Процесс

      Глаза от долгого нахождения перед монитором компьютера нещадно устали, до красноты и сухости, что Феликсу приходится оторваться. Он переводит взгляд в глубь квартиры. Темно и тихо. Слышно только шум от работы холодильника. Феликс выдыхает, снова смотря в экран.       Найти информацию на Ромео оказалось не так просто. Из чего Феликс делает уже логичный вывод: бордель принадлежал мафии. Не трудно догадаться чьей мафии, так как из местных только одна занималась подобным бизнесом и получала с него серьёзную прибыль в общий бюджет.       Чисто теоретически, можно было бы залезть в базы и найти абсолютно всё интересующее на Ромео, однако мешали некоторые факторы.       Как минимум Ромео, далеко не ценная фигура на поле боя и на него информации будет мало. А как максимум, Феликс давно не имел доступа к базам данных. Кажется после удачного им слива, систему безопасности изменили. Ну и плевать.       Феликс спускается на кухню, захватив с собой телефон.       «Суббота, 8:00?»       Отправить.       Прохладная вода приятно обжигает горло. Феликс пьёт много, залпом, что она течёт по подбородку, за ворот рубашки, вниз. Руки дрожат. Он реагировал.       Он не хочет реагировать. Ромео шлюха.       Феликс слишком ясно осознаёт, что его эмоции при мыслях о Ромео давно перешли нормальные мысли, волнуя его с каждым разом будто все больше и больше. Одна часть его сходила с ума от переполняющего почти детского восторга, а вторая скреблась и хрипела. О да, это всё его.       Уведомление.             Неизвестный.             «Окей! Не забудь скинуть адрес ;)»             02:05       Такая шлюха, а он реагирует.       — Сука! — Феликс бросает стакан в пол. В дребезги.

***

      Ромео встречи ждал с нетерпением, чуть ли не каждый день представляя себе свидание с Феликсом. Он словно маленькая девочка из сопливого романа. Нет, у него были свидания, с клиентами, правда они всегда были просто прелюдией к ночи, а не ради того, чтобы посидеть в ресторанчике за душевными разговорами и вкусно покормить Ромео, который, к слову, привык питаться чем-то из доставки: пицца, паста, роллы, редко фаст-фуд. Но это всё ладно, главное это не еда, а мотив для приглашения в ресторан. Ромео чётко убежден в том, что это будет именно свидание, а не очередная встреча проститутки с клиентом, хотя пару раз он успел «закопаться» по этому поводу, думая, что Феликсу нравится с ним исключительно секс, а не он сам, что его очень сильно задело (у Ромео были моменты, когда он мог думать о плохом в ущерб себе же, что называется «накручивая себя»).       Феликс вызывал в нём непривычные, но приятные чувства, про которые как раз и пишут в этих самых сопливых романах.       При мыслях о ещё одной встрече, внутри всё трепетало, задевая самые тонкие струны его души, что приводило его в состояние эйфории и опьянения. Ха-ха, Феликс его наркотик, Ромео уже зависим.       Ромео радуется СМС от Феликса, как новой дозе, потому что… Он только догадывается о том, что это Феликс. Номер скрыт, но речь как раз о том, о чём думал Ромео последние дни ночами. Он дрожащими пальцами едва смог написать ответ на сообщение, то и дело кусая костяшки, чтобы не случился никакой «фейл», вроде опечатки.       Встреча назначена. Суббота. Восемь вечера. Восемь вечера. Суббота.

