Вне времени

      Глава 46              

      

Время повествования: Декабрь 2005 / Время Драко: Декабрь 2005

             Драко Малфой       – Я знаю, как все исправить. Вы ничего не потеряете: ни друг друга, ни ребенка, ни свою любовь.       Гермиона светилась надеждой, когда взглянула на Драко, и его сердце забилось быстрее от того, какой счастливой она выглядела. Драко же настолько привык, что беда никогда не приходит одна, что не был готов сразу поверить словам Тео, как это моментально сделала девушка.       – Объясни, – резко сказал Драко. Тео серьезно кивнул, уже не улыбаясь.       – Так, да. Это довольно сложно понять, – он окинул взглядом всех присутствующих, как будто ставя под вопрос их умственные способности.       – Плевать, – Драко терял терпение. – Говори уже.       – Ладно, – Тео снова кивнул. – Так, я изучаю теорию множественных альтернативных реальностей уже какое-то время.       – С каких это пор? – перебила его Гермиона. Драко хотелось взорваться из-за поведения жены, ведь она прервала едва начавшееся объяснения Тео, но он сдержался.       – О, эм... Начиная с того момента, как Драко рассказал мне о своей ситуации. Но особенно углубился я летом, – уточнил Тео, поглядывая то на Гермиону, то на Драко.       – Надо было сказать нам, Тео, – ответила девушка. – Мы бы помогли.       – Я не знал, приведет ли это к чему-то. И как я понял, Драко не особо горел желанием провести потенциально последние месяцы жизни в библиотеке Нотт-Мэнора, ведь есть куда более приятные занятия. Жарить стейки, например, – последнее предложение он пробормотал себе под нос, но Драко услышал и не смог подавить улыбку.       – Можем мы ускориться и перейти к той части, где ты расскажешь, как именно все исправить? – спросил он.       – Да, согласен с Малфоем, – подхватил Уизли. – Можете обсудить, какая Нотт зубрилка, позже.       Тео презрительно усмехнулся ему, затем повернулся к Драко и Гермионе.       – Что ж, я начал изучать концепт альтернативных реальностей, – он указал на бумаги, разбросанные по всей постели. – И я нашел такой способ разорвать петлю до смерти Драко, который позволит вам сохранить все, как есть, – Тео коснулся стены чуть выше даты последнего прыжка. – Прими зелье после предпоследнего путешествия во времени.       Сердце Драко замерло. Неужели так просто? Он надеялся услышать что-то другое.       – Мы думали об этом, Тео. Для Гермионы тогда произойдут все встречи с будущим Драко, но этот последний прыжок был очень важен для меня в самом начале. Если он не случится, Драко в прошлом может принимать абсолютно другие решения.       Тео ухмыльнулся.       – Но вы забыли о ребенке.       – Что? – спросила Гермиона. – Причем тут ребенок? – она, сама того не осознавая, положила руки на живот.       Тео улыбнулся девушке и взял ее за руки.       – Твои слова направили меня в нужное русло. Когда ты сказала, что ребенок станет якорем реальности. Так вот, он может стать и якорем событий временной петли, этой реальности. Или какой-то другой, очень похожей на эту.       – Что? Как? – спросил Драко. Он никогда не думал о чем-то подобном. Мысленно Драко ругал себя, что забросил исследования и не стал заниматься этим вопросом, а бессмысленно тратил время, летая и изучая новые заклинания.       – Так, мы добрались до самой сложной части, – предупредил Тео. – Как вы знаете, во Вселенной бесчисленное множество альтернативных реальностей. Существует отдельная альтернативная реальность для каждого принятого решения отдельно взятого человека. Например, есть реальность, в которой ты приглашаешь Гермиону на свидание, но она отказывает. Или в которой она все-таки решила отложить свадьбу. Или не вернулась к тебе, чтобы нейтрализовать действие зелья извлечения. И есть также реальность, в которой ваш ребенок никогда не был зачат.       Драко кивнул.       – Это понятно. Переходи к той части, где начнется объяснение про якорь.       – Все это время вы думали, что любое маленькое изменение событий возымеет огромный эффект, но это слишком простой подход.       – Это ведь эффект бабочки, Тео, – снова перебила его Гермиона. – Закон любых путешествий во времени.       – Один из, – поспорил Тео. – Но его нужно рассматривать не сам по себе, а вкупе с физикой и законом сохранения магической энергии.       – То есть? – вмешался Драко, не давая Гермионе шанса снова перебить Тео.       Тео снова указал на стену.       – Если выполнить прыжок во Флориш и Блоттс, тогда все взаимодействия с Гермионой в прошлом будут выполнены. Все ее встречи с будущим Драко произойдут. Да, ты пропустишь самую первую встречу с Гермионой в будущем, но учитывая, что для нее все события временной петли сбудутся и учитывая ее нынешнюю беременность, получаем два волшебных существа – Гермиону и ребенка – против тебя одного. Разве не понимаете? Гермиона беременна, а это значит, что при разрыве петли понадобится магическая энергия не только для отмены произошедших событий, но и исчезновения ребенка. Для подобного нужно очень много энергии. Если ты, Драко, не совершишь последний прыжок, события, разумеется, изменятся. Скорее всего, твой отец погибнет, ты будешь иначе относиться к Гермионе в самом начале. Но все будет способствовать тому, чтобы вы были вместе, чтобы ваш ребенок был зачат.       – Что? Ты уверен? – спросила Гермиона. Драко огляделся, и увидел, что все присутствующие пребывали в недоумении. Было бы рискованно сразу поверить в идею Тео, но сам автор теории, казалось, был убежден в своей правоте.       – Подумай об этом так, – продолжил Тео. – Представь, что все возможные альтернативные реальности расположены очень близко друг к другу, и чтобы переместиться из одной в другую необходимо определенное количество магической энергии. Вот тут находится наша реальность. Рядом с ней – очень похожая, с какими-то незначительными изменениями. Например, в этой ближайшей альтернативной реальности Поттер не пришел сегодня на ужин. Чем дальше альтернативная реальность находится от нашей, тем сильнее различия между ними. Но существование или отсутствие человека – это огромная разница. Реальность, где ребенок существует, и реальность, где его нет, находятся на огромном расстоянии друг от друга.       – И ты считаешь, что если мы пропустим первый прыжок, – восторженно сказала Гермиона, – мы попадем в ближайшую альтернативную реальность, потому что для этого понадобится меньше энергии. Думаешь, мы с Драко там будем вместе? Думаешь, я все еще буду беременна?       Тео кивнул.       – Вы так говорите, как будто существует только одна возможная реальность, в которой вы вместе, но на самом деле их миллионы, и отличаются они друг от друга несущественно. Зная вас и вашу способность достигать желаемого, вы вообще в любой реальности сможете обрести друг друга.       Драко взглянул на Гермиону. Она нервничала, он тоже. Предложение Тео было огромным риском, стоит ли оно того? Что если план не сработает? Драко не хотелось даже думать о подобном.       – У меня вопрос, – вмешался Гарри. – Что случится во время первого прыжка, если Малфой примет зелье?       Тео снова указал на стену.       – Здесь все равно появится его прошлая версия, но наш Драко не сменит ее в другом времени. Так что прошлый Драко увидит вас вместе, или нет, это зависит от того, что вы сами захотите сделать. И, скорее всего, Люциус умрет.       – Но разве это не станет слишком большим изменением в магической энергии времени? – спросил Блейз. Драко поразился, что он так внимательно слушал и понимал слова Тео.       – Если существует хоть какой-то способ Люциусу спастись, он выживет, потому что ты прав. Вселенной проще заменить нашу реальность наиболее похожей. Но если Люциусу не удастся увернуться от того, что убило Драко, тогда он погибнет. В таком случае, когда прошлый Драко вернется в свое время, он обнаружит тело отца, и жизнь продолжится. Будут прыжки, в которых он узнает о совместном будущем с Гермионой. И прыжки будут продолжаться, пока они не решат их прекратить.       – Но откуда мы узнаем, что нужно их прекратить? – спросила Гермиона. – Люциус был единственной причиной, по которой мы вообще все выяснили.       Тео пожал плечами.       – Это, конечно, изменится, но я уверен, что ребенок никуда не денется. Ваши воспоминания тоже изменятся, как и обстоятельства всех событий петли, но ты забеременеешь. Может, когда прошлый Драко появится здесь во время последнего прыжка, вам следует обсудить с ним логистику того, что обязательно должно произойти в его жизни. Так сказать, дать наставление.       – Все это ужасно запутанно и непонятно, – пробормотала Дафна Джинни, которая сочувственно ей кивнула.       – Объясни еще раз, – сказал Драко. – И покажи свои исследования.       Тео рассказал все еще дважды, продемонстрировал свои записи. Все, за исключением Гермионы, Драко и Гарри, ушли примерно через час, чтобы все-таки поужинать. Драко даже не заметил. В его голове был полнейший хаос из мыслей. Он перебирал все возможные способы развития ситуации. Тео был уверен в своей теории, но, кажется, доказать ее было невозможно.       – Как ты смог так много изучить за такое короткое время? – спросила Гермиона.       – Это ерунда, – пробормотал Тео, но девушка покачала головой и обняла друга.       – Спасибо, Тео.       – Мне помогали, – признался он. – Беннет перевел мне уйму дневников, но он не в курсе, для чего все это было нужно. Он думает, что Драко умирает от редкого заклятия.       – Нужно поблагодарить его, когда увижу, – сказала Гермиона, поворачиваясь к Драко. – И? Что думаешь?       – Это огромный риск, – ответил он.       – Все в этой жизни рискованно, – улыбнулась девушка. – Но решение за тобой.       Драко покачал головой.       – Это наше решение, Гермиона. Всегда было.       Она взяла с кровати пустой лист пергамента и разорвала пополам, затем передала одну половину Драко, а на своей быстро что-то написала.       – Что они делают? – прошептал Тео Гарри.       – Понятия не имею, – так же шепотом ответил аврор.       Гермиона сложила лист пополам и передала Гарри. Драко сделал то же самое и отдал свой лист Тео.       – Что происходит? Что мне с этим делать? – спросил Тео.       – Разверни и прочитай вслух, – попросила Гермиона, смотря на Драко.       – Шанс на жизнь с Гермионой и нашим малышом, – прочитал Тео. – Так вы попробуете? – спросил он удивленно, как будто не верил, что Драко послушает его.       Драко не ответил на вопрос. Он смотрел на жену, ожидая ее реакции. Гермиона широко улыбалась, так что Драко уже не нужно было, чтобы Гарри прочитал ее ответ.       – Я доверяю Тео. Давай попробуем, – Гарри поднял глаза от пергамента.       – Блять, – выругался Тео. – Вы ведь оба меня убьете, если я где-то допустил ошибку, да?              Люциус Малфой       Люциус работал в кабинете, когда услышал ход семейных часов. Он инстинктивно поднял глаза и увидел, что стрелка Драко сдвинулась с надписи Дом в Лондоне. Мужчина уже хотел вернуться к бумагам, но стрелка сына переместилась к словам Малфой Мэнор. Люциус встал и направился к двери, но не успел сделать и двух шагов, когда в кабинете появился Драко.       – Отец. Ты здесь, – Драко был напряжен, но, кажется, в хорошем смысле. Глаза светились надеждой и радостным ожиданием, он начал расхаживать по комнате.       – Да, я здесь. Тебе что-то нужно? – Люциус вернулся за стол и молча ждал, пока сын соберется с мыслями и расскажет, в чем причина его столь странного настроения.       Драко подошел к столу, но резко остановился, увидев разложенные перед отцом бумаги.       – Ты над этим работаешь? Но... Я думал, ты принял Гермиону! – теперь глаза сына горели от злости, и такая резкая смена почти противоположных эмоций встревожила Люциуса.       – Откуда ты знаешь, что это за бумаги?       Драко отвернулся, но мужчина успел увидеть раскаяние на его лице. Точно так же сын выглядел в детстве, когда совершал какой-то проступок.       – Ты обыскивал кабинет в прошлом году, когда мы с твоей матерью уезжали в отпуск, не так ли? Я знал, что здесь кто-то был, но не знал, кто конкретно. Честно говоря, я полагал, что это сделала твоя жена, а не ты.       Драко пожал плечами.       – Не пытайся сменить тему. Зачем ты работаешь с этими бумагами? Я знаю, что это список древних законов, которые предотвращают даже возможность того, что наши с Гермионой дети унаследуют состояние Малфоев.       Люциус слегка разозлился, но решил пропустить дерзкий тон сына мимо ушей. В конце концов, Драко лишь пытался защитить свою семью. Мужчина взял свиток со стола и передал сыну.       Драко злобно посмотрел на отца, но взял пергамент и внимательно прочитал, после чего удивленно уставился на Люциуса.       – Ты пытаешься аннулировать эти законы?       Люциус кивнул.       – Технически, я пытаюсь их переписать с поправками. Подобные законы невозможно аннулировать, но можно попытаться внести определенные изменения. К счастью, твоя жена весьма хорошо владеет лазейками в сфере магического законодательства. А еще у нее неплохие связи в Визенгамоте.       Драко покачал головой и отдал свиток отцу, затем сел напротив.       – Прости, отец, что я подумал...       – Неважно, Драко. Полагаю, ты пришел не за этим. Так чем я могу тебе помочь?       – Это длинная история, но Тео провел кое-какое исследование на тему альтернативных реальностей и путешествий во времени. Он пришел к выводу, что если я приму зелье извлечения перед последним прыжком, когда все мои взаимодействия с прошлой Гермионой будут выполнены, мы не потеряем друг друга после разрыва петли. Это связано с законом сохранения энергии и тем, что этой энергии потребуется слишком много, чтобы ребенок не был зачат.       – Понимаю, – ровным тоном ответил Люциус, пытаясь придать лицу безразличное выражение. По правде говоря, теория Тео Нотта была ему совсем не понятна, но он догадался, что Драко-таки решил разорвать петлю. Внутри бушевала смесь облегчения и страха от собственной скорой смерти во имя спасения сына.       – Мне жаль, отец, – тепло отозвался Драко. – Тео сказал, что есть возможность твоего спасения. Очевидно, что Вселенная предпочтет именно такой вариант развития событий.              Люциус отмахнулся.       – Я бесчисленное множество раз просмотрел воспоминание того дня. Если бы ты не оттолкнул меня, я погиб бы. Но все в порядке, Драко. Этого я и хотел. И я рад, что ты сохранишь свое счастье даже в альтернативной реальности, – он глубоко вдохнул и сел прямее. Ему всегда помогали мысли об осанке, чтобы отвлечься от переживаний.       – Я использовал зелье извлечения, которое ты дал, прошлым летом, – продолжил Драко. – У тебя есть еще?       – Нет, но его можно приготовить, – Люциус встал и подошел к сейфу, обрадовавшись, что сможет заняться делом и отвлечься. Он надрезал ладонь и приложил к ручке сейфа. Когда толстая дверь открылась, Люциус шумно выдохнул. Внутри ничего не было.       – Что такое? – Драко был удивлен не меньше отца. – Куда он делся?       Люциус покачал головой.       – Я понятия не имею.       – Когда ты видел осколок в последний раз? – спросил Драко. Люциус был рад, что вопрос не звучал обвинительно.       – Прошло уже несколько лет с тех пор, – признался мужчина. – В 2002, когда приготовил зелье, я убрал осколок сюда. Тогда и видел его в последний раз.       – Я видел его в прошлом году, когда обыскивал кабинет. Получается, он исчез в этом временном отрезке, – Драко достал палочку и наложил на сейф несколько заклинаний, но ни одно из них не дало никакой полезной информации.       – Только четыре человека могут открыть сейф, – сказал Люциус, когда Драко разочарованно опустил палочку.       – Это точно не Гермиона. Она даже не знает, где хранится осколок, и, честно говоря, не думаю, что она в курсе, как открыть сейф.       – Я не брал его, Драко, – быстро сказал Люциус. – Прошу, поверь мне.       Драко кивнул и повернулся к портрету на стене, который изображал Люциуса, Нарциссу и белокурого мальчика.       – Остается только мама, так? Но это ерунда какая-то.       – Позволь мне с ней поговорить. Посмотрим, что мне удастся выяснить, – убедил его Люциус, утешающе похлопав сына по плечу.       Драко выглядел разбитым, он опустил голову и тихо сказал:       – Я не должен был позволить Гермионе надеяться. Я должен был предугадать, что случится что-нибудь подобное. Ничего никогда не кончается в нашу пользу, так почему я думал, что в этот раз будет иначе...       – Драко, время все еще есть. Мы найдем осколок маховика, – Люциус вложил в слова всю уверенность, на которую был способен, но на самом деле, он не знал, получится ли у них. – И не забывай, – добавил мужчина, стараясь не допустить горечи в голосе, – есть ведь еще один вариант спасти тебе жизнь.       – Что? – глаза Драко блестели от слез, и это напомнило Люциусу о том времени, когда сын был ребенком. Мужчина сделал глубокий вдох.       – Все очень просто. Когда попадешь в кабинет, где будет полнейший хаос, спасись сам и дай мне умереть.              Гермиона Грейнджер-Малфой       Драко и Гермиона провели утро Рождества у Поттеров в доме на площади Гриммо. Джинни все еще страдала от нехватки сна, вызванной новорожденным ребенком, так что хотела пропустить шумную вечеринку в Норе. У них с Гарри на неделю оставался Тедди, пока Андромеда навещала родственников за границей.       Драко играл с Тедди в одной из спален, и Гермиона обрадовалась, что эти двое смогут провести время только вдвоем, пока Джеймса уложили спать. Она посмотрела на часы и вздохнула. Скоро им придется уйти на ужин с родителями. Хорошо, что там будут и Тео с Беннетом.       