Алиса в Стране Кошмаров

Палатка Абсолема становилась ярче с каждым тяжелым шагом, который приближал Алису к отталкивающему месту. На каждом лепестке нарисованного подсолнуха она уже сумела увидеть белые блики, словно даже без солнца цветы всегда будут сверкать и привлекать внимание. До ноздрей донесся отдаленный подслащенный аромат свежести. Перед входом в шатер Алиса взглянула на крышу оранжевого здания, но там уже никого не было. Однако она знала, что Санди и Барт спрятались где-то поблизости, а потом что-то яркое блеснуло в глаза Алисы, от чего она резко зажмурилась, скриви губы в гримасе. Мысленно послав Барта в самые дальние края - девушка была уверена, что это был именно он, - Алиса взялась за подол шатра и открыла, вступая внутрь. Пару мгновения глаза не могли привыкнуть к мягкой темноте, что стояла внутри шатра. К ней добавлялся пахнущий терпким крыжовником и сладкой сиренью дым. Неяркое освещение свечей создавало загадочную атмосферу, от чего внутренний голос заботливо начал пугать свою хозяйку: «Барт и Санди не придут, если ты не закричишь – молись, чтобы ты могла кричать». Где-то послышались приглушенные голоса, а после этого из темного угла вышло толстое противное создание. Алиса громко сглотнула. Синяя кожа покрывалась складками и неприятным блеском. Над пухлыми губами росли песочного цвета усы. Ног у существа не было, только туловище, как у гусеницы, поэтому оно ограничилось только ярко-зеленым жилетом с цветочной вышивкой. С лысой головы росли два желтых рожка, как и у синей девушки, которая напала на Алису. При ходьбе - правильнее будет назвать это скольжением – ужасное существо издавала булькающие звуки. Подавив комок тошноты, который уже подобрался к горлу, Алиса спросила ровным голосом: - Абсолем? В сказке о маленькой Алисе синяя гусеница выглядела намного приятней, чем то, что сейчас предстало перед девушкой. Он кивнул, издав отвратительный звук – бледность накинула на Алису свою вуаль, вмиг охладив кожу. - Присаживайся, дитя, и расскажи, зачем пришла ко мне. За советом или же ответом? – Тихий голос, несмотря на отталкивающую наружность, был наполнен скукой и мудростью. Толстая рука Абсолема показала на деревянный стул возле круглого дубового стола. Алиса покорно села, не спуская глаз с хозяина шатра. Он подполз к бесчисленным полкам, прибитым к стенкам в хаотичном порядке, и начал что-то искать. Сначала он взял одну баночку с жидкостью, потом вторую, начал что-то с ними делать, но Алиса не могла увидеть, что именно. Абсолем стоял к ней спиной. - Меня зовут Мориа, и я пришла за ответами, - скучающе соврала Алиса, почувствовав, как что-то давит на грудь. Чешир не сказал, как именно надо вести себя с Абсолемом, поэтому Алиса старалась не показывать себя трусихой, но и не дерзить. - Мориа, - протянул Абсолем под звук капающей жидкости. – Я тебя никогда не видел и ничего о тебе не слышал. - Я нездешняя. - Алиса положила руки на стол, скрестив их. Довольна смешная полуправда, но остальным необязательно узнавать подробности. - Вот как, - бесстрастно произнес хозяин. В его говоре теперь ощущалась воздушная безмятежность, но появилась и неприятная интонация, заставляя одновременно расслабиться и сжаться. – За каждый заданный тобою вопрос я имею полное право получить ответ на свой. Будет очень интересно пообщаться с «нездешней личностью». Подумав немного, Алиса слегка кивнула, но Абсолем до сих пор стоял к ней спиной, вытворяя что-то неведомое. Кивнула Алиса скорее для себя, чтобы успокоиться и собрать разбегающиеся мысли в кучу. - Я отвечу, если вы расскажите мне всю информацию на тему моего вопроса. - Я не лгу и не увиливаю. Моя робота – просвещать приходящих. Губы Алисы дернулись в легкой усмешке, но она быстро вернула себе прежнее выражение спокойствия. На круглом