Жасмин и полынь

Возможно принц укрепил чувство собственного превосходства, сравнял его с грязью, выдав за военного, чужеземца, чей язык он не знает, а его взгляд, надменный и ликующий, когда свита один за другим отказались ехать с ним, принц насмехался над ним. Его хотели уничтожить, но в нем остались хитрость и опыт императора, он не отступит так легко, это он был рядом с ним все эти годы, не принц, невозможно, чтобы от него так избавились. С изгнанием из замка Хиро принц смог без препятствий готовится к отъезду, он решил сберечь подаренные ткани, чтобы сшить из них что то в империи присмотревшись к их моде. Принц должен стать королем, но у него нет даже свиты, которой он бы доверился в империи, его не знали язык средиземья, не были знакомы с их обычаями. Джин волновался, он хотел знать все и понравится людям в империи, произвести впечатление, хотел, чтобы им восхищались и он был достойным королем. Распоряжения принца в его замке исполнялись беспрекословно, а господин Нову обращался к нему только как к Его Величеству. Сокджин осматривал замок после покушения, император за это время пренебрег придворным этикетом, но как ему рассказали, восстановил разрушенные из-за снежной бури дома. Принц не мог уехать не попрощавшись с папой, он сидел окруженный глициниями и возможно чуть-чуть, но верил императору, надеялся на него и от этого осознания чувствовал себя менее одиноко и потерянно. Джин вновь услышал тепло, нотки полыни, император стоял у колонны сложив руки за спиной, где вились два волка, в последние недели его часто не было в замке из-за поездок в разные стороны северного королевства. Хоть император и устал, но он в доспехах, значит пришел к нему как только вернулся, Принц улыбнулся ему, протянул ладонь для поцелуя, вскоре же вставая с места и становясь рядом. Они скучали- принц признательно потрепал волков за загривком, те вились между его ног, норовя игриво укусить за пальцы. -Можно вы оставите их мне? Принц никогда и не мечтал играться с дикими волками, но те так привычно терлись об него своей пушистой шерстью, почти мурлыча от удовольствия при чесании за ушами. Джину было страшно, настолько ему было приятно знать и ощущать, что император рядом, но он не смел смотреть прямо, лишь украдкой ловил его взгляд на себе, их игра тянулась очень долго. Принц не ощущал поцелуев на своих губах также долго, как он больше не прикасался к императору. -На кого им здесь охотиться? -А им обязательно охотиться? Их можно было покормить мясом из кухни, принц бы сам проследил, чтобы их кормили, но император улыбнулся. Его принцесса должен стать королем. Во время его ухода он вновь восстановил замок, хоть и не стал возвращать золото и украшения- императору докладывали о каждом его поручении, решении и движении включая вылазки в город. Принц, похож на луну и при свете дня он еще ярче, его белые волосы всегда строго собраны, но императору нравится вытягивать из его пучков передние прядки и прикасаться к ним. -Зачем ты убежал из замка? Принц дернулся, прядка выскользнула из пальцев императора. Джин не ожидал, что император так скоро узнал бы об этом. -Боишься меня, принцесса. Когда он смотрит почти как волк, то Джин правда сжимает подол туники в пальцах, но он не боится, уже не может. Он недовольно морщит нос задрав подбородок, чтобы сравнятся с императором взглядом, тот не преклоняет колено, как все остальные альфы перед принцем, смотрит насмешливо на принца, для него он не больше, чем цветок в оранжерее, прекрасен, но не к месту, рожденный быть дикарем никогда не будет своим под граненым куполом, осталось дать ему вырасти больше, чем весь монастырь и замок могли его научить. -Избалованный. -Побалуйте меня еще немного. Император не смог отказать ему в этой просьбе. Ледяной принц слишком влюблен, он трепетно ожидает каждый вздох императора рядом, его взгляд, движение, слово. Никогда еще он не ощущал себя настолько защищено, как рядом с ним. *** Как бы принцы не были рады дальней поездке, они все равно