Исповедница (Рабочее название)

Отчаянно несясь по полуразрушенному коридору старой крепости, девушка не обращала внимания ни на крики прадеда, ни на мольбы солдат остановится. Эрилин спотыкалась, пару раз даже падала на лестнице при подъеме, но сразу же поднималась и бежала дальше. Ей было плевать на оцарапанные ладони, на разбитые колени, она бежала и жаждала только одного — видеть родителей. Перешагивая и перепрыгивая через тела поверженных д’харианцев и морд-сит, петляя по длинному и извилистому коридору, Исповедница приближалась к заветной зале, в которой должны быть ее дорогие мама и папа. Массивные деревянные двери лежали на каменном полу, усыпанные осколками каменных плит, из которых состояли стены крепости. Чуть остановившись у некогда дверного проема, Эрилин медленно зашла в залу, усеянную телами. Среди погибших были и те, кого она знала лично, например, пара морд-сит, что сопровождали ее еще на прошлой недели из Эйдиндрила в Народный Дворец. Изувеченные, на вид, хрупкие девушки лежали с открытыми глазами в неестественной позе. Чуть повернув взгляд, к одной из разрушенных стен, девушка в ужасе застыла на мгновение. — Нет! — истошно заверещала Эрилин, увидев тела родителей. Исповедница делает еще пару шагов навстречу, захлебываясь слезами, как ее хватают крепкие руки Кары Мейсон — лучшего друга Ричарда Рала, его телохранителя и верной морд-сит. Зедд проходит следом, надевая на правнучку рада-хань, чтобы та ненароком не высвободила свою силу. Хоть Зеддикус и понимал, что окажись Эрилин во власти Кон-Дара, эта вещь нисколько ее не остановит. Но Волшебник Первого Ранга искренне верил, надеялся и молился Создателю, чтобы этого не случилось. Однако даже так Эрилин была словно в агонии безумства, кричала чтобы ее пустили к родителям. Девушка билась в истерике. — Эрилин, успокойся! — попыталась отдернуть ее Кара, сжимая за спиной скрученные руки девушки. — Возьми себя в руки, Эрилин! Видя мучения правнучки, Зеддикус хотел было отвернуться, но опомнился, что его внук и верный друг — Ричард и Кэлен — лежат совсем рядом, казалось, как живые, но только мертвенно бледные и бездыханные. Старый волшебник едва сдерживал собственные слезы, не в силах посмотреть на родителей последней Исповедницы. Он в отчаянии взглянул в глаза блондинки морд-сит, что прикована была взглядом к телам друзей. Кара все же смогла поднять полные слез голубые глаза на Зедда. Их долгий взгляд, казалось, длился больше нескольких секунд. — Кара, пожалуйста… — простонал Зедд, проливая слезы. Мейсон, чувствуя, как ее хватка на запястьях юной Эрилин слабнет, из последних сил дернула девушку на себя, резко развернув. Одной рукой она все так же держала обезумевшую Исповедницу, другой сняла с пояса один из эйджилов. — Эрилин… — дрожащим голосом шепчет Кара. Голубые глаза, застеленные пеленой слез, не удержали их и одинокая капелька скатилась по щеке женщины в красной коже. Еще пара мгновений и Исповедница кричит в агонии физической боли от прикосновения орудия пыток к виску.

POV ERILYN RAHL

— Нет! — надрывая голосовые связки, кричу я, резко садясь в постели. Сфокусировав взгляд, вижу обеспокоенное лицо Мэтта, что сидел на краю дивана, где я и уснула. Знание того, что Стефан может войти в дом Кэролайн, Елены, Бонни и даже Тайлера не давало мне спать спокойно. Фактически — единственное безопасное место, единственный безопасный дом среди моих знакомых — обитель Мэтта Донована. Я около суток не спала, слоняясь из угла в угол по дому Сальваторе. К вечеру я наконец выползла из поместья вместе с Деймоном. Вампир предложил мне развеяться, прогуляться до бара, что мы и сделали. Вечерняя смена выпала как раз у Мэтта, который очень кстати предложил мне остаться у него. Парень долго наблюдал за нами, а потом, когда Деймон отлучился, задал мучавший его вопрос: «что сегодня с тобой такое». Как же он растерялся, когда я ответила «мой дважды не состоявшийся убийца в городе и в любой момент может завершить начатое». И после этого Донован предложил мне остаться у него. Смена закончилась поздновато, но зато я была уверена, что там я буду в безопасности… И вот, наконец, у меня выпал шанс отдохнуть, выспаться, не боясь, что во сне меня выпотрошит Стефан Сальваторе, а точнее Потрошитель Монтеррей. Но нет, мое подсознание решило послать мне вместо какой-нибудь бредятины, которая никак не будет влиять на мое состояние после сна, воспоминание из прошлого! — Эрилин, ты в порядке? — встревоженно спросил парень. — Ты кричала. Очень громко. — Да, Мэтт, я в порядке, — приподнимаясь, ответила я, чувствуя укол совести. Вот и отдохнул парень, молодец, Эри! — Просто кошмарные воспоминания приснились. — Стефан тебя здесь не достанет, не бойся, — попытался приободрить меня блондин. — Спасибо, Мэтт, но не в нем дело, — покачала я головой, боясь даже думать о том, что мне приснилось. — Воспоминания были о смерти родителей. — Оу…

