VI
27 июля 2023 г., 09:00
Часть VI ≈ «Отныне моё сердце принадлежит тебе: I»
Марко
Я сидел в «игровой» и читал книгу, которую облюбовал ещё пару дней назад. Рядом о чем-то спорили Сэмми и Питти, постоянно отвлекая меня. Томми же в это время был на обслуживание клиента. Я пробыл в борделе уже почти неделю, а точнее шесть дней. За это время я успел познакомиться и пообщаться со всеми парнями. В основном все они были неплохими ребятами. Имелись, конечно, некотопые, кто считали себя лучше других, но ими в основном были такие же, как и я, «ВИП-сыночки» Дони. Три дня назад сюда приходил парикмахер и… В общем, нет у меня больше моих белоснежных кудрей. Мне сделали короткую модную стрижку, научили как лучше уложить волосы в прическу, заверив, что теперь я был неотразимым красавчиком. А я просто не хотел, чтобы в будущем меня хватали за волосы, как это делал Ларко со своими дружками. Сэмми пришел в неописуемый восторг от нового меня и стал называть Лапочка. Я очень переживал, что эта кличка, не дай бог, приживется в коллективе, и все начнут так обращаться ко мне. А мне этого ох как не хотелось в данной ситуации. В «игровой» было очень шумно, хотя здесь мы находились всего всемером. Из-за споров и ярых обсуждений клиентов, я никак не мог сосредоточиться. Прочитав страниц пять, я как ни старался, не смог вспомнить, о чём была первая. Справа от меня сидел Питти и как обычно обиженно дул губы. Сэмми же тараторил без оставновки, пытаясь его в чем-то убедить. Вскоре вернулся Энтон, как всегда до ужаса довольный. Я ни разу не видел, чтобы он возвращался от клиента без счастливой улыбки на своём до невозможности смазливом лице. Неужели он настолько любил трахаться, что ему было всё равно под кого ложиться? Ребята тут же обступили его со всех сторон и принялись расспрашивать, с кем он был, в каких позах и понравилось ли ему что-то новое. Боже, не хочу стать таким же, не хочу приходить и с гордостью рассказывать сколько раз я смог кончить. Забив на их разговоры, я снова попытался вернуться к книге. Перелистнул страницы назад и начал перечитывать их заново. Но как бы я не пытался сконцентрироваться и углубиться в историю, у меня ничерта не вышло. Краем уха я снова уловил их разговоры. — Сегодня, пока был у Дони, слышал как он с Пэри разговаривал, короче, мистер Сомниус вернулся и на завтра заказал мальчика, — мечтательно рассказывал о подслушанном разговоре Энтон. Неужели ему сегодня мало было? — Ох и повезёт кому-то. Этим «особенным сыночкам» всегда всё самое лучшее, — совершенно неискренне надул губы Тори, ещё один любитель потрахаться. Дослушав их разговоры, я неодобрительно покачал головой. Эти двое здесь находились добровольно. Мне кажется, я никогда не смогу понять их. Как? Ну как можно спать с каким-нибудь пузатым стариком и ловить при этом кайф? Меня аж передёрнуло от этой мысли. За эту, почти неделю, меня ещё ни разу не вызывали к клиенту и я очень надеялся, что это продлится как можно дольше. Я снова решил попытаться вникнуть в текст, но у меня, конечно же, не получилось это сделать. Мои мысли опять унеслись к Римо. За это время, что я провёл здесь, так ни разу его не увидел. Я вообще никого здесь не видел кроме Лидии. Но кто-то каждый день убирался в моей комнате. Перестилал постель, чистил ванную комнату и менял полотенца. Но я так ни разу и не столкнулся с ним. Устав от этого галдёжа и спора Сэмми с Питти, я захлопнул книгу и, пожелав всем доброй ночи, быстро свалил к себе. Я уже почти дошёл до своей комнаты, как услышал, что меня окликнул Виктóр, один из охранников Дони. На мой вопросительный взгляд он ответил, что «Папочка» ждёт меня в своём кабинете. Предчувствуя что-то нехорошее, я нехотя поплелся к нему. Дони был в кабинете один и когда я вошёл, он указал мне на стул, стоявший напротив его стола. Присев, я внимательно посмотрел на него. Мне сразу не понравилась его довольная ухмылка, похоже, ничего хорошего меня не ждёт. — Марко, мальчик мой, — чересчур ласково начал Дони, а у меня сердце замерло в груди, — завтра у тебя первый клиент. От его слов сердце ухнуло к ногам, а вернувшись, застучало в горле. В глазах мгновенно потемнело и я даже испугался, что сейчас грохнусь в обморок. Из-за громкого биения сердца я почти не слышал, что там мне пытался объяснить «Папочка». И мне пришлось приложить немало усилий, чтобы хотя бы в конце разговора разобрать о чем он говорил. — … завтра к семи вечера должен быть полностью готов, ты меня понял? — спросил Дони заметив моё состояние. — Ты должен к этому времени привести себя как следует в порядок. Виктóр отвезёт тебя и заберёт на следующий день. — Отвезёт? — не понимающе переспросил я. — Мистер Сомниус всегда заказывает на дом, это привилегия ВИП-клиентов. Им не обязательно