Тёмное подземелье демонов

      Итан снова улёгся головой на своём столе в кабинете психологии, пытаясь хоть немного поспать до начала урока, но ничего не выходит: за окном на баскетбольной площадке во всё горло орут играющие студенты, а в аудитории кто-то перешептывается, но иногда переходит на крик. Все эти люди мешали Итану спокойно отдохнуть, поэтому он уже смирился с этим, решая, что оставшееся время будет смотреть в окно.       Эти немного нахальные, но добрые баскетболисты так высоко прыгают на площадке, пытаясь закинуть оранжевый мяч в кольцо. Итан немного им завидует, потому что они такие крутые и почти всегда пользуются популярностью среди других. Он бы тоже хотел быть популярным, но все его загоны по поводу внешнего вида и боязнь заговорить с людьми, не дают этого сделать, поэтому парень просто пока остаётся в стороне.       «Я тоже так могу, — проносится мысль в его голове. — Могу!»       Хэддок отворачивается от окна, смотря на свой стол.       «Ммм… Кофе? — спрашивает сам себя, увидев стакан с напитком. — Надеюсь, меня не хотят отравить?»       Он берёт в руки стакан, который отдавал теплом, а из-под крышки доносился приятный запах кофе. Итан проворачивает его, видя надпись: «От Сэма. С добрым утром!» Парень немного удивляется, но потом смущается, поглядывая на второй ряд, где сидел невысокий брюнет в двухцветном свитшоте от Пепси.       «С чего это вдруг? — Итан думает, что в этом есть какой-то подвох, но когда видит ещё одно парня с таким же стаканчиком. — Понятно».       Итан открывает крышку отпивая ароматный кофе.       «На вкус ничего не обычного, — подмечает он, делая ещё один глоток».       Сэм оборачивает, когда Хэддок снова девает глоток, брюнет улыбается, махая парню рукой. Итан опускает взгляд, стараясь не смотреть на него.       На самом деле, Сэм Йоргенсон был неплохим парнем, что перевёлся не так давно (в начале этого учебного года — два месяца назад), иногда влезал в драки из-за чего на его лице были ссадины и синяки, но так он был вполне адекватным. Разве что очень любил экстремальные виды спорта, наверное, поэтому большую часть времени проводил с Астрид, посещая разные мероприятия на эту тему.       Наверное, поэтому их много кто считает парочкой, но как бы хорошо они не смотрелись вместе, Сэм не был заинтересован в этой особе. Да и в принципе, похоже не был заинтересован в отношениях, а на вопросы по этому поводу отвечал: «Я ещё не готов». Кто бы мог подумать? Он нравился большинству девушек и даже иногда интересовал парней, ну оно и понятно: спортивного телосложения, неплохо соображает в автомобилях и мотоциклах, а ещё является третьим в топе стритрейсеров.       Наверное, Итан тоже мог быть таким, если бы родился по подобию этого парня, но ему не повезло. Внешность, проблемы с общением, да ещё отец начальник полиции — кто с таким будет водиться? Он не считал работу отца какой-то позорной, но постоянно проклинал этот факт. Было бы не плохо, если бы его папа не светился на телевидение чаще, чем прогноз погоды.       — Доблое утло, — картавя, поздоровалась преподаватель, заходя в кабинет.       Студенты поздоровались в ответ, а не успевшие сесть сели в тюрьму, расселись по своим местам.       — Итак, сегодня, — начала женщина, открывая свой блокнот с записями. — Палное задание на две недели.       Студенты обрадовались, потому что они смогут выполнить его со своим другом. Правда вот Итану это не особо в радость, а скорее в тягость, ибо надо найти себе пару. А кто вообще захочет с ним сотрудничать? Правильно, никто.       — Не так быстло, — их веселье прервала женщина. — Вот список пал, — она включает проектор и на доске отображается документ.       