столкнулись с неприятностями. Чонгук не хотел уезжать, не смотря на его обожание к императору, он не хотел покидать свои земли. Сокджин не смел уговаривать его поехать, маленький принц сам решил, что не оставит своего брата одного, а если придется отвоевывать свои земли, то он это сделает. Джин всегда будет рядом с ним. Никто не ожидал, что пройти север во время зимы было бы легко, но холод длится девять месяцев, поэтому они выдвинулись в путь с момента прекращения штормов. Всего за две недели они преодолели горные массивы окружающие столицу, подступив к северным стенам. За ними свободные земли, Средиземье- Империя, дикий лес. Ночевать здесь в шатрах было опаснее, особенно в спокойную погоду, когда лесные твари чаще выходили охотится, но верхом они могли замерзнуть. Принц иногда не мог уснуть вздрагивая от шорохов, падающих теней и холода. Император спустя время решил следовать вместе с ними, а не на процессию раньше. Принц охотнее выходил из шатра, чтобы провести время у огня рядом с императором, без него он не хотел оставаться в компании страж. Он всегда обнимал его, иногда Джину хватало смелости, чтобы сесть к нему на колени и устроится на его груди. Они переговаривались почти шепотом, встречаясь вечерами император рассказывал о своих странствиях. Джин всегда внимательно слушал, но в этот раз не смог противиться сну. Император оставил его у себя, поэтому разморенный с утра принц проснулся из-за клацанья доспехов уже уходящего альфы. Тот укрыл его всеми шубами в шатре, который был меньше, чем у него или Чонгука, император предпочитал проводить день вместе с солдатами осматривая земли, прежде чем процессия прошла бы по ним. Принц не спешил уходить к себе из удобного кокона, где еще пахло императором, в полдень, когда господин Нову нашел его то довольно отметил их смешавшиеся запахи на принце. Сокджин только мог неуместно краснеть. Чонгук не мог не осмотреть окрестности, когда они останавливались, а брат не мог отпустить его одного, вместе с волками они отправились осматривать лес. Неожиданно один из волков начал рычать, принц притянул Чонгука к себе, но тот строптиво отмахнулся от его рук и побежал за волком. Сокджин последовал за ним, натыкаясь на кочки и мокрую землю, в которой вязли ноги. Принц услышал крик раненого животного, птицы захлопали крыльями совсем рядом, волк рядом с ним лениво вылизывал лапы. Джин не сдвинулся с места, пока Чонгук вновь не прибежал. -Волк поймал оленя, Сокджин, идем, я покажу. -Он охотился? Зачем ты побежал за ним? -Идем. Сокджин знал, что спорить с братом бесполезно, у них один характер. Волк жадно раздирал внутренности оленя начав с живота. -Чонгук, не смотри на добычу волка. Он подумает ты хочешь отобрать его. Дикарь обратил на них внимание, принц потянул младшего за собой, отступая от неприятной сцены, везде были брызги крови, а вонь пожирала окрестности, принц испугался лесных тварей, которые могли прийти учуяв запах крови. -Неправда, он поделился со мной. Сокджин в недоумении уставился на бедро оленя, которое волк поднес к ним. Насколько это хороший знак, если дикарь позволяет им первыми угоститься добычей? На копыте убитого оленя была прилипшая грязь, он с утра еще живой бегал по сырой земле, Джин поморщился. Сокджин не мог не рассказать об этом императору, пока Чонгук с удовольствием расправлялся с жареным мясом. -Волк разделил с нами добычу. -Значит признает за главного. -Без драки? Сокджин был уверен, для того, чтобы заслужить уважение вожака волки показывали свою силу, либо доказывали, что они сильнее убив прежнего вожака. -Чонгук еще мал, но в его силе не сомневается мой волк, он вырастет достойным королем. Сокджин улыбнулся, император вновь перебирал его волосы, для него это стало слишком привычно, принц не ожидал, что альфа может быть таким нежным, но каждый раз он доказывал обратное. -У него даже нет запаха. -У меня тоже долго его не было. Он появится, когда он докажет, что достоин его. -Как это сделали вы? -Узнаешь. Сокджин вновь погружается