Ее мама и папа все еще были очень расстроены скорой смертью зятя. Джин хотела лишь обсуждать планы по поводу ребенка, но Гермионе меньше всего хотелось говорить на эту тему сейчас. У нее будет куча времени позаботиться обо всем после марта. А сейчас девушка хотела сосредоточить свое внимание на Драко.       Была надежда на теорию Тео, но Гермиона старалась не слишком много думать об этом. Для начала нужно отыскать пропавший фрагмент маховика. Люциус сказал Драко, что разговор с Нарциссой ни к чему не привел – женщина заверила, что годами не приближалась к сейфу.       – Пойдем спасем твоего мужа? – спросил Гарри, вставая с дивана.       Гермиона кивнула и тоже поднялась на ноги.       – Нам все равно пора идти. Хочу заскочить домой перед ужином с родителями.       Поднимаясь по ступенькам, девушка слышала смех Драко. Услышав свое имя, она остановилась у двери в комнату Тедди. Гарри встал позади и вопросительно приподнял бровь, но Гермиона не обратила на него внимания. Она навострила уши, стараясь услышать разговор мужа и его племянника.       – У вас с тетей Гермионой правда будет ребенок? – спросил Тедди.       – Да, и знаешь, я уверен, что это будет мальчик, – Гермиона закатила глаза на слова Драко. С момента, когда они узнали о беременности, муж был уверен, что родится сын. Девушка же принципиально заняла противоположную позицию. На самом деле она понятия не имела, какого пола будет ребенок, и ей было все равно, лишь бы он был здоровым.       – И как вы его назовете? – спросил Тедди.       – Без понятия. Это решит тетя Гермиона, – сердце девушки замерло от этого ответа. Они должны были принимать подобные решения вместе. Гермиона опустила голову, пытаясь сдержать слезы, пока Гарри гладил ее по спине.       Она хотела уже войти в комнату, но Драко снова заговорил.       – Тедди, мне кое в чем нужна твоя помощь.       – Ладно.       – Мой сын... Мне нужно, чтобы ты присматривал за ним, когда он родится, хорошо?       – Почему?       – Иногда ему будет одиноко, потому что у него нет братьев или сестер, совсем как у тебя. Так что я подумал, может, ты возьмешь его под свое крыло? Защищай его, если кто-то захочет обидеть. Сможешь сделать это для меня? – Гермиона слышала, что Драко тяжело даются эти слова, и сама глубоко дышала, чтобы не заплакать.       – Как старший брат?       – Да, как старший брат.       Девушка больше была не в силах сдерживать слезы. Гарри обнял ее, прижал к груди, давая возможность выплакаться.       – Тедди не единственный, кто будет присматривать за ним, – прошептал он Гермионе.       – Или за ней, – ответила она.       Через пару минут Гарри вошел в комнату и забрал Тедди, сказав, что Джинни срочно нужна его помощь с ужином.       – Ты в порядке, тетя Гермиона? – спросил Тедди, увидев, как она вытирает глаза.       Гермиона кивнула, а Драко добавил:       – Иногда беременные девушки не могут контролировать эмоции, – он слегка улыбнулся жене. – Поттер любит уши развешивать, да? – спросил Драко, когда они остались вдвоем и уселись на кровать Тедди.       – В этот раз это была я, прости, – пробормотала Гермиона.       Драко прижал жену к себе и поцеловал в макушку.       – Прощаю. Это не самый худший из твоих проступков.       Гермиона засмеялась.       – Точно не самый худший. Эм... О том, что ты сказал Тедди, когда он спросил об имени ребенка. Давай выберем вместе. Можно выбрать имя для мальчика и для девочки.       – Нам не понадобится девчачье имя, – уверенно сказал Драко, отчего девушка снова закатила глаза. – Но вот для мальчика... – он уставился в потолок, видимо, ожидая вдохновения. – Я всегда хотел назвать сына Скорпиус Гиперион Малфой.       – Абсолютно точно нет, – сразу ответила Гермиона. – Я никогда не назову так своего ребенка.       Драко улыбнулся.       – Ты ведь уверена, что это девочка, так чего тогда волноваться, хорошее ли я выбрал имя для мальчика?       Гермиона встала и сложила руки на груди.       – Ладно. Я выберу имя для девочки, а ты – для мальчика. Но прошу, подумай чуть больше десяти секунд. Скорпиус Гиперион Малфой – отвратительное имя.       Драко засмеялся и притянул жену к себе, так что теперь она стояла между его ног. Автоматически ее руки обвили его шею.       – Полагаю, ты пришла сказать, что нам пора идти?       Девушка кивнула, но не сдвинулась с места, задумавшись.       – Что такое? – спросил Драко.       – Вся эта таинственность, связанная с исчезновением осколка маховика. Мы знаем, что он где-то рядом, потому что лишь из-за него ты возвращаешься в свое время, попадая в прошлое или будущее, но где же он?       – Кто-то из моих родителей взял его, но я уверен, что отец мне не соврал. Он был удивлен не меньше моего, когда сейф оказался пуст. Но зачем маховик понадобился моей матери?       – Может, чтобы спасти твоего отца? – предположила Гермиона.       – Убив меня? Она всегда выбирала меня в прошлом. Почему теперь передумала?       Гермиона опустила голову, прислонившись лбом ко лбу Драко.       – Мы все выясним, обещаю. Я поговорю с мамой, как только она вернется из Франции. Она никогда не умела мне врать.       Девушка кивнула и выдавила улыбку.       – Дорогая, придется стараться получше, если собираешься одурачить Джин Грейнджер, на подобную улыбку она не купится, – пошутил Драко.       – Нет необходимости, мама знает причину моего настроения. Просто... Просто не знаю, Драко. Все еще так много всего, что нам неизвестно о происходящем. Мы не знаем точно, кто стер тебе память во второй раз, а теперь еще и осколок маховика пропал. Жизнь не дает нам ни малейшей поблажки, да?       – Я знаю, Гермиона, – Драко обнял жену, прежде чем встать. – Я тоже понятия не имею, что происходит, но твердо намереваюсь узнать.              

