Только не забывай...

Я стоял как вкопанный, не в силах сделать и малейшего движения пальцем. Ощущение, что меня не слушается либо тело, либо мозг. Внутри кружил бешеный ураган, который появился будто из неоткуда. Я даже и не знал как реагировать на приход Саули. Про него я совсем забыл. И Адам хорош! Теперь начнётся истерика, эпицентром которой стану я. - О! А мои ожидания оправдались, да, Адам? - финн со слащавой улыбкой посмотрел на Адама, потом на меня. - И давно ты тут тусуешься? Может, уже год? Или два? - Я тоже рад тебя видеть, Сау. - я попытался быть как можно более вежливым. - Я жду ответа! - Сау, ты вообще зачем пришёл сюда? Мы же расстались два дня назад. Ты собрал все свои вещи и ушёл. Что тебе ещё нужно? - Адам говорил спокойно, но голос выдавал его внутреннее состояние. Агрессия, неприязнь, вперемешку с волнением. - Все, да не все! Я забыл тут... А в общем, почему я должен всё объяснять? - Потому что ты находишься в моём доме, и я имею полное право вышвырнуть тебя отсюда в любой момент. - Ой, какие мы грубые! Томми, ты на него плохо влияешь. - я вообще мечтал слиться со стеной, что не получалось, как бы я ни старался и не изучал хамелеонов. - Что, язык проглотил? А он у тебя, если не ошибаюсь, остренький. - Да уж поострей твоего! - он начинал меня изрядно бесить. - Проверим? - Хах! Не боишься? Маму звать не будешь? - Готовь смазку, матершинник, сейчас я тебя... - Так, хватит! Довольно! - а я и забыл про присутствие Адама здесь. Теперь он не скрывал эмоций. - Защищаешь своего слюнтяя? - Заткнись лучше по хорошему, а не то... - Томми... - я, конечно же, на Адама не среагировал. - А то что? - этот финн с загорелой жопой меня бесит! - А то в рот возьмешь! Хотя, тебе не привыкать! - Нашёл, чем пугать! - Хватит! - Адам уже дымился. - Да я тебя сейчас кулаком по ебалу напугаю! Ты, существо беспризорно скитающиеся по соляриям! Извечно наманикюренная амёба! Подавившаяся тушью инфузория туфелька, раздутая самомнением! - Адам, привяжи его на цепь, а то твоих родителей покусает, когда те знакомиться придут. - Перестаньте! Оба!!! Томми! Хотя бы ты заткнись! Вы оба достали меня уже за эти две минуты! - Адам схватился за голову. - Ну неужели ты ненавидишь меня настолько, чтобы... - скорее это был риторический вопрос, адресованный Саули. Адам притих. - Выметайтесь к чёрту. Оба... Я не мог ничего понять. Виноват же во всём Саули, а выгоняют ещё и меня. Адам медленным шагом ушёл в спальню и скрылся за дверью, предварительно хлопнув ею так, что казалось, будто вот-вот посыплется штукатурка. - Ну что, дорогой, доигрался? - с дебильной ухмылкой на лице произнёс финн. - Ты ведь ничего здесь не забыл, верно? - мой голос был поникшим, впрочем, как и моральное состояние. - Не совсем. Вещей я не оставлял, но вот зато оставил спокойную жизнь Адаму, чего допустить никак не мог. И не могу до сих пор. - Какая же ты дрянь... - Я знаю. И, кстати, я этим даже немного горжусь. Финн развернулся на каблуках, махнул мне на прощанье своей худой, мерзкой рукой и вышел на улицу, где его ждало такси. Подождав минут десять и немного поразмыслив над своими словами я направился в спальню к Адаму. Брюнет лежал на кровати лицом вниз. Тело его еле-заметно содрогалось. Моё сердце не смогло вынести этого зрелища и заныло. Больно так, неуютно... Будто бы вокруг него обставили тысячу острых игл, которые вот-вот могут войти в него и поразить. Я присел на краешек кровати, положил руку Адаму на голову и начал легонько, несмело поглаживать, боясь, что он меня прогонит и не захочет больше видеть. Брюнет осторожно убрал мою руку своей. У него не было сил. Он был изнемождён. Я это видел, понимал, даже ощущал. Будто душа у нас одна на двоих. - Адам... Прости меня. - кроме этих слов я не смог выдавить из себя ничего. Да и не нужно было. - Уходи... прошу... - Не гони меня, всё-равно ведь знаешь, что я не уйду. Адам поднял на меня своё заплаканное лицо. Боже, я не могу на это смотреть! Глаза его были чуть покрасневшими, но оставались такими же прекрасными. Ресницы слиплись, а по щеке стекала слезинка. Губы его чуть подрагивали. Такой большой, но такой ранимый и беззащитный... - Томми, прошу, уходи... - Но почему? Что я такого сделал? Я лишь защищал себя от его напастей! - Скажи, а обо мне ты такого же мнения? - Ты о чём? - О твоей фразе, Томми. - Какой фразе? - Той, в которой ты всех геев приравниваешь под одну гребёнку! - он снова уткнулся лицом в подушку и зарыдал уже в голос. Что я мог сказать такого, чем так обидел его? - Про какую именно? Адам, я правда ничего не понимаю. - Про ту самую! "А то в рот возьмешь! Хотя, тебе не привыкать!" - Адам цитировал мои слова с такой болью и отвращением, что я почувствовал себя врагом народа номер один. - Дорогой, извини... Я не хотел ничего плохого сказать в твою сторону, честно. Я не думал, что... - Так думай в следующий раз. - он перебил меня, а я сидел, не зная, что и сказать. Почему я всегда причиняю боль тем, кого люблю? Почему я заставляю Адама страдать? Он и так уже достаточно натерпелся. - Томми, я прошу тебя... умоляю... уйди. Мне нужно побыть одному... Завтра я тебе позвоню, обещаю. - Ты на меня больше не обижаешься? - Не могу пока сказать... Я встал с кровати, вышел из комнаты, а потом, одевшись, из дома. Я не мог вспомнить, как дошёл до машины, как сел и завёл мотор. Ничего... Только лицо Адама, заплаканное и пропитанное болью. Я не мог думать ни о чём: ни о дороге, ни о правилах, ни о жизни... Хотя нет, о жизни я только сейчас и думал. Адам - теперь моя жизнь. Он был ею всегда. С момента моего рождения. Ведь смысл жизни я приобрёл тогда, на кастинге, когда мне сказали " Вы нам подходите". Но тогда я не осознавал своего счастья, не обращал внимание на подаренное судьбой чудо. На автомате я добрался до дома. Холодного, безобразного, пустого дома. Неожиданно я вспомнил про подаренный Адаму браслет и понял, чем руководствовался, когда выбирал его - сердцем. Моя любовь к нему будет бесконечной... И это стоит знать.