дубовом столе лежали разные сушеные травы и цветы. От растений исходил тошнотворный сладкий запах, смешивающийся с дымом. А можно ли так часто вдыхать этот запах? Наконец, Абсолем повернулся: он делал это с заметным напряжением и с булькающим звуком. В руках он нес глиняную чашку, наполненную чем-то темным, что совсем не внушало доверия. Сперва Алиса подумала, что это чай, но, вспомнив, где она находится, отогнала этот вариант. Ее опять затошнило. - Выпей, дитя, - заботливо предложил он, словно дедушка - внучке. Но Алиса и не вздумала выполнять его просьбу. «Хоть в этот раз будь внимательной». - Слова Чешира пронеслись в усталом мозгу Алисы. Увидев, что посетительница и не собирается брать глиняную чашку, Абсолем поднес ее к свои толстым губам, на которых виднелись капли пота, и выпил немного, издав характерный звук. Алиса немного дернула головой, сжав губы. Ее отчаянно тошнило. Тошнило так часто, сколько еще за всю жизнь ее не тошнило.  Выдавив из себя благодарственную улыбку за то, что Абсолем показал, что напиток не отравлен, Алиса аккуратно взяла чашку и выпила с той стороны, где тягучих слюней Абсолема было меньше. Проследив за Алисой, он забрал чашку и медленно пополз обратно. Алиса передернулась и прижала ко рту бледную руку. Ее щеки то надувались, то приходили в норму, отчаянно сдерживая порыв блевотины. Напиток имел вкус печеного яблока и инжира - довольно вкусное сочетание, но Алиса не могла избавить себя от той мысли, что случайно глотнула еще и тягучие слюни Абсолема. Он медленно повернулся, и Алиса быстро приняла скучающее выражение лица, подсунув дрожащие руки под ноги. - Раз ты пришла ко мне, то вправе задать мне первый вопрос. Обещаю – отвечу честно и все, что знаю. Алиса в этом и не сомневалась. - Что вы знаете о малкийцах? – Ее голос был ровным и гладким, словно секунды назад она не была готова запачкать стол Абсолема блевотиной. Будто прочитав ее мысли, Абсолем содрогнулся, но Алиса поняла, что это вызвано отнюдь не этим. Чеширу ведь тоже были неприятны воспоминания о малкийцах. - Опасные вопросы, Мориа. - Алиса уже и забыла то имя, которым она представилась Абсолему. – Но раз мы договорились – будь по твоему. Абсолем проскользнул к столу и упер в него руки. Древесина жалостливо заскрипела, но черные глаза Абсолема, которые казались еще темнее при слабом освещении, прожигали Алису хуже ярко пылающего огня. Она старалась не корчиться на стуле, выдавая свое напряжение. - Малкийцы – гнилые создания, в прямом смысле этих слов. У них нет особой расы, названия, но они бывают разными - об их внешности заботится их повелитель. Если быть точнее – создатель, который из ниоткуда рождает на свет малкийцев, опираясь на свое больное воображение. Кто-то разбудил этого создателя, но кто – никто не знает. Создатель этот безымянный, его не зовут. По крайней мере, я не знаю его имени. Кому придет в голову обратить на себя внимание монстра? Абсолем говорил тихо, поэтому Алиса напрягла слух и немного придвинулась ближе, но на последнем предложение он резко повысил голос, от чего девушка была не в силах скрыть охватившую ее дрожь. - Его цель – править всем миром, но я думаю, ты уже догадалась об этом. С помощью своего воображения и неизвестного мне артефакта он создает голодную армию. От его «солдат» несет гнилью и чем-то необъяснимым, нездешним. У одних - три головы, у других - черная кожа. Некоторые похожи на ночных драконов с обгоревшими крыльями. Они разные, поэтому иногда можно их спутать с кошмарными созданиями, у которых тоже бывает непрезентабельная внешность. Абсолем потер жирные руки, кивая в такт своим мыслям. - Остановить их можно, но это сложно. Самый верный способ – отрубить голову, или же головы. Про другие способы не знаю. Мало тех, кто возвращается с информацией. Абсолем, наклонив