Исповедница (Рабочее название)

Я сидела на полу грузового прицепа, свесив ноги. Рядом стояла Ребекка, сложив руки под грудью, и смотрела на школу Мистик-Фоллс. Я не горела желанием о чем-либо говорить, но иногда блондинка спрашивала у меня, почему бы мне не забыть всех живущих в этом городе и не остаться с ней. Ребекка даже пообещала, что смогла бы устроить так, чтобы Клаус не убил меня. Однако, я даже не стала об этом думать. Мое молчание в какой-то момент начало раздражать вампиршу, отчего она просто-напросто обиделась. Безусловно мне совестно, что я ее задела, но мой ответ обидит блондинку еще больше. Дело даже не в том, что Ребекка может убить меня сейчас. Я действительно не хочу ее обидеть, пускай уже это сделала. Я благодарна ей за спасение моей жизни в Чикаго, но не могу согласиться на ее предложение. Кроме Ребекки есть еще одна блондинка, которой я обязана по гроб жизни… Позади раздалось шевеление и кряхтение. Повернувшись вслед за сестрой Никлауса, я заметила, как Стефан морщится, держась за шею. Подняв взгляд сначала на меня, а потом переведя его на Ребекку, вампир чуть привстал. Внутренне содрогнувшись от одного его взгляда, я отворачиваюсь и вместе с этим поднимаюсь на ноги. — О, он очнулся, — негромко проворковала Ребекка. — Что случилось? — рассеяно спрашивает вампир. — Ты был в отключке, — поворачиваясь к нему всем телом, отвечает ему блондинка, — мой брат упорно весь день ломал тебе шею. Спокойствию Ребекки я сейчас очень завидовала. Действительно, она бессмертна, более того сильнее Стефана, он ее не пытался убить. Казалось бы, меня и Тайлер тоже чуть не загрыз, но его хотя бы понять можно — в обличье волка оборотни не нападают только на себе подобных! А Сальваторе едва не перегрыз мне горло. Нет, я понимаю, что виновата по сути сама: вывела из себя и спровоцировала. Однако, можно было обойтись без крови. Да банально заткнуть меня угрозами, показать свое невероятно прекрасное лицо вампира — делов-то! И если бы Стефан не вгрызся бы в меня, то я от одного его лица, как минимум, поседела бы! — Зачем мы вернулись в Мистик-Фоллс? — бормочет вампир, отряхиваясь от пыли. Согласна, чистотой это место не сильно блещет. — Хватит прикидываться дурачком, — хмурится Ребекка, а я все же решаюсь повернуться на него. Мало ли он со спины на меня нападет… — он быстро понял, что ты скрываешь. Стефан выглядел напряжённым и рассеянным одновременно. Его взгляд метался от меня к Ребекке и обратно. Сальваторе сейчас очень напоминал нашкодившего ребенка, которого сейчас отсчитывали. А Ребекка как раз похожа на строгую мамочку, которая готова отходить ребенка ремнем. Хорошо, что мои родители не сторонники подобного воспитания… — Я ничего не скрываю. Я сделал все, что просил Клаус, — старательно спокойно проговаривает Стефан, а я тут же замечаю его ложь. Щурясь, пытаюсь понять, в чем конкретно была его ложь и при чем тут Мистик-Фоллс. Неужели Никлаус узнал, что Елена выжила? — Ты только забыл упомянуть, что двойник ещё жива, — кривится Ребекка, обиженно дуя щёчки. Двойник? На ум приходит вампирша Кэтрин, которую я приняла сначала за саму Елену, а потом за ее сестру-близнеца. — И где сейчас Клаус? — настороженно спрашивает Стефан, неотрывно смотря на меня. Он думает, что я сдала все? Даже со своим неумением лгать, я находила как ответить на щекотливые вопросы, уходя от правды. Я ни разу не солгала, но смогла выкрутиться! — Надеюсь, отрывает голову этой корове! — с нескрываемым призрением выплевывает Ребекка, отчего я тут же в шоке поворачиваюсь к ней. Я и пискнуть не успела, как от вампирши уже и след простыл: Стефан накинулся на нее, вжимая в асфальт. Сальваторе буквально кричит ей в лицо, спрашивая, где Елена. Не зная, как поступить, я просто решила найти хоть кого-то. Если мы стоим у школы, то и Елена там с Клаусом?.. К черту, спалю этого гибрида, если он хоть пальцем тронет или уже тронул Гилберт! И эти мысли так сильно жалят мое сознание, что все остальное отходит на второй план. Все же воспользовавшись ситуацией, я начала отходить от дерущихся вампиров, на ходу шепча скрывающее заклинание. Главное успеть скрыться с их глаз. Я понимаю, как некрасиво поступила, оставив Ребекку одну против Стефана, но сейчас мне важнее человеческая жизнь Елены. Поэтому мчусь уже по коридору школы, сломя голову. Не знаю, куда мне нужно, поэтому обхожу просто все подряд, заглядывая в каждый кабинет. Злоупотреблять своими способностями я не стала, так как мне они еще могут понадобиться. И именно поэтому, осматриваясь, я шарахалась и шугалась каждого шороха. Казалось, что вот-вот я повернусь, а передо мной будет или разъярённая Ребекка, или неуправляемый Стефан. И если надежда, что Ребекка меня все же не убьет, еще тлеет во мне, то насчет Сальваторе у меня даже сомнений нет. Стефан даже ждать, когда я повернусь не станет — так сожрет. Заворачивая в очередной коридор, я направилась было в ближайший кабинет, но слышу знакомый голос и имя: — Кэролайн! Это Тайлер. На секунду замешкавшись, я мысленно представила несколько возможных вариантов происходящего. В одном из них Никлаус пронзает Форбс куском дерева, отчего та мгновенно падает на пол с глухим звуком. К слову, похожий звук я слышала до крика. Неужели гибрид действительно убил бы всех, чтобы добраться до Гилберт? Тряхнув головой, я подорвалась с места и побежала вперёд по коридору. Буквально за углом останавилась, с ужасом глядя на лежащую на полу Кэролайн. С пугающе довольной улыбкой Ребекка поворачивается к Тайлеру. Я моргнуть не успела, как вампирша пропала у меня из виду. Секунда и меня кто-то грубо развернул и стиснул мои плечи. И этим «кто-то» оказалась Ребекка. — Идиотка! — шипит она мне в лицо, — Я не хочу убивать тебя, но ты так и напрашиваешься! Если Ник узнает — сам свернет тебе шею! Ты не оставляешь мне выбора, Эрилин: Следуй за мной и не пытайся мне помешать, — в момент, когда блондинка говорила мне, как быть, я почувствовала головокружение. Помимо этого головокружения, появилось чувство, будто мне нож к горлу подставили. И стоит мне только подумать о том, что нужно уносить ноги, как в висках ощущается резкая и острая боль. Что это со мной такое? Неужели это так действует внушение? Почему ощущение, будто ко мне прикасаются эйджилом к вискам, лишь от мысли, что нужно найти Елену и спрятать? Тем временем Ребекка с поразительной лёгкостью скручивает оборотня и тащит вперёд по коридору. Парень пытается вырываться, но все его попытки тщетны и сопровождаются только рычанием блондинки. За их спинами на холодном полу все так