***

Позавтракав с Мэттом, я узнала, что разбудила его. И, к слову, вовремя — он едва не проспал подъем в школу. Вымыв посуду, а после быстро собравшись, я была готова к выходу даже раньше, чем Мэтт. Пожелав ему хорошего и продуктивного дня в школе, сама медленно, но верно направилась в сторону поместья Сальваторе. Путь не близкий, но проведу это время с пользой. Как минимум, надо рассортировать и обдумать то, что случилось. Во-первых, надо отметить то, что теперь Елена мне не сильно доверяет, узнав, что моя персона нравится одной первородной блондинке. Во-вторых, я жива, а значит, Клаусу нужна живой. В-третьих, Стефан вроде говорил, что не тронет меня больше, я даже слышала, что он ушел в кровавый запой. Главное, что кровь не моя, уже радует. Елена, к слову, по этому поводу начала брать уроки самообороны от вампиров у Аларика. Историк предлагал и мне, но сейчас мне бы отойти от насыщенности моей жизни… Кстати, о чем я подумала! Майкл, которого так боится Клаус. Что если он будет угрожать всем вампирам, в числе которых окажутся и Деймон, и Кэролайн? В таком случае, было бы логично, если сверхъестественная компания Мистик-Фоллс объединится с первородными. Я тоже не останусь в стороне. Я помогу даже Клаусу, естественно не просто так. Я хочу, чтобы он воспользовался своими связями и узнал о Камне для меня. Осуществить это будет максимально трудно, но зато есть вероятность, что что-то да узнаю. Если не получится так, то нужно найти другой способ добычи информации. Ребекка вполне себе была бы неплохим средством ее получения, но просто использовать ее я не хочу. Меня совесть сожрет с потрохами. Думаю, с ней лучше быть честной. Если, конечно, я увижу ее еще в ближайшее время. В любом случае, следует сказать ей правду и прямо. Кто знает, может, она сама предложит свою помощь. Но как самый крайний вариант, связаться с Никлаусом через Стефана. Предложить ему решить проблему с Майклом, а взамен сам Клаус поищет для меня новости о Камне. Думаю, ему будет безумно интересно узнать свойства камня, но это я уже разберусь по ситуации. Нужно взять у Кэролайн или Деймона уроки «как соврать первородному и остаться в живых». Деймон в этом более чем преуспевает. И все же меня терзают большие сомнения, что даже если придется прибегнуть к крайнему плану, Стефан согласится мне помочь. Откуда мне знать, может, Потрошитель Монтеррей сам не может связаться со своим хозяином? Или даже если Сальваторе-младший согласится оказать мне услугу, то Клаус попросту не поменяет условия «с меня — Майкл, с тебя — информация», на «с меня - Майкл, с тебя — моя жизнь». Не так хорошо я знаю гибрида, но кто, черт возьми, может быть уверен в том, что он мне поможет, а не поставит свой ультиматум? Что ж, стоит попробовать сначала связаться с Клаусом через Стефана-Потрошителя, а потом уже думать о том, что делать. Да и откуда мне вообще знать, что я смогу воздействовать на этого Майкла? Деймон говорил, что этот тип является вампиром. Может, исповедь вообще не работает на вампирах! Вот тогда будет очень печально, ведь по-сути я просто жалкая ведьма-неумеха… Ступая по дорожке к парадному входу поместья Сальваторе, я медленно, но верно начала думать о том, что там сейчас Стефан. И он сейчас убивает без разбора. Множество мелких мурашек прошлись волнами по спине, как бы говоря, что я все еще не готова ко встречи с этим чудовищем. Я все еще его слишком боюсь. И этот страх не дал мне войти в дом, заставив меня замяться у дверей. Но стоило мне услышать знакомый голос, даже два, как я, словно став бессмертной и неуязвимой, распахнула дверь. — Грубияны. Оба, — стоя спиной ко входу и не торопясь оборачиваться, недовольно проговорила первородная блондинка. — Я сама выберу. В этот момент она оборачивается на Деймона, что стоял ближе к дверям, но все так же спиной. Стоило заметить меня, как лицо Ребекки озарила улыбка. Словно не веря своим глазам вампирша воскликнула мое имя, тут же кидаясь меня обнимать. Едва устояв на ногах, я пискнула от того, с какой силой меня сжала девушка. Деймон многозначительным взглядом окинул нас, так и говоря, что не умею я друзей выбирать. Я лишь неловко улыбнулась ему. Как только Ребекка от меня отлипла, я перевела на нее взгляд. Вампирша положила свои ладошки на мои плечи, уверенно говоря: — Вот кто точно не станет меня прогонять! — Ребекка снова крепко стиснула меня в объятиях. — Смотри не переусердствуй, — доносится голос Стефана откуда-то из гостинной. — А то и она от тебя убежит. Ребекка изменилась в лице. Но эта злость и раздражение так и говорили о том, что девушка этого буквально боится. Блондинка бегло глянула на брюнета, а потом повернулась к проему в гостинную, шипя от переполнявших ее эмоций ругательства и оскорбления в сторону Сальваторе-младшего. — Не беспокойся, Стефан, — негромко отвечаю я, беря Ребекку за руку. Знаю, что он слышит меня. — Ребекка большая девочка и сама знает, что ей делать и как. Если кому-то что-то в ней не нравится, значит, не судьба. Если человек не может принять тебя всего со всеми твоими минусами и плюсами, то зачем его вообще пытаться держать рядом с собой? Первородная с нескрываемым восторгом посмотрела на меня, а после до нее видимо дошел смысл моих слов. И этот смысл раньше всех понял Деймон. Сальваторе-старший стушевался, что было весьма непривычно видеть. Вечно уверенный в себе «большой и страшный» вампир показал осколок Деймона, который был вероятнее всего отголоском его человечности. Деймон, как никто другой из этих троих, знал о чем я говорила. — Эри, — начинает вампир, хмурясь. — Просто знай, что… — Все нормально, — поджимая губы, обрываю я его, понимая, что брюнет может ненароком раскрыть маленькую тайну об основных моих способностях. — Все нормально, Деймон.

***

Этот день пролетел подозрительно быстро. И мое шестое чувство, а по-совместительству еще и локатор поиска приключений, подсказывало, что вечер будет веселым. И, когда мне позвонил Деймон, назначив встречу в кабинете Аларика в районе десяти вечера, я не удивилась. Хорошо, что мои дела ежедневно ограничивались лишь чтением, подработкой в Мистик-Грилле и, порой, тренировками. С Ребеккой за весь день я провела всего часа полтора. Выбрав себе комнату в поместье Сальваторе, девушка расположилась там и провела это время со мной. Вампирша пожаловалась, что брат оставил ее здесь одну присматривать за Тайлером, но сделал это так, будто избавился от лишнего груза. Однако, мне же показалось, что Никлаус уехал не только спасаясь и скрываясь от этого некого Майкла. Он уводил след за собой, чтобы защитить сестру? Может быть. В любом случае, пока что переживать насчет этого охотника нет смысла — Кэтрин до сих пор не смогла его разбудить. С одной стороны - это хорошо, а с другой - срывает мои планы. Может, у Кэтрин не получилось пробудить его, потому что он мертв? Вполне вероятно и, наверное, логично. Однако, почему же Клаус сбежал? Неужели он не знает о своем враге того, что может быть его погибелью и полным уничтожением? Тем более, что Майкл просто вампир… Странно это. Именно эти мысли крутились у меня по кругу, не найдя новых логических выводов, или вероятных ответов. Были только вопросы. После того, как первородная свалила от меня в школу, чтобы присматривать за Тайлером, я отправилась побегать недалеко от дома братьев. Деймон составил мне компанию, пусть и не сильно долго. Всего часа два, а после упорхал по делам. Но мне хватило этого времени, чтобы поделиться с вампиром всем, что я услышала, увидела во время своего «пленения». — Слушай, а ты ведь не глупенькая, — довольно протянул Сальваторе, останавливаясь передо мной, не давая пройти. — Хах… Спа… Спасибо, — пытаясь привести дыхание в норму, после пробежки, ответила я. Деймон не пытается меня обидеть этими словами. Вообще, его фразочки и шуточки редко меня могут задеть и обидеть, а вот Никлаус… Слова этого полукровки несчастного прямо-таки могут быть пропитаны ядом. Иногда он нарочно задевает меня, а потом насмехается над моим поведением и реакцией. Не сказать, что Деймон сильно от него в этом отличается… Но, возможно, к Сальваторе я просто больше привыкла. — Пожалуйста, — криво улыбаясь, пожал плечами Деймон. Мы уже направлялись назад, обсуждая то, как бы отмыть дорогущие предметы мебели и декора от крови жертв Стефана. Сальваторе-старший и тут не позволил себе не отшутиться хотя бы один раз. Но знала бы я, что вампир таким образом подводит к тому, чтобы узнать у меня о планах на ближайшее время. Когда я начала говорить о том, что буду учиться защищать себя от его брата, Деймон вдруг стал супер серьезным и сказал как есть. Тайлер посвятил Стефана в мою истинную цель пребывания здесь. — Когда ты собиралась сказать о том, что ищешь мощный артефакт, а как найдешь его — свалишь?! — возмущенно выпалил вампир. Я буквально опешила. — Деймон, я… — слова встали комом в горле. Честно, я хотела сказать это давно, но не видела смысла, ведь мы далеко не были друзьями. Да и сейчас много ли поменялось? — Мне жаль, но я должна это сделать. Я — последняя из своего ордена. Если останусь, то Исповедницы исчезнут вплоть до этого времени… А я не знаю, как много столетий разделяют меня от моего дома… — Тебе не обязательно уходить навсегда, Эри, — старательно выговаривая каждое слово, мужчина из последних сил держал себя в руках. — Да, ваш волшебный род прервется, но не навсегда же! — я только попыталась ему сказать, что так нельзя, что это одна из моих основных обязанностей и это мой долг, как Деймон все же повысил свой голос и продолжил: — Да мне плевать, Эри! Твой долг лишает тебя нормальной жизни, черт возьми! Да я готов терпеть общество Барби-Клауса ради того, чтобы ты осталась с нами! Блондиночка — я сейчас про Кэролайн — тоже готова ради тебя на многое. В горле появился ком. Я опустила глаза, чувствуя, как становится стыдно. Это не так работает, Деймон. Неужели он думает, что для меня это так легко? После стольких событий здесь, после того, как я узнала многих людей и даже несколько сдружилась с ними… Он думает, что мне так просто осознавать даже сам факт возвращения назад? Не знаю, но он даже договорить мне не дал — ушел. И разозленная я потопала в поместье, отправляясь в душ. Перед пробежкой Сальваторе-старший достал мне чистую одежду — легкое пастельно-персикового цвета платье в пол и тонкую белую вязанную кофту. На смену кедам были оставлены балетки того же оттенка, что и кофта. Что ж, спасибо…