Всё начинают разглядывать, пытаясь найти своё имя в списке, а когда находят радуются. Итан тоже не отстаёт от них, старательно осматривая, боясь упустить из виду. Список не длинный — всего десять пар, но найти своё имя становиться труднее, когда волнуешься. И всё же, он находит его. Оно рядом с её именем.       «Это что Астрид? — думает он, почти подпрыгивая на месте. — Я похоже сплю?!»       Но это не сон, а «рояль в кустах» на самом деле. Его поставили в пару с самой Астрид Хофферсон, той кого он почти что боготворил. Итан не может поверить, потому что такого не может быть, а если и может, то по чистой случайности. Да, по чистой случайности, а он ведь действительно, как магнит для таких вещей, поэтому сразу же успокаивается.       Он пытается не улыбаться, чтобы не привлекать лишнего внимая, а то мало ли что о нём подумают.       — А можно мне поменяться? — громко спрашивает Сэм, смотря на своего напарника.       — Ммм… А тебя Сидни не устраивает? — в ответ спрашивает мисс Холл, наклоняя голову на бок в ожидании ответа.       — Да не, — отрицает брюнет. — Просто есть кое-кто другой с кем бы я хотел быть в паре.       «А щас, Астрид моя!»       Мисс Холл вздыхает, но ничего не отвечает.       Итан уже радуется, потому что, возможно, ему не разрешат, а если не разрешат — он останется с Синди, а Хэддок с Астрид. Такой расклад Итана вполне устраивает.       — Ну, если он не будет плотив, то почему бы нет? — всё же преподаватель даёт свой ответ, отчего Итан чувствует боль в области грудной клетки.       «Ах ты ж, скотина, — думает Итан, напрягая челюсти».       — Отлично, — радуется Сэм. — Ты не против, Итан?       Он сразу же расслабляется, слыша своё имя, немного замешкавшись, парень смотрит на Сэма, что как раз смотрел на него своими серыми глазами. Итан чувствовал подвох, а как иначе это объяснить? Зачем ему Итан? Ну точно, чтобы не работать. Ведь шатен добренький, иногда помогает с домашкой. Чем ему вообще не понравился Сидни? Он же точно такой.       Итан не отвечает, продолжая пялиться на Сэма, ничего не понимая. Это какая-то подстава?       «Вот чёрт, если сейчас ничего не сказать — Астрид откажется от меня, но это ничего не меняет. Ведь она потом с лёгкостью сможет поменяться ещё с кем-нибудь. Ну блин, я в жопе! — парень начинает паниковать, потому что может в любой момент упустить Астрид. — Ну же, думай, что можно сделать? Выпрыгнуть в окно? Спрятаться под стол? А может выбежать из кабинета? — Итан пытается найти решения проблемы, пока играет в гляделки с Йоргенсоном. — Нет, это мне не поможет, а только ухудшит ситуацию. Что потом обо мне подумают люди? Трус. Странный. Лох».       Итан слышит очень много голосов в голове, что поочерёдно оскорбляют его. Он начинает бояться ещё сильнее, сжимает рукав своего серо-зелёного худи. В аудитории уже никто не обращает внимание на застывшего парня, они продолжают слушать женщину и её рассказы о всяких психологических феноменах. Хэддок всё ещё не подвижно сидит, смотря в одну точку, правда выглядит это так, будто он внимательно слушает.       — Нет! — неожиданно выкрикивает Итан, заставляя обратить на себя внимание.       Сорок пар глаз испуганно смотрят на него, ничего не понимая, да в принципе, он тоже ничего не понял, поэтому также испуганно смотрит в ответ.       «Что это сейчас было?»       Итан трясёт головой, потому что только сейчас понял всю суть. Он снова стыдливо опускает голову, отводя взгляд, немного краснеет.       «Это полный пиздец! — раздражённо выкрикивает голос в голове. — Чтоб меня машина сбила! Как же так, а? Чёртово дерьмо!»       — Вот же баскетболисты, — сердито говорит Сэм, стуча кулаком по столу. — Совсем разошлись.       Подростки начинают хихикать, забыв про Итана, который сидел с опущенной головой. Они быстро переключаются, а это хорошо, но свой позор он никогда не забудет.