в тепло, он слышал, что запах императора душит, медленно травит легкие и убивает, но принц слышал только полынь, перед тем как уснуть ему всегда казалось, что он слышит как она трещит, как в камине, чтобы истлеть и согреть. Скорее, чем он ожидал, они ступили на земли империи, отсюда они продолжили путь верхом, с самого рассвета до полночи они были в пути, принц не смел жаловаться на усталость, засыпая в объятиях императора. Вновь пришло время остановиться и передохнуть, принц гарцевал на коне вокруг снующих по сторонам солдат, которые разбивали лагерь. Он больше не ощущал усталости, только боль и нестерпимое покалывание во всех конечностях. Джин и не различал никого перед собой, понуро опустив голову из-за расплывающегося зрения. Хотелось утонуть в перине на мягкой кровати, но сил не было даже на то, чтобы вынуть носок из стремени. Дорога ужасно утомила его, но он не хотел жаловаться на это императору. Беспорядочный всадник привлек внимание, император отдалился от генералов и солдат останавливая Ворона рядом с конем принца, нежно перенимая из его рук поводья. Император спрыгнул со своего коня, доверяя поводья обоих конюху. Принц безмолвно прильнул к императору, позволяя освободить его с седла и поднять на руки. Все тело в миг расслабилось, но Джин не переживал из-за беспомощного состояния рядом с альфой, тот крепко держал его за бедра и поясницу. -Принцесса, если ты будешь уставать в дороге, то ты должен пересесть ко мне, хорошо? Ты сможешь поспать и после вновь управлять своим конем. Намджун прижимал омегу ближе к сердцу, пытаясь согреть его замерзшие руки, не было и мысли о том, чтобы оставить принца в его шатре. Сокджин недовольно дул губы, он вполне может без помощи, сам, ездить верхом, а пары часов отдыха в шатрах хватает. Вопреки этому он даже не шелохнулся, пока император опустил его на подушки и снимал с него обувь. Строптивый и своевольный принц пытался устроится на подушках, но все тело ныло. Император поймал его мельтешащие ноги устраивая их к себе на колени, принц успокоился, не ожидая, что альфа начнёт массировать его ступни и икры через одежду. Приятные прикосновения утолили боль, руки поднимались все выше, пытаясь размять поясницу. С принца сняли шубу при входе в шатер, но корсет до сих пор сковывал его вместе с верхними слоями туник. Сокджин потянулся рукой к себе за спину, чтобы потянуть ленту и снять корсет, но альфа вновь перехватил его руки, сам кропотливо развязывая ленты. После император снял с принца парчовую тунику и меховую безрукавку, которая надежно грела в походе. Сокджин довольно выдохнул избавившись от тяжестей, он остался лишь в хлопковой сорочке, но ему не было холодно. -Как предусмотрительно, вы так тщательно следите за моим туалетом. -Ко всему тебе я всегда тщателен. Принц потянул руки к императору, тот наклонился к принцу, позволяя обвить свою шею. Сокджин последовал за руками и вместо мягких подушек уместился на крепких бедрах альфы, обвивая широкую спину ногами. Неблагоразумный омега решил, что может позволить себе шалость с императором. Джин провел носом по шее императора, впитывая в себя его запах, который теперь напоминал только жар и кислую цедру. Император довольно обнял его рукой за бедра, проводя второй линии на спине принца, из-за чего тот вздрагивал. Принц разморился, из последних сил прижимаясь ближе к императору. Тот продолжил разминать его гудящие мышцы, проходясь по предплечьям и бокам. -Ты так напряжен, принцесса. -Вовсе нет. Гордый принц не признает, что уже ненавидит всю эту поездку из-за вечной усталости, Намджун улыбается его ребячливости. Сокджин должен многому научиться прежде чем стать королем. Принц ощущает тёплое дыхание сзади уха и поцелуи спускающиеся до шеи, он покрывается мурашками, его обнимают за талию и он в ответ выгибается. Альфа обнимает его за талию, скользит пальцами до края сорочки, обводит ткань, гладит ногу, а после бесцеремонно задирает ткань и тёплыми руками гладит его мягкое и податливое тело. Джин позволяет, но