.       — Так чего вы теперь хотите? — завершил свою речь Рош несколько утомленно. — Убить меня? Ну убивайте. Только не тешьте себя надеждой, что вы тут кучка обиженных судьбой благородных героев. Вы всего лишь плохой мракоборец, ставший бывшим вполне заслуженно, девчонка с замашками суперзлодейки и оборотень, которому приносит удовольствие пытать других людей. Ну и еще двое наверху. Кого вы пытаетесь обмануть?       Тут Картер впервые заговорил.       — Я не собираюсь с тобой спорить. Я был таким раньше. И изменился за прошедшие годы. Ты — нет. Ты все так же позволяешь себе ухватиться за какую-то одну точку зрения — и держаться за нее, не видя ничего вокруг и даже не допуская иных фактов. Именно поэтому ты почти пятнадцать лет следовал за Акошем, не позволяя себе наконец-то снять повязку с глаз и взглянуть на реальное положение вещей. И именно потому, что я, в отличие от тебя, изменился, я не собираюсь ворошить прошлое. Куда больше меня интересует настоящее. А теперь расскажи нам, чего еще интересного задумал Акош? Какие его приказы здесь, в Британии, ты выполнял?       Рош сдвинул брови, набычился, его взгляд скользнул по ножу в руке Элиссы… Однако она отступила, пропуская вперед Бенджи, который с лучезарной улыбкой поднял волшебную палочку.       — Я спорить тоже не буду, — доверительно сказал Бенджи. — Я и правда люблю пытать людей.

***

      После разговора с Рошем Элисса вышла на улицу. В коридоре ей попался Трой — очевидно, привлеченный запахом свежей крови из подвала, — который посмотрел на нее выразительно и молча скрылся с глаз. Разговор оставил в душе какое-то тошнотворное ощущение, вдобавок ей было очень жалко Картера, и хотелось как-то отдышаться, выгнать из легких этот затхлый подвальный воздух. Из глубины дома доносились приглушенные выкрики — кажется, на этот раз сцепились уже Драко и Рон. А младший Малфой, оказывается, вон какой задиристый, только дай характер показать…       Покачав головой, Элисса наколдовала себе шезлонг и легла на него прямо возле дома, на бледном британском солнце. Возвращаться в дом и слушать их выяснения отношений не хотелось. Картер настоял на том, чтобы подростки остались в Глазго, Алекс и Бенджи его поддержали – вот пускай теперь сами возятся.       И на что они тратят драгоценное время, когда мир в буквальном смысле разваливается на куски?..       Уловив совсем рядом какое-то движение, она круто выхватила волшебную палочку и села, нацелив ее на источник звука. А потом вопросительно нахмурилась.       В нескольких шагах от нее стояла молодая женщина, державшая в одной руке палочку, а в другой – старый медный ключ, и недоуменно озиралась по сторонам. Одета незнакомка была в бежевый дорожный костюм, явно пошитый на заказ в ателье, на голове — шляпа с широкими полями. На локте у нее висела небольшая изящная сумочка. Она перевела взгляд на Элиссу, оценила настороженный вид последней, нацеленную на нее палочку с готовым сорваться заклинанием, и надменно улыбнулась, после чего подняла в воздух медный ключ. Кажется, такие Элисса уже встречала в этом доме.       — Buenas tardes, — поздоровалась женщина слегка насмешливо. На вид ей было не больше двадцати пяти. — Вы всех гостей так встречаете, или я одна удостоилась столь теплого приема?       — Вы Каталина Васкес ди Кабрера? — недоверчиво спросила Элисса, рассматривая гостью и с каждой секундой испытывая все большее удивление. Вероятно, в глазах иностранки такое разглядывание и поведение казались весьма невежливыми, но, увы, они сейчас не в том положении, чтобы терять хоть на минуту бдительность. Но уж слишком не была гостья похожа на знаменитую воровку.       — Si, signora.       — Я сеньорита, — Элисса слегка поморщилась и все-таки опустила руку. Раз портал перенес эту испанку через все защитные заклинания Троя, то эта была настоящая Каталина Васкес. Учитывая ее род занятий, вряд ли кто-то из врагов смог бы найти ее за границей и подменить на своего агента. Успокоившись, Элисса протянула Каталине руку: — Добрый день. Меня зовут Элисса. Вы попали по адресу, так что не пугайтесь. Здесь не слишком живописно, но зато безопасно. Спасибо, что вы откликнулись на письмо Маттео.       