голову, пожал плечами, будто невозвращение кошмарных существ было привычным явлением. - Почему ты задала мне именно этот вопрос? - Про малкийцев упомянул Чешир, задавать ему вопрос не было смысла: не ответит. Но он решил меня пожалеть и рассказал о том, что ты многое знаешь, поэтому сегодня утром мы перенеслись на Халкий. Алиса удивленно открыла рот, во все глаза посмотрев на чуть улыбающегося Абсолема. У нее даже в мыслях не было сказать правду! - Не волнуйся, дитя мое. Это сыворотка правды, с тобой все хорошо. Ты просто будешь честно отвечать на вопросы. Я знаю, что ты не можешь врать, но неумение лгать означает способность увиливать и обступать вопрос. Пойми меня и не обижайся. Алиса еле вслушивалась в его слова. Почему она такая тупая?! Из темного угла резко вынырнула дочь Абсолема, которая вновь стала девушкой с ногами и руками. Ее ярко-зеленое платье было порвано на боку, а синее тело плотно облегали белоснежные бинты. «Барт и Санди рядом», - мысленно напомнила себе Алиса, стараясь не показывать напряжение во всем теле, но руки, сжавшие подлокотники стула, доказывали обратное. - Вот эта шлюха как-то связана с Чеширом! - Ее синий палец показывал на Алису. «Шлюха?», – мысленно поразилась Алиса, чувствуя, что еще одно слово этой твари, и она вонзит кухонные нож в ее большой глазик. - Молчать! Это наш посетитель, Лемм, будь вежливей, - приказал Абсолем изменившимся голосом. Лемм многозначительно хмыкнула и села так, чтобы наблюдать за Алисой. Теперь на нее смотрели две пары черных глаз. «Хоть в этот раз будь внимательной». И в этот раз она тоже была невнимательной. Алиса уже представляла самодовольную рожу Чешира. - Прошу, Мориа, твой вопрос. От удивления Алиса на миг забыла, о чем должна спросить. Ее собранность улетучилась тогда, когда Абсолем объявил, что она теперь не может лгать. Богиня милосердная, какое это ужасное чувство! - Расскажи мне о востром ноже. Где его можно найти? - напряженно попросила Алиса. Абсолем оторвал взгляд от дочери и удивленно взглянул на посетительницу. - Зачем тебе? - Я задала вопрос, - сквозь зубы произнесла она, потому что ее рот был готов правдиво отвечать. Абсолем как-то странно посмотрел на Алису. Если же он и понял, кто перед ним, то заострять на этом внимание не стал. Глупо было идти в оживленное место, учитывая, что многие черты Алисы напоминали личико сбежавшей королевы. - Вострый нож, - протянул Абсолем, будто ему требовалось время для того, чтобы пройтись по пыльным полкам с воспоминаниями. В этот промежуток молчания Алиса нарочно не обращала внимание на пыхтящую от злости Лемм. – Оружие Лидделлов... Алиса от нетерпения чуть не выкрикнула: «Вот это да, а я не знала!», но промолчала, кусая язык дальними зубами. - Никто не может его найти, кроме Лидделлов. При этом даже Лидделлы не вправе указывать вострому ножу, когда появиться. Он появится тогда, когда сам захочет, и тогда, когда женщина Лидделл этого не ожидает. «Отлично», - раздраженно подумала Алиса. - Когда последняя королева Страны Кошмаров сбежала, оставив здесь вострый нож, он тоже исчез, будто его и не было. Пуф – и ни нашей королевы, ни вострого ножа. Никто даже и не знает, где нужно искать. Абсолем смотрел в одну точку на столе, грустно улыбаясь и качая головой, будто это было детской сказкой. Но потом дернулся, приходя в себя, и снова посмотрел на поникшую Алису. - Мой черед, - резко встала Лемм. – Кто ты Чеширу? Абсолем грозно взглянул на дочь, но Алиса начала отвечать, чтобы хозяин шатра не придумал вопрос похуже. - Я ему никто. Ни подруга, ни любовница. Чешир приютил меня в своем доме, уверяя, что из нашего знакомства каждый получит выгоду. - Выгоду? – Лемм быстро заморгала, от чего желтые рожки слегка закачались. «Странно, я думала, что они будут звенеть, как