manque

      С того момента Тэхён и Бомгю, казалось, стали еще ближе. Чхве так и не смог признаться, но это его и не волновало. Он довольствовался той близостью, что возникла и укрепилась между ними. Казалось, словно все было понятно и без лишних слов.       Они так же часто проводили время как вдвоем, так и в компании. Выбирались в город, шарахаться меж магазинных полок и раздражать обычных покупателей своим смехом. Устраивали пикники, шумно праздновали дни рождения друг друга, помогали с домашними заданиями, оставались на ночевки, громко ссорились чуть ли не до драк, но мирились уже через пятнадцать минут, выслушали уже около сотни замечаний от учителей и примерно столько же сделали совместных фотографий.       Так они и не заметили, как пролетел уже год. Последний учебный год.       Школа осталась позади. На выпускной церемонии Кай, держа фотоаппарат в руках, громко хныкал, что друзья бросили его на еще один год в одиночестве доучиваться, в то время как все дружно с этого смеялись и утешали самого младшего. Ёнджун откуда-то приволок бутылку с шампанским, и с оглушающим грохотом открыл её. Пробка чуть не попала в директора, парни разразились ором и скрылись за воротами учебного заведения.       Пока они бежали и заливались смехом, Ёнджун уже успел разлить половину шампанского на землю, настолько быстро они удирали с места преступления.       Очухались они уже в каком-то дворе, приземляясь на скамейку в попытке отдышаться.       – Ёнджун, ты сумасшедший…– переводя дыхание срывается с уст Субина, пока тот расплывается в улыбке.       – Зато я твой сумасшедший! – констатирует Ёнджун и тянется за поцелуем, как слышит громкие недовольные «ууу» от младших.       Субин и Ёнджун действительно стали той самой сладкой парочкой, которая всех раздражает и которым каждый втайне завидует.       Все рассмеялись и начали передавать бутылку друг другу по кругу, в надежде отхлебнуть остатки шипучего напитка.       – Так что, какие у кого планы после школы? – Вдруг начал Субин, – Я все же решил остановиться на психологии. Хочу помогать людям.       – Это точно твой конек…– согласно кивает Ёнджун. Он проверил это на себе в свое время, – …ну, про меня ты знаешь. Дизайн! Все будут носить шмотки от меня, вот увидите.       – Я точно не буду, тебе же назло. – ухмыляется Бомгю, из-за чего Ёнджун показывает ему язык.       – Я уже присмотрел себе факультет бизнеса в местном университете. – влился в разговор Тэхён.       От этого факта Бомгю полегчало. Вероятность того, что Кан мог уехать учиться за границу всегда оставалась камнем на сердце Чхве, но, видимо, все обошлось.       – А ты, Гю?       – Я?       Бомгю задумался. Он до сих пор не выбрал, куда поступать. Его уже все миллион раз об этом спросили, и родители настойчиво интересовались, но он всё пожимал плечами и отнекивался. Его ни к чему не тянуло, кроме музыки, но конечно, им не понять. Мама постоянно подкидывала какие-то листовки от университетов с направлением «журналистика», но не то, чтобы это правда интересовало Бомгю. Однако, ему казалось, что данное направление не очень-то и сложное…только если это заставит родительское сердце успокоиться, то он, так уж и быть, согласится.       – …журналистика, наверное.       Ёнджун вскинул брови.       – Ты ж ниче не пишешь кроме музыки…журналистикой и не пахнет.       – Знаю, – Бомгю отмахнулся рукой, – я особенно не горел идеей поступать куда-то…но корочка, пожалуй, лишней не будет.       Нависла спокойная тишина. Каждый задумался о чем-то своем. Ясно было одно – как бы судьба их не раскидала по разным учебным заведениям, они навсегда останутся вместе, рядом. Будут помогать друг другу и видеться, хоть уже, скорее всего и реже, но точно. Они уже не могут представить свою жизнь друг без друга.       Осознание того, что Бомгю теперь будет реже видеть любимое лицо Тэхёна, явно расстраивало. Вечером Чхве перерыл все университеты, где есть журналистика, остановившись на том, что находился ближе всех к Тэхёнову.       «Может, хоть так мы будем видеться чаще. Они буквально соседствуют».