***

Я всегда знала, что при назначении встречи, надо уточнять конкретнее во сколько надо быть на месте и во сколько начинаются обсуждения каких-либо «коварных» планов. Хорошо, что я решила прогуляться в восемь и уже в половину десятого была в школе, в кабинете историка. Мистическая компания Мистик-Фоллс завалилась буквально через пять минут после меня, уже о чем-то споря. Завидев мою персону, Елена в недоумении оглянулась на своих друзей. На ее лице так и было написано, что меня она не ждала. Ну еще бы, ведь ее доверия я лишилась. Какой идиотизм, да? — Что ты здесь делаешь? — осторожно поинтересовалась Гилберт, стараясь говорить максимально спокойно. — Я позвал ее, — проходя к окну, совершенно беззаботно отозвался Деймон. Елена явно удивленная его ответом, ошарашенно посмотрела вслед вампиру. Деймон сел на подоконник, обводя взглядом всех присутствующих. Его расслабленность так и говорила сама за себя: вампир мне доверяет. Даже несмотря на маленькую ссору. Следом за Сальваторе прошел Аларик, также сохраняя абсолютную невозмутимость. Он встал рядом со мной, оперевшись руками на свой стол. Историк внимательно смотрел на лицо Елены, пытаясь понять ее недовольство. Кэролайн явно растерялась. Блондинка, стушевавшись, шагнула к ближайшей парте. Оперевшись на нее, Кэролайн опустила глаза в пол. Меня буквально переполняли противоречивые эмоции и чувства: с одной стороны Деймон и Аларик меня поддерживают, а с другой стороны… Кэролайн Форбс — девушка, что спасла мою жизнь, помогла мне освоиться и поддерживала все это время, — начала отдаляться. Она так просто приняла подозрения Елены? — Вы серьезно? — качая головой, спрашивает Гилберт. Девушка уже перестала скрывать свое недовольство. — Деймон, ты вообще в своем уме?! Ты… — Да, Елена! — вскакивает Сальваторе, перебивая девушку. — Я в своем уме, представляешь? А вот ты, похоже, забыла о том, через что ей пришлось пройти, чтобы защитить тебя! Клаус мог запросто порвать ее! Но она все равно вмешивалась до последнего. Деймон тяжело и глубоко дышал, явно пытаясь усмирить свою злость. Он так быстро проговорил все, так громко, что я непроизвольно содрогалась от каждого слова. Брюнет вскинул брови, смотря прямо на Елену. Девушка пыталась разглядеть в его глазах что-то, что может объяснить поведение Сальваторе, но, видно, потерпела поражение. — Елена, — показательно спокойно начал Рик. — Он прав: Эрилин не один раз рисковала собой, помогая нам. Стефан ее чуть не убил на твоих глазах. И то, что сестра Клауса, Ребекка, доверяет ей — нам на руку. — Она не доверяет мне… — тихо поправила я, отводя взгляд от мужчины на его стол. Повисло тяжелое молчание, которое прервала Кэролайн. Девушка, не поднимая на меня глаз, я бы даже сказала, старательно избегая моего взгляда, предложила обсудить уже план действий, пока есть время. Согласно кивнув, Деймон занял прежнее место — подоконник. Аларик подробно объяснил суть их небольшой операции, а также ее детали. После изложения плана действий Риком, каждый начал разбирать «роли». Елене предстояло отвлекать Стефана, выманить его с вечеринки, а охотнику на вампиров его подстрелить, когда тот отвлечется. Деймон, не понимая, почему все так сложно, спросил, почему же Бонни не может наложить на него какое-нибудь заклинание. — Я не хочу втягивать Бонни, не хочу, чтобы она пострадала, — объяснилась Гилберт, тем самым заставляя меня немножко подавиться воздухом. Серьезно? Ее подруга пыталась убить Никлауса, она уже втянута в это! Или, подумаешь, когда это было?! — Кэролайн, ты готова? Елена совершенно не обращала на меня внимания, но, в отличии от Форбс, не боялась высказать то, что думает. Наблюдая за блондинкой, у меня сложилось впечатление, что девушка просто не знает, чью позицию занять: встать на защиту меня, или нападать вместе с лучшей подругой, кидаясь обвинениями, взятыми из воздуха. Нет, я понимаю, что некоторые из них весьма весомые, учитывая, что Клаус не убил меня, а Ребекка относится ко мне относительно нейтрально. — Я удостоверюсь, что старая камера Форбс готова, — кивнула девушка, не поднимая глаз. Тонкие пальцы блондинки сминали ткань сиреневого платьица, поверх которого была надета светлая джинсовая курточка. — Мы забываем об основном игроке — Ребекке, — напомнил Деймон. — Куда бы Стефан не пошел — блондинка увяжется за ним. Гилберт, стоявшая лицом к школьной доске, ко мне и Рику, боком к Деймону и Кэролайн, резко повернулась налево, смиряя Деймона взглядом, в котором буквально плясали бесята. Кэролайн чуть привстала, выглядывая на Деймона из-за плеча подруги. Она не удержалась и метнула свой взгляд на меня. Наши взгляды встретились. Наверное, не прошло и секунды, как блондинка отвела глаза. — Поэтому твоя задача — держать ее подальше, — будничным тоном произнесла Гилберт. Она с вызовом смотрела на Сальваторе, наблюдая, как вампир приходит в легкий шок и ужас от ее новости. — Как?! — возмутился брюнет. — Она из первородных, а клинков у нас больше нет! — пытаясь вразумить девушку, или получить подсказку своих действий, говорит Деймон. — Тогда займи ее своим обаянием, — невозмутимо ответила ему Елена. На пару секунд в классе повисло легкое молчание, а