маленькие колокольчики», - подумала Алиса мимолетом. – Какую выгоду? - Тишина! – рявкнул Абсолем. Дернулась не только Лемм, но и Алиса, которая не ожидала такой злости от него. Лемм покорно села, но чувствовалось, что эта «покорность» будет действовать до того момента, пока снова не придет черед Абсолема задавать вопрос. Очередь Алисы. Лемм, сама того не осознавая, помогла ей избежать вопроса, на который Алиса не хотела отвечать. И Абсолем понимал это, в отличие от его несносной дочери. Малкийцы, вострый нож... Элизабетт! Богиня милосердная, как Алиса могла забыть про свою сестру?! Она должна была при первой возможности спросить об этом у Абсолема! - Мне нужно найти одну девушку. У нее золотистые волосы, пухлые губы, высокий рост. В последний раз я видела ее в алом платье с белоснежной тканью на конце. Она хорошо выделяется в толпе, - с надеждой описывала Элизабетт Алиса, надеясь, что Абсолем продолжит ее мысль. Говорить о том, что ее сестра смертная, Алиса не стала. - Я не видел ее, - понял он непроизнесенный вопрос. – Но могу попробовать ее поискать, хоть и не обещаю детального ответа на твой вопрос. «Хоть что-то», - подумала Алиса, чувствуя свою вину. Лучше бы Элизабетт осталась «наверху», а Алиса исследовала «подземелье». Абсолем начал что-то бормотать себе под нос; не вслушиваясь, это было похоже на жужжание пчелки. Как и с сывороткой правды, которая неприятно щипала язык, насмешливо напоминая о неумении лгать, Абсолем особо не рассказывал и не показывал то, что делает с диковинными баночками на наклонившихся от старости полках. Сама Алиса тоже предпочитала молчать. Лучше ей ничего не знать. Алиса кинула взгляд на Лемм. Та тоже смотрела на нее, не скрывая своей неприязни. Алиса хмыкнула, сдержав свой средний палец, который так и хотел отсалютовать. Пусть синяя злится сколько хочет - Алисе даже нравилось такое внимание к своей персоне, пока рядом есть Абсолем, который сможет утихомирить несносную дочь. - За мою помощь нужна отдельная плата, - в то время сказал Абсолем. Алиса нехотя оторвала взгляд от своей «соперницы». - Что еще за плата? – нахмурившись, спросила она. Ничего хорошего это не может сулить. - Ты понюхаешь растворы, которые я тебе дам, и скажешь, какой запах ощущаешь. Абсолем продемонстрировал три тонкие вытянутые баночки с непонятной внутри жидкостью. Каждая из них была разных цветов, но Алиса не могла точно сказать, из чего они сделаны. Раздумывать дальше она просто боялась. - Мне нужна достоверность, что эти растворы не навредят моей жизни, - выдавила из себя Алиса. Что делать в таких ситуациях? Все, что она говорила, казалось ей неимоверно глупым, хотя она хотела казаться бесстрашной. Своим незнанием она только сильнее привлекает к себе непрошенное внимание. «Своей тупостью ты привлекаешь внимание», - поправил внутренний голос. - Клянусь тебе, Мориа, эти растворы ни в коем случае не навредят твоей жизни. - Тогда зачем мне их нюхать? - А зачем тогда вещам пахнуть? – парировал он. Алиса подавила раздражение. «Плевать», - подумала она и протянула руку. Первый раствор был красного цвета. Если притупить глупые шуточки внутреннего голоса, можно было подумать, что это клубника или какая-нибудь красная ягода. О другом составе Алиса просто не хотела думать, чувствуя, как завтрак грозится подняться наружу. Открыв баночку, Алиса медленно поднесла ее к носу, и ноздри уловили характерный аромат. - Металл и кровь, - неуверенно вымолвила она. Нахмурившись, Алиса отдала баночку обратно. Понюхав какой-то букет цветов, который ей заботливо предложил Абсолем, Алиса вновь протянула руку. В лице Абсолема ничего не менялось. О Лемм забыли все. - Фу, - скривилась Алиса, отодвигая от своих ноздрей второй черный раствор. В горле отчаянно запершило. – Не знаю, чем точно пахнет, но это