***

      Чхве до последнего себя обманывал. Обманывал, что его все устраивает в их с Каном отношениях. Но все же ему мало Тэхёна. Да, они близки. Да, им хорошо вдвоем. Но Бомгю все же хочет чего-то большего…и почему-то где-то в уголочке разума теплела мысль, что это, возможно, даже взаимно.       – Экзамены уже позади, так, когда ты ему признаешься? Если не ты, то я это сделаю!       С угрозой заявляет Ёнджун, спихивая Бомгю с кресла в кофейне.       Младший пообещал, что признается Тэхёну прежде, чем они поступят в университеты. Во время выпускных экзаменов этого делать, конечно, не хотелось, но старший был прав. Они уже успешно сданы…       – Да знаю я! – поправляет свою одежду Бомгю и упирается взглядом в недопитый холодный кофе, – После вечеринки.       Компания договорилась отпраздновать окончание школы и начало студенческой жизни, закатив очередную вечеринку. Бомгю казалось, что это отличное время и место. На их первом подобном сборище Субин и Ёнджун признались в том, что они пара. Будет весьма символично, если появится новая, на такой же домашней вечеринке.       Ёнджун активно закивал.       – Честно говоря, мне уже давно осточертело выслушивать твои сопливые бредни про Тэ и наблюдать за вашим бездействием.       – «Сопливые»? Джун, очнись! Если кто-то и сопливый, то это вы с Субином.       Шум от этого столика после этой фразы стал в разы громче, привлекая к себе внимание не только персонала, но и других посетителей. Прервать возгоревшийся спор смог только звон телефона.       – Субини, малыш, я так ждал твоего звонка…– чуть ли не пропел своим тошнотворно-приторным тоном Ёнджун, из-за чего Бомгю закатил глаза.       – А я говорил… – тихо сквозь зубы процедил младший, допивая свой напиток.

***

      – Какой-то ты совсем нервный сегодня, Гю.       Подмечает Тэхён, когда вечеринка в самом разгаре. На фоне Ёнджун ругается с Каем за право выбора ужастика, который они сегодня посмотрят, пока Субин откровенно с них смеется.       – Тебе кажется! – Бомгю начинает отрицательно вращать головой, пытаясь нащупать рукой хоть какую-нибудь бутылку со спиртным, активно избегая зрительного контакта с Тэхёном.       Кан подозрительно сузил глаза. За все время их общения он уже мог читать Бомгю как открытую книгу, так что разоблачить его вранье было не так уж сложно. Скорее вставал вопрос – к чему он вообще врет? Во всяком случае, он докапываться не будет. Если Чхве захочет – он расскажет. Ну, как минимум, Тэхён на это надеется.       Когда братья все же приходят к консенсусу и наконец-то включают фильм, Бомгю и вовсе начинает нервничать еще больше. Прошло всего тридцать минут с начала, а уже успело выскочить как минимум два скримера, и каждый раз это заставляло прижиматься к рядом сидящему Тэхёну, из-за чего тот только тихо посмеивался, заставляя Бомгю засмущаться и отлипнуть, наливая очередной бокал дешевого алкоголя и залпом его поглощая в надежде утихомирить слишком громко бьющееся сердце.       К концу фильма у Чхве уже плывет в глазах. И веселее, почему-то, не становится, хотя обычно эффект был абсолютно противоположный.       Ёнджун решает уединиться с Бомгю на кухне под предлогом того, что тарелки со снеками внезапно опустели, необходимо срочно их пополнить, и один он точно не справится.       – Что с тобой происходит?! – сразу же начинает Ёнджун, едва они проходят на кухню.       – Ничего?       – Тогда я вентилятор. – заключает старший, открывая пачку чипсов и оперативно высыпая содержимое в глубокую пиалу, – Ты меня за придурка не держи, Чхве. Ты такой нервный и бледный бывал только на уроках алгебры.       Бомгю нервно сглатывает и потирает висок.       – Ну, я же должен сегодня ему признаться…       – О, боже. – Ёнджун цокает языком, – Все будет в порядке. Даже если он тебя и отвергнет, что вряд ли, вы все равно останетесь хорошими друзьями.       – А если нет?       – Иначе и быть не может.       В конце Ёнджун дарит младшему теплую улыбку, которая селит толику успокоения в душевные метания Бомгю.       – Тебе нужно расслабиться чуточку больше…можно, например—       – Эй, вы там надолго застряли? Мы сейчас в бир понг играть собираемся, давайте шустрее!       Задорный голос Кая прерывает старшего, но глаза того, кажется, загорелись лишь сильней.       – Точно. Можно еще чуть-чуть выпить для храбрости, а бир понг отличная идея. Пошли-пошли!