***

      Уже ближе к четырём вечера, Итан покидает школьные стены кампусов, по которым он уже задолбался ходить.       Шатен уже за воротами, идёт по парковке в надежде угодить под проезжающий транспорт. Он пинает попавшийся камушек, поглядывая на плывущие немного сероватые облака. Немного дует прохладный осенний ветерок, раздувая волосы в стороны, отчего они топырятся ещё сильнее. Ветер раздувает волосы, а Итан свои проблемы, которых на самом-то деле нет, он просто всё драматизирует.       Хэддок очень любит драму, а в особенности создавать её в своих мечтах и мирах, превращая порванный лист в мировую войну. Он странный, ну а кто не странный? Разве, интересно быть таким, как все? На это у Итана своё мнение. Обычно, он отвечает: «Вообще, мне не нравиться быть не таким, как все — это заставляет меня выделяться, а потом ещё и думать о том, что обо мне думают другие».       Итан зациклен. Зациклен на мнении общественности по любому поводу в свой адрес и в адрес Ночной Фурии, но ведь обычно о Фурии говорят только хорошее. Фурия является любимчиком даже несмотря на то, что никогда ни о чём не говорит, — хотя зачем? Ведь эта так называемая фишка добавляет ему ещё большей известности. В Интернете все говорят о таинственном стритрейсере, гадают и строят разные теории.       «Круто быть знаменитым, пока тебя не начали осуждать».       Парень продолжает спокойно идти по тротуару, даже не смотря по сторонами, впереди идут две девушки что-то обсуждают, Итан пытается в слушаться в их разговор, но позади кто-то выкрикивает его имя.       — И-и-и-и-та-а-а-ан! — протягивая гласные, кричит Сэм, догоняя шатена.       Зеленоглазый ускоряет шаг, но девушек не обгоняет, потому что боится потревожить их. Йоргенсон нагоняет его, приближаясь, он хватает парня за плечо, останавливает. Итан останавливается, не шевелится. Сэм восстанавливает сбившееся дыхание, немного нагло поворачивает напуганного шатена к себе лицом.       — Сорри, — он суёт собеседнику небольшую шоколадку. — Но что насчёт задания, а?       Итан ничего не говорит, тупо пялясь на парня, почти не моргая, делает попытки отойди назад. Сэм отпускает его плечо, давая тому свободу, чтобы получить ответ. Шатен тянет резину, потому что снова ничего не может сказать.       «Ну же, — в мыслях умоляет себя. — Скажи: «Нет», — это что так сложно? — голос в голове более отчётливый, чем на самом деле.»       — Эм… Птфт, — Итан будто выплёвывает буквы, забывая, что хотел сказать. — Ну-у, к-к-как б-б-бы, — наконец-то что-то получает, но выходит не очень. Сэм терпеливо ждёт.       — Господи, Сэм! — выкрикивает Астрид, прерывая и без того убогую речь парня. — Не офигел ли ты часом? — нагло спрашивает она, давая подзатыльник брюнету.       — Какого? — не понимая, восклицает Йоргенсон, расставляя руки в стороны.       — Он мой, — достаточно грозно и убедительно произносит Астрид, вставая рядом с запуганным Итаном. — Уяснил?       — Ага, — твёрдо отвечает он. — Но вообще, я не против пообщаться с тобой, — говорит Сэм, кивая на шатена.       Брюнет кидает короткое: «Пока», — переходя улицу немного в неположенном месте. Итан с облегчением выдыхает, победно улыбаясь.       «Ха-ха-ха, — зловещий смех отдаётся эхом внутри. — Съел, да? Теперь Астрид моя! Хрен я тебе её отдам! А, стоп, — поток мыслей останавливает. — Это же… Да блин, ну нет!»       — Эй, Итан, алло, — Астрид замечает его игнор, решая энергично помахать перед лицом парня. — Ты ещё здесь?       