Каталина не ответила на рукопожатие, ладонь Элиссы осталась висеть в воздухе.       — Он сказал, что дело серьезное, опасное и сложное — все, как я люблю. Однако едва ли мне известно что-то большее. Я только знаю, что он сорвался пять лет назад из Венеции и с тех пор никак не давал о себе знать, а потом и в Италии, и в Испании появлялись какие-то волшебники, которые настойчиво интересовались его прошлым и даже почти вышли на мой след. И к мракоборцам они не имели никакого отношения. Во что вы его втянули? Ему сейчас грозит опасность?       Ее голос звучал прохладно, да и Элисса безошибочно чувствовала, что не понравилась Каталине с первого взгляда. Проявлять повышенное дружелюбие дальше бессмысленно — налаживать отношения та явно не настроена, а потому можно не тратить время впустую.       — Опасность грозит всем нам постоянно. Фактически — мы в бегах все это время без возможности подолгу оставаться на одном месте. Поэтому и место такое неприглядное, не пошикуешь…       — Я заметила, — Каталина дернула уголком рта, однако взгляд ее выразительно скользнул по самой Элиссе. Та невольно вспыхнула, вспомнив, что на ней старые маггловские вещи, пережившие несколько стычек, еще и мантия заляпана кровью Роша, и на фоне Каталины в модном и стильном костюме, со свежим утренним макияжем она должна была смотреться настоящим огородным пугалом.       Собеседница совершенно открыто пыталась ее уколоть и уязвить, это невооруженным глазом заметно, но Элисса понимала, что Каталина нужна им, а потому стоило держать себя в руках. Хотя бы до выяснения, что с самого начала пошло не так и почему Каталина так молниеносно ее невзлюбила. Потому Элисса вежливым жестом предложила гостье пойти в дом, а сама постаралась воспользоваться этими секундами, чтобы собрать мысли вместе.       Смущала не только откровенная неприязнь Каталины, но и ее неожиданная внешность, которая совершенно не вязалась с образом знаменитой и талантливой воровки, который сложился у нее в голове. Авантюрная девица, способная ограбить волшебный испанский банк и гоблинский ювелирный магазин в Толедо представлялась Элиссе невысокой, худенькой, стриженой, подвижной, юркой — способной быстро и ловко перемещаться. Ну и еще смуглой брюнеткой — раз уж речь шла об уроженке Испании. В Каталине из всего этого был только средний рост. Во-первых, она оказалась загорелой, но вполне белокожей. Не полной, но приятных округлых форм, и двигалась Каталина очень плавно, изящно. Во-вторых, у нее оказалась грива длинных пушистых волос красивого рыже-золотого оттенка — которые казались слишком тяжелыми для ее головы. В-третьих, она носила очки.       Нет сомнения, она была очень привлекательной молодой женщиной, умеющей красиво и правильно себя подать, и понятно, почему Маттео так неровно к ней дышал. Но представить ее участвующей в чем-то криминальном, опасном для жизни, да еще требующем скорости и серьезной физической сноровки…       Едва они ступили в полутемную прихожую, как им навстречу вылетел Алекс.       — Элисса, ты только не злись, Малфоя с Роном я разнял, и Бенджи пообещал научить их всех настоящим дуэльным боевым заклинаниям, если они угомонятся и прекратят набрасываться друг на друга…       — А научившись настоящим боевым заклятиям, они друг друга просто поубивают, — мрачно сказала Элисса, но Алекс ее не услышал. При виде Каталины он сначала оторопел, потом покраснел и попытался пригладить растрепанные кудри, которые с утра явно толком не расчесывал.       — Здравствуйте…       — Добрый день, — Каталина одарила его ласковой улыбкой, и Алекс покраснел еще больше. Ее голос звучал мягко и певуче — совсем не так, как при первой встрече с Элиссой, и ей даже захотелось протереть глаза, чтобы убедиться, что это все та же Каталина. — Простите, вы не проводите меня туда, где посветлее? У вас тут такой сумрак, что ничего не видно!       — Да… конечно… Вам помочь с вещами? Вы с багажом?       — О, не беспокойтесь, все необходимое у меня при себе, — Каталина мелодично засмеялась. Алекс поспешно зажег тусклую лампочку под потолком, о существовании которой Элисса до сих пор не подозревала, и, не отрывая глаз от Каталины, повел ее в сторону гостиной. Как при этом он умудрился не споткнуться и не вывихнуть себе шею, раздраженная Элисса так и не поняла.       В дверях гостиной выросли еще две фигуры — Маттео и Трой, которые до этого что-то вполголоса обсуждали. Точнее, говорил Маттео, а Трой внимательно слушал. При виде гостьи Трой остался невозмутим, только взглянул на нее оценивающе, зато Маттео вдруг сделался очень бледен — по цвету лица сравнявшись с тем же Троем.       — Привет, Кати, — выдавил он охрипшим голосом. Каталина, которая до этого оставалась мила и доброжелательна с Алексом, приветливо кивнула Трою, моментально похолодела, лицо ее окаменело, черты сделались застывшими и бесстрастными.       — Зачем ты мне написал? Помощь какого рода вам нужна? — спросила она ровно и сдержанно.       Маттео скованно кивнул.       — Пойдем в гостиную? — предложил он. Элисса впервые видела, чтобы его настолько покинули уверенность в себе и залихватская удаль. — Я введу тебя в курс дела, и ты решишь… хочешь ли ты вообще остаться. Если нет, Трой зачарует тебе портал обратно в Валенсию.       Трой не отреагировал, а Каталина недобро сузила глаза — кажется, ей не понравилось, что Маттео так легко раскрыл место, где она в данное время жила. Однако она ничего не произнесла, а лишь кивнула с величием королевы, изволившей принять у пажа уроненный ею же носовой платок, и следом за Маттео скрылась в гостиной. Там же остался и Трой, и Алекс почему-то тоже предпочел к ним присоединиться.       Элисса некоторое время изучала закрывшуюся перед ней дверь, после чего развернулась и медленно вышла из дома. На улице она вдохнула сухой пыльный воздух, слегка расчистивший мысли в голове, и опустилась обратно на наколдованный ею шезлонг.       Похоже, это будет значительно сложнее, чем представлялось ей поначалу. И не потому, что испанка сочтет предложенную задачу слишком опасной или невыполнимой, а тут сходу вмешались какие-то личные факторы, которых Элисса не учла. И чувства Маттео, и потерявший дар речи Алекс, и такая открытая неприязнь Каталины к ней… Из-за чего? Из-за Маттео? Так не выглядела Каталина слишком счастливой из-за воссоединения с возлюбленным после долгой разлуки… Ну и почвы для ревности нет абсолютно, Маттео всегда относился к Элиссе с теплым дружеским участием, но между ними даже близкого к романтической привязанности никогда ничего не было!       Но как такие вещи можно убедительно и понятно разъяснить разъяренной третьей стороне, которая, кажется, ни к каким объяснениям и прояснениям ситуации не расположена?       Элисса устало потерла лицо, легла на шезлонг. Солнце било в глаза, и она смежила веки. Давно она не чувствовала себя такой уставшей и растерянной. А главное, как из всего этого выбираться, как из этого выпутаться и что сейчас вообще происходит с ее жизнью — на редкость туманно.       Доски крыльца заскрипели под знакомыми тяжелыми шагами. Элисса слышала, как кто-то спустился по ступенькам и остановился совсем близко.       — Ну что там с Рошем? — не открывая глаз, спросила она. — И с подростками?       — Ничего, — пророкотал Бенджи. — С Рошем общался Картер, я не стал ему мешать. Сам отвел детский сад на второй этаж, показал пару заклинаний. Потом Картер поднялся к нам и теперь показывает на тренировочных манекенах, как нужно использовать эти заклинания. Ну, я пошел пока. Учитель из Картера все равно куда лучше, чем из меня… Да он и тебя боевой магии обучал…       — Угу.       