потом Рик поднял голову, выпрямился и предложил найти клинок. Деймон не выдержал, возмущенно спрашивая, когда историк прекратит на него злиться, может, уже пора прекратить, на что получил в ответ повышенный тон и недовольный взгляд Зальцмана. — Простите, что опоздал, — влетая в кабинет, быстро пробормотал Тайлер. — В чем дело? Молодой человек обвел взглядом присутствующих, останавливаясь на Кэролайн. Он сделал шаг к ней и поцеловал в щеку. Погодите, они что… Вместе? Как много всего я пропустила, однако! Нет, серьезно, меня не было буквально дня три в городе, а тут столько произошло… Елена озвучила то, что необходимо сделать Тайлеру, на что бывший оборотень возмутился. Локвуд на полном серьезе сказал, что так нельзя поступать со Стефаном. Нет, я, конечно, рада только, что Сальваторе-младшего будут мучить, чтобы включить его человечность, но… Вообще, сам факт того, что вампир действительно не трогает меня, несказанно мне нравится. Да, это не только потому что теперь он марионетка Клауса, как мне кажется. Стефан просто не видит во мне какой-либо угрозы. И пусть так и будет. — Почему нет? — нахмурившись, удивилась Кэролайн. Елена в таком же недоумении и в непонимании пояснила, что сие действия в интересах Стефана. Рик и Деймон молчали; вампир напряженно и с некоторым подозрением наблюдал за гибридом. Тайлер согласился со словами Гилберт, отчего все вдруг расслабились. Все, но не Деймон. Сальваторе сузил глаза, о чем-то рассуждая. Следующие слова Локвуда повергли меня немного в шок, Рика просто удивили, а Деймон и Елена нахмурились. Только что Тайлер Локвуд сказал… Мне послышалось, или он сказал, что это не входит в интересы Никлауса? С каких пор его это волнует?! — Но… — растерявшаяся блондинка буквально не знала, что ответить своему парню. — Клаус — злодей, Тайлер, — как-то неубедительно сказала Форбс. Между прочим, не сказала бы, что он злодей, ведь если смотреть с его точки зрения, то злодеи — вы, да-да. Две стороны одной монеты, банально до чертиков. Тайлер напрягся, буквально осознал сказанное, оглядел всех, а после чуть склонил голову на бок, ожидая продолжения. — Почему ты ведешь себя как какой-то раб-гибрид? — Что? — совершенно ошарашенно переспросил Локвуд. В его глазах отразилось что-то смутно знакомое, что-то что я уже раньше не раз видела… Но через секунду он начал заводиться: — Клаус сделал меня таким, Кэролайн. Позади послышался легких шорох. Через пару секунд рядом медленно прошел Деймон, глядя на Тайлера неверящим взглядом. Сальваторе буквально взмолился, услышав, что Тайлер обязан этому полукровке. Форбс резко повернулась и потребовала воздержаться от комментариев. Ее взгляд так и говорил Деймону, что она ему голову оторвет, если он рискнет что-то сказать. Совершенно непонимающая ничего Елена наконец спросила, что происходит. Я бегло глянула на застывшего Аларика, пытаясь найти еще кого-нибудь, кто догадался о чем думал Деймон. Но снова мимо: мужчина внимательно наблюдал за происходящим. Вернув свое внимание к Сальваторе, краем глаза замечаю, как он взял какой-то шприц с ни то вербеной, ни то аконитом. А Тайлер, будто почувствовал неладное, ну или просто заметил это действие со стороны Деймона, поспешил удалиться. Уже в дверном проеме Деймон мгновенно оказывается рядом и вкалывает содержимое в шею гибриду. Стоило только это сделать, как Тайлер обмяк. — Что ты творишь?! — гневно вопрошает Кэролайн, в последнюю секунду поймавшая своего парня. — Он упырь… — негромко и каким-то сомневающимся тоном произнес Деймон. На вопрос Аларика, вампир едва не крича принялся объяснять: — Упырь! Он предан Клаусу, потому что кровь Клауса породила его. — По лицу и голосу Сальваторе было понятно, что ситуация из плохой превратилась в ужасную. Елена уточняет то, насколько он может быть предан первородному полукровке, на что получила: — Он считает Клауса хозяином. Такое редко бывает, — качает головой вампир, — но видимо это особенность гибридов. — И как это исправить? — с нотками паники спрашивает Кэролайн, отчаянно глядя на Деймона. — Найти нового парня, — натянуто, в своей манере, улыбнулся Деймон. Я же осторожно сделала шаг к Кэролайн, неотрывно смотря на Тайлера. А что если эту связь разрушить появлением новой связи? Но это сработает, точнее освободит Тайлера только при условии, что они обе приблизительно равны по влиянию на него. И я не знаю, сработает ли прикосновение Исповедницы на нем, так как он гибрид, что значит — наполовину вампир. — Если все совсем плохо, — тихо начинаю, все так же не отрывая взгляда от бывшего оборотня, — то можно попробовать… Я не обещаю, что сработает… Но… — Эри! — перебивает меня Сальваторе, смотря таким взглядом будто я совсем неразумное дитятко, которое лезет в дела старших. — Это не таким образом работает. Твоя сила просто сделает свое дело, а не освободит его. Он предан ему, потому что считает, что Клаус ему сделал одолжение! Это на уровне его мозгов, а не воли. — Значит, — вдруг оживилась Форбс, — это можно исправить. Как избавится от внушения. Мой папа смог ему противиться, Эри получилось избавиться от воздействия Ребекки, а она еще и первородная… Может, и Тайлер сможет побороть это?