же неподвижно лежит Кэролайн. Неужели Ребекка убила ее? Не желая верить в это, я в ужасе выкрикиваю имя второй блондинки. Оказавшись рядом с Форбс, я начинаю трясти ее за плечо, едва не всхлипывая от страшной догадки. — Твоя подруга? — спрашивает позади меня Ребекка, — Я свернула ей шею. Ты же знаешь, что она — вампир? Поэтому это не убьет ее. Идем. Меня буквально разрывало: я хотела остаться рядом с Кэролайн, но в то же время боль в висках усиливалась и почти стала равна той, что действительно причиняли эйджилы морд-сит. Около года назад я из большого любопытства взяла в руки орудие этих дьяволиц в красной коже, но мгновенно пожалела об этом: боль, что причиняло это орудие пыток, была невыносимой. Ее испытывали не только жертвы, но и носитель. Та боль, что пронзает мою голову сейчас, была похожей. Но испытывая ее, невольно хочется сделать что-то, что точно уймет ее. Сейчас это было единственное действие, единственное, чего мне хотелось — следовать за Ребеккой. Тяжело дыша и утирая слезы, я направляюсь за древней вампиршей, мысленно молясь, чтобы с Кэролайн действительно все было хорошо. Едва перебирая ногами, я, наконец, нагнала Ребекку, но все так же шла позади. С виду хрупкая девушка толкает весьма подкаченного парня в двери, крепко держа его в своих цепких лапках. Казалось, что это действительно было так легко. Ребекка криво улыбалась, наслаждаясь беспомощностью оборотня, изредка повторяя, чтобы тот замолчал. Минуя очередные двойные двери, Ребекка чуть толкает Тайлера, ударяя того головой о потертую поверхность. Парень снова пыхтит и хрипит, пытаясь вырваться, но блондинка вновь вторит одно и то же. Пройдя следом в просторное помещение, сразу замечаю знакомые силуэты. Поняв, что тут едва ли не вся сверхъестественная компания Мистик-Фоллс, я сначала обрадовалась, а потом зацепилась взглядом за спину гибрида. Черт… — Заткнись уже! — рявкнула блондинка, не пуская Тайлера вперед к друзьям. — Познакомьтесь с моей сестрой Ребеккой, — поднимая руку в сторону пришедшей блондинки, огласил Никлаус. После он чуть тише произносит: — Предупреждаю, она очень злая. — Зачем ты так? — наигранно, а может и нет, спрашивает Ребекка, а после толкает оборотня на брата. Никлаус тут же хватает парня за шею, мимолетно глянув на меня. — О-оу, — тянет гибрид, медленно поворачиваясь. — а это милое создание вы знаете, не так ли? Несколько пар глаз опускается на меня, отчего становится не по себе. На мне все то же светло-голубое платье, которое местами впитало мою кровь. Длинные темные волосы распущены и несколько спутаны. Слышу шепот стоящей неподалеку Бонни, что с сожалением осматривает меня. Рядом с ней стоит Мэтт Донован, что ошарашенно глядел на меня. Я медленно перевожу взгляд на Елену. Девушка смотрит на меня взглядом полным непонимания. Тайлер вновь задергался, предпринимая очередную глупую попытку вырваться, но в следующую секунду уже шипит от боли. Гилберт тут же испуганно воскликнула, чтобы Никлаус не вредил оборотню. — Попытаюсь все объяснить! — громко произносит Никлаус, выходя вперед вместе с несчастным Локвудом. — Каждый раз, когда я превращал оборотня в гибрида-вампира, они умирали в процессе. Неприятное зрелище! — уточняет блондин, поднимая свободную руку и кусая себя за ладонь. У меня даже внутри все похолодело… Он же не собирается сделать это с Тайлером?! И стоило мне только подумать, как гибрид насильно заставляет выпить свою кровь Тайлера. — Найди способ спасти моих гибридов, Бонни! И ради Тайлера тебе лучше поторопиться. Закончив последнюю фразу, Клаус совершает быстрое движение руками. Треск, что послышался после этого действия, буквально резанул мой слух. Я ошарашенно наблюдала, как тело оборотня чуть подлетело от действия гибрида и упало на пол. Кажется, я сейчас сама упаду в обморок. Меня одновременно охватывает и злость, и ужас. Ноги подкосились, из-за чего я начинаю падать прямо на пол, не обращая внимания на слезы. Рядом опустилась Бонни, кладя мне руку на плечо. Некоторое время мы так сидим на полу: я просто смотря на тело оборотня, Бонни поглаживая меня за плечо. Рядом с Локвудом присели Мэтт и Елена, о чем-то шепчась, иногда кидая взгляды на меня и Беннет. Клаус и Ребекка куда-то отошли. Единственное, что слышала я сейчас — всхлипы какой-то девушки. Я не знала ее, как и юношу с ней. Они сидели оба на полу, косясь на Тайлера. — Ты как? — тихо спрашивает ведьма. Переведя на нее свои заплаканные глаза, я молчу. Сейчас вряд ли смогу что-то ответить нормальное. — Тебя пытали? — отрицательно качаю головой я, закрывая глаза. — И если у Бонни получится, — громко оглашает Никлаус, подходя к Гилберт и Доновану. — Приступай, сходи за книжками, или что там тебе нужно. А я останусь с Еленой и Эрилин. Для безопасности. Беннет медленно поднимается, переводя взгляд с Никлауса на Елену. Несколько секунд и Бонни в компании с Мэттом покидают помещение. Елена тоже поднимается на ноги, глядя вслед ушедшим друзьям. К ней со спины подходит Ребекка, критично ее оглядывая: — Значит, это последний двойник? Предыдущая была симпатичнее, — Гилберт буквально передернуло от ее слов. — Хватит, Ребекка, — влезает ее брат, — и утащи куда-нибудь волчонка. Натянуто улыбнувшись, древняя вампирша схватила Тайлера за правую руку и потащила за собой, как мешок с картошкой. Проходя мимо, она остановилась и обратилась уже ко мне. Ребекка, видимо, вспомнила о том, что использовала на мне внушение. Сейчас же она сказала, что я могу остаться здесь. Стоило ей скрыться за дверьми, как взгляд Гилберт перекочевал на меня. Девушка пристально смотрела на меня. От этого было еще более неуютно, чем сидеть в фургоне с тем, кто тебя едва не сожрал заживо. — Соскучилась по подружке, дорогая? — спрашивает Никлаус, смотря на Елену. — Если тебе интересно: она даже словом не обмолвилась о том, что ты жива. Более того, она смогла сохранить эту маленькую тайну даже не солгав. Елена тут же меняется во взгляде, отчего приходит понимание: это было осуждение. Она действительно подумала, что я им помогла?! От этой мысли меня словно ледяной водой окатило. В горле появился ком, так хотелось спросить, неужели Елена правда так думала? Меня схватили, чтобы убедиться в том, что Деймон уйдет и не доставит хлопот. Но с другой стороны, они могли решить, что я — шпион Никлауса, который вернулся к хозяину. Черт возьми, неужели они серьезно решили, что это так?! Нет, понятное дело, что девчонка, появившиеся из ниоткуда, может быть засланным шпионом, который ещё и сказки какие-то рассказывает. Ещё и объявилась в самый разгар