Однако Бенджи после ничего не прибавил, а вместо этого наколдовал себе удобное садовое кресло рядом и устроился в нем. Элисса подумала, стоит ли в очередной раз напомнить ему, что у них у всех полно дел, и мысленно махнула рукой. Черт с ним. Возможно, им и в самом деле необходимо выдохнуть хотя бы на полдня и просто позаниматься какой-нибудь ерундой.       — Слушай, а кто та девушка в гостиной? — вдруг спросил Бенджи, и его щеки стали кирпично-красными. — Это и есть подруга Карбоне?       Элисса неожиданно для самой себя сердито повела плечом, будто отгоняла муху.       — Похоже на то.       — Во дает… Ведь жулик и авантюрист, а какую красавицу заполучил! — Элисса взглянула косо на него, но ничего не сказала, а Бенджи задумчиво продолжал: — Ему теперь нужно аккуратно с ней помириться. Ведь если упустит, дурак, второй такой в жизни не найдет…       Ей стало обидно почему-то почти до слез — причем не за Маттео, а за себя, хоть Элисса понятия не имела, откуда вдруг взялось это странное и непривычное чувство.       — Надеюсь, Карбоне сообразит, как сейчас уговорить ее остаться. А если он не сможет — Трой нужные доводы подберет, он умный. Ей ведь своя комната еще понадобится! Нам есть, куда ее поселить? На втором этаже можно гостиную переделать…       Элисса, которой теперь приходилось делить спальню с Грейнджер, промолчала. Бенджи, кажется, наконец-то почувствовал ее напряжение, однако сказать ничего не успел — наверху раздался взрыв, из окон угловой комнаты на втором этаже вылетели все стекла и показался дым. Элисса вяло подняла волшебную палочку:       — Рефлектум!       Над их головами растянулась прозрачная пленка щита, которая остановила осколки и щепки. Сверху теперь доносилась ругань — Элисса узнала Рона и Теодора, — и негромкий голос Картера, который спокойно и рассудительно что-то им объяснял. В разбитом окне промелькнула бледная и растрепанная Гермиона, а следом за ней — Гарри, который с удивлением посмотрел на отдыхавших на улице Бенджи и Элиссу.       — Надо было нам тренировочный зал в подвале обустроить, — задумчиво сказала Элисса, развеивая щит. — Как у Малфоев.       Бенджи согласно что-то промычал в ответ, вытянув длинные ноги и пригревшись на теплом солнце.       Так прошло всего минут пять, наверное. Элисса уже начала проваливаться в дрему, когда дверь снова хлопнула, и на этот раз на улицу вышли Алекс, Каталина и Трой. Маттео с ними, что примечательно, не было. Каталина улыбалась и была благодушна, как Волдеморт, который хорошенько запугал всех вокруг, и было не ясно, насколько сильно она прониклась всем тем, что ей рассказали остальные. Ее рыжеватые волосы горели на солнце и были похожи на расплавленное золото. Трой оставался невозмутим, но Элиссе показалось, что Каталина произвела на него приятное впечатление. Алекс просто улыбался и украдкой любовался Каталиной, думая, что делает это незаметно. Бенджи при их появлении проснулся, сел прямее, однако толком ничего не сказал — оробел в присутствии красавицы.       Посмотрев на разомлевших Бенджи и Элиссу, вся компания, недолго думая, наколдовала себе такие же кресла и шезлонги и устроилась рядом. Даже Каталина сделала то же самое. Трой смерил их всех кислым взглядом и взмахом волшебной палочки сотворил себе удобное кресло прямо на крыльце, которое оставалось целиком в тени, а сам надел темные очки и накинул на голову капюшон мантии.       Ну потрясающе. Им бы тут еще большую яму выкопать и водой заполнить, чтобы получилась вечеринка у бассейна.       — Сеньор, мы с вами пока не познакомились, — прощебетала Каталина и очень простым жестом протянула Бенджи ладонь. — Каталина.       — Бенджамин Гордон, — буркнул тот, побагровев, и осторожно, будто драгоценность, на секунду сжал тонкую женскую кисть. На фоне его Каталинина ладонь казалась совсем маленькой.       — Я так поняла, вам нужно проникнуть в два охраняемых дома — с защитными заклинаниями, сигнальными чарами и живой охраной? При этом мы говорим о двух разных группировках, и, следовательно, заклинания и вообще стиль защиты этих домов у них совершенно разный, верно?       — Еще один важный момент, — подала Элисса голос со своего шезлонга. — Нам не нужно проникнуть туда прямо сейчас. Нам нужно подготовить почву, проделать предварительную работу, чтобы мы могли попасть туда в тот момент времени, когда это будет необходимо. То есть, грубо говоря, нам не нужно прямо сейчас вскрыть сам замок — лишь подобрать к нему отмычку, причем в как можно более сжатые сроки.       — Если мы с Маттео разделим эти два дома между собой — то задача вполне выполнимая, — Каталина пожала плечами. — Хотя и сложная. Подробнее смогу сказать и обозначить сроки, когда сама увижу.       — Домов, возможно, будет три, — вдруг сказал Трой с крыльца.       — Почему? — удивилась Элисса.       — У де Колиньи уже есть защищенная резиденция в районе Бристоля, где они пережидают день. Сегодня утром мне стало известно, что по приказу Себастьяна был арендован особняк Бикхем-Хаус в Эксетере — весьма просторный, способный вместить большое количество людей. Его тоже нужно проверить.       — Он что, весь клан решил перетянуть в Англию? — неприятно поразился Алекс. — Я знаю это место. Он был когда-то домом чистокровной магической семьи, пока род не угас столетие назад. Там действительно большой дом и территория, вместит под сотню человек.       — Пока не знаю. Просто сообщаю то, что знаю сам.       — Займешься этим вопросом? — попросила Элисса, которой услышанное совсем не понравилось. — Выяснишь, зачем им этот особняк понадобился?       Мантия шевельнулась — кажется, Трой кивнул.       — А ты собираешься в Будапешт? — вдруг спросил Бенджи. На крыльце рядом с Троем снова скрипнула дверь.       — Угу.       — Когда?       — Завтра, — Элисса тускло улыбнулась.       — А почему так скоро? — грозно спросил Картер с крыльца. За ним маячила вся компания подростков.       — Потому что именно завтра будет удобная возможность сделать это, ничем не рискуя. Я не пойду домой, я хочу встретиться с ней там, где будет много посторонних людей. Так безопаснее.       — А с кем? И куда ты отправишься? — поинтересовался Драко, спускаясь по ступенькам и с удивлением глядя на их разношерстную компанию, загоравшую на солнце. За его спиной Элисса видела Рона и Гарри, которые воодушевленно что-то обсуждали, оба все еще были с волшебными палочками. Волосы Драко слегка посерели из-за осевшего пепла, у Гарри на локте куртки теперь красовалась дыра, у Гермионы края штанин превратились в бахрому, а у Теодора на щеках виднелись полосы сажи. Но выглядели все очень довольными. Ну да, дали им настоящими боевыми заклятиями пошвыряться, не просто «Экспеллиармусами», Бенджи и Картер отнеслись к ним как к взрослым людям — вот и восторг…       — С одной моей знакомой, — буркнула Элисса. Теодор, Гарри, Гермиона тут же навострили уши, сообразив, что тут идет обсуждение каких-то важных дел.       Оценив количество новоприбывших лиц, Картер сотворил из воздуха стулья, которые выстроились возле дома в ряд — подросткам вне Хогвартса колдовать было запрещено, и они это правило даже не пытались нарушить, несмотря на полный дом магов, еще и скрытый от чар обнаружения. Пока школьники растаскивали стулья в разные стороны — чтобы гриффиндорцы очутились как можно дальше от слизеринцев, — Картер убедился, что во дворе стало уже откровенно тесно, отошел к кленам, и наколдовал себе между ними гамак, в котором с комфортом и устроился. Каталина наблюдала за возней юного поколения с любопытством.       — Итак, что у нас дальше по плану? — поинтересовался Картер из гамака.       — А у нас разве есть какой-то план? — удивился Алекс.       Элисса запустила в него наколдованной подушкой. Алекс жестом игрока в квиддич ее отбил — прямиком в Бенджи. Тот с философским видом швырнул ее обратно в Алекса.       — Отвлечь бы их всех как-нибудь, пока Элисса встречается, с кем ей нужно, — сказал он задумчиво. — Акоша обязательно, но и де Колиньи с Волдемортом тоже стоило бы… Только как?..       Рон, Гермиона, Драко и Теодор синхронно вздрогнули, Алекс поежился. Но слушали все очень внимательно.       — Погодите-ка, так его на самом деле так зовут? — поразилась Каталина. — Это его родители настолько невзлюбили, или что?       Теодор поперхнулся, Драко выглядел так, будто на него замахнулись чем-то тяжелым, зато Гарри посмотрел на Каталину с симпатией и интересом. Что, теперь и Поттер туда же?..       — Мы можем придумать какую-нибудь диверсию, чтобы привлечь внимание всех троих? — спросил Картер у Троя. — Что-то не слишком масштабное и грандиозное, но чтобы хотя бы на пару часов их занять?       Мантия шевельнулась во второй раз.       — Трой отправится со мной, — сказала Элисса. — Он лучше всех маскируется и привлечет к себе меньше всего внимания.       — Тебе бы не только Троя для подстраховки взять, — заметил Алекс. — Но и того, кто, наоборот, оттянет на себя внимание, чтобы за тобой не следили слишком пристально. При этом, насколько я понимаю, взрывы, шум, крики, беготня тебе там не нужны, правильно? Нужно отвлечь внимание как-то по-другому.       Элисса вынужденно кивнула, прикидывая, как это можно устроить.       — Возможно, я смогу помочь? — донесся до нее мелодичный голос Каталины.       В животе у Элиссы будто холодная и скользкая лягушка подпрыгнула.

***

      Спустя почти час обсуждений Картер ушел в дом готовить обед, захватив с собой и Элиссу с Алексом. Но с полпути Алекс сбежал, отправившись показывать Каталине ее комнату и помогать ей с трансфигурацией мебели, и потому Картер обратился к запасному варианту — Бенджи. Маттео куда-то пропал и не показывался, а потом на кухню осторожно заглянула Гермиона с вопросом, чем помочь. Элисса, которой не хотелось слушать никаких нравоучений Картера на тему ее вылазки в Будапешт, подхватила Гермиону под локоток и с приятной улыбкой попросила научить ее отправлять Патронуса с устными сообщениями. Грейнджер удивилась, однако согласилась, и они ретировались.       Потом был шумный и многолюдный обед, который пришлось накрывать в гостиной — потому что на кухне все не поместились. За обедом появился и озабоченный и хмурый Маттео, который за едой почти ничего не говорил, только обменялся парой слов с Троем — из-за чего невозмутимая маска на лице Троя стала еще более бесстрастной. Сидя за столом, Элисса время от времени чувствовала, как они бросают взгляды на нее, и не понимала, что их двоих так напрягло. Сам обед прошел вполне мирно — и подростки не ругались между собой, и Каталина больше не пыталась ее поддевать, и обстановку можно было назвать даже уютной.       Оставив после всю компанию в доме, Элисса незаметно вышла на заднее крыльцо и забралась на перила, совсем как вчера, когда они разговаривали с Гарри. Через приоткрытую дверь до нее доносился мелодичный, как перезвон колокольчиков, смех Каталины, от которого ей почему-то было неприятно, слышались раскатистый бас Бенджи и оживленный голос Алекса. Вскоре к ним присоединились и Гарри с Роном — слегка освоившись и осмелев, они, кажется, начали задавать вопросы насчет планирующейся операции по отвлечению внимания. Картер что-то им отвечал. Спустя какое-то время над чем-то засмеялась и Гермиона.       Чтобы не травить себе душу, Элисса палочкой заставила входную дверь закрыться, после чего со вздохом прислонилась к подпиравшему кровлю столбу. От него пахло сухим старым деревом. Припекавшее весь день июньское солнце клонилось к закату, птицы носились по небу, где-то в отдалении лаяли собаки. На пустыре было все так же неуютно и неинтересно, но сейчас в воздухе смешивались запахи земли, высушенной травы и лета, и это как-то слегка примиряло с окружающей картиной.       