***

В словах Кэролайн действительно есть смысл: если мы ему не можем ничем помочь, то, наверное, Тайлер сам должен справиться с этим. Все, что остается нам — поддержка. Мы можем только молиться Создателю и Духам, чтобы у Локвуда все получилось. Но почему же моя сила, власть Исповедницы не сможет помочь ему? Ведь прикосновение развивает и раскрывает всю любовь… Ай, точно! Преданность Тайлера, как гибрида, основана на благодарности за освобождение от постоянной необходимости обращаться в полнолуние. При этом он испытывает дикую боль, ведь все кости перестраиваются, ломаются… Но в таком случае ему могла бы помочь морд-сит… Хотя пытки, которым подвергли бы Тайлера эти дамочки в эйджиле, могут превзойти превращение в оборотня. В конце концов, морд-сит используют черную магию… — Ты отвлекаешь меня! — донесся до меня возмущенный голос Ребекки. Наконец, обратив на нее свой взор, я вижу такую картину: блондинка вонзила в живот Деймона какую-то ветку, собралась уже было уходить, что-то сказав ему на последок. Так, надо отвлечь ее. Иначе Деймону влетит, ибо, ну это же так просто! — Вообще-то, — подбираясь ближе, я старалась максимально расслабиться и настроиться на душевный разговор с Ребеккой. Я даже дам Сальваторе шанс присоединиться к основному веселью, если отвлеку блондинку на себя. — Я попросила Деймона придержать тебя, пока ты снова не смылась. Первородная подозрительно сощурилась. Она внимательно наблюдала, как я несколько нетрезвой походкой направляюсь к ней, едва не ступив в костер ногой. Да, качает меня прилично, есть легкое головокружение, но в остальном соображаю я весьма прозрачно. Что ж, кажется Ребекка поверила в то, что я немноженько выпила. Девушка мгновенно оказалась рядом и дернула к себе. — Сколько ты выпила, черт возьми?! — Пару стаканчиков… — показав ей красный пластиковый стакан с отвратительно горчащим дешевым пивом, я намеренно качнулась вперед, отчего снова чуть не оступилась. — Зачем?! — только я хотела ответить, как девушка подняла руку и продолжила: — пойдем прогуляемся, тебе надо протрезветь. Забрав напиток, Ребекка кинула стаканчик в костер. Ухватив меня под руку, она принялась идти, утаскивая за собой. Вампирша стремительно направлялась в сторону леса, что на фоне оранжевого света от огня, казался несколько зловещим. Шла девушка быстро, отчего я постоянно спотыкалась, не успевая перебирать ногами. Все несколько плыло перед глазами, а сумрак ночи не позволял разглядеть корни деревьев и камушки, после знакомства с которыми мои ноги были готовы предать меня и отправить в полет до землицы. Возможно, я все же перебрала с алкоголем — впервые выпила что-то подобное. Музыка и голоса подростков становились все тише, а вокруг все темнее. Мы вышли на небольшую опушку с большим камнем, на который я поторопилась забраться, но в итоге едва не упала. Подхватившая меня Ребекка вновь прошипела ругательство сквозь зубы. Блондинка помогла мне опереться на камень, крепко сжимая мои предплечья, от чего я простонала, что больно. Ребекка резко дернулась назад, отстраняясь. Ее красивое лицо было очень плохо видно в темноте, но я чувствовала, как голубые глаза прожигают меня. — Мне до смерти интересна причина, по которой ты надралась в стельку, — не скрывая своего раздражения, процедила Ребекка. — Моя причина покажется тебе настолько идиотской, что ты разозлишься, — тихо бормочу я в ответ. — сильнее разозлишься. Опуская голову и глядя в землю, а может и на ноги блондинки, я действительно испытывала раскаяние. Мысли о том, что я хочу сказать нещадно жалили мое помутневшее от выпитого алкоголя сознание. Я не ожидала, что будет такой сильный эффект от трех стаканчиков дешевого пива. Мало того, что противное пойло, так еще и пришлось выпить разом все три стакана, чтобы не солгать в случае чего. Радует, что не тошнит от этого… — Я не слышу, — поворачиваясь полубоком ко мне, говорит Ребекка, возвращая все внимание на себя. Первородная сложила руки под грудью, напоминая мне этим Кэролайн. — Просто мне очень… Чувствую себя бесполезной, — на некоторое время я задумалась, подбирая более точное слово. Блондинка делает шаг ко мне, ожидая продолжения моих оправданий. Да что толку что-то придумывать? — Я не оправдала доверия своего прадедушки, своего братика… — размышляя о том, что действительно хочу сказать, буквально чувствую, как начинают трястись руки, а к горлу подступил ком, предвещающий слезы. — Я ужасная дочь и никудышная Исповедница! Мало того, что за прошедшие три с половиной месяца я ни на шаг не продвинулась в поисках того, что может мне помочь, так еще и ничего не делаю для этого. Я самая настоящая неудачница! Я — позор моих родителей… — Не говори так! — вдруг повысила голос вампирша, отчего я вздрогнула, и слезы, которые так отчаянно сдерживала, хлынули из глаз. — Ты ошибаешься, говоря, что являешься позором своих родителей, — уже чуть спокойнее произносит Ребекка, подходя ко мне и садясь рядом на корточки. Девушка взяла мои ладошки в свои и чуть сжала. — Ты одна из самых необычных и самых безрассудно смелых девушек, которых я когда-либо знала. Даже самая-самая из них. Ты, не смотря на то, что боялась злых первородных, все равно делала то, что считала нужным. Ты очень сообразительная, пусть и по-детски наивна. Именно твоя чистая душа и привлекла меня: когда-то я была такой же. Я вижу в тебе саму себя, еще до превращения в вампира. Не знаю, что вдруг нашло на Ребекку, но я ей верю. Нет, не так. Я вижу, что она абсолютна искренна со мной. И то, в какой растерянности была вампирша, когда только начала говорить, меня немного даже озадачило. Ребекка смотрела на меня таким невероятно перепуганным взглядом, будто испугалась чего-то. Этот взгляд я не только увидела в сумраке ночи, но и буквально ощутила на себе. — Тайлер рассказал мне о том, с какой целью ты здесь, — тихо говорит девушка, а я еще больше заливаюсь слезами. Ребекка поднимается на ноги и тянет меня за руки за собой. Стоило мне только встать, как блондинка крепко-крепко обнимает меня, но при этом не принося мне никакого дискомфорта. — Мне очень жаль твоих родителей, но не существует магического камня, которых способен воскрешать мертвых. Поверь, уж я-то о нем бы знала, — кажется, Ребекка тоже начала плакать — ее голос дрожал. — Ник стольких моих парней убил, что не счесть. Ее тихий смех вызвал у меня волну мурашек. Неужели Никлаус действительно так поступил со своей сестрой? Он убил всех мужчин, которых когда-либо любила Ребекка?! Он оправдывает многие вещи, которые говорили о нем. Чудовище… Не иначе. И все же это чудовище несколько раз спасало мою жизнь от «паиньки» Стефана. И по его же словам, я дорога именно Ребекке, отчего напрашивается такой вывод — Клаус спасал мою жизнь во второй раз для сестры. — Нет, — всхлипывая, возразила я. — Он существует. Моя мама уже возвращала отца таким способом, кроме того они еще и мир спасли от Владетеля этим же Камнем. — Да что за универсальная вещица? Как он хоть называется? Тайлер говорил, что ты ни разу не упомянула о его истинном названии. И тут меня словно водой окатили холодной: если Тайлер говорил обо мне, то он мог и выдать мой секрет! А это значит, что Клаус тоже уже знает об этом моем «тайном оружии». Черт, что мне делать? Может, Ребекка больше мне не верит и сейчас лишь притворяется? Сейчас она поглаживает меня по голове одной рукой, другая находится у меня на спине в районе сердца. Неужели она убьет меня?! Но зачем же ей тогда скрывать свои намерения и рисковать, обнимая? Таким образом первородная наоборот полностью оказывается беззащитной пред моей силой. Но с другой стороны… Что если всех Исповедниц уничтожили первородные вампиры? Что если Никлаус и его милая сестра приложили руку к гибели всего ордена еще около тысячелетия назад? Эти мысли буквально заставили меня оттолкнуть девушку, пускай не так резко, как я порывалась изначально. Да, наверное, это и к лучшему. Ребекка, абсолютно не выражающая никакой агрессии, чуть отстранилась, но вновь взяла мои руки в свои ладошки. Несмотря на сумрак ночи, я смогла разглядеть ее мягкую улыбку — глаза уже привыкли. Даже сейчас она все еще не отпускает меня, подвергая себя опасности. Может, моя сила все же не действует на вампиров, а на первородных и подавно? И этим Ребекка хочет показать свое превосходство? — Ребекка, — чувствуя, как от страха потеют ладошки и ускоряется сердце, осторожно шепчу я. — Что именно рассказал тебе Тайлер? — А, — девушка, не меняясь в лице, чуть пожала плечами: — Ты пришла из далекого прошлого, чтобы найти какой-то камень для воскрешения родителей. А еще что ваше знакомство было в полнолуние, и он укусил тебя. И если бы не подружка двойника, то ты бы умерла. Ну и так, пустяки: сначала ты говорила на непонятном языке, у тебя с собой какие-то магические приблуды, а так же волшебный меч, ну и касанием можешь подчинить себе человека раз и навсегда, — закончив, Ребекка посмотрела на меня серьезным взглядом. У меня же буквально землю из-под ног выбили ее слова. — Почему ты умолчала об этом? Боялась, что Ник заставит тебя воспользоваться силой против друзей? Ее слова, пусть и с явным укором, вернули мне хоть чуточку веры в то, что меня еще оставят пожить немного. Девушка, покачала головой, смотря на мое явно ошарашенное лицо. Возможно, Ребекка поняла, о чем я думала. Поняла, что боялась того, как она может отреагировать, а уж тем более того, что может заставить сделать меня ее брат. — Дурочка, не делай такое лицо, не говорила я Нику об этом, — я лишь пискнула от того, как вампирша неожиданно снова обняла меня. — Эрилин, — уже отстраняясь, обратилась ко мне по имени Ребекка. — я сохраню твою маленькую тайну настолько, насколько это позволят обстоятельства. Но Тайлер может ему проболтаться, поэтому стоит придумать хотя бы временный выход из ситуации. А насчет той штуковины… Я попробую связаться с Ником и попрошу узнать о Камне, как его, кстати… Эрилин, ты плачешь? Удивленно смотря на меня, Ребекка аккуратно приподняла мое лицо за подбородок, а после вытерла слезы большими пальцами. От неловкости я рассмеялась, кивая. Вампирша шикнула на меня, что я дурочка, отступая на шаг назад. Она всем своим видом показывала, что обиделась на меня, хотя я совсем не поняла на что. Но в любом случае, девушка приняла правду, все сложилось даже слишком удачно. — Камень Слез.