краснеет, он не может поверить, что он позволяет альфе прикасаться к своей коже и наслаждается этим. Его щекочут за бока и живот теплые руки, принц смеётся прячась в основании шеи императора. Намджун подхватывает Джина и они вместе падают на подушки посреди шатра. Принц устраивается под его боком обнимая его руку на своем теле- так определенно теплее. Пальцы вновь щекочут кожу у пупка, Джин сперва недовольно морщится, но после подтягивается ближе к императору и оставляет след своих губ на его, после на лбу, который так часто морщиться из-за волнений, на прикрытых глазах, на подбородке и опускается к шее, целуя у шрама, после устраиваясь на изгибе шеи крепко вдыхая успокаивающий запах. -Спи спокойно, принцесса. *** Ко времени прибытия в ближайший поселок, принц ступив на землю все еще ощущал укачивание верхом. Его навыки наездника стали лучше, единственное, что его волновало это то, что чем ближе они были к столице, тем более некрасиво и безлюдно было все вокруг. Принц потрясено потянул жеребца за поводья, не веря в то, что увидел. Вдали были видны обломки, призрак сожженного города, вокруг которого больше не росла трава. Такой же сухой ветер развеял его передние пряди по лицу, он больше не собирал их. Прах, пыль- все это разносил ветер- следы пожирающего огня. Император пронесся рядом, веля ему ехать за ним. Копыта жеребцов поднимали еще большую пыль в воздух. -Зачем? Принц привык разговаривать с ним почти шепотом, император всегда все слышал. Джин не мог сказать, что он чувствовал, смятение или же жалость к бывшему большому поселению, которое было так жестоко разрушено. Император не ответив дернул за поводья, его вороный конь протоптал землю, раскидывая ее, принц перегнулся через шею коня, не веря, что видит мириады зеленых ростков, покрывших землю. -Не разрушив старое, не построишь новое, принцесса. Насколько глуп принц, что восхищается им и его жестокостью, от императора идут всепоглощающие волны, тепло накрывает, как вода, обволакивает, оно защитит и даст вырасти новому в безопасности и без вреда от старого. *** Имперский замок размером во весь королевский двор Севера, принцу показалось, что он такой же высокий как и ледяные стены. Красивый, но как будто неживой замок нагнетал своим величием. Сокджин не мог сказать сколько дней они уже провели здесь, неприятные слуги с опаской смотрели на него, никто не знал, чего можно ожидать от другой стороны. Принц ощущал, что к нему относятся с пренебрежением, слугам все равно какой омеге императора прислуживать, Джин хотел изменить это. Его комната состояла из купальни и просторного помещения с кроватью, подушками и убранством для полуденного времяпровождения и окон из которых вечером он видел мерцающие огни столицы. Замок не был окружен лесом, он простирался на возвышении в центре города, принц до этого никто не видел созвездия огней на земле. В бесконечно просторных коридорах он встречал лишь солдат, он должен был собрать свиту, но двор сторонился его. В замке все же были господа, их придворные, министры, но все они предпочитали говорить за его спиной, никогда не обращаясь сравни северным прямо к нему. Разговоры слуг нетрудно было подслушать- принц был для всех новой игрушкой императора, не больше. Он никто в этом замке, император не обозначил положение принца в его дворе, а его надменности было недостаточно для признания его врожденного величия. Его сторонились, вначале боялись, но с тех пор, как принц совершенно не влиял на императора, о нем стали забывать, слуги ленились и принц сам должен был надсматривать за их работой, он приказывал приносить ему лишь северную еду, но повара были бездарны. Сокджин не мог больше терпеть, на его приказ отвести его к императору солдаты не обратили внимания, он не мог сдерживать жгучие слезы после этого. Вечером господин Нову ожидаемо постучался, но вместо него комната заполнилась десятками слуг, Джин удивленно привстал с подушек, такими оживленными и копошащимися он людей в этом замке еще не видел. Его