Крыс

Начбез лично вызвался привезти слитки и камешки из банка, а когда он уехал, я насел на Лекса с расспросами. — Кто знал, что у тебя в банке лежит именно такая сумма? Лекс поглядел на меня рассеянным взглядом, от волнения не очень хорошо соображая, о чем я говорю. — Там больше. Еще ассигнациями и долговыми банковскими чеками миллионов десять наберется, но они именные. Это деньги не мои, клановые. — Так кто об этом знал? — Многие, — пожал плечами Лекс. — Я тайны особо не делал. — Кто стоял за прошлыми покушениями? — При чем тут это? — встрепенулся Лекс. — Мой временный шурин. Брат матери Тери. Он третий по силе альфа клана, а после смерти Альберто — второй. Но он все равно уже мертв. Метил на роль вожака, вот и… — Лекс махнул рукой, показывая, что его просто устранили, когда полез на рожон, и нервно заходил по кабинету. — А расследование вел начбез? — Да. Роман. Но при чем тут?.. — Лекс явно нервничал, а у меня не было никаких доказательств, кроме собственных ощущений, и то очень смутных, так что я просто отрицательно покачал головой, сказав, что просто интересно. В ответ я получил злой взгляд, но Лекс так и не сказал мне ничего, остановился у окна, вглядываясь вдаль, словно это могло поторопить отправившегося за выкупом начбеза. Мне же было о чем подумать, так что в кабинете повисла гнетущая тишина. Начбез с выкупом вернулся через полтора часа. За это время Лекс успел вызвать нотариуса и составить дарственную на те самые земли, которые у него пытались отжать еще в начале года. Оставалось только дождаться звонка от похитителей, и он поступил, когда солнце почти село. Требование было простое, привезти на рассвете в указанное место весь выкуп, причем Лекс должен быть один, иначе они убьют его сына. Для достоверности, чтобы мы точно знали, что мальчик жив, ему разрешили сказать в трубку пару слов. После этого похитители сразу отключились, и сидевший за каким-то шпионским аппаратом полицейский только руками развел, показывая, что засечь их местоположение не успели. После разговора с похитителями Лекс рванул в свой кабинет, где рычал и метался, круша все на своем пути, а я выманил начбеза в холл, подальше от полиции, знаками показав, что нам надо поговорить. — Чего тебе? — грубо спросил оборотень, едва я прикрыл дверь в кабинет. — Александр Львович может и не вернуться из этой поездки, — начал я излагать свою идею. — Даже, скорее всего, не вернется, очень уж много шансов, что он попытается освободить сына, напав на похитителей, и они наверняка это тоже понимают. Им проще пристрелить его, а потом забрать уже у трупа денежки. И Тери это не спасет, его могут устранить как свидетеля. — И в кого ты такой умный? — поморщился начбез, внимательно разглядывая меня, словно букашку, выползшую из-под коряги помешавшую ему любоваться красотой природы. У меня даже мелькнула мысль, что он с меня мерку для гроба снимает. — Не знаю, сирота я, — шутка явно не удалась, но я продолжил, продолжая фонтанировать идеями. — Это большая тайна, но я не человек. Кто такие многоликие, знаешь? Так вот, я многоликий. Могу пока не очень многое, я только учусь, но принять внешность Александра Львовича смогу. Так и отправлюсь на встречу вместо него, если даже меня и убьют, он останется жив и найдет тех, кто это все сделал, а Тери не останется сиротой. Начбез был ошарашен моим признанием и предложением, явно не веря в то, что услышал. Пришлось продемонстрировать ему свои умения. Предварительно убедившись, что нас никто не видит, я поменял на минутку внешность и вновь вернулся к своей родной физиономии. Благодаря тренировкам вышло это достаточно легко и быстро. — Э-э, допустим, ты можешь поехать на встречу, но