ехать сюда, — объяснил Дони, а я попытался успокоить скачущее сердце и надеялся, что не потеряю сознание, когда поднимусь с места. — Одежду, в которой ты отправишься туда, тебе принесут утром. Завтра выходить из комнаты можешь только во время завтрака и обеда. Ты всё понял? Я неуверенно кивнул, и Дони, наконец-то, отпустил меня. Похоже сегодня мне предстояло провести бессонную ночь. Да и завтрашний день, наверняка, будет не менее беспокойным. Еле переставляя ноги и толком ничего не соображая, я вернулся в комнату. Машинально воспользовался туалетом, почистил зубы и забрался на постель. Поплотнее закутавшись в одеяло, я уставился в потолок. Меня трясло, словно в комнате было холодно, как на улице зимой. Слёзы сами потекли по лицу, и я опять разрыдался. Все эти дни я как мог морально готовил себя, зная, что этот день рано или поздно настанет. Но я всё же надеялся, что это случится не так скоро. Глупец! Чего я ожидал, находясь в борделе в качестве «товара»? Что меня пожалеют, дадут мне время свыкнуться? Нет, Дони интересовали только деньги и на мои страхи и переживания ему, разумеется, было плевать. Моим первым клиентом будет Мистер Сомниус… Это о нём, вроде, сегодня говорил Энтон. Как я понял из их разговоров, оказаться в его постели мечтали все. Что же в нем было такого, что все так сходили по нему с ума? Он был настолько хорош в постели или давал большие чаевые? Это мне предстояло завтра узнать.***
Следующим утром меня разбудил дождь, громко барабанящий по стеклу. Вылезать из тёплой постели не было никакого желания. Как и не было его куда-то ехать. Я очень боялся, что мистер Сомниус окажется толстым противным стариком и я просто не смогу сделать то, чего он захочет. Не смогу пересилить себя и убрать с лица гримасу отвращения. И тогда он непременно пожалуется Дони, а тот, разумеется, разозлится на меня и ни чем хорошим это, конечно же, не кончится. Как бы мне не хотелось, а встать всё же пришлось. Подойдя к окну, я отдёрнул занавеску и выглянул на улицу. Небо заволокли тяжёлые свинцовые тучи, значит, дождь будет лить весь день. На пустыре образовались лужи и я заметил, что кто-то собрал на нём весь мелкий мусор. Пасмурное утро навевало ещё большее уныние, и мне снова захотелось разреветься. Но нужно было взять себя в руки. Пришло время расплачиваться за «гостеприимство» Дони. Когда я спустился к завтраку, многие уже были там. Я решил никому не говорить о том, что это я проведу ночь с мистером Сомниусом. Не хотелось, чтобы потом на меня налетели с расспросами, каково мне было под ним. Общаться тоже ни с кем не хотелось и я весь завтрак отделывался короткими фразами. А на вопрос, отчего у меня было плохое настроение, ответил, что просто не выспался. Сразу после завтрака, как приказал Дони, вернулся к себе в комнату. Нервы были на пределе и единственное, что сейчас меня могло хоть немного успокоить — это рисование. Достав начатый вчера портрет Лидии, я принялся за дело. Во время любимого занятия я всегда отключался от реального мира, и неожиданный стук в дверь испугал меня, возвращая назад. В комнату вошёл Виктóр и, передав мне мешок с одеждой, напомнил, что я должен быть готов к семи. До назначенного времени оставалось три часа. Я метался по комнате, как дикий зверь запертый в клетке. В голове была только одна мысль — поскорее бы пережить эту ночь. Казалось, будто время остановилось, продлевая мои мучения. При мысли о клиенте меня наполнял страх и тошнота моментально подкатывала к горлу. На обед я не пошёл. От переживаний аппетита не было совершенно, а давиться едой, насильно впихивая её в себя, мне тем более не хотелось. За полтора часа до выхода, я нехотя отправился в душ. Требовалось как следует привести себя в порядок. Удалить растительность с определённых мест, хорошо вымыть тело и натереться душистым маслом. Стоя в душе я чувствовал себя словно девка на выданье. Как будто мужа поеду себе выбирать, а не… Боже, даже думать об этом было страшно. Вернувшись после душа в комнату, я поднял мешок, лежавший на кровати и повертел его в руках. Интересно, что же это за спец одежда такая, что её выдавали для встречи с клиентом? Расстегнув замок, я достал оттуда шелковую рубашку светло серого цвета, чёрные узкие джинсы, новый комплект нижнего белья и носки. Вроде ничего особенного. Переодевшись, я осмотрел себя в зеркало. Что же, выглядел я в этом наряде неплохо, даже очень неплохо. Быстро высушил и уложил волосы, и готовый забрался на постель в ожидании Виктóра. Только вот был ли я действительно готов? Виктóр пришёл за десять минут до назначенного времени. Окинул меня взглядом и, подмигнув, сказал что я прям красавчик. Затем кивнул, чтобы я следовал за ним, и мне ничего не оставалось, как подчиниться. Выйдя за дверь я