событий. Кэролайн рассказала, что в ту ночь, в полнолуние, Никлаус снял какое-то проклятие и стал гибридом, но… Мне и в голову даже не приходило, что спустя столько месяцев их отношение можно так легко изменить. После того, как меня едва не разорвал любимый и обожаемый Еленой Стефан, было нереально обидно. Нет, она, конечно, этого не знает, но я обязательно об этом напомню! Мысли и обида поглотили меня настолько, что вернулась в реальность я только когда воскликнула Елена, сидя на корточках рядом с невинными ребятами. Она, не веря своим словам, начала вставать, так медленно, не отрывая взгляда от кого-то за моей спиной. Осторожно повернувшись на голос, обращавшийся к гибриду, я буквально ощущала, как внизу живота образуется узел страха. — Пришел спасти свою даму? — не скрывая издёвки, спросил блондин, подходя к Гилберт ближе. — Пришел просить у тебя прощения и предложить свою верность. Парень стыдливо опускает голову, но не отрывает взгляда от Никлауса. Стефан медленно подходил ближе, и чем меньше между нами расстояния оставалось, тем страшнее становилось мне. В голове возникали различные варианты, где Сальваторе в конечном итоге разорвет меня на куски. И единственное спасение для меня — первородный гибрид Никлаус, превосходящий вампира по всем параметрам. Если он вновь поможет, я ещё не умру. Даже если перед смертью моя сила Исповедницы высвободиться, то это будет ненадолго — как только умру, чары разрушатся. Сомневаюсь, что он успеет меня спасти своей кровью… — Однажды ты уже нарушил обещание, — недовольно напомнил гибрид, пока я медленно отходила спиной к нему. — Елена для меня больше ничего не значит, — уверенно, но абсолютно лживо ответил ему Стефан. Всего на секунду он глянул на меня, отчего я замерла на месте, боясь шевельнуться. — Я сделаю все, о чем ты меня попросишь. Расстояние неумолимо сокращалось, пока не осталось всего пара шагов. Я боялась оторвать взгляд от Сальваторе, боялась вдохнуть или выдохнуть. Напряжение давило мне на плечи, буквально пригвоздив к полу. Никлаус, стоящий позади меня примерно на том же расстоянии, что и Стефан, соглашается, но предлагает проверить. Стоило ему произнести последние слова, как меня передергивает. Я в ужасе повернулась на гибрида, но зацепилась взглядом за незнакомых парня и девушку, что начали пятиться. — Чего ты ждёшь?! Убей! — кричит Никлаус. Елена тут же принялась отговаривать своего парня, причитая, что гибрид не убьет ее, что ничего он ей не сделает. Однако договорить Гилберт не успела, закричав скорее от неожиданности, чем от произошедшего. Хотя то, как девушка подлетела от удара Клауса, заставляет сомневаться, что это было не больно. В следующее мгновение Стефан кидается на гибрида, который легко парирует его удары. Оказавшись на полу после неудачной попытки навредить Никлаусу, Сальваторе вскакивает на ноги. Поймав его взгляд полный ненависти и презрения, я едва успеваю вздрогнуть, как меня хватают сильные руки вампира и стискивают шею. — Убьешь эту девочку и голову тебе оторвёт Ребекка, мне на нее плевать. — невинно улыбается Никлаус. — К тому же, неужели тебе хочется расстроить свою дорогую Елену? Это же ее подруга, которая, между прочим, не виновата, что я раскусил твою ложь, — в этот момент гибрид буквально скалится, глядя на вампира. — Твое слово, клятвы верности, обещания ничего не значат! Я верил твоему слову все лето и в пустую потратил время! Едва Никлаус закончил фразу, как я оказываюсь на полу, получив возможность вдохнуть столь желанный воздух. В глазах все плывет, а голова кружится, отчего начинает мутить. Появилось желание лечь прямо на пол и закрыть глаза. Или убежать отсюда куда-нибудь, где поблизости не будет этого чудовища. И нет, я сейчас не о Никлаусе. Гибрид, каким бы ублюдком не был, спасает меня от Стефана уже второй раз. Не знаю зачем, но спасибо ему. Чуть привстав, оборачиваюсь на мужчин, пытаясь вслушаться в их диалог: — … А будешь просто повиноваться! — донеслось до меня. После этих слов, Клаус поднялся на ноги и отпустил Стефана. — А теперь, убей их, Потрошитель. После этих слов, оба поднимаются на ноги. С ликом чудовища Стефан сделал один шаг, а после в мгновение ока оказался рядом с девушкой. Незнакомка истошно закричала, когда Сальваторе вгрызся ей в шею. Потрошитель активно разрывал ее плоть, не обращая внимания на ее крик, который стих через пару секунд. Жертва уже обмякла у него в руках, но Сальваторе даже и не думал отпустить бездыханное тело. Более того, наверное, он не может сейчас думать. Наблюдая эту картину, чувствую, как голова начинает кружиться, а к горлу снова подкатил ком. Мимо шагает Никлаус, опускаясь рядом с Еленой и негромко, но четко, произнося: — Приятно видеть вампира в естественном состоянии. Наш вид стал слишком унылым, — Сальваторе буквально швырнул то, что осталось от незнакомки, сразу же кидаясь на парня. Этот даже пискнуть не успел — Стефан сразу перегрыз ему глотку. — Нет, — зло выпленула Елена. — Ты его таким сделал, — после ее слов вампир оторвался от своей второй жертвы и повернулся. Из его рта по подбородку и шее стекала человеческая, я уверена, еще теплая кровь. Его безумный взгляд на секунду задержался на Елене, а после метнулся к Никлаусу. — Я лишь пригласил его на вечеринку, — пожал плечами гибрид, — а ногами на стол он сам залез, — невинно шепчет он. Мимолетно глянув на меня через плечо, он продолжает: — Эрилин с удовольствием расскажет тебе о том, как Стефан едва не перегрыз ей глотку в Чикаго. Правда, милая? После своих слов Никлаус поднимается, держа Елену за руку и дергая ее следом. Едва они выпрямились, как раздался звонкий и полный гнева голос Ребекки. Девушка влетела через те же двери, вопрошая про какое-то ожерелье. Она за пару секунд оказалась рядом с Гилберт и братом, сверкая злыми голубыми глазами. Никлаус в недоумении спросил у сестры, о чем она вообще говорит, какое ожерелье, на что блондинка вскинула руку, держа знакомый телефон и показывая что-то. Мне кажется, или у Кэролайн был похожий? — У нее мое ожерелье! Смотри! — Так-так… — тянет гибрид, медленно поднимая голову на Стефана. — Очередная ложь! Ребекка, казалось, совершенно не обратила внимания на слова брата, даже на Сальваторе не глянула. Она сделала шаг к Елене и медленно спросила еще раз, проговаривая слова по слогам. Один только взгляд Ребекки так и говорил, что Гилберт будет лучше, если та скажет правду. Не скрывая своего страха, девушка честно отвечает, что у нее его нет. Блондинка в порыве ярости кричит о лжи и кидается на Елену, кусая ее за шею. Вампирам