***

Остаток вечера я провела с Ребеккой, которая потом отвезла меня домой к шерифу Форбс. Блондинка пусть и высказала мне в конечном итоге свое недовольство по поводу моего молчания о всей своей силе. Хотя сама ведь сказала, что вовлекая меня в любую заварушку, они все рискуют потерять меня. Ведь я, прежде всего, смертна. И она полностью права, ведь это настоящее чудо, что меня еще ни один вампир не слопал. Или оборотень, а то и гибрид какой-нибудь. А еще она ни слова не сказала о том, действенна ли моя основная способность против нее или все же нет. И я думаю, что тут или однозначное да, или однозначное нет. В конечном счете, я так и не узнала конкретного ответа. Думаю, что рано или поздно ответ я все же получу. К слову, кошмары все же отступили. Пусть затея с поимкой Стефана провалилась, что я узнала из смс от Деймона, но сон был весьма спокойным. Я бы даже сказала, что выспалась и отдохнула наконец-то, но подъем был весьма спешный. Мне позвонила Бонни в десять часов, попросила быть готовой через час. Не имея большого желания подниматься, я провалялась еще около получаса, пока не услышала голоса буквально за дверью. Это была никто иная, как Бонни. Недовольная ведьма оглядела меня все еще лежащую в постели. Беннет шепнула заклинание, и мое одеялко оказалось в другом углу комнаты. Сдавленно пробурчав, что вообще-то сейчас встану и успею собраться, я перевернулась на другой бок, сворачиваясь в позу эмбриона. — Ну уж нет, Эри, — делая шаг к кровати, сказала Бонни. — Ты встаешь прямо сейчас! Ухватив меня за ногу, ведьма потянула меня с постели. Что ж выбора мне ведь не оставили? В конечном итоге я отправилась в ванну, пока Бонни отправилась опустошать холодильник шерифа Форбс. Хотя как оказалось, ведьма была не одна, а вместе с Кэролайн. И когда я спустилась вниз, последняя старательно делала вид, что занята распитием донорской крови, которую закусывала бутербродом. Уф, неужели это вкусно?