***

      Такси подъезжает к нужному ресторанчику.       Ромео волнуется и от волнения треплет бант на шее. На нём сегодня новенькая рубашка в цветочек, с воротом на распашку и бантом из ленты на шее. Ромео уверен, что выглядит на все одиннадцать по десятибальной.       Он выходит из такси. Ресторанчик небольшой, не самый дорогой, но приятный, хотя на входе его встречает девушка на ресепшене с кислой рожей, что он чувствует себя неуютно. Нужный столик он находит сразу, примечая за ним Феликса.       — Привет, — Ромео усаживается напротив Феликса, по привычке окидывая оценивающим взглядом. Феликс всегда в чёрном. Чёртовы мафиозники, никакого разнообразия.       — Привет, — выдавливает Феликс в ответ, — симпатичная рубашка.       Ромео заметно смущается.       — Спасибо, — бормочет он, неловко складывая руки на столе, — ты что-нибудь заказал?       — Да, но если ты захочешь что-то ещё, то попроси, — он заказал Ромео лёгкий салат, но вечер обещал быть недолгим; Феликсу денег не жалко, — я ещё заказал шампанское.       — Я не против, — отвечает Ромео, нервно поправляя манжеты рубашки, — я редко пью тяжелый алкоголь, поэтому шампанское самое то.       К ним подходит официант, ставя на стол ранее заказанные две порции салата, когда работник уже собирается уйти, Феликс попросит принести меню. Получив, Феликс сразу же протягивает его Ромео.       — Уверен, одного салата человека такого роста и энергозатратной профессии, — Феликс слегка шутит, не меняя основного смысла сказанного, — не хватит. Надеюсь ты не паришься на счёт фигуры.       — Я слежу, но могу себе позволить съесть намного больше, чем один салат, — самодовольно произносит Ромео, а после, не глядя в меню, заказывает блинчики со сгущёнкой.       Ромео усмехается. Он не так часто трахался.       — Любишь сладкое? — сам Феликс тоже был неравнодушен к сахару, особенно в напитках.       — Да, — отвечает Ромео, чуть кивая головой, — сладкое — моя маленькая слабость, — врет, это его большая слабость из кучи еще таких же больших слабостей.       Феликс предлагает торт, и Ромео чуть морщится.       — Пожалуй нет, будет лишним.       — Неудивительно, — Феликс слегка придвигается к столу, опираясь головой о сцепленные в замок руки, — Не сможешь выдержать конкуренцию?       Конечно, можно было просто сказать «ты тоже сладкий», но хотелось приправить обычный комплимент остротой. Он кидает взгляд прямо в голубые глаза напротив, слегка щурясь. Игры с мимикой ради чужих эмоций. Да, Феликс хотел бы посмотреть на чужую реакцию.       Ромео, немного обдумав сказанное Феликсом, также щурится, садясь в ту же позу. Теперь они смотрят друг другу в глаза.       — Ты хочешь попробовать сладкий ли я, или что? — у Ромео от улыбки болят щеки.       Феликс усмехается.       — Безумно.       — Тогда закажи мне ананасовый сок, — Ромео откидывается на спинку стула, с вызовом глядя на собеседника. У Феликса меняется взгляд.       — Ты хочешь отсос? — и интонация.       — Безумно, — повторяет за Феликсом Ромео, не скрывая своей инфантильности.       — Обязательно отсосу, — обещает Феликс, открывая шампанское и разливая его по бокалам.       — А если я хочу сейчас? — с вызовом произносит Ромео. Да-а, да-а, Ромео обожал провокации; провоцировать чтобы его потом обязательно поставили раком и глубоко отодрали, говоря всякие непристойности.       — Умоляй, — жёстко произносит Феликс.       У Ромео сердце совершает кульбит. Он, не долго думая, совершенно бесстыдно низко стонет и произносит молящее «пожалуйста».       Феликс вскидывает брови.       — Уговорил.