      

Время повествования: Декабрь 2005 / Время Драко: Декабрь 2005

             Драко Малфой       – В какое время сегодня будет прыжок? – спросила Гермиона, пока Драко застегивал рубашку, стоя перед зеркалом.       – В разгар ужина с родителями. Вы повеселитесь, когда мне на смену придет другая моя версия.       Девушка подошла и встала чуть позади, чтобы посмотреть, как сама выглядит. Она недовольно цокнула и пошла переодеться – в третий раз.       – Ненавижу свою одежду, – прокричала она, стоя у шкафа.       – Да, я это уже слышал, – ответил Драко как можно спокойнее. Последнее время Гермиона страдала от жуткого токсикоза, и Драко переживал, что жена совсем не в состоянии ничего съесть без последующего приступа тошноты. Но даже отказ от еды не спасал девушку от отеков, поэтому нынешняя одежда стала ей слегка маловата.       – Ты уверен, что мне нельзя надеть спортивные штаны? – снова спросила Гермиона.       – Можно, конечно, но гарантирую, что мама точно отпустит пару едких комментариев по этому поводу, – оправдался Драко. Снова.       Наконец, Гермиона остановила свой выбор на простом черном платье, плотных черных колготках и ботинках на низком ходу. Она надела бриллиантовый кулон на золотой цепочке – подарок от Драко на прошлое Рождество. Девушка повернулась к мужу и, извиняясь, улыбнулась:       – Знаю, простовато для ужина в Мэноре, но мне наконец-то комфортно, поэтому...       Драко не дал ей договорить и поцеловал.       – Ты выглядишь великолепно.       – Я буду скучать по тебе сегодня, – Гермиона пропустила комплимент мимо ушей и еще раз посмотрела на себя в зеркало.       – Я буду рядом, просто немного моложе. Плюс, сегодня ты расскажешь мне о малыше. Это будет прекрасно.       – Когда я должна это сделать?       – Ты сама поймешь.       Девушка закатила глаза, услышав туманный ответ.       – А ты увидишь, как твой отец дает мне частный урок по танцам, – она слегка улыбнулась воспоминаниям, хотя в тот момент в прошлом у нее были совсем не приятные чувства касательно происходящего.       – Знаю, – глаза Драко загорелись любопытством. – Я с нетерпением жду этого с того самого дня, как ты мне рассказала.       Когда Гермиона закончила поправлять макияж и осталась довольна отражением в зеркале, она повернулась к Драко. Он сидел и наблюдал за тем, как жена собирается. Девушка улыбнулась.       – Готов?       – Скажи мне кое-что, Гермиона, – серьезно сказал он.       – Что? – она немного заволновалась.       – Какого из всех Драко ты любишь больше всего?       – Тебя, конечно же, – улыбнулась девушка.       – Ты ведь сказала бы так любому Драко, не правда ли? – Драко игриво приподнял одну бровь.       Гермиона скрестила руки на груди.       – А какую из Гермион предпочитаешь ты?       Драко надолго задумался. Он не ожидал, что ему самому придется отвечать на подобный вопрос.       – Ту, которая рядом со мной.       – Значит, через пару часов ты будешь любить другую Гермиону больше, чем меня?       – Только пока не вернусь к тебе. Тогда ты снова станешь лидировать, – ответил Драко с мальчишеской ухмылкой.       – Интересно. Даже не знаю, что думать по поводу подобного ответа.       – Он такой же, как и твой ответ, просто сформулирован другими словами, – отметил Драко. – Это ответ человека, который живет моментом, – он встал и подошел к жене, поцеловал ее в щеку и, обняв за талию, повел вниз по ступенькам. Они остановились у камина. – Я не смогу отпраздновать с тобой наступление Нового года, но постарайся повеселиться, ладно? – попросил Драко, перед тем как кинуть в камин горсть летучего пороха.       – Обещаю, – Гермиона улыбнулась, но Драко увидел грусть в ее глазах. – Увидимся в 2006.              