как удержать босса дома? — теперь начбез уже не смотрел на меня так брезгливо, как в начале разговора. Поверил. Можно продолжать. — Нет ничего проще, нужно только сильное снотворное. Полиция будет далеко, даже если я что-то напутаю, они не так уж хорошо знают Александра Львовича в лицо, а похитители — тем более. Кто там будет меня рассматривать? — В последнее время босс очень осторожен со всякими напитками, — попытался возразить начбез, но по блеску его глаз я понял, рыбка клюнула. — Ничего, из моих рук он все выпьет, потому что доверяет, а когда он уснет, я стану им и поеду на встречу. Ты останешься с ним, а когда он проснется… все уже будет решено. Ты только пошли тайно кого-нибудь следом, чтобы мальчика забрали, если все получится, не оставлять же его с полицией. — Ага, решено, — хохотнул начбез. — Надеюсь, босс меня после этого не убьет. — Не волнуйся, не убьет, — поулыбался я в ответ. — Так что, поможешь? Снотворное, что может усыпить оборотня, у тебя есть? — Найду. Сейчас все организую. С этими словами начбез поспешил на улицу, кому-то названивая, а я тихо прокрался за ним следом, прислушиваясь, благо дверь он не очень плотно прикрыл, на радостях потеряв всякую осторожность. Сначала он приказал кому-то срочно привезти снотворное, а потом сделал второй звонок и тихо проговорил в трубку: — Отмена. Пристрелите просто того, кто привезет выкуп. Он двойник и не опасен. Мальчишку оставьте. Я его потом заберу, сиротку. Сработало! Теперь похитители не будут ожидать сильного оборотня, а значит, у Лекса появится шанс разобраться с ними и спасти сына. Мне хотелось запрыгать от радости, но нужно было соблюдать осторожность, и я так же тихо свалил от двери, вернувшись в кабинет Лекса. Он уже успокоился, правда для этого разгромив все, даже компьютер. Так и сидел, бедолага, на единственном выжившем стуле среди месива из мебели и техники, тяжело дыша. — До рассвета еще есть время. Может, отдохнешь? Если бы взглядом можно было убить, мой хладный труп уже валялся бы на полу в разрушенном кабинете, а так он просто нарычал на меня, послав куда подальше. Обидно, между прочим, но я его понимаю, а потому не стану обижаться и мстить. Через два часа подчиненный начбеза привез крохотный пакетик с белым порошком. Я тут же отправился на кухню варить кофе, встал так, чтобы начбез мог меня видеть и, сделав вид, что всыпал снотворное в чашку, убрал пакетик в карман, вдруг когда-нибудь пригодится, а в рукав также незаметно сунул нож. Он-то мне точно пригодится. По времени все складывалось как нельзя лучше. Отнеся кофе в кабинет, я уговорил Лекса выпить его, ссылаясь на то, что дорога дальняя, а он не спит уже вторые стуки. Лекс проглотил кофе и попросил оставить его хоть ненадолго одного. Естественно, мы все вышли. — Сколько времени нужно снотворному? — как можно тише спросил я у начбеза. — Полчаса, — также едва слышно ответил он и спустился в гостиную, а я остался у двери, ожидая Лекса. Когда он вышел, я придержал Лекса за рукав, останавливая: — Выполни мою последнюю просьбу. Когда будешь выходить, ничего никому не говори, просто кивни своему начбезу, при этом на ходу застегни воротничок рубашки, а пиджак пусть будет расстегнутым. — Зачем? — Лекс тут же напрягся, хмурясь. — Так надо. Пожалуйста. Просто сделай. — Ладно, — кивнул Лекс после недолгого молчания и быстро зашагал прочь, на ходу расстегивая пиджак, а я ринулся в кабинет, чтобы подготовить последнюю мизансцену. Говорят, что убивать трудно. Не знаю, не пробовал, но ради тех, кто стал моей семьей, пусть и ненадолго, я готов и не на такое. Сначала хотел устроиться на стуле, но мне нужно, чтобы начбез наклонился надо мной, так он будет в