***

      Туалет ресторанчика с тёмными кафельными стенами и светлым полом. Кабинки просторные, что Феликсу не составляет труда, опуститься перед Ромео на колени.       Он расстёгивает чужую ширинку руками. Ромео такой замечательно чувствительный, что уже возбужден. Феликс ухмыляется, стягивая с него брюки вместе с нижним бельем до колен.       Он снимает перчатку с правой руки, мягко касается возбуждённой плоти, чуть сжимает и на пробу двигает кистью. Феликс поднимает взгляд наверх. Ромео уже весь красный и смущённый, жмуриться и прикрывает рот ладонями. Феликс наконец касается чужой плоти губами, тут же отпрянув, он оставляет лёгкий поцелуй. Он отчётливо чувствует мелкую дрожь Ромео от столь незначительного действия, из-за чего наконец отбрасывает некоторые сомнения и смыкает губы на малиновой головке. Ромео приглушённо стонет, и Феликс видит, как тот тянется к его голове, но Феликс пересекает это действие, слегка подталкивая Ромео вперёд чтобы тот сел на крышку от унитаза. Конечно, Феликс не имел опыта в отсосах, из-за чего действовал неаккуратно и слишком нелепо, но даже от таких мизерных действий Ромео легко загорается.       Феликс действует чуть напористее, проводя языком по головке, правой рукой продолжая слабо надрачивать, следя за Ромео. Феликс был мало заинтересован в самом действии, он скорее любуется реакцией. Ромео стонет в собственные ладони.       Феликс вдруг привстаёт, рукой продолжая двигать по члену.       — Потише, — в самые губы шепчет Феликс, прежде чем мягко, коротко поцеловать Ромео.       Ромео выгибается и стонет по-девичьи высоко и протяжно, кончая. Феликс цыкает, дёргая листов туалетной бумаги, чтобы вытереть руку. Он замечает капли слёз в уголках глаз дрожащего Ромео. Чертовски красивый.       Феликс, бросив бумагу на пол, обхватывает лицо Ромео, оглаживая скулы, шею и спускаясь к плечам. Юноша ластится, как мартовский кот.       — Теперь ты, — слегка хрипло произносит Феликс, сжав предплечья. Он тянет его вниз.       — Это будет дорого, — будто пьяно отвечает Ромео, но на колени всё равно опускается и сразу тянется руками к ширинке, не снимая своих перчаток, как до этого сделал Феликс.       — Соси молча, — слегка агрессивно бросает Феликс, улыбаясь чужой покорности.       Феликс не был так возбуждён с самого начала, как Ромео, а потому приходится немного постараться. Ромео облизывает головку, а после сразу, без лишних прелюдий, берёт глубже, сразу до горла. Феликс знает что ему позволят, а потому он одной рукой вцепляется в розовые локоны, грубо притягивая Ромео ближе, насаживая на член. Юноша едва не давится, но принимает, сжимая руками бедра Феликса, который берёт инициативу в свои руки, методично трахая неглубокими толчками. Оргазм наступает скоро. Он не позволяет Ромео отпрянуть, кончая ему в рот. Ромео стонет тихо, закрывает глаза, пока Феликс достаёт из кармана блистер, вытаскивая одну таблетку, сразу после оттягивая юношу от себя за волосы. От члена до чужих губ тянется нить слюны. У Ромео по подборку омерзительно течёт.       — Да, ты определённо сладок, — скалится Феликс, крепче сжимая локоны.       Ромео морщится и двигает губами, чтобы что-то произнести, но не успевает. Два пальца Феликса оказывается во рту. Он давит на корень языка и Ромео рефлекторно дёргается.       — Тише, — шепчет Феликс и двигает пальцами глубже, до самого горла. У Ромео внутри все судорожно сжимается, а в голове зарождается едва ощутимое чувство, что что-то не так.       Рука в волосах разжимается, а пальцы изо рта пропадают. Ромео сразу оседает на пол, закрывая рот ладонью, чтобы подавить рвотный позыв. На языке было вязко, солёно и немного горько. Хочется проплеваться.       — Как всегда шикарен, — хвалит его Феликс, снова вытирая руку, а после надевая перчатку обратно.       Ромео слабо улыбается. Внутри нервно, но он старается игнорировать.       Феликс любезно помогает ему всё вытереть и надеть штаны обратно, а потом в зале просит для него стакан воды, видя, что Ромео невкусно. Он даже шутит по этому поводу и Ромео вполне расслабляется. Особенно расслабляется после бокала шампанского. Снова искренне улыбается, по обычаю своему флиртует, отвлекаясь только на то, чтобы поесть салата и ещё раз выпить. После второго бокала его неприлично сильно развозит, что он едва может контролировать свою речь. Отчего-то сделалось легко и беззаботно. Он шутит через слово, при этом абсолютно несмешно, но смеётся громко, чуть ли не на весь зал ресторана, отчего на него косятся, но Феликсу так похуй.       Феликс же никак не реагирует, только наблюдает, редко отвечает, для поддержания нескончаемого потока речи Ромео, который кажется вовсе потерял контроль над собой.       Феликс, предварительно заказав им такси, оплачивает счёт в ресторане и тащит Ромео наружу. Ромео на нём виснет, лезет целоваться и обниматься, говорит что-то про бордель и счастливую жизнь, при этом периодически прерываясь на смех, иногда очень долгий непонятно с чего.       В такси его настроение неожиданно меняется. Он затихает, дрожит, не шутит, но всё так же лезет целоваться и обниматься.       — Феликс… — горячий шепот на ухо, — я тебя люблю…       Ромео тычется носом в щеку, намереваясь поцеловать, но вместо этого только заваливается вперед, что Феликс едва успевает его поймать, чтобы совсем не разлёгся в салоне автомобиля.       — Фе-еликс, — тянет он, а потом вдруг шмыгает носом, — я тебя… — закончить не успевает, снова шмыгает и совсем плачет, не в силах выдавить из себя ни слова.       У Ромео по щекам обильно катятся слезы, а губы кривятся. Как и во время секса он весь красный, но теперь красный болезненно, пятнами. Он едва успевает утирать ладонями глаза, как его одолевает новый поток. Ромео выходит из такси уже весь сопливый, нервно дрожащий с периодическими громкими всхлипами и полной дезориентацией в пространстве. Перед глазами все плыло пятнами.       Уже лежа на кровати он мечется во все стороны, сильно гнётся и гладит себя, будто по привычке. Трогает шею, грудь, бедра, укладывает руки между ног и сводит колени. Его нещадно ломает.       Феликс уходит только утром, пробыв с Ромео рядом всю ночь. Он оставляет ему деньги на такси и короткое:       «Спасибо за прекрасный вечер. О следующей встрече сообщу.             Феликс :)»