      

Время повествования: Октябрь 2005 / Время Драко: Декабрь 2005

             Драко Малфой        Драко с улыбкой наблюдал, как отец дает Гермионе наставления в танце, но заставил себя отвернуться. Он мог бы наблюдать за ними хоть весь вечер, но нужно было проверить кое-что, раз уж предоставилась такая возможность. Он незаметно вышел из бального зала и направился в кабинет Люциуса.       Комната была пуста, хотя Драко и не ожидал никого там увидеть. Он сразу подошел к сейфу и открыл его. Осколка маховика там не оказалось, и Драко тихо выругался.       – Отличный план, просто отличный, блять, – пробормотал он. Изначально Драко хотел забрать осколок, отдать его Гермионе из этого времени и попросить ее сварить зелье извлечения.       Громко захлопнув сейф и еще раз выругавшись, Драко повернулся к двери. Он думал, что осколок забрала мать, узнав о прыжках, несмотря на заверения отца о том, что Нарцисса бы не соврала ему. Драко не знал, зачем матери понадобился осколок, зачем она солгала, что не брала его, но в этом временном промежутке она до сих пор пребывала в блаженном неведении касательно состояния сына. Так что если Нарцисса была ответственна за пропажу маховика, сейчас он был бы на месте.       Драко совсем недавно снова начал доверять отцу, а теперь неприятные сомнения закрались в душу. Солгал ли он? Применив окклюменцию для подавления возрастающей паники внутри, Драко сделал глубокий вдох. Единственное, в чем он сейчас был уверен – вокруг происходила какая-то чертовщина.       Возвращаясь в бальный зал, он встретил мать в коридоре. Ее голос прервал размышления о пропавшем осколке маховика.       – Драко, что ты здесь делаешь? – спросила Нарцисса с очевидным замешательством в голосе.       – Хотел кое-что проверить. А ты почему сбежала с собственной вечеринки? – оставлять гостей без присмотра было совсем не в характере Нарциссы.       – Ох, я пошла проверить, все ли с тобой в порядке. Увидела, как ты убегаешь ото всех, – она пренебрежительно махнула рукой. Легкомысленный тон матери был для Драко в новинку, сын внимательно посмотрел на нее.       Она что-то скрывала. Драко видел по глазам. Он не знал, что конкретно, но его любопытство зашкаливало. Предложив Нарциссе руку, Драко повел ее обратно в бальный зал. Остаток вечера он внимательно наблюдал за ней, но она не пропадала из виду ни на минуту.              

      

Время повествования: Январь 2006 / Время Драко: Январь 2006

             Нарцисса Малфой       – Мама.       Нарцисса вздрогнула от неожиданности, увидев Драко в зеркале туалетного столика.       – Драко! – она повернулась к нему, плотнее запахивая длинный шелковый халат. – Что ты здесь делаешь? Да еще и такое время?       – Прошу прощения за поздний визит, но я уже давно хочу поговорить с тобой. Ты была во Франции, а вчера не было возможности поговорить наедине перед прыжком.       Нарцисса кивнула и встала.       – Это насчет пропавшего осколка маховика времени?       Глаза Драко заблестели, он кивнул. Сердце Нарциссы замерло, когда увидела надежду на лице сына – слишком сильным был контраст с горечью, которая наполняла серые глаза долгие месяцы.       – Я спрятала его, сделала все, как ты сказал, – призналась она, внимательно наблюдая за реакцией Драко.       – Что? Когда? – удивленно спросил он. Нарцисса сначала не поверила словам сына, когда состоялся их разговор на балу, но Драко точно не помнил их беседу, что сходилось с его словами в ту ночь.       – Бал на Хэллоуин два года назад. Ты подошел ко мне и рассказал об осколке, который хранится в сейфе отца. Ты сказал, что я обязательно должна спрятать его в таком месте, где его невозможно будет найти, – объяснила Нарцисса.       – Я тебе такое сказал? – спросил Драко, не веря своим ушам.       Женщина кивнула.       – Сначала я проигнорировала твою просьбу, потому что ты никогда не заводил эту тему снова, – она отвела взгляд. – Затем, когда Гермиона попросила ключ от кабинета Люциуса, я предположила, что ты сам собираешься сделать то, о чем просил меня. Но я проверила сейф, когда мы вернулись, осколок все еще был там. И тогда я сделала, как ты велел.       Нарцисса сделала глубокий вдох и повернулась к Драко. Увидев, как внимательно и хмуро он смотрит на нее, она вынужденно отвернулась снова, не в силах вынести его тяжелый взгляд.       – Когда ты наконец рассказал мне о прыжках, о том, что может этот осколок... – она замолчала, не в силах договорить.       – Почему ты ничего не сказала? – осторожно спросил Драко.       – Ты заявил, что решил не разрывать петлю. Я думала, это уже не имеет никакого значения, – ее голос не дрогнул.       – Все в порядке, мама. Теперь, пожалуйста, верни осколок.       Нарцисса покачала головой.       – Нет, Драко. Я спрятала его там, где никто никогда не найдет. Как ты и просил.       – Значит покажи, где спрятала! – закричал Драко, теряя контроль, и Нарцисса удивленно моргнула и отступила на шаг. Драко взял себя в руки и смягчился. – Мама, это ключ к тому, чтобы разорвать петлю, ты сама знаешь. И есть шанс, что я смогу выжить и быть с Гермионой и нашим ребенком.       – А что будет с твоим отцом? – спросила Нарцисса, хотя прекрасно знала ответ. Она все поняла по глазам Драко.       – Скорее всего, он умрет, – тихо ответил сын.       – Мне жаль, Драко, но у меня осколка нет. Я сделала все, как ты велел, и мне больно видеть, что я своими руками избавилась от единственного шанса, который может спасти тебя, – Нарцисса вздохнула и отвернулась. – Я понятия не имела тогда, как важен маховик, ведь ты и твой отец слишком долго держали меня в неведении!       – Что ты сделала с осколком? – в отчаянии спросил Драко.       – Я взяла его с собой во Францию и принесла к Зачарованному лесу. Там я встретила туриста, отдала осколок ему и попросила спрятать в лесу. Когда он вернулся, я стерла ему память, чтобы никто не знал, где он спрятал осколок.       – Нужно найти этого человека. Нужно вернуть ему память, чтобы узнать, где осколок.       – Я же говорю, это был турист, я специально дождалась именно его. Он в тот же день вернулся домой, а я понятия не имею, где это. Проще обыскать весь лес, чем найти того самого человека.       Драко был абсолютно разбит, но через пару секунд его глаза наполнились решимостью.       – Значит, именно так я и сделаю, – он повернулся к двери, но Нарцисса поймала сына за руку. Она не ожидала, что он отправится на поиски маховика.       – Драко, Зачарованный лес в пять раз больше Запретного леса и не менее опасен. Ты можешь погибнуть там, – женщина словами и глазами пыталась отговорить сына от дурацкой затеи.       Драко вздохнул и опустил голову.       – Это хотя бы правда? Вся эта история? Я правда сказал тебе спрятать осколок?       Лицо Нарциссы стало безэмоциональным, даже равнодушным.       – Это правда, – четко сказала она.       – А разговор на балу... Ты стерла мне память после? – быстро спросил Драко, как будто пытаясь застать ее врасплох.       – Нет, – так же быстро ответила женщина, слегка обиженная подобным вопросом.       Драко внимательно смотрел на нее еще пару секунд. Затем, видимо, удовлетворив любопытство, он выпрямился и пошел к двери.       – Я должен найти осколок, – сказал он, громко хлопая дверью. Оставшись в одиночестве, Нарцисса выдохнула, сама не осознавая, что все это время стояла, не дыша.       Она подошла к своему туалетному столику, села и долго вглядывалась в собственное отражение. У зеркала была колдография. Маленький Драко с мамой. Она не помнила, сколько ему было тогда, но он уже начал напоминать мужчину, которым стал позже. Нарцисса часами могла разглядывать эту колдографию, особенно когда в Мэноре поселился Темный Лорд.       Она коснулась тонкими пальцами изображения, тихонько открывая ящик туалетного стола. Там, замотанный в белый носовой платок с монограммой, лежал небольшой стеклянный осколок. Тот самый. Слезы застилали глаза, но женщина продолжала смотреть на кусок стекла, а потом закрыла ящик, взяла в руки расческу и монотонно стала расчесывать длинные локоны.       – Прости, Драко, – сказала Нарцисса мальчику на колдографии. – Я люблю тебя, но не могу позволить твоему отцу умереть.              Блейз Забини       – Мистер Забини, Драко Малфой здесь, – сказала ассистентка Блейза, стоя в дверях его кабинета.       – Пусть пройдет, – ответил Блейз, убирая бумаги со стола. Ему было любопытно, о чем Драко хотел с ним поговорить и зачем пришел именно на работу. То, что друг хотел увидеться здесь, а не дома, наверняка означало, что разговор пойдет о чем-то, что не должна знать Гермиона, а это еще больше интриговало Блейза.       Драко держал в руках какие-то папки. Дойдя до рабочего стола Блейза, он аккуратно положил их на дубовую столешницу в определенном порядке. Удовлетворившись положением папок, Драко пустился в детальное описание системы взяточничества и шантажа, которое было в принесенных им документах. Каждая папка была посвящена контролю определенной сферы магической Британии.       – Черт, – про себя выругался Блейз, когда Драко замолчал. – Я всегда удивлялся, что тебе удается не попадать на первые полосы газет, но я даже не думал, что ты используешь такие замысловатые схемы, – он взял папку с компроматом на нынешнего владельца Ежедневного Пророка. В ней оказались многочисленные фотографии с женщиной, которая точно не была его женой. – Черт, Драко, а я-то думал, что ты стал другим и смягчился...       Драко изящно изогнул бровь.        – Я что, принес документы не тому человеку? Ты ведь сможешь продолжить все, когда меня не станет?       Блейз кивнул, стараясь не обращать внимания на боль, которую вызвали последние слова друга. Когда меня не станет. Месяц назад им всем казалось, что с теорией Тео у Драко появился реальный шанс на спасение, но новости о пропаже осколка маховика разбили надежду вдребезги.       Во время последнего прыжка Драко узнал, что попросил мать спрятать осколок, скорее всего, желая уберечь себя от разрыва петли. Нарцисса, как и подобает перфекционистке, идеально выполнила просьбу сына. Драко искал пропавший осколок в опасном и непредсказуемом Зачарованном лесу. Ни сам Драко, ни кто-то из его окружения не верил, что поиски дадут хоть какой-то результат. Лес был слишком огромным, а времени оставалось все меньше.       Это стало причиной разногласий между Драко и Гермионой. Она не хотела, чтобы он попусту тратил время, обыскивая лес, говорила, что он попросту умрет, пытаясь найти осколок, который должен спасти ему жизнь. И, конечно, поиски не давали им провести последние недели жизни Драко вместе.       От Дафны Блейз слышал, что они все же пришли к компромиссу. Драко занимался поисками не более двух часов в день и только в компании Поттера и Уизли. Интересно, что эти двое думали обо всем происходящем. Раз Драко не отменил встречу, значит, осколок они пока не нашли.       