так сильно нравится кусать именно шею?! Почему, черт бы вас побрал?! — Прекрати! — шипит Никлаус на сестру, отрывая ее от Елены. Я мгновенно подскакиваю на ноги, стараясь не обращать внимания на то, что меня еще мутит. Подходя к древним, я думаю о том, как бы намекнуть на мою способность, но, похоже обо мне вспомнил сам гибрид. Он кинул на меня взгляд, задержав его на бесконечно долгую секунду, а после подошел к Елене. Опустившись рядом, он еще раз оборачивается на меня. А, ну да, поняла, спасибо! Приблизившись к пострадавшей девушке, обида на которую все еще щипала меня изнутри, я так же присела справа от Никлауса. — Где ожерелье, дорогая? — ласковым тоном спрашивает гибрид, отчего я невольно поворачиваюсь к нему, видя его, казалось бы, обычное лицо. Но вот что-то такое там промелькнуло. Сейчас даже сказать было трудно, что он злодей, ибо он с такой заботой и теплотой на нее смотрел. Мне на секунду показалось, что что-то тут не очень чисто… — Скажи правду. — Я говорю правду, — глядя на лицо Елены, замечаю, что она не лжет. — Кэтрин украла его. — Она не солгала, — хриплю я, чувствуя внимательный взгляд гибрида. Повернувшись к нему, смотрю прямо в глаза и повторяю: — Елена говорит правду. — Катерина… — опуская глаза, шепчет Никлаус, — Конечно. Он выпрямился, повернулся к сестре, несколько секунд ничего не говоря. За это тяжелое молчание, я едва не сошла с ума. Поднимаясь на ноги, я буквально чувствовала взгляд Елены на себе, которая прямо-таки не понимала моих действий. Только что я, возможно, спасла ей жизнь. Если Никлаус действительно поверил мне, хотя сомнения у меня еще есть. — Очень печально, — наконец изрекает гибрид. — Если бы было ожерелье — ведьме было бы проще. Но раз уж мы выбрали сложный путь… Включайте обратный отсчет. Мужчина стремительно направился к рядам со стульями, напоминающие трибуны, хотя возможно это они и есть. Гибрид нажал какую-то кнопку, отчего на черном табло, отдаленно напоминающем телевизор, появились огромные красные цифры. Я же правильно понимаю, что когда пройдут несчастные двадцать минут — все будет плохо? — Двадцать минут! Если Бонни не успеет найти решение, — Никлаус подходит к Стефану, надменно ухмыляясь, — тебе еще раз придется пообедать. Но на этот раз Еленой. Я знаю, ты хочешь этого. — Нет, Клаус… — начинает Гилберт, но от услышанного я перебиваю ее. — Никлаус! — мужчина буквально вздрогнул. Не знаю, от того, что я назвала его полным именем, или от того, что я сейчас была очень зла. Нет, я в ужасе и одновременно в ярости! — Ты хочешь наказать его? Но Елену-то за что?! Сам подумай, если решение будет найдено всего на пару секунд позже и главной фигурой будет она, что ты будешь делать? Останешься с носом, идиот… Гибрид недовольно смотрит на меня, отчего хочется спрятаться за фигуру его сестры. Его взгляд вдруг изменился, а на губах появилась ухмылка. Он вальяжно направился на выход, кивая сестре. Ребекка криво улыбнулась и пошла следом за братом. Уже у дверей они остановились. Никлаус развернулся и посмотрел на меня, склонив голову на бок, вскидывая одну бровь. — Тебе особое приглашение нужно, милая? — не отрывая от меня взгляда, спрашивает гибрид. — Будьте здесь, — переводя взгляд на Стефана и кивая на Елену, говорит Никлаус. — Попытается сбежать — сломай ей хребет. Я даже возмутиться не успела, как передо мной возник блондин, закинул на плечо и направился обратно к дверям. Ошарашенно глядя на Елену, я пытаюсь хоть одну причину найти, чтобы остаться и хоть как-то помочь девушке. Попытка дернуться и уж тем более вырваться была максимально неудачная: гибрид крепко держал меня одной рукой, а за мои старания отвесил мне хлопок по правому бедру. Ребекка на это лишь хихикнула, а я от неожиданности воскликнула. Осыпая Никлауса не очень лестными словами, я не оставляла попыток соскользнуть назад или вперед. Не знаю куда лучше, ведь получится назад — окажусь прямо перед ним, вперед — могу себе шею сломать. — Шевельнешься еще хоть раз, я укушу тебя за ягодицу, поняла, милая? — притворно невинным голосом предупреждает меня Никлаус. Меня буквально передернуло: у Стефана два клыка и это очень больно, а у Клауса их четыре. Это в два раза больнее? В любом случае, проверять не очень хочется. Именно поэтому я сразу успокоилась. Лучше улучу момент, когда гибрид сам меня поставит на ноги. Надеюсь, я успею. Понимаю, что скорее всего придется убить Стефана, но иного способа помочь Гилберт я просто не вижу. Я даже не знала, что Клаус может внушать другим вампирам. А, может, и Ребекка так может? Я как-то даже не особо в этом понимаю…

***

Сидя на неудобном стуле в кабинете, как сказала Ребекка, химии, я беспокойно поглядывала на часы на стене. Рядом на парте лежал Тайлер, а на стуле передо мной сидела Кэролайн, держа его за руку. Древняя вампирша расположилась на одной из парт неподалеку, копаясь в мобильном Кэролайн. Она изредка спрашивала у Форбс что-то о Елене и Стефане, не отрываясь от новой игрушки. Не знаю я сколько времени прошло, но, казалось, что вечность. Заерзав еще сильнее на стуле, я старательнее думаю о том, чтобы придумать такое, как бы улизнуть… — Неужели Ник так сильно тебя шлепнул, что теперь даже сидеть не можешь спокойно? Округлив глаза от услышанного, я поднимаю голову, но тут же встречаюсь взглядом с Кэролайн. Блондинка с ужасом и изумлением смотрит на меня, ожидая объяснений. Ребекка захихикала, отчего я все же повернулась на нее. Она совершенно беззлобно смеялась. По ней было видно, что ее забавляет реакция окружающих. Но мне было слишком уж не по себе от ее слов, а тем более от тех, которые она использовала. — Не сильно, спасибо за заботу, Ребекка, — краснея, ответила я. — Но было бы лучше, если бы мне дали идти самой… — мне стало невероятно неловко лишь от одного воспоминания. Был бы тут папа, он бы Никлаусу руку отсек! — Я просто хочу в туалет. Сходишь со мной? Самое банальное, но на мой взгляд весьма правдоподобное. Особенно, если я попрошу Ребекку сходить со мной. Девушка выгнула бровь, перевела взгляд на Кэролайн и спросила о ближайшем туалете. Вампираша напряглась и несколько секунд молчала. Объяснив, как отсюда добраться до уборной, Кэролайн посмотрела на меня. Я снова начала ерзать. Кажется, Кэр догадывается, что я намерена сделать. — Хорошо, — немного поразмыслив, наконец, изрекла Ребекка. — Найдешь его сама? — я с сомнением смотрю на нее. — Если я оставлю волчонка, Ник мне шею свернет. Подойди, — медленно приблизившись к древней, я останавливаюсь. Она чуть нагнулась и сказала, глядя мне прямо в глаза: — Даже не смей думать о том, как найти двойника и помешать Стефану разорвать ее в клочья, поняла? Я пошатнулась, хватаясь за голову. Она внушила мне? Черт побери, как больно! Мне действительно невыносимо даже думать об этом! Опираясь на парту рядом, я начала глубоко дышать. Надеюсь меня не убьет эта фигня когда-нибудь. Хорошо, сначала надо хотя бы до уборной дойти, а там посмотрим, что будем делать… Крепко сжав зубы, я утерла выступившие слезы и подняла голову на Ребекку. Та несколько ошарашенно смотрела на меня. — Внушение причиняет тебе боль? — раздался голос Кэролайн из-за спины. Я лишь кивнула. Игнорируя мелкую дрожь во всем теле, я стараюсь выглядеть спокойно. Только бы сознание от боли не потерять. Вот это точно будет не вовремя. Спросив, а вернее уточнив, у Ребекки, могу ли уже бежать в уборную, я действительно помчалась в туалет, но не от необходимости справить нужду. Просто мне нужно найти место, где смогу немного успокоиться и подумать. И дорога до уборной казалась мне вечной. Уже недалеко от туалета, я слышу крик Елены и рык Стефана. В следующую секунду вскрикиваю уже я, от истязающей меня боли. Хватаясь за голову руками, я падаю на колени, а после и вовсе сваливаюсь на левый бок, сворачиваясь калачиком прямо на холодном полу. Казалось, что даже возможности дышать я была лишина сейчас. Ломило каждую клеточку тела, каждый суставчик и каждую косточку. Вдохи стали рваными и короткими, отчего воздуха действительно стало не хватать. Стоило мне только подумать о чем-то другом, как меня отпустило буквально. Я смогла вздохнуть полной грудью. И возвращаясь к своим предыдущим мыслям, снова срываюсь на дикий крик. Меня колотило, буквально разрывая на кусочки. В глазах темнело, а в ушах был дикий звон.

Мужчины нас не принимают за то, что никто из них не может управлять нами, или просто указывать, что делать. Женщины не принимают нас потому, что мы не живем их жизнью, не живем, как живут женщины по обычаю.

Услышав это, я буквально переключилась и начала раздумывать по поводу этих слов и голоса, что их произнес. Что это было? Боль снова отступила, хотя меня еще пробирала мелкая и противная дрожь. Перевалившись на спину, я утираю тыльной стороной ладони потный лоб. Этот голос был похож на голос моей мамы. Но рядом никого. Я схожу с ума? Это конец? Нет-нет, рано еще. Надо помочь… Резкая боль буквально скрутила меня, а собственный крик оглушил. Меня ломало так, словно вот-вот умру. Голова кружилась, не было тошноты, но была невыносимая слабость… Нет, это бессилие перед болью. Абсолютное бессилие. Внушение ведь даже не исповедь… И не прикосновение магии морд-сит. Почему меня буквально убивает от его воздействия. Кэролайн говорила, что волей-неволей ты просто будешь подчиняться. Никакой боли и мучений. И чем больше я пыталась сосредотачиваться на мысли о Елене, тем больнее мне было. Мне не побороть внушение, как бы я не старалась. Ничего не выйдет и мне просто придется сдаться…

Если ты не знаешь, как что-то сделать, сие вовсе не означает, что этого нельзя сделать вообще.

Я снова отвлеклась на раздавшийся голос. В этот раз это был мой отец. Ричард и раньше говорил эти слова мне, когда он играючи учил меня. И сейчас его слова… Нет, их здесь нет, они мертвы. И они не могут ничего мне сказать, а уж тем более помочь. Но тогда, что это было? Мое подсознание пытается подсказать мне что-то? Крик Елены где-то совсем рядом вырвал меня из моих мыслей, отчего я попыталась встать, но снова оказалась на полу. Стоя на коленях и опираясь на ладони, я хватала ртом воздух, пытаясь унять дрожь и игнорировать ужасную боль. А если бы на месте Елены была моя мама, а на месте Стефана — отец? И если бы Никлаус заставил Ричарда убить ее? Что бы я сделала? Так же бы рыдала на полу, билась в истерике? Черт возьми, внушение действует на разум, исповедь на душу и волю человека. И влияние этих вещей похоже, но… Исповедь — это часть меня. И я не позволю собой управлять, только потому что этого захотел тот, кто может. Я — Исповедница. Сила дана мне подобным для установления Истины и служению людям. Елена — человек и ей нужна помощь. Крепко, до скрипа, стиснув зубы, я начала подниматься на ноги, полностью игнорируя боль. Ее ведь на самом деле нет. Это обман, иллюзия, ложь — отчего и я думаю, что мне это причиняет боль. Я сильнее, какими бы древними и сильными не были Никлаус и Ребекка. Глубоко дыша, я прислушалась к своим ощущениям. Немного щипала разбитая коленка, а в остальном — все весьма чудесно. А значит, я действительно смогла освободиться. Нет времени ликовать, надо найти Елену. И стоило мне только об этом подумать, как я вновь услышала ее голос. Она с Никлаусом. Не долго думая, я поспешила к ним. Отпусти мою подругу, кудрявое чудовище! Завернув в соседний кабинет, я заметила лишь их спины. Они заходили в очередные двойные двери, куда поспешила и я. Приостановившись у них, начинаю вслушиваться в чье-то кряхтение и слова Никлауса: — Это забавно! Такого я еще не видел! Сильнее твоей жажды крови только твоя любовь к этой девушке, — гибрид на секунду замолчал, из-за чего мне стало не по себе. — Не хочешь ее отключить? Ответ на вопрос не заставил себя долго ждать: Сальваторе измученным голосом выкрикнул очевидное «нет». Однако, понятное дело, Никлауса такой ответ не устроил. Мужчина принялся уговаривать его, утверждая, что человечность Стефана только губит, а чувство вины за убийства нещадно мучает. Но вообще-то так ему и надо, хотя чего это я? Он же не убил меня ни разу, так лишь пытался и оба раза потерпел крах. Спасибо Никлаусу. — Ты сильный, — доносится до меня голос гибрида вместе с его тихими, едва слышными шагами. — Но, — какой-то непонятный звук и падение чего-то деревянного на пол стали маленькой паузой в реплике Клауса, — не настолько. Вы-клю-чай. Ледяное спокойствие в голосе Никлауса прямо-таки вызывало мурашки, отчего мне становилось максимально не по себе. Но пока что показываться я не спешила, ожидая того, что будет дальше. — Нет!!! — истошно закричал Стефан, отчего я даже дернулась. Кажется, он толкнул Никлауса. Чуть приоткрыв дверь, я заглядываю в щелочку и вижу, как гибрид кидается и прижимает Сальваторе к стене, держа за горло. Елена дергается следом, делая один-два шага и закрывая своей фигурой мне обоих бессмертных. Святые духи, Елена, что ты такая широкая?! — Выключай! — словно гром, разразился голос Клауса на весь этаж. У меня буквально все похолодело внутри. Елена сделала шаг назад, отчего я увидела лицо Стефана. Что-то во мне так и вопило, что теперь действительно