невыигрышной ситуации, поскольку потеряет равновесие. Наскоро оглядевшись, я сменил внешность и лег на полу, словно упал со стула, заснув. При этом одежду я расстегнул, словно меня одевали в большой спешке. Теперь мне оставалось только ждать. Начбез скользнул в кабинет тихо, подобно змее. Замер на пороге, вглядываясь и принюхиваясь, а я постарался дышать как можно ровнее, имитируя сон. Наконец начбез подошел ближе и окликнул измененного меня: — Босс. Босс. Босс! Третий раз он уже крикнул, хотя и не так уж громко, а потом пнул ногой что-то, ощутимо грохнувшее об пол, но я был готов к этой проверке и продолжил равномерно дышать. Наконец он поверил моему спектаклю. Зашуршал одеждой, а потом что-то тихо запикало. Он звонил кому-то. Тихие, едва слышимые гудки, и вот на том конце послышался голос: — Да. — Сработало. Он попался. Осталось только свернуть ему шею и обвинить во всем его крысеныша. — Где он? — Спит прямо передо мной. А крысеныш его оказался многоликим. Вызвался отвезти выкуп вместо босса. Ребята о нем позаботятся. — Что ты несешь? Многоликий? Он? — Да, шеф. Я офигел, когда он показал мне, как за секунду его лицо стало лицом босса. — Так, срочно звони своим, парня нужно захватить живым. Пусть вырубят его, но не убивают. Найдется надежное местечко? — Да, шеф. На Кипарисовой. — Тогда спрячь его, пока я не подъеду, а Алекса убери чем быстрее, тем лучше. Все. Телефон пикнул, разрывая связь, начбез тут же связался с похитителями и отдал новый приказ: — Не убивать. Вырубите, свяжите и в багажник. Отвезите на Кипарисовую. Там я вас встречу. Отбой. Еще пара секунд ожидания, и начбез шагнул ко мне, склонился, протягивая руки к моей голове, явно намереваясь свернуть шею, но я оказался быстрее — нож вошел в живот ничего не подозревающему оборотню словно в растаявшее масло. Он только всхлипнул, широко открыв глаза, а я, вырвав из его тела нож, откатился в сторону, возвращая себе свое лицо, и вновь нанес удар, но уже в грудь. Все это действо заняло пару мгновений, намного меньше, чем я рассказываю, зато блевал я потом в углу намного дольше. Хорошо, что кабинет разгромлен был до меня, ковер теперь проще выкинуть, чем отстирать. Потом я пополз в ванную, чтобы вымыть руки, но когда уже взял мыло, понял, что сначала нужно взять… пробу крови начбеза. И снова меня рвало, хотя, по идее, желудок уже был пуст. Как я слизнул с ладони чужую кровь, рассказывать не буду. Неаппетитный это рассказ. Потом я долго мылся, едва не содрав с себя кожу, но подташнивало еще долго. Пришлось даже залезть в бар Лекса и позаимствовать в нем бутылочку чего-то крепкого. Пил прямо тут же из горла. Кашлял, захлебывался, но все же сделал три глотка, обжигая все нутро. — Ну, Лекс, должен мне будешь по гроб жизни. Раздевать начбеза не стал, рубашка все равно вся оказалась в крови. Поскольку он был примерно одного роста с Лексом, я покопался в его шкафу, выуживая простую рубашку и брюки. Потом у зеркала поменял внешность, а затем завернул труп в многострадальный ковер и оттащил его за обломки стола. Пусть пока там полежит, дальше Лекс сам решит, куда его: на кладбище или в утиль. Теперь дело за малым, узнать, где эта Кипарисовая улица. Кабинет я запер, а вот телефон начбеза прихватил с собой. Пригодится. В холле бездельничали двое сотрудников охраны, к которым я и обратился: — Едем на Кипарисовую. Оба тут же подхватились, готовясь меня сопровождать, но я остановил их уже в дверях: — Один со мной, а второй дожидается здесь босса. Скажешь ему где я, пусть туда подъезжает как можно скорее. И скажи, что я жду Лекса. Отдав распоряжение, я занял место в машине, и мы тут же тронулись в путь. На востоке как раз появилась алая