отвратительно. - Можешь хотя бы сказать, какие запахи уловила? - Гниль, - выплюнула Алиса, прикладывая букет трав к носу. После красного раствора она с большей смелостью взялась за второй, но от него смердело так, что у Алисы заслезились глаза. Абсолема это же совсем не смутило, и он протянул следующую баночку. - У нее запах мелиссы, - начала Алиса, наблюдая за тем, как при свечах переливается серебряная жидкость с маленькими кристаллами внутри, - лимона... «Богиня, до чего изысканный запах», - подумала она, не понимая, чего от нее хочет Абсолем, но жадно впитывала в себя каждую нотку серебряного раствора после ужасного «послевкусия» черной жижи. - Какой-то алкоголь... вино, вроде бы, - продолжала Алиса, желая прикрыть глаза и отдаться ощущением. Запах был необузданным, манящим, от чего по бледной коже пробежали мурашки. – И чернила. - Чернила? – задумчиво переспросил Абсолем, наблюдая за посетительницей. - Чернила, - кивнула Алиса. – Это что-то значит? - Все имеет значение, - туманно ответил он, - но не каждый его замечает. - И какое значение имеют эти запахи? - Такое, чтобы их нюхали. Алиса постаралась не закатить глаза. - Почему вы не можете ответить на мой вопрос прямо? - Я умею отвечать только криво. - Я ведь честно ответила на все вопросы! - Говорить о том, для чего мне нужно твое обоняние, мы не договаривались, - спокойно ответил Абсолем. Хоть что-то может вывести его из равновесия, кроме несносной дочери?! – Понимание найдет тебя тогда, когда ты будешь готова, и не секундой раньше. Алиса сквозь зубы произнесла проклятья. Почему никто не может говорить так, как есть на самом деле?! - Но свою часть договора я выполню, - не слишком обращал внимание на злое лицо девушки Абсолем. - Подойди сюда, дитя. Алиса покорно встала, следуя за ползущим хозяином шатра; не хватало только слизи, противно тянущейся вслед за гусеницей. Может, хоть что-то о своей сестре Алиса сможет узнать. Если Элизабетт и умерла, то Алиса хоть будет знать об этом, а не мучать себя мысленными терзаниями. В углу шатра стоял старый облезлый котел на трех ножках. Одна из них уже успела отломаться, поэтому вся отвратительная жидкость внутри иногда булькала и выливалась, как в страшных легендах про ведьм, о которых тоже любила читать Алиса перед сном. Запах шел не самый приятный, особенно после манящей серебряной жидкости, но Алиса продолжала идти к котлу с Абсолемом. Постоянно напрягая слух, она знала, что Лемм продолжала сидеть на своем месте. - Что это? – шепотом спросила Алиса. - Котел. Алиса, не удержавшись, цокнула языком, но Абсолем даже не взглянул на нее. Что-то бормоча под нос, над которым смешно двигались усы песочного цвета, он сосредоточено начал бросать лепестки некоторых цветов. Попадая в омерзительную жидкость, они растворялись и громко шипели. Следом за цветами полетела золотая пыльца. Алиса постаралась умерить свое любопытство, дожидаясь момента, когда сможет заговорить. Как Абсолем сможет ей помочь найти сестру, используя котел и какие-то цветочки? - Если не веришь в мою помощь, можешь уйти, - словно прочитав ее мысли, ответил он. Алиса похолодела. - Я зря нюхала ту гадость? Абсолем тихо хмыкнул. - Тогда подумай о своей сестре и окуни сюда руку. Алиса резко подняла голову, сталкиваясь с черными глазами. По ее телу прополз неприятный холодок, настораживая всю ее сущность. - Скрытый смысл приходит к тем, кто умеет читать между строк, - всего лишь ответил Абсолем, мягко вглядываясь в ее металлические глаза. «Хоть в этот раз будь внимательной». Он понял... Абсолем, чтоб его, даже если и не понял до конца, то догадывался о ней. Он смог прочитать Алису по чертам лица и необузданном характере. «Не делай поспешных выводов», - предупредил внутренний голос. «А как по-другому объяснить то, что он понял, что я ищу