подняли с подушек подводя к господину в необычной для принца средиземной одежде, Сокджин не встречал много людей, чтобы узнать что то о них, поэтому так же придирчиво осматривал бету перед собой. -Мой хороший, не смей смотреть на императора таким взглядом, можешь потерять голубые глаза. Ведите его в купальню. -Что вы здесь делаете? Я никуда не пойду, отпустите. За мои глаза император убьет вас всех, отпустите. Слуги отпустили его руки, Сокджин был переполнен яростью, никто не смеет вести себя с ним подобным образом. -Для него ты никто, не разочаровывайся омега, прежний был тише и долго прослужил императору, ты тоже молчи. С тоном служителя в монастыре бета толкнул его в купальню, Джин отбился от назойливых рук и встал перед разъяренным надзирателем в ответ толкая его вырывая опору под землей. Серебряные длинные волосы рассыпались по плечам, как только принц блеснул лезвием в ладони, холодный металл вызвал волну взволнованных криков в комнате. -Никто из вас не смеет угрожать мне, я принц севера и ваш король. Служите мне, если хотите сохранить себе жизнь. -Языкастый. Принц был окружен слугами, они едино навалились на него, вновь задерживая за руки, его оскорбил другой слуга, который до этого служил в тени, но теперь помогал встать надзирателю. Джина толкнули на колени, его руку с лезвием, которое успело поцарапать нескольких, вытянули вперед, первый удар ногой разжал его пальцы, он выронил лезвие, из-за второго хрустнуло запястье. Принц привычно терпел, не смея кричать. Его длинные волосы собрали в хвост и заставили поднять взгляд, принц улыбался. Помощник надзирателя приказал осмотреть его руку и умолял надзирателя больше не трогать принца, от него доносились ругательства, но принц больше не слышал сосредоточившись на боли. Сокджин не стер улыбку пока его готовили к вечеру, подбирали наряды, особенно смелые наставляли на ночь: не сметь смотреть императору в глаза, не смеяться, не говорить без вопроса, не сметь прикоснуться к нему. Если бы они знали, как принц смел вести себя с их монстром и тот все прощал ему и поощрял на больше, то возможно не стали бы занимать себя бессмысленными разговорами. Он ждал, его подготовили и оставили ожидать возвращения императора и маленького принца с похода. Мазь немного притупила боль, от шока тогда он ничего не ощутил, но сейчас болезненно морщился. Он увидел процессию наездников, Чонгук больше всех спешил к нему. Сокджин не обращая внимания на столпившихся слуг вышел из комнаты, все крылья в замке расходились из центрального двора, он спустился к воротам, которые медленно открывались встречая альф. Чонгук гордо прогарцевал на своем коне перед братом, Джин улыбался ему, солдаты привыкшие к ледяному принцу и маленькому принцу в походе тоже наблюдали за их воссоединением. Принц перестал чувствовать себя одиноким, император смотрел на него. Чонгук подбежал к брату, чтобы успокоить молодое сердце заботой и любовью старшего, рядом всегда будет хорошо. Сокджин не успел убрать раненую руку из объятий, на мгновение он скривился в гримасе, разрушив спокойствие встречи. Чонгук испуганно отскочил от него, Император придержал за плечи, закрывая собой от всех взглядов, он прикоснулся к его руке, принц закусил губу, но его неровное сердцебиение выдавало страдания. Император был в ярости, альфы вокруг них отвернулась и отошли, лишь бы не задохнуться в дыме и едком запахе гари. -Мой король, Сокджин, прошу, разожми пальцы, прошу. -Император склонился перед его рукой, помог выпрямить пальцы, ногти уже впились в кожу оставляя кровавые следы, запястье было уродливо изогнуто, но император оставлял на нем поцелуи не позволяя принцу лить слезы. -Прости, прости, мой король. В замке все говорили о принце, генералу Вонхо не составило труда обезглавить всех, кто смел хвалиться содеянным, среди залов и толп прислуг и господ собрались лужи крови. *** -Вы знали, что рядом с вами нельзя громко говорить или смеяться? Сокджин удобно устроился на подушках, пока император сидя у его ног