Из-за дома вышли Трой и Маттео, причем судя по какой-то целенаправленности в их действиях — они специально искали ее. Маттео был озабочен (что у Элиссы уже не получалось списывать только лишь на прибытие Каталины), Трой оставался безразличен.       — Ну что? Ревнуешь? — как ни в чем не бывало поинтересовался Маттео. Возможно, даже с некоторым сочувствием.       Элисса остолбенела.        — С чего ты взял, что…       — Ну, очевидно же, — он чуть улыбнулся. В его улыбке ей тоже почудилась какая-то натянутость. — Отсюда же слышно, как Алекс, Картер и Бенджи обхаживают Каталину, а ведь на протяжении десяти лет ты была единственной и неповторимой. Не обращай внимания, Каталина всегда такая. Мимо нее трудно пройти равнодушным.       — Ты меня сейчас прям невероятно ободрил, — мрачно отозвалась Элисса. — В этом доме все имеют право проводить время и общаться с кем хотят. Кого и к кому я должна ревновать?       Маттео виновато повел плечами.       — Извини. Я не хотел тебя задеть и неудачно выразился. Ты все равно остаешься самой любимой и дорогой для всех присутствующих — хотя бы с учетом всех прожитых вместе опасностей и приключений, которые тебя с нами объединяют.       — Маттео, брось, — Элисса хмыкнула почти искренне. В душе все равно сохранялась какая-то детская обида. — Твоя подруга очень красивая и обаятельная женщина. Еще и, насколько я могу судить, сообразительная и остроумная. Естественно, она всех в два счета очаровала, — и, немного подумав, она внезапно с удивившей ее саму откровенностью договорила: — У меня, конечно, ни с кем из вас отношений не было… Но я привыкла к мысли, что я тут единственная женщина и на особом положении. И появление твоей девушки немного… сбило меня с толку.       Маттео улыбнулся — как-то легко и по-свойски, прекрасно поняв, что она имела в виду. И в то же время в его чертах Элиссе все еще виделось смутное беспокойство.       — Ну если тебе так сильно хочется почувствовать себя роковой женщиной, то мы можем помочь, — внезапно произнес Трой невыразительно. Маттео тут же посерьезнел.       — Да. Собственно, мы именно за тем тебя и искали…       И по их лицам Элисса безошибочно поняла, что речь шла не о фигуре речи и не о каких-то шутках. Что-то произошло.       Она невольно села прямее.       — В чем дело?       — Как ты сказала, я сходил на разведку. Попытался выяснить, что происходит во внешнем мире, особенно после всех развлечений де Колиньи, — сказал Маттео. — Про вампиров я в итоге особо ничего не узнал, но могу рассказать про Пожирателей. Этим утром они убили Дедалуса Дингла с женой и сожгли Адским пламенем его дом — а это пламя заодно уничтожило и все защитные чары, которые там стояли. Затем они отправились в дом Эммелины Вэнс. Точно так же уничтожили и его, а Эммелину вместе с ее молодым человеком и старшим братом убили. Затем был сожжен дом Тонксов. Самих Тонксов, к счастью, успели предупредить о готовящемся нападении, и они скрылись. Вместо их дома осталась точно так же только выжженная земля.       — А… а… — булькнула воздухом Элисса.       — Над всеми пепелищами была Темная Метка, — поняв ее мысль, договорил Маттео. — Причем на этот раз настоящая.       Не в силах выдавить ни слова, она сидела, оглушенная, и качала головой из стороны в сторону. Никаких слов не находилось, мысли просто не желали собираться вместе.       — Чем ты его так разозлила? — тихо спросил Трой.       — Да, — поддержал его мысль Маттео. — Что ты такого натворила, что теперь он готов в буквальном смысле идти с огнем и мечом, отсекая тебе любые пути к бегству и разрушая возможные убежища, где Орден Феникса мог бы тебя спрятать?       — Шантажировала его, — нервно выговорила она. — Чтобы он временно оставил нас в покое.       — Сильно. Но, кажется, ты его только еще больше вывела из себя, — Маттео вздохнул. — Сомнительное, конечно, достижение… Но не завидуй больше Каталине. Как видишь, нашелся мужчина, готовый ради встречи с тобой в буквальном смысле уничтожить все на своем пути.       Элисса взглянула на него дико и ничего не сказала.