Хэддок еле слышно пищит, отпрыгивая назад, почти выскакивая на проезжую часть, где в этот момент проезжала машина. Астрид хватает его за руку, пока он не грохнулся. Итан чувствует: какая она тёплая, мягкая и гладкая, в голове вырисовывается романтичная картинка, парень томно вздыхает.       Опавшие листья красиво лежат на аллее, рядом пролетает небольшая синица, усевшись на голую ветку дерева. Итан идёт по тротуару, вымощенному плиткой, в одной руке держит почти остывший стаканчик чёрного кофе, а в другой — тёплую, нежную и приятную руку Астрид. Они непринуждённо болтают, парень иногда рассказывает анекдоты, после чего девушка тихо хохочет, продолжая идти рядом с ним. Парочка идёт спокойным шагом, никуда не торопясь, шатен чувствует себя спокойнее, чем обычно; отпивает кофе из стаканчика, оно холодное — он кривляется. «Фу», — выдохнув, говорит он. Астрид смеётся, забирая стакан из рук, чтобы напиток не пролился на одежду.       — Итан, очнись, хватит спать, — настойчиво требует девушка, отпустив руку.       — А, д-д-да.       — Неужели, — вздыхает Астрид. — Итак, а теперь о задании. Давай встретимся завтра, около торгового центра, если ты не против?       Он отрицательно кивает, соглашаясь. Девушка говорит время, ещё что-то про его забавное выражение лица и, помахав на прощание, садится в машину, что остановилась у обочины. А Итан, а что Итан? Он продолжает стоять, чувствую, как что-то приятно щекочет стенки желудка, передавая в мозг приятные ощущения. Это вроде как бабочки в животе.       Парень приходит в себя уже через какое-то время, он, как в фильме: время замедлилось, ощущение реальности немного размылось, и Итан даже забывает, где находится. Он чувствует, как в кармане джинс вибрирует телефон, Итан вынимает устройство, отвечая на звонок.

***

      Уже придя домой, Итан может спокойно выдохнуть, но не получается ощущение лёгкости не покидает его, но оно также перекликается с тяжестью, которая почему-то появилась после слов Сэма. Хэддок знает, что вряд ли сможет с ним заговорить ещё раз, что уж там говорить о пообщаться. Хотя он бы мог попробовать, но опять же этот навязчивый страх и сомнения лезут в его голову, потихоньку выползая из тёмных углов.       Страх. Сомнения.       Одни из ключевых слов в его жизни. Его страхи — это ярко-красные змеи, что иногда бросают и режут глаза, он пытался с ними бороться; но они оказались куда сильнее, чем предполагалось. Сомнения — мерзкие, ядовито-зелёные змейки, хоть и меньше, но в разы ядовитее, чем страхи. Сомнения отравляют его, как табак отравляет лёгкие, как болезнь отравляет тело, — верно сомнения — это своего рода болезнь. Страхи тоже. Они стоят в одном ряду, в одной категории.       «Завтра у меня встреча с Астрид! С Астрид! — радостно, но потом: — А вдруг… Вдруг я опять налажаю? Где-то провалюсь? Что она тогда скажет? Что я — ничтожество? Я и в самом деле ничтожество в отличие от неё».       Итан садится на корточки посередине своей комнаты, утыкается лицом в колени, собирает пальцы в замок и начинает накручивать себя. Вот они — змеи страха и сомнения, такие липкие, склизкие и отвратительные. Вылазят на охоту, разрушают его, кусают, впрыскивая яд, а насытившись — уползают обратно.       Может Итан и нытик, но это почему-то помогает ему, помогает успокоиться, он словно очищается таким способом, крайне странным способом.       — Больно, — шипит парень, ударившись головой о пол, потому что не удержался. — Может поплакать?       На самом деле, у него не очень хорошо получается плакать, а если получается, то выглядит не реалистично — выдавил эмоции. Дохлый номер. Никто не верит таким вещам.       Итан не умеет плакать, а значит — он не нытик. Он — мнительный.