стоит бояться. — Что ты сделал… — шепчет Гилберт. Никлаус повернулся к ней, осмотрел ее и только потом ответил: — Я его починил, — Клаус всего на долю секунду меняется во взгляде, словно пришло осознание о том, что он натворил. И в это мгновение он даже опустил глаза к полу. А когда поднял их вновь на Елену, вновь стал таким, как был. Надеюсь, что эти мимолетные моменты — его человечность пытается хоть как-то бороться. И если эта она, если она у него есть — есть и возможность ее освободить. Помочь ему, а потом он поможет мне. Сильный и могущественный гибрид, почему бы и да? — Но сначала надо проверить, согласна? Никлаус быстрым шагом приблизился к Елене и встал позади нее. Мужчина позвал Стефана, обращаясь к нему как к Потрошителю. Так у него действительно две личности, или что? Типо Стефан Сальваторе и безжалостный серийный убийца Потрошитель. В любом случае жутко уже даже от мысли о подобном. Никлаус предлагает ему выпить крови Елены, называя ее двойником. После этого гибрид отпускает ее и отходит в сторонку. Я вижу, как глаза Сальваторе наливаются кровью, а под глазами появляются вены. Все произошло очень быстро, что я и понять не успела, как и когда что успела сделать. Когда Елена завопила, я с ноги раскрыла двери и вскинула руку. Потрошитель моментально отлетел к стене. Метнув взгляд к стоящему неподалеку цветку, поднимаю вторую руку, мысленно представляя, как корни, ветви и листва обвивает тело чудовища, не позволяя ему вырваться. Я опомнилась, когда меня дернул Никлаус, гневно смотря своими голубыми глазами. Казалось, он просверлить во мне дырку пытается. Рык Стефана и визг Гилберт отвлек даже Никлауса, отчего мы оба повернулись к ним. Потрошитель повалил бедную девушку на пол и собирался впиться в ее шею своими мерзкими клыками. Честное слово, я ему их или выбью, или вырву голыми руками! — Tro aha-na! Мое сердце бешено колотится в груди в ожидании результата. Поняв, что вампир все же обездвижен, я с облегчением выдыхаю, чуть улыбнувшись. Повернувшись к Никлаусу, я буквально сразу напряглась, перестав радоваться своему успеху. Магия-то мне дается легко, но только когда не нужно контролировать свой хань Исповедницы. Гибрид сжал мои плечи, гневно прожигая меня взглядом. Я чуть морщусь, хотя и не особо больно он мне делает. Скорее, будучи непривыкшей к чужим прикосновениям, мне неприятно. — Что ты натворила? — медленно шепчет Никлаус. — Остановила твоего друга от убийства моей подруги, — стараясь максимально успокоиться и вспомнить, что я, прежде всего исповедница, оттого надо держать себя в руках, отвечаю я. — Просто обездвижила его… — договорить я не успела, Стефан завопил о том, чтобы я его освободила, а иначе он меня порвет потом. — Я с удовольствием полюбуюсь, как Ребекка тебя одним ударом отправит спать. Я натянуто улыбаюсь, а потом вздрагиваю от знакомого голоса. — Если только с того света. Медленно обернувшись, я вижу гневную древнюю вампиршу. Во имя Создателя…

***

Разъяренная Ребекка была едва ли не страшнее Потрошителя. Всю дорогу до машины, что она тащила меня за запястье, девушка причитала, что теперь меня придется убить, а ведь она этого так не хотела! Скорость, с которой она излагала свои мысли, была такой быстрой, что это единственное, что я поняла из получасовой истерики блондинки. В конечном итоге, пока мы были вдвоем на парковке у больницы, девушка только и делала, что отчитывала меня, словно ребенка. — Как ты вообще избавилась от внушения? Вербена? — я отрицательно покачала головой, отчего она начала пытаться угадать, что помогло мне это сделать. А потом спросила о боли из-за внушения. — Ребекка, — вздохнув, я потерла виски, а после повернулась к ней. — я рождена для установления истины, а внушение — подавления разума, его форма контроля, а значит может способствовать сокрытию правды. Оттого мне было больно, и, честно, я думала, что не доживу до утра, если буду бороться с ним, но… — девушка резко перебила меня, смотря куда-то в сторону проезжающих машин. Ее напоминание о приказе Никлауса ликвидировать меня, если я начну мешаться, заставило поежиться. — Вообще-то, — раздается позади голос, на который я резко повернулась. Никлаус, совершенно спокойно смотря на меня, продолжил: — ты оказалась полезной. Мне действительно нужна Елена живой. Блондин сделал один большой шаг полностью сокращая расстояние между нами, отчего мне стало немножечко страшненько за мою хрупкую человеческую жизнь. Мужчина смотрел на меня своими голубыми глазами, словно сканировал, изучал, читал мои мысли. Медленно, но верно, его пухлые губы растягиваются в привычной для него полуулыбке-полуусмешке. Я сначала даже напугалась, а потом поняла, что он не собирается меня убивать. И сам Никлаус подтвердил это. — Ты оказалась права, милая, — от его обращения ко мне, я невольно закатываю глаза, повторяя привычку Деймона и вспоминаю, как он же называл меня «Мисс Правда». Предпочла бы это прозвище, а то от Никлаусовского «милая» не по себе. — Не закатывай глаза, все равно ничего не увидишь, Эри-лин. Мое раздражение как рукой сняло, когда гибрид назвал меня по имени. Да неужели? Он смог запомнить мое имя? Или это Ребекка сидит сзади и жестами, или на каком-нибудь листочке ему мое имя подсказала? Не удивлюсь. И я бы даже обрадовалась, что меня наконец-то человеком считают, как осознала последнее сказанное Никлаусом. — Ты меня тупой сейчас назвал?! — удивилась я своей догадке. Клаус смеется, а его смех поддерживает Ребекка. — К твоему сведению, свет в голову через уши не попадает, мозг ты не увидишь, — он кривится в очередной полуулыбке. — Да что ты говоришь?! А я думала, что это так и работает! — театрально удивляюсь я, пытаясь сдержать свою рвущуюся улыбку. — То, что ты мне в пра-пра-пра… Не знаю сколько раз «пра», но в любом случае, в дедушки годишься, не дает тебе права обращаться со мной, как с несмышленым младенцем! Хриплый и тихий смех Никлауса сопровождался звонким и мелодичным смехом Ребекки. Девушке, наверное, только попкорна не хватает! Такое ведь забавное зрелище: с ее братом-гибридом спорит девочка, которая жива только с его позволения. Действительно, блин! — Это что же получается… — задумчиво начал блондин, а потом расплылся в коварной ухмылке, — Ребекка, ты сколько-то там раз «пра» бабушка. Эрилин точно не знает, но, думаю, десяти приставок хватит… — Ник! — обиженно восклицает Ребекка. Мне даже стыдно стало, отчего я решила вступиться за девушку. — А вот и нет, — делая совершенно серьезное лицо и вскидывая подбородок, говорю: — На деда похож только ты, а