полоса, предшествующая появлению солнца. Значит, примерно сейчас Лекс передает выкуп. Надеюсь, у него все получится. И у меня тоже. Надежный дом на Кипарисовой оказался большим особняком в малозаселенном коттеджном поселке в пригороде. Водитель, поинтересовавшись, нужен ли он, задерживаться не стал и свалил, оставив меня разглядывать каменный дом в три этажа. Охранник на воротах выпустил машину и тут же вернулся в свою сторожку, видимо досыпать. Потоптавшись еще с минуту во дворе, я убедился в том, что встречать меня никто не собирается, и пошел в дом сам, благо дверь оказалась не заперта. Внутри оказалось пусто. Ни мебели, ни штор на окнах, вообще ничего. Голые доски пола, голые стены, даже не крашеные, не говоря уж об обоях, голый потолок, с которого сиротливо свешивались обрывки проводов в тех местах, где когда-нибудь будут люстры. Понятно, почему дом так слабо охранялся, воровать тут нечего. Тогда почему это место назвали надежным? Где здесь можно держать пленника, если внутри даже двери не везде есть, разве что… — Подвал. Интересно, где тут вход в подвал? Немного поплутав, я действительно нашел за железной дверью ведущую вниз лестницу, а уж там все действительно было сделано по высшему разряду. Прямо бомбоубежище со всеми удобствами. Несколько дверей разделяли подвал на сектора, в которых можно было не то что оборотня, дракона удержать, а сами двери по толщине вполне могли посоперничать с банковскими сейфами. Погуляв по подвалу, я решил именно тут дожидаться того, кто устроил неприятности Лексу. Отыскал стул, поставил его в не очень освещенный угол, чтобы меня не сразу заметили, и уселся на него, приготовившись ждать. Скучно было просто жуть. Уже через полчаса я начал зевать и клевать носом. Сказывался недосып. В какой-то момент тихий шорох заставил меня подхватиться, прислушиваясь, но все было тихо. Я уж было решил, что мне что-то приснилось, когда в помещение вихрем ворвался Лекс и тут же схватил меня за горло, вздергивая вверх так, что я буквально впечатался в стену, а стул отлетел к другой стене и жалобно хрустнул, разваливаясь. — Где Крис?! Говори! — он тряхнул меня, как терьер крысу, а я только и мог, что болтать ногами в тщетной попытке достать до пола, хватать его руками за руку, пытаясь хоть немного ослабить хватку, и хрипеть, поскольку выдавить из себя что-либо более членораздельное было нереально. Уже на грани потери сознания я понял, что, если немедленно что-то не предприму, мне конец, а потому начал меняться, возвращая себе собственное лицо. Пальцы на горле тут же разжались, Лекс отступил на шаг, позволив мне свалиться на пол, хрипя и кашляя. — Кха-кха… хват-ка… кха… у тхе-хе… тхебя… кхе-кхе. — Прости, прости. — Лекс присел рядом, обхватил меня за плечи, помогая сесть. — Когда мне сказали, что похищением руководил Роман и именно он приказал обезвредить меня и привезти сюда, я голову потерял, ведь ты с ним остался. Я звонил домой, но трубку никто не брал. — Так ты… кхе-кхе… дома не был? А где Тери? — Его я отправил в сопровождении полиции и своих охранников в надежное место, а сам сюда рванул. Что произошло? Откуда ты здесь? — Все очень просто, — я наконец-то отдышался, но синяки на горле от его пальцев точно останутся. — Я устроил твоему начбезу ловушку, заподозрив его в предательстве, притворился тобой и сделал все, чтобы он поверил, что уходящий ты — это я. Он попытался тебя убить, поверив, что ты опоен снотворным, а я его убил. Потом приехал сюда, поскольку именно здесь начбез должен был встретиться с тем, кто всю эту кашу заварил. Осталось дождаться и понять, кто и зачем. — Ради власти и денег конечно, — ответил смутно знакомый голос и из тени к нам