***

— Уютненько, — саркастично пробормотала я, оглядывая комнаты заброшенного дома, в котором пристроились души аж ста ведьм. Интересно, а им тут не тесно? Большая полуподвальная комната, что была уставлена множеством свечей, еще больше напомнила мне башни морд-сит, или залы в Эйдиндриле, что служили местами наказаний непослушных учеников-волшебников, или некоторых провинившихся. Меня никогда не приводили в подобные залы в Эйдиндриле, но первую свою экскурсию по дворцу я не забуду никогда. Я, тогда еще десятилетняя девочка, в ужасе оглядывалась на служительниц, слыша истошные вопли людей. Здесь же даже есть свой шарм, свой маленький уют: нет криков бедных детей с даром, которые нарочно или нечаянно использовали его не так, как от них требовалось. Боже… Аж мурашки по коже! Хотя Кэролайн выглядит совершенно спокойной, такой как и последние дни: ни капельки внимания предательнице мне! Однако, когда во время чтения Бонни заклинания поднялся настоящий ветер, Форбс запаниковала, из-за чего кинула на меня полный растерянности взгляд. Не сказать, что мне было абсолютно не страшно, нет. Мне было еще более чем не по себе. Я настороженно оглядывала темные углы, чувствуя, что тут что-то не то. Кто-то есть еще. Присматриваясь в один из дальних темных углов, я буквально начинаю сверлить это место взглядом, слыша, как вампирша пытается привлечь внимание подруги-ведьмы. Тем временем ветер поднялся сильнее, отчего ощущение присутствия кого-то еще только усилилось. Меня будто начало сковывать чем-то холодным и вместе с этим неосязаемым, отчего перехватило дыхание. Но все прекратилось так же неожиданно, как и началось. — Боже мой! — восклицает позади меня Кэролайн, да так громко и испуганно, что я поворачиваюсь моментально. — Это твоя… — Бабушка… — шепчет Бонни, которая теперь сидела напротив взрослой женщины. Кинувшись с объятиями на нее, Бонни начала плакать и что-то шептать. Женщина, которая оказалась бабушкой Беннет, крепко обняла ее, поглаживая по спине, пытаясь успокоить. Переведя на шокированное лицо Кэролайн взгляд, я поняла, что что-то не так. Если я правильно помню, то эта женщина должна быть мертва. А здесь вроде обитают только те ведьмы, что были убиты в этом проклятом доме. Или я что-то путаю, или не знаю? — А теперь, хватит плакать, — отпуская внучку, говорит женщина, — У нас мало времени. Рада снова повидаться Кэролайн, — повернулась она к вампирше. — Здравствуйте, мисс Шейла, — тихо поздоровалась все еще шокированная Форбс. — А ты — Эрилин, верно? — переведя взгляд на меня, спросила ведьма. Я, как загипнотизированная, лишь кивнула. Вновь повернувшись к Бонни, Шейла укоризненно принялась ругать ее. Ведьма рассказала о том, что же произошло на самом деле, когда Бонни вернула Джереми. Оказалось, что много интересного я не знала. Например, что вчера вечером в мир живых пробралась душа умершей сестры Мэтта. И она пыталась убить не то Стефана, не то Елену. А помогла ей в этом какая-то древняя ведьма. И все это рассказали бабушке Бонни ведьмы с другой стороны. А еще Шейла сказала, что это все касается именно Древних вампиров. Но в любом случае надо закрыть «распахнутую настежь дверь». Беннет принялись листать колдовские книги, а Кэролайн позвонила и доложила все «боссу» — Елене. Собственно, я же предложила помочь в поисках заклинания двум ведьмам, на что Шейла лишь сухо отказалась. Удивленная подобному ответу Бонни, спросила почему бабушка не хочет, чтобы я помогала. Честно, я ожидала, что мое предложение примут, чтобы ускорить поиски, но… — При всем уважении, Исповедница, но даже не смей прикасаться к этим книгам, — сказать, что я буквально опешила — не сказать ничего. Бонни вообще в непонимании подняла голову на родственницу, спрашивая, зачем она так со мной. — Вы даже не представляете, что за чудовище скрывается под личиной этой милой девочки, — с нотками презрения сказала Шейла. — Бабушка… Ты ошибаешься на ее счет, — попыталась заступиться за меня Бонни. — Ошибаюсь? Эта девчонка хочет нарушить баланс жизни и смерти! Она уже нарушила с десяток правил, придя сюда через столько тысячелетий! Разве вы не понимаете, что такие правила нарушать нельзя! Меня прямо-таки раздавили слова Шейлы. Мне было очень обидно слышать это, но я понимала — тут она права. Я действительно пришла в это время, чтобы найти то, что спасет моих родителей. Но, знаете, бабушка Бонни не права в кое-чем таком… Она не права, говоря о своих этих правилах. Если бы последствия поистине были бы настолько ужасными Зедд меня бы не пустил. Как угодно, но он бы даже Шоту уговорил подсобить ему, дабы мою идею не осуществить. — Мисс Шейла, — поднимая голову, я настолько спокойно, насколько могла, говорю: — Нарушить баланс жизни и смерти? Извините, но здесь-то что случится? Если я пришла из прошлого с точной целью, которой обязательно добьюсь, то у вас ничего не произойдет. Ведь это будущее, ваше настоящее — результат моего настоящего. Вы считаете меня необразованной в магии? Может, ваши заклинания мне не известны, но я знаю наши, утерянные для вас. А так же я своими глазами видела, как воскрешают людей подчиненные моего отца. Если вам подобное неподвластно, то это не значит, что оно — запретно. Я на секунду оторвала взгляд, кидая его на экран мобильного. Сообщение от Деймона. Возможно, что-то срочное, но даже если не очень, мне здесь больше находиться не хочется. Пожелав девушкам удачи в поисках, я направилась на выход, как меня остановили слова бабушки Бонни: — Того, что ты ищешь, здесь нет, Исповедница, — холодно бросила Шейла. Обернувшись на нее, я вижу, как ведьма, совершенно не стесняясь, смотрит прямо мне в глаза. И она не лжет… Вернее сказать, она искренне верит в то, о чем говорит. — Камня Слез не существует. Ты зря тратишь время и силы. Убирайся в свою эпоху!