дотрагивался губами до его рук. Принц покрывался румянцем, не мог поверить, что жестокий император, перед которым преклоняются все, сидит перед ним на коленях и не тревожа переломы мягко водит по ним губами. -Для тебя? -Разве мне не можно все? Принц притянул его ближе к себе, обвив рукой за шею, он игривый, впервые так расслаблен с появления в замке, подтянулся ближе к императору пробуя его губы на вкус, он почти невесомо мазал по ним своими, пытаясь выразить благодарность. Поцеловал сам, Намджун не спешил, его ярость еще никогда не зависела от человека, но за своего принца он был готов на все, даже умолять его о прощении на коленях и не отходить с момента приезда из границ средиземья, где он показывал Чонгуку земли. Он должен был позаботиться о снежном принце, все виновные понесли наказание, но боль причиненную им обоим ничего не сможет восполнить. Намджун лечился улыбками и нежными поцелуями смелого принца, тот успокаивается этим же от императора, его касаниями по телу, ласками. Принц прикусив оттянул его нижнюю губу прося брать больше, не боясь навредить ему. Ладони императора будто прожигают одежду на нем, достают до кожи, пока император оставляет поцелуи на его шее. Ткань трескается, альфа прикусывает его ключицу, жадный, останется след от клыков. Принц отталкивает его от своей груди, император смотрит, восхищенно, Джин рдеет, он никогда не ощущал себя более красивым. Тянется за поцелуем, играясь с терпением императора, уже давно убедившись, что оно безгранично, но все равно нравится дразнить. Принц проводит языком по шраму на нижней губе до подбородка, после вылизывает следующий с челюсти до шеи, ладони сжимаются на его спине и бедрах, а он оставляет влажный след на кривом шраме на скуле. Он хочет знать его наизусть, поэтому изучает шершавость кожи без взгляда. Сокджин уже извинялся подобным образом, зализывая кровавые царапины, но сейчас он хотел поблагодарить, успокоить своего альфу. Убегать и отрицать это бессмысленно, принц навсегда его. Дикарь- всегда делает, как чувствует. Его желание вылизать шрамы императора без кокетства и соблазнительности, оно исконное и идёт от сердца. Рядом с альфой только так, без смущения и неловкости, с неким чувством правильности и уверенности в действиях. Как слепой детеныш исследует границы своего мира, без страха быть наказанным, не зная, что есть страх рядом с источником бесконечной нежности и защиты. Принц никогда не позволял себе подобного, но рядом с императором он не может спрятаться и подавлять свои порывы. Только с ним может быть свободным. Сокджин полюбил тесные объятия, ведь так он ощущал трепет бесстрашного монстра перед собой, как он замирает, когда принц отстраняется и вновь полноценно дышит рядом. Император нежно придерживает его раненую руку, не давая принцу нечаянно двигать ею, но принц достаточно внимателен, его действия обдуманы сердцем. Язык проводит линии по горячей коже, губы зацеловывают глубокие шрамы. Джин в последний раз вновь оставляет поцелуй на губах, император позволяет не спеша пробовать, тянуть, прикусывать, но ласка подстрекает огонь. Сокджин коротко пискнул, как только услышал рык, не испугался, а обрадовался несдержанности. Дикарь, стонет в ответ на истязания, которым подвергает его император, грубо, жестоко, с желанием испить всего. Ему нравится, нравится так сильно. Сокджин ощутил как на его шее осело что-то холодное и тяжелое, он удивленно выпрямился, притронувшись пальцами к ожерелью. Шепнул благодарность, император кивнул в сторону, указывая на зеркало, Принц радостно вскочил и альфа засмеялся. Сокджин совсем забыл про руку, он сморщил нос, но ненадолго ведь в зеркале было так красиво. Два больших сапфира между которыми крупный бриллиант, принц вздрогнул от красоты, более мелкие сапфиры цвета его глаз и капли бриллиантов составили каркас ожерелья, они соединились в бутоны и обрамляли его шею каплями спускаясь на ключицы. Его первое украшение от его альфы. -Ты можешь делать все, что хочешь в замке. Здесь все