***

      Как и ожидалось, из-за чрезмерной растерянности Бомгю в этот вечер, он пропускал все мячики, и в итоге ему не оставалось другого выбора, кроме как опустошать стаканы один за другим. Это привело к очевидным последствиям: Чхве окончательно опьянел.       – …я же говорил «чуть-чуть» выпить, а не…а, черт с тобой, придурка кусок.       Бурчит Ёнджун, приземляя уже слабо контролируемого младшего на кресло.       – Мне уже пора, так что я отведу Гю домой.       Появившийся за его спиной Тэхён, кажется, сейчас спасет всю ситуацию. И, заодно, судя по всему, план Бомгю все же осуществится. Ёнджун активно кивает и помогает обуть младшего, попутно прощаясь с ними.       Тэхён закинул руку Бомгю через свое плечо, в результате чего их лица находятся друг к другу запредельно близко. Почти как на той новогодней вечеринке. На улице уже сумерки, фонари начинают плавно зажигаться. Чхве не может оторвать взгляд от лица Тэхёна, потому что их свет отражается бликами в его огромных карих глазах, что само по себе завораживало.       – От тебя так сильно несет алкоголем…кто-то сегодня знатно перебрал, верно?       До Бомгю даже не сразу доходят чужие слова, потому что он не может вернуться в реальность, будучи очарованным такой близостью с предметом своего обожания. Так что в ответ Кан получает лишь короткое «хе-хе», из-за чего Тэхён и сам начинает глупо улыбаться.       – Нам нужно присесть…– Бомгю указывает в сторону ближайшей скамейки.       Собственно, так они и поступили. Теплый июньский ветер треплет их волосы, пока Чхве пытается насладиться моментом и наконец собраться. Именно в такой обстановке он перестанет скрывать свои настоящие чувства.       Бомгю переводит влюбленный взгляд на Тэхёна. Второй, в свою очередь, неловко улыбается и с легким недоумением смотрит на друга.       – Мне плохо…– вдруг тихо начинает Чхве.       – Ну, естественно…ты столько выпил. – с нервным смешком констатирует Тэхён.       – Нет. Мне плохо от любви к тебе.       Сердце Тэхёна пропускает удар. Может, он все не так понял?       – О, конечно, Гю. Я тоже очень дорожу таким другом, как ты…       Это «друг» так режет слух Бомгю, но он все равно продолжает.       – Нет, ты не понимаешь. Я люблю тебя больше, чем просто друга.       Тэхён заметно мрачнеет, на лице появляется совсем кривая натянутая улыбка.       – Нет. Это ты просто ужасно пьян.       – Мы тут фактами обмениваемся? – Бомгю усмехается. Все продвигается странно, совсем не так, как было в его вымышленном сценарии, – Да, я сильно пьян, и не менее сильно в тебя влюблен.       – Нет.       Тэхён до сих пор отпирается, потому что не может это принять. Сердце колотится, словно бешеное, пока Бомгю в свою очередь кажется абсолютно расслабленным. Когда они успели поменяться состояниями?       – Мне лучше знать! Я и не пьяным могу это подтвердить. Я уже давно влюблен в тебя, Тэхён. Просто все никак не мог собраться и сказать это…       Кана, кажется, окончательно охватывает паника, потому что даже наигранная улыбочка плавно сползает. Он бегает взглядом по округе и никак не может найти себе места.       – Нет. Это неправильно…так нельзя! Это все было ошибкой. Этого не должно было произойти…       В конце концов выпаливает Тэхён, и срывается с места.       Бомгю словно резко окатили ледяной водой. Он смотрит вслед удаляющемуся силуэту Тэхёна, чувствуя, как с каждым чужим шагом на его сердце появляется все больше и больше трещин.       Что это было? Ему только что…отказали? Почему реакция Тэхёна полностью расходится с его действиями?       Эти и другие вопросы начали раскалывать голову Бомгю по швам, пока он с трудом нашел в себе силы чтобы подняться и кое-как добраться до дома.       Им необходимо обсудить все это чуть позже…