***

— Я удивлен, что ты пришел, — говорит весьма приятной внешности мужчина, но тут же хмуриться. — Но что она здесь делает? Дядя Тайлера буквально тыкнул в меня пальцем, отчего мне захотелось сломать ему этот самый чертов палец. Да что со всеми вами, мертвыми, не так?! Что я вам сделала, что вы все так жестоки ко мне?! Подружилась с первородной?! Нет, вот честно! Почему на меня уже второй пришедший с того света смотрит, как на чудовище! Вроде не сильно страшная внешне, да и не убивала никого я… Что им не нравится?! Моя истинная природа Исповедницы? Идиотизм полнейший. — Да не заводись ты, принцесса, — вдруг взрывается от смеха Мейсон Локвуд, меняясь во взгляде. — Это ведьмам ты не нравишься: другие на той стороне в восторге от тебя. По крайней мере ты миленькая и забавная. — Эри не нравится ведьмам? Почему? — спросил Деймон, хмурясь. — Они считают ее едва ли не большей ошибкой природы, чем вампиров, — пожал плечами Мейсон. — В любом случае, нам нужно торопиться. Поговорим по пути. Локвуд подал один из фонарей Деймону и кивнул в сторону проема в стене. Сальваторе попросил идти меня посередине, на всякий случай. Тишина продлилась не более тридцати секунд. Первым заговорил Деймон. Он спросил, вернее уточнил, куда мы идем, на что Мейсон тонко намекнул. И с одной стороны меня ни разу не колышет цель нашей экскурсии по тоннелям под поместьем Локвудов, а с другой стороны… Клаус, которого хотят все убить, спас мою жизнь два раза. Да, по сути, он подверг меня опасности сам, захватив в подобие плена в Чикаго… Но совесть так и кричит: «А как же Ребекка?!» — Майкл, да? — вопрошает Мейсон, вынуждая вернуться к реальности. — Немного не получилось, да? — Откуда ты все знаешь? — возмутился вампир. Деймон остановился, отчего я тоже встала на месте, мотая головой в стороны: то на оборотня, то на Сальваторе. — На той стороне одно занятие: сидеть и смотреть, как вы косячите. Сначала мне стало смешно, а потом, я поняла, что меня тоже это касается. Ну да, кто бы сомневался, что я — победитель по количеству косяков. Но Деймону походу это не очень понравилось, и вампир просто сменил тему. Точнее вновь сосредоточился на главной цели: что конкретно мы ищем. Мейсон на секунду задумался, а потом мгновенно изрек о какой-то старой семейной легенде Локвудов. Согласно этому преданию существует оружие против древнего вампира. Но, как и все секреты, искомый объект глубоко закопан. Почивший оборотень — как странно это звучит, — вывел нас в небольшую залу-пещеру. Поставив свой фонарь на холодный камень, Мейсон взял у Деймона лопату и принялся стучать по ней. Постепенно стена начала осыпаться, но по небольшим кускам. Находится в холодной и сырой пещере радости мало, потому я молча подошла к Деймону и положила ему руку на плечо. Вопросительно посмотрев на меня, вампир ждал объяснения моим действиям, на что я попросила его отойти. Секундное колебание и Сальваторе все же переместился за мою спину. Что ж, попробуем. Когда папа использовал свой хань, выглядело весьма мощно и круто. Надеюсь, меня в противоположную стену не откинет. Глубоко вдохнув, я прикрыла глаза, пытаясь сосредоточится. Вскинув руку, чувствую, как ладонь обжигает — да-да, именно обжигает, — молния бело-голубого цвета. Боли почти не было, только неприятное ощущение, будто коснулась горячей металлической чашки; глаза заслезились от яркой мимолетной вспышки. Осколки пробитой стены полетели во все стороны, но меня они так и не достигли, потому что случилось то, о чем я подумала «за секунду до…»: меня отбросило назад волной энергии, выбив воздух из легких. Повезло, что мужчины, стоящие позади, успели подхватить меня. — Это было мощно, — изумленно прокомментировал Мейсон. — Нет, правда, круто. Теперь я больше думаю о том, что ведьмы на той стороны тебя просто боятся, принцесса. — Не думал, что скажу это, но я согласен с ним, — помогая мне принять вертикальное положение, сказал Деймон. — Дохлым ведьмам сильно завидно. — Ой, пошли уже, — буркнула я, не в силах слушать о тех, кто меня ненавидит. Тем более они даже со мной не знакомы, а еще — давно мертвы. Так что пошли они к Владетелю! После небольшого спора между мужчинами о том, кто же первый пролезет в огромную дыру в стене, мы все же продолжили путь. Блуждали мы довольно долго, ну или, по крайней мере, мне так показалось — все проходы и коридоры были похожи друг на друга, из-за чего, становилось не по себе. А когда они сужались, вообще казалось, что там дальше будет или небольшая щель, или тупик. Дойдя до развилки, снова поднялся маленький спор о том, куда же идти дальше. Наконец, определившись, призрак оборотня (он сам себя так назвал, честное слово, это не оскорбление!) показал налево. Деймон, что шел передо мной, сразу двинулся туда. Только я сделала шаг, как Мейсон ухватил меня под локоть, останавливая. — Или нет, — говорит Локвуд вслед вампиру, — Тебе говорили, что ты слишком доверчив? Мейсон едва закончил фразу, как из стен появились несколько деревянных кольев, которые пронзили Сальваторе насквозь, отчего он выронил фонарь. Испуганно шарахнувшись назад, я врезаюсь спиной в крепкую грудь мужчины. Мейсон похлопал меня по плечу и направился назад, оставив нас одних. Не зная, что мне делать: бежать за оборотнем, или помочь другу, я так и стояла на месте, смотря то в пустой коридор, то на истекающего кровью Деймона. — Эй, не поможешь? — прокряхтел Сальваторе, тяжело дыша. Ух, ему грудную клетку пробило знатно, хорошо хоть сердце не задело — чудо просто. — Мейсон? Эри? — Я тут, — дрожащим голосом отвечаю, не решаясь сделать шаг куда-либо. Оглянувшись в проем, где скрылся призрак дяди Тайлера, я только решилась попытаться помочь Деймону, как увидела Локвуда. Он ходил за лопатой. Ну хорошо, оборотень не кинул нас, радует. Мейсон не церемонясь вызволил вампира из ловушки, игнорируя напоминание подробности его смерти. Я была, мягко говоря, в шоке, узнав, что это Деймон убил его. Но еще больше, меня удивили слова Локвуда об искупление. Призрак оборотня хотел помочь Тайлеру, потому и помогал Деймону искать оружие против первородных. А еще он сказал, что на той стороне для сверхъестественных существ, все умершие находятся в полном одиночестве. Это странно, учитывая, что ведьмы между собой как-то общаются там. Но больше всего меня заинтересовало другое: если «Другая сторона» — место куда попадают существа, связанные с магией, то есть ли там мои мама и папа? Возможно, я настолько предсказуема, но Мейсон едва ли не прочел мои мысли: — Думаю, их там нет, принцесса, — как бы отвечая на мой неозвученный вопрос, сказал оборотень. — Или просто у них нет незаконченных дел. Хотя, мне кажется, они бы захотели помочь своей прекрасной дочурке и хоть один из них, да пришел бы в этот мир со всеми. — Или просто Другая сторона появилась намного позже их гибели, — пожала плечами я, понимая, что так это и есть. — В моей эпохе, в моем времени, после смерти всех ждет одно и тоже — Подземный мир и его Хранитель. Мой отец много раз обманывал смерть, мой дядя, его старший брат, вернулся из мертвых. Даже прадедушка был там. И все они видели одно и тоже — нескончаемое количество душ в виде нагих человеческих тел, которые кричат от боли, корчась в агонии. Единственный источник света там — черно-зеленые языки пламени. Особо «везучих» подвергают пыткам путем вечного сожжения в этом огне на радость Владетелю. Красноречивое «о» Мейсона заставило меня усмехнуться. Похоже он даже задумался о том, что же хуже — вечное сожжение и муки в Подземном мире, или одиночество на той стороне. Деймон, что в этот раз плелся последним, резко воскликнул, отчего мы обернулись на него, не понимая, чего это он встал в проходе. Как оказалось, вампир не мог пройти, словно стоит на пороге дома. Однако Мейсон останавливаться или ждать не хотел. Он пошел дальше, обещая рассказать, что там найдет. Разрываясь перед выбором — идти дальше, или остаться с вампиром, я так и стояла. Ненавижу подобные случаи! Бесит. Заметив мое смятение, Сальваторе сказал, чтобы я отправлялась за Локвудом. Нерешительно кивнув, я последовала за Мейсоном. Однако, дойдя до источника света, что он нес, я нашла лишь этот фонарь. Локвуда нигде не было. Меня это до чертиков напугало, потому я схватила фонарь и поспешила обратно к Деймону. Одной стоять в пустой, темной, холодной и сырой пещере было слишком страшно.

***

— Больше некому было позвонить? — недовольно пробурчал Аларик, косясь на вампира. — Да. Потому что в пещеру должен войти не вампир. Кроме Елены, я доверяю только тебе, — резко выпалил Деймон, хмурясь. — И Эри. — И где она? Выйдя из своего небольшого укрытия, которым служила стена, я помахала Рику рукой. Если честно, то пока Деймон ходил за историком, я немножко привыкла. Но все же лучше, чтобы со мной кто-то был там, кто знает, может мое везение мне парочку копий преподнесет. Аларик выгнул бровь, тем самым спрашивая, зачем же тогда он тут, на что я пробормотала, сгорая от стыда из-за своей трусости: — Одной мне страшно. — А как с первородными дружбу водить, так… — Рик, не начинай! — взвыл Деймон. Мужчины начали ругаться, отчего я почувствовала себя снова не в своей тарелке. Еще совсем недавно Аларик был на моей стороне, а теперь упрекает меня. И вроде бы мне понятна причина, но все равно… Рано или поздно мне придется выбирать, или Деймон и остальные, или Ребекка. И осознание от этого выбора вгоняет меня в ужас. Вся жизнь моя была предопределена, особо важных выборов в своей жизни я никогда не делала, не считая того, чтобы отправится сюда. Но выбирать между ними… Мне уже невыносимо.