Блейз покачал головой и вернулся мыслями в настоящее, к разложенным на столе папкам. Он взял другую, с компроматом на известного политического обозревателя, который недавно стал изгоем во всех издательствах.       – Погоди-ка. Это из-за тебя Картер перестал писать?       – Думаю, он все еще пишет, – Драко пожал плечами. – Я всего лишь причастен к тому, что его статьи перестали публиковать.       – Черт, – снова выругался Блейз.       – Он написал целую серию статей о том, что магглорожденные волшебники не имеют лидерских качеств и не способны занимать руководящие должности. Я его предупредил, что если он надумает опубликовать что-то еще в таком духе, это будет его последняя статья. Он не послушал, – Драко опять пожал плечами, как будто его объяснение было очевидным. Наверняка он искренне в это верил.       Блейз кивнул и взял следующую папку.       – Так вот, Гермиона хочет стать Министром Магии в будущем, а мы с тобой оба знаем, что правильная предвыборная кампания должна начинаться лет за двадцать до самих выборов. Владельцы всех важных газет в курсе, что с ними случится, если они напечатают какую-то дурь о моей жене, мне, нашем ребенке или магглорожденных в целом. Однако, боюсь, они осмелеют, узнав о моей смерти. Поэтому мне нужна твоя помощь.       – Понимаю, – ответил Блейз. Он прекрасно знал, какого рода помощь нужна Драко, и мог ее оказать. – Так ты уже не надеешься найти потерянный осколок маховика? – спросил Блейз, стараясь придать голосу хоть немного легкости.       – Я понял, что ничего не найду, в первый же день поисков. Но я должен искать. Иначе просто сойду с ума, – Драко отвел взгляд и сменил тему. – Я переведу крупную сумму на твой счет, но если понадобится больше, просто попросишь моего отца. И когда придет время и Гермиона будет баллотироваться, надеюсь, ты поможешь ей правильно организовать предвыборную кампанию?       – Разумеется. Бесплатно.       Драко усмехнулся на такой ответ и посмотрел в окно. Блейз не знал, думает ли он о своей старой квартире, которая находится всего в паре улиц от офиса.       – Ты знал о квартире все это время, да? О том, что я доплачиваю тебе постепенно.       – А кто, по-твоему, сказал Гермионе? – усмешка Драко стала шире.       – Вот ведь ведьма... – улыбнулся Блейз. Он поверить не мог, что она так легко обвела его вокруг пальца. – Из нее получится хороший Министр Магии.       Усмешка Драко переросла в искреннюю улыбку.       – Самый лучший.       Сердце Блейза замерло от выражения лица друга. Он отвел взгляд и стал перебирать папки на столе.       Драко вскоре ушел, а Блейз уставился в окно и думал о том, что будет дальше. Дафна прервала его мысли своим появлением. Он увидел ее отражение в окне. Девушка подошла ближе и обняла Блейза.       – Что случилось?       Сначала Блейз молчал, но потом вздохнул и указал на стол.       – Я только что виделся с Драко. Он передал мне все документы, которые использовал для шантажа.       – Ого, все бумаги, которые удерживали газеты от публикаций о нем и Гермионе? – Дафна подошла ближе к столу и просмотрела папки.       – Ты знала? – удивленно спросил Блейз.       – Я была не в курсе деталей, но понимала, что он что-то предпринял. Таблоиды явно не по доброте душевной не напечатали ни единой новости о самой интересной паре магического мира. Не считая нас, разумеется, – с улыбкой добавила девушка.       Блейз кивнул. Дафна была очень умна и сообразительна. Он наблюдал за тем, как девушка просматривала бумаги, и улыбнулся, когда на ее лице появилась фирменная лукавая ухмылка. Но потом лицо Дафны погрустнело. Наверное, она поняла, почему Драко передавал файлы Блейзу. Так он хотел устроить будущее Гермионы и ребенка после своей смерти, которая неумолимо приближалась.       – Он и правда умрет, да? – спросила Дафна. Блейз с горечью кивнул.       – Поттер палец о палец не ударил, – проворчал он. – Какой смысл в дружбе с этим придурком, если он не поможет спасти Драко жизнь?       – Поверь, я знаю. Я поговорю с Джинни, когда увижу ее, – Дафна подошла ближе и устроилась на коленях Блейза. – Мы должны быть сильными ради Гермионы, – тише добавила девушка.       Блейз взглянул на стопку папок на рабочем столе.       – Знаю. Вот же сукин сын.       – Кто? Поттер?       – Нет, Драко. Если бы он умер пять лет назад, когда мне дела до него не было, я бы пожал плечами и продолжил жить как обычно. Но ему же надо было сделать нас настоящими друзьями, любящими, готовыми помочь друг другу, и только потом сдохнуть. Чертов придурок.       Дафна улыбнулась.       – У нас все еще есть Тео. И Беннет вроде не так уж и плох. По крайней мере, для пуффендуйца.       – Они едва ли смогут заменить Драко.       – Знаю. Но, возможно, его сын сможет.       – Может, но пройдут годы, пока с ребенком станет хоть чуть-чуть интересно, – Дафна кивнула и провела пальцем по воротнику рубашки Блейза. – Надеюсь, у него будет копна волос, как у Гермионы, – пробормотал парень.       – Драко бы это не понравилось, – улыбнулась Дафна. Она смотрела на Блейза предназначавшимся только ему взглядом, полным нежности и понимания. Блейз сильнее сжал ее в объятиях.       – Тебе нельзя оставлять меня, Дафна, – прошептал он.       Девушка улыбнулась и оставила невесомый поцелуй на губах Блейза.       – Я и не собиралась.       – Хорошо, – сказал Блейз, превращая невесомый поцелуй в страстный.