вот Ребекка вполне себе взрослая, в самом расцвете сил… — Когда ты так делаешь, напоминаешь несносных и избалованных принцессок, которые жили лет так триста назад. — Перевожу его намек: не делай так, Эри, — говорит Ребекка. Я в недоумении поворачиваюсь на нее. Она все еще улыбалась, но что-то мне подсказывало — девушка не шутит. Видя мое непонимание, вампирша едва начала объяснять мне, как за это взялся сам Никлаус. Мужчина объяснил, что когда я веду себя словно важная персона, хочется свернуть мне шею. На его слова я лишь вскинула бровь и буркнула, мол, «так сверни, чего тебе стоит». Ребекка тут же окликнула меня, желая заставить помолчать. Знаете, это очень неприятно, когда тебя просто используют и всякий раз угрожают смертью. Я обиженно отошла к машине, оперевшись на нее спиной. Сложив руки под грудью, вообще отвернулась от этих чокнутых вампиров. Мои мысли были заполнены версиями того, что же помогло мне избавиться от внушения. Это мое подсознание мне помогло, или действительно были мои родители? С того света… Ага, здесь они точно уже мертвы, как и я сама. А может это моя душа после смерти из прошлого… Что за бред?! Я, вернувшись к себе в родную колею времени, состарилась и умерла и теперь помогала себе молодой? Идиотизм, который, наверное, возможен. Ведь я же смогла попасть в будущее, которое неизвестно когда происходит. Сколько разница между нашими временами? Пара тысяч лет? Или пара миллионов? Учитывая, что существует еще и Древний мир… Интересно, а здесь он еще существует? Хотелось бы встретить хоть кого-нибудь, кто знает хоть что-то о моем времени. Иногда себя очень одиноко из-за этого чувствую… — И навсегда останусь один, — говорит Никлаус, не смотря на сестру. Именно на этих его словах я пришла в себя, обращая внимание на их разговор. — Так в этом все дело? — удивилась Ребекка, а ее брат наконец обратил на нее свой взор. — Твоя одержимость гибридами… Боишься остаться один? — Все, что я хочу: увести мою девочку и моего гибрида подальше от этого городка, — быстро выпалил Никлаус, после чего вновь отвернулся. — Ты не подгонишь грузовик? А я схожу за Еленой. Ребекка тут же напомнила про меня, спрыгивая с капота машины. Блондин не поворачиваясь, ответил, что я пойду с ним за Гилберт. Надо же как-то успокоить Елену. Ах, вот оно что! Клаусу я нужна далеко не потому, что «умненькая и способная», а для Елены. Нет, мне нисколько не обидно, просто хочется заехать ему по роже! Да лучше бы использовал просто так, чем быть нянькой и игрушкой для Гилберт. Казалось бы, чего это я так взбунтовалась, да? Да того, что, во-первых, я способна на большее, чем быть нянькой, а во-вторых… Хочу к друзьям. Хочу увидеть Кэролайн, обнять ее и поддержать, ведь Тайлер стал гибридом… Хочу увидеть Бонни, поговорить с ней, послушать ее рассказы о магии, отвлечься. Или увидеть Деймона и Рика, которые, попивая бурбон, будут что-то рассказывать мне. — Смотрите, кто наконец-то пришел на вечеринку? Я даже вздрогнула от слов Никлауса, отлипая от машины и подходя к нему. Мало ли кто это, рядом с гибридом хоть чуточку, но безопаснее. Однако, стоило мне увидеть неожиданного «гостя», как я едва сдержала себя, чтобы не прыгнуть на шею пришедшему. Это оказался никто иной как Деймон! Черт возьми, где ты был?! — Где она?! — Елена? Она жертвует для большого дела! — я вдруг в недоумении поворачиваюсь к Никлаусу, пытаясь понять, о чем это он. Разве ее не для того, чтобы раны обработать отвели в больницу? Деймон направляется ко входу, но гибрид преграждает ему дорогу. Надменно ухмыляясь, Клаус с вызовом смотрит на Сальваторе. Он же не убьет Деймона? Нет?.. Растерявшись, я начинаю в панике искать решение из этой ситуации, какое заклинание использовать? Что мне делать? — Боюсь, я не могу пустить тебя, — довольно шепчет Никлаус. — Придется убить меня! — выплевывает вампир, готовый к чему угодно. После его слов у меня даже ноги ватными стали. — Я бы с радостью, но я обещал твоему брату, и, в отличие от него, я держу слово, — безусловно, это делает честь Никлаусу — он действительно сдерживает свое обещание, хотя изначально оно было о спасении Деймона от яда оборотня, но кого это волнует? Если Клаус сейчас говорит несколько иное, значит ли это, что в нем еще осталась человечность? — Хотя, знаешь, сейчас ему, наверное, уже все равно. И почему стоило мне об этом подумать, как гибрид придавил Деймона к капоту все той же машины, сжимая его горло?! Я от неожиданности вскрикнула. Перепугавшись за вампира, начинаю упрашивать Никлауса оставить Деймона в покое, пустить его к Елене, но меня никто даже не слышит. Вместо этого оба мужчины лишь рычат друг на друга. Клаус уже собирался было что-то сделать, как Деймон заявил: — Не хочешь узнать о своем друге, Майкле? — Что ты знаешь про Майкла?! — на секунду оторопев, но тут же взяв себя в руки, шипит гибрид. — Только то, что он знает, где ты, — хитро улыбаясь, хрипит Сальваторе старший. На мимолетное мгновение на лице Никлауса отображается паника или испуг. — Ты блефуешь! — конечно, блефует! Мне-то это видно по его лицу. — Мы с Кэтрин нашли его. Считай это нашим преимуществом! Клаус даже застыл. Деймон же победно ухмыльнулся. Секунда и гибрид швыряет вампира на асфальт, в мгновение ока оказывается рядом, хватает за грудки и снова отправляет несчастного брюнета в полет, но в этот раз в машину напротив. Никлаус уже собирался вновь повторить свои действия, но я успеваю вмешаться. — Остановись! — подбегая к мужчинам, я встаю между ними, — Никлаус, хватит! — гибрид смотрит на сидящего позади меня вампира с ненавистью, но больше не нападает. Я делаю шаг, игнорируя стучащее от ужаса собственное сердце. Положив свою ладошку на крепкое плечо бессмертного, пытаюсь заглянуть ему в глаза. Как только он переводит свой взор на меня, я негромко говорю: — Деймон не лжет. — Красивое лицо блондина искажается в ярости, а я продолжаю пытаться вразумить его, понимая, что тот может мне сейчас ответить: — Я сама не умею лгать, а потому говорю тебе абсолютную правду. Пусть мои слова не совсем чистейшая правда, но это она. Похоже, Сальваторе и двойник Елены смогли разузнать про этого Майкла. И если Деймон здесь, то, возможно, Кэтрин сейчас как раз находится с этим знакомым Никлауса. Гибрид все же решился довериться мне и просто исчез, оставляя после себя легкий ветерок, от которого я поежилась. — Спасибо, Эр, — поднимаясь, хрипит Деймон. Я хотела было помочь ему, но тот мгновенно выпрямился. Вампир снял свою кожаную куртку и накинул мне на плечи. — Рад, что ты в порядке. Пошли за Еленой.