сестру, когда я и не заикнулась об этом?!», - мысленно рявкнула Алиса. «Не показывай, что ты все поняла». Алиса посчитала до десяти, смотря в матовые черные глаза. Было глупо приходить сюда, когда не желаешь привлечь внимание. Может, что-то ему подсказали растворы, запахи которых Алиса так покорно описывала? - Рассказчики порой умалчивают о значительных деталях, желая посмотреть на все со стороны, - также туманно прошептал Абсолем. Значило ли это, что он будет хранить молчание? «Двое могут хранить тайну, только если один как-то в этом виноват, а второй - мертв», - напомнил внутренний голос. «Не убивать же мне его!». «Что-то мне подсказывает, что скоро у нас не будет выбора». Алиса с силой впила ногти в кожу, а вторую руку окунула в жидкость, призывая в памяти мило улыбающееся лицо Элизабетт. Золотистые волосы, которые так хорошо ловили солнечные лучи. Длинные ресницы, скрывающие зелень невинных глаз. Тонкие пальчики и пухленькие розовые губы, желающие почувствовать на себе мужскую любовь. В ней все было от ангела, в то время как Алиса столкнулась лицом к лицу с демоном. Но сейчас речь идет не о ней. Медленно вздохнув, она вспомнила звонкий смех, похожий на мелодию колокольчика. Вспомнила прекрасные манеры и грациозные книксены, которые так хорошо умела делать Бетт. Она подходила на роль принцессы даже больше, чем Алиса – на королеву. - Когда ты видела ее в последний раз? Алиса дернулась и приоткрыла глаза. Рука Абсолем потянулась к ее, желая вытащить с котла, в то время как Алиса всеми силами пыталась унять дрожь. - Вчерашним ранним утром. Удивляться не стоило, но Алиса все равно удивилась, когда поняла, что ее рука осталась сухой. Даже запаха, который исходил от жидкости, не было – Алиса понюхала, когда хозяин шатра на миг отвел взгляд. - Вряд ли она жива, - без эмоций ответил Абсолем, всматриваясь в котел, будто видел там то, что было недоступно для глаз других. Алиса уже позволила этой мысли разродиться в голове, но это все равно стало для нее неожиданностью. Ее сестра, ее Элизабетт, которая доставала ей вещи с дальних полок, корила за то, что Алиса грязнуля... мертва? У Алисы и до этого проносились мысли о вероятном «уходе» старшей сестры, но они были всего лишь мыслями. Она не была готова к тому, чтобы услышать это так громко. Так, будто это действительно было правдой. Новость о ее гибели прозвенела не только у Алисы в мозгу, но и летала в воздухе, мешая думать и сосредотачиваться. - Это может быть ошибкой... - Может, - согласился Абсолем. – Но что остается неизменным, так это то, что ее здесь нет. - В каком смысле? - В самом прямом. Если бы она была здесь, котел бы показал ее местонахождение. - Но где она может быть? – уже повысила голос Алиса. Абсолем многозначительно посмотрел на нее, будто другого ответа и не может быть. Алиса истерически засмеялась. - Ну хватит! – объявила Лемм, опять начиная то, что было пару минут назад, резко подняв свою надоедливую задницу со стула. – Говори, девка, как пройти к дому Чешира? - Надо... Алиса со всей силы зажала себе рот рукой, и для уверенности положила сверху и вторую руку. Она широко распахнула глаза, наблюдая за злой Лемм, которая все приближалась. Нет! Вот о чем Алиса будет молчать, так это о доме Чешира. Она хоть и не обещала ему хранить молчание, но говорить о тайне, которую ей доверили, она точно не собиралась, даже если Лемм набросится на нее опять. - А ну говори, я сказала! В темноту пробился яркий дневной свет. «Барт и Санди», - пронеслось у Алисы в голове, но силуэт был всего лишь один. Мужской. - Так, так, так, - насмешливо проговорил голос с хрипотцой. – Мне кажется, я вовремя. Темнота снова стала привычной, смешиваясь с плотным дымом. Алиса смогла увидеть грозный оскал Чешира и блестящие в безумии ядовито-зеленые глаза. Его