шагнул… секретарь Лекса, наставивший на нас пистолет. Ну конечно, кто еще мог придумать историю со срочной доставкой папки, чтобы выманить меня из дома? Ему и нужные документы было несложно достать, и звонил мне именно он, а потом так искусно хлопал глазками, уверяя, что он не звонил. Только руки очень уж картинно заламывал, выдавливая слезы из глаз, когда пытался доказать, что ничего не делал. Явно переигрывал, а я не понял сразу, поверил, дурак. — Влад? — Лекс медленно поднялся и шагнул в сторону. Дуло пистолета предупреждающе дернулось за ним, а он сделал еще шаг, уводя меня с линии огня. — Зачем тебе все это, ты же не оборотень? — Нет, конечно, — секретарь криво усмехнулся, а у меня волосы дыбом встали. За вертлявым парнем, что работал в офисе секретарем, я не один день наблюдал, он так никогда не улыбался, даже обсуждая босса по телефону с кем-нибудь из своих приятелей. К тому же я узнал эту улыбку. Видел не раз, когда его дружки надо мной измывались. — Василек. А секретарь, видимо, уже давно мертв. — Догадливый. Жаль, я раньше не знал, что мы одной крови, — лицо секретаря поплыло словно воск, и я вновь встретился лицом к лицу со своим первым настоящим врагом. — И как давно ты узнал, что многоликий? — вновь привлек к себе внимание Лекс, задав вопрос. — Два года назад. Твой родственничек, козел ебливый, решил меня купить на аукционе. Тот, что дядя твоего щенка, если ты не понял. Мне нужен был папик, чтобы подняться, ему — мальчик для услуг, а когда я вдруг изменился, ухватился за шанс скинуть тебя и занять место во главе клана. Все спланировал, только я марионеткой быть не захотел. Прирезал козла и занял его место. Однако ты вертким оказался, пришлось по ходу планы менять. Сначала твоего дружка убрал, чтобы под ногами не путался, потом смерть родственничка твоего инсценировал. Хорошо, нашлись те, кто согласился мне помогать за более жирный кусок пирога. Где, кстати, Роман? — Мертв, — коротко ответил я. — Туда ему и дорога. Делиться не придется. Он мне сильно помог, нашел похитителей, подкупил дворецкого и кое-кого из охраны, убрал подальше тех, кого купить не получилось, и вуаля, вы в клетке. Осталось только курок нажать. Пока он говорил, Лекс едва заметно смещался в сторону, все дальше и дальше от меня, явно решив львом броситься на Василька, как тогда под Новый год, но хитрый мерзавец разгадал его намерения. Пистолет в ладони дрогнул, изрыгая пламя, и Лекс вскрикнул, падая на пол, а лицо его мгновенно залила вытекающая из раны кровь. — Вот и нет больше помехи. Теперь я стану главой клана. Тебе ничего не предлагаю, — дуло пистолета смотрело мне в живот, — помню, какой ты честный, откажешься. А если и согласишься, то лишь для того, чтобы добраться до моего горла. Так что прощай. — Постой, — я инстинктивно выставил вперед пустые ладони, словно они могли остановить пулю. — Скажи прежде, что будет с Тери? — Мне этот щенок не нужен. Сначала отправлю его подальше, в какой-нибудь интернат, а потом с ним случится несчастье, и мы оплачем погибшего наследника. Еще вопросы будут? Пожелания? — Да, одно, — я медленно встал, понимая, что у меня даже десятой доли шанса нет, но не попробовать не мог. — Сдохни! Мощным прыжком я распластался серой тенью в воздухе, стремясь хоть как-то достать его, одновременно с этим пистолет бахбахнул двойным, оглушающим эхом, огонь разлился по животу, но одновременно с этим голова моего врага разлетелась кровавыми ошметками, так что падал я уже на его тело. Погружаясь во тьму, я успел заметить выходящего из тени человека, чья внешность была мне знакома. Облегчение затопило угасающее сознание. Тери не останется совсем один. Альберто о нем позаботится.