наше. Выгоняй слуг, находи новых, переделывай все, что не нравится. Император обнял его со спины, соединяя руки на животе, принц прильнул ближе, продолжая внимательно рассматривать украшение на себе, пока альфа прислонил лоб к его плечу. Не один Джин сталкивается с трудностями в замке, император здесь такой же чужак, он завоевал себе имперский трон сам. -Легче сжечь весь замок, вместе с надоедливыми господами, их правилами и неприятными слугами. Принц поморщился, было неприятно сейчас вспоминать про время за пределами объятий. -Ты король, лучше постарайся, чтобы все так же обращались к тебе. Джин вздрогнул, на нем столько ответственности, он не может подвести императора и не сделать все, что в его силах, чтобы помочь. Император в замке постарел на несколько лет, по сравнению с ним на севере, но принц не мог сказать, что ему не шла эта грубость. -Можно пойти в город? -Сначала покори замок. Сокджин вспыхнул от негодования, как император смог узнать подобное, принц никому не желал признаваться в этом, его статус не почитался господами, на него смотрели, как на диковинную игрушку. Джин не знал, что делать, всю жизнь почести были навязаны ему окружающими, он не должен был заслуживать их. -Будь безжалостен, дикарь. Принц думал, что император не знает, что его никто ни во что не ставит в замке, их не было так долго, а до отъезда император по меркам слуг не оказывал ему никакого внимания. Император слышит его взволнованность, неужели принц все-таки боится. -Я отдам тебе все, принцесса. Но я должен знать, что ты сделаешь то же самое, как мой король и правитель. -Я проклинал себя за глупость довериться вам. -Проклинал меня за то, что посмел выжить. -Так хорошо знали это? -Ты не скрывал. -Ты просил не врать. Принц задирает голову, сталкиваясь с императором взглядами, так лучше, чем через зеркало. Сокджин мазнул губами по подбородку и щеке императора, не смог скрыть свое обожание к нему, из-за чего тот так тепло улыбался. Ни один шрам не сделает его ужасным, ни испуганные взгляды окружающих не заставят его поверить, ни сам император. Он не сможет заставить принца поверить, что он монстр. Страх не сковывал его в выражениях, сейчас его уже ничего не остановит прежде чем полностью раствориться. Принц вспоминает жадный поцелуй императора у окна на севере, тогда его одолевали другие чувства. Жгучая ревность, которая резала больше любых слов, она взаправду выворачивала его наизнанку из-за боли и предательства, которое, как ему казалось, император совершил. Но тот все так же проверял его тогда, хотел узнать нрав получше. Сокджин не может винить его, он и сам не доверял безгранично и не с самого начала. Руки на животе принца крепко прижимают к себе. Принц утопает в нежности, пока император щекочет пальцами его живот, талию. Сокджин не расстроился из-за отказа императора предоставить ему все сейчас же, он сможет завоевать расположение и уважение двора сам, пока император будет рядом защищать его. Говорит с придыханием, будто вновь проживал их поцелуи. -Я должен пообщаться с господами, я могу устроить прием? Император оставил поцелуй на его позвонке, ему можно все, Джин прикрыл глаза наслаждаясь ласками. Не хотелось думать про нужду ознакомится с чужими обычаями и согласно им распоряжаться замком, ему было хорошо, ведь он соединил их ладони переплетая пальцы с императором, тот сжал их крепче, уверяя, что он справится. В его сознании все, что произошло на севере стерлось, весь тот ужас, что происходил в его голове тогда был забыт. Они должны были остаться такими же близкими, как в хижине, Сокджин не мог понять из-за чего он так злился и ненавидел. Ему было страшно, он боялся неизвестного и легче всего было во всем обвинить императора. Но с тех пор, как принц рассказал о всех своих страхах в конюшне, сидя в объятиях императора, ему стало свободнее и легче быть рядом с ним. -Из-за чего ты так трепещешь, храбрый принц? Как принц может не влюбляться в него, тает, падает, обожает и не может ничего сделать против.