широкая улыбка не предвещала ничего хорошего. - Чешир, - захныкала Лемм, быстро подбежав к нему, чтобы погладить своей синей рукой его лицо. Но как только она это сделала, Чешир резко - и, скорее всего, больно, потому что Лемм взвизгнула, - отцепил ее руки от своей кожи. Она хотела опять попытаться дотронуться до него, но Чешир так посмотрел на нее, что та сжалась. Абсолем не делал попыток вмешаться. - То, что я провел с тобой время, не означает, что я – твой, бабочка, - нежно, но в то же время и грубо проговорил Чешир. - А почему она тогда до сих пор с тобой? – чуть ли не заикаясь, тихо проговорила Лемм. - Это тебя не касается. Как и то, где я живу. - Чешир цокнул языком, но это не было жестом раздражения. Это была ярость, граничащая с безумием. Тихий голос Чешира был хуже злостного крика. Алисе почему-то захотелось закрыть уши, но она и не думала отпускать свой правдивый рот. Она выдохнула и тем самым привлекла внимание Чеширского кота. Он медленно развернулся к ней с безумным и затуманенным от ярости выражением лица. Его пронзительно ядовито-зеленые глаза осмотрели испуганное лицо Алисы и плотно зажатый рукой рот. Также медленно он повернулся к спокойному Абсолему. - Я ее забираю, - лениво объявил Чешир, когда подошел и взял Алису одной рукой за локоть, а вторую положил между лопаток, подталкивая к долгожданному выходу. Если бы не его крепкая рука, Алиса бы упала от слабости. - Наблюдай за цветами, Мориа, - тихо проговорил хозяин шатра, проигнорировав Чеширского кота, и Алиса еле расслышала его слова, выходя наружу. «Что это? – слабо подумала Алиса. – Подсказка? Или предупреждение?». Сначала изобилие ярких красок ударило по привыкшим к мягкой темноте глазам. С каждым морганием становилось лучше, но Алиса все отчетливее видела разъяренное лицо Чеширского кота: даже улыбки не было, только оскаленные зубы. Его прохладная рука – прохлада чувствовала даже через ткань одежды между лопатками – вела ее дальше от палатки Абсолема и от любопытных глаз и ушей. Все это время Алиса держала рот с помощью рук. Но, дойдя до тихого места, Чешир резко отдернул руки Алисы от лица. - Я говорил, что ты должна быть внимательной и осторожной. Не только ради себя, но и ради других. Наконец-то он повысил голос! Алиса не ожидала, что это окажется таким прекрасным звуком. Если бы он продолжал говорить так нежно, как говорил с Лемм, Алиса бы не смогла его слушать. - Я не знала, что это сыворотка правды, - как в оправдание заявила она. Алиса чувствовала, что напиток еще действует, и ее рот будет говорить только правду, несмотря на ложь, которая витает в голове. - А зачем, вообще, пить то, что тебе неизвестно?! – зарычал Чешир. - Истеричка! - прикрикнула Алиса, после чего опять зажала свой рот рукой. «Надо успокоиться». Отчасти Алиса понимала, почему Чешир злится на нее, но он тоже был виноват, ведь оставил ее, многое не рассказав. - Я бы не рассказала, где твой дом, - тихо сказала она, опустив руки, когда перевела дыхание. Ей почему-то было обидно, что Чешир подумал, будто она способна на такое. - Да конечно! - Во мне до сих пор сыворотка правды, Чешир! Я не могу лгать, - рявкнула на него Алиса. И он чуть успокоился... Успокоился! - Так ты говоришь сейчас! А если бы Абсолем предложил тебе что-то значимое, ты сдала бы меня с потрохами, Алиса. Ты ведь сама не знаешь, что у тебя на уме. - Чешир развел руками и резко опустил, словно показав таким образом частые перепады своего настроения. - Да, не знаю. И да – я бы предала тебя, если бы мне предложили что-то стоящее. То, что мне нужно. Но когда ты зашел, скажи, что ты увидел? Как я спрашиваю, что мне могут дать взамен? – Она ткнула пальцем ему в грудь, но ушиблась, спрятав выражение боли на лице за нарастающей злостью. – Нет! Я пыталась закрыть свой чертов