***

Сидя в излюбленном кресле у камина, я в этот раз была без книги. Вместо нее, в моих руках был теплый плед, что согревал меня после прогулки в легком платьице. Рядом на кожаном диване сидела Елена, также закутавшись в теплую материю. Сальваторе старший разливал в три бокала янтарного цвета жидкость. Взяв в обе руки по стакану, он протянул мне и Елене их. — Выпейте виски, — приняв стакан с алкоголем, которого никогда не пробовала, я сначала понюхала напиток, наблюдая за вампиром. Он взял свой бокал с алкоголем и плюхнулся на дивал рядом с Гилберт. — Поможет забыться. Переглянувшись с Еленой, я делаю небольшой глоток. Святой Создатель! Какой противный вкус! Деймон засмеялся с моей реакции. Еще бы: лицо перекосило только так! Елена, улыбнувшись, сделала глоток и закашляла. Я же активно закивала ей. Сальваторе, довольный нашей реакцией, отпил противное пойло, а после сказал: — Да, он крепкий, — Елена даже сморщилась. — Елена, если хочешь, я могу помочь забыть. Только то, что ты не хочешь помнить. — Нет, никакого внушения. Я должна помнить. Все… Тут я с ней соглашусь: она правильно поступила. Забудь она то, что случилось, снова бы кинулась на поиски Стефана, которого теперь уж точно не вернуть. Не сейчас. Не сегодня. Деймон лишь молча кивнул на ее слова. Мужчина посмотрел на меня, задавая тот же вопрос, на что я, испуганно выпучив глаза, покачала головой. Спасибо, мне уже хватило внушения Ребекки. Вампир на секунду отвлекся от своего напитка, доставая какое-то украшение. Увидев его, я сразу вспомнила фото, которое показывала мне древняя вампирша: это то самое ожерелье! Я изумленно уставилась на подвеску, пытаясь сдержать себя и не спросить, точно ли это та вещь, что искала Ребекка. Деймон тихо шепчет девушке, что украл его для нее у Кэтрин, на что Гилберт отрешенно отвечает: — В этот раз он ушел навсегда. Я сама видела. После всего, через что мы прошли, чтобы помочь ему… Он взял и просто ушел. Что, простите?! Елена, ты, во имя Создателя, была там! Какое «взял и просто ушел»?! Это Никлаус внушил ему. Я знаю, что такое внушение, на себе испытала, спасибо. Он не мог не сопротивляться ему! И в итоге это привело к тому, что Клаус принудил его отключить человечность. Если бы не это, Стефан бы еще сопротивлялся. Однако, он заслужил помучиться немножко. По крайней мере за невинных, что были убиты им, растерзаны, как мягкие игрушки собакой. Я так хотела влезть, потому что меня начало злить то, что Гилберт обвиняла даже Деймона в его отсутствии. — Я не должен был уезжать. Обещаю, я больше тебя не оставлю одну, — после его слов, от накопившегося негодования, я залпом выпила весь напиток из своего стакана. Сморщившись, наконец, готова вставить свое слово, как меня опередили: — Как у вас уютно! — Застыв на месте, я лишь подняла взгляд на вскочившего Деймона. Вампир полностью закрывал от меня пришедшего, но даже по голосу я поняла, кто это. И этот несчастный визит меня далеко не радовал. Я начала искать глазами кудрявого блондина-гибрида, или хотя бы его сестренку-вампиршу, но никого не было. Деймон спросил у Стефана, что он вообще забыл тут. — Насколько я помню, я живу здесь, — Сальваторе младший медленно прошел до стойки с алкоголем, налил себе виски и сделал глоток. — Клаус ушел. Но попросил меня присмотреть за тобой, — он смотрел на Елену, которая, казалось, вот-вот потеряет сознание. — Пока он не вернется. Так что теперь, — вампир делает глоток, — ты под моей защитой. Во всех смыслах. Продолжайте. Натянуто улыбнувшись, Потрошитель направился на выход. Я так и смотрела ему вслед, боясь шевельнуться, как вдруг вампир остановился. Стефан развернулся, сразу устремляя свой взгляд на меня. По спине протоптался табун мурашек, а внизу живота завязался узел страха. Я даже дыхание задержала. — Думаю, стоит прояснить кое-что, Эрилин, — начинает он. — Тогда, в Чикаго, я едва не убил тебя, ну и сегодня ночью тоже хотел это сделать, — Стефан улыбается, а мне становится еще более страшно. — я считал, что ты сдашь маленькую тайну, которую, как оказалось, Клаус узнал от меня самого. Можешь меня не бояться, ты нравишься Ребекке живой и здоровой. После этих слов, Потрошитель снова повернулся спиной и наконец скрылся из виду. Деймон и Елена в недоумении повернулись на меня. Мне кажется, или из всего, что сказал Стефан они оба услышали только то, что я нравлюсь Ребекке? Судя по их взглядам, мне не кажется. Черт…