рот, потому что твой дом – единственное место, где я могу почувствовать себя в безопасности. О тебе уже не говорю. Знаю, насколько дорога тебе секретность этого места. Чешир глухо зарычал. - А теперь пошевели извилинами. У меня больше никого нет: ни матери, ни отца, ни сестры. Ни-ко-го. Зачем мне сдавать тебя с потрохами, Чешир? - передразнила его Алиса. - Но если ты был так уверен в том, что я раскрою твой секрет, то в следующий раз я не буду тебя разочаровывать. Она не знала, где набралась такой смелости. Не знала, почему не сжалась даже тогда, когда Чешир навис над нею со своим огромным ростом, крепко схватив за подбородок. Алиса смотрела на него с гордо поднятой головой, расправив плечи. Так, как стояла бы королева. Но ведь никто не знает, что действительно на уме у королевы. И никто не знает, что у нее в душе. Алиса судорожно вздохнула под внимательным взглядом ядовито-зеленых глаз. - Еще одно движение в ее сторону, и я выпущу стрелу, - послышался глухой голос сзади Чешира, но тот лишь язвительно улыбнулся и повернулся к источнику звука. Привстав на носочки, Алиса увидела, что в двух шагах от Чешира стоял Барт с натянутой тетивой лука. Он был в маске и капюшоне, как и в первые минуты их встречи. Только ореховые глаза оставались единственным открытым местом. «Богиня», - взмолилась Алиса, увидев собственными глазами, как все шло к чертям. Она была уверена, что Санди тоже стоит где-то рядом, готовая выстрелить, если события примут скверный оборот. Но то, что здесь стоял Барт, уже было скверно. - Предупреждаю второй раз: еще одно движение в ее сторону и грохнешься со стрелой в прекрасном глазике. Алиса вышла из-за спины Чешира, но она, как на зло, не могла словить холодный взгляд Барта. - Все в порядке, - сказала она таким спокойным голосом, какой только смогла выдавить. – Я подойду через минуту. Барт, наконец-то, перевел на нее взгляд, но все равно не ушел, несмотря на мысленную ругань и просьбу Алисы. Она повернулась к уже вновь улыбающемуся Чеширу. Сзади послышались шаги: Барт все же отошел, чтобы дать Алисе поговорить с Чеширским котом. - Ты знаешь, кто это? – промурлыкал Чешир тихо, но его голос будто прошелся и по костям. - Знаю. - И ты хочешь пойти с ним, а не со мной? – Он водил пальцем от себя к Барту. - Я пойду с ним, а тебе надо остыть, - холодно ответила Алиса, сжав кулаки. Чешир расхохотался. - Пойдешь с ним - и твой труп уже будет остывать. Это ведь один из фоксов! Алиса моргнула - только это показывало ее удивление. Она и не думала, что Чешир тоже опасается таинственных фоксов. Знал бы он, что это всего лишь люди! Но Чеширскому коту это знать свосем необязательно. - Полагаю, нам обоим надо остыть. - Алиса скрестила руки на груди. – Приду к тебе домой до того, как зайдет солнце. Постараюсь, по крайней мере. Сказав это, она повернулась к Барту с намереньем уйти, но Чешир брезгливо ее окликнул: - У тебя рана на щеке. Она уже и забыла. Боль ушла, но теперь, словно почувствовав, что ее вспомнили, рана снова дала о себе знать. Но зато она затягивалась, неприятно стягивая кожу. - В следующий раз, когда надумаешь с кем-то развлекаться, выбирай тех, у кого не такие острые клыки и когти, - выплюнула ему Алиса и пошла вслед за Бартом, ни разу не обернувшись, даже когда приторный воздух с нотками гнили заволокло неестественной, до дрожи странной тишиной. Но Алиса и тогда не обернулась. Она шла между Бартом и подошедшей Санди, которая, как Алиса и догадывалась, находилась все время на крыше, готовясь метко выстрелить. Они вели ее в свое «логово». В место, где властвует маленькая кучка выживших людей. Людей, желающих добиться справедливости. Среди них Алиса, конечно, будет выделяться, но она справится, расскажет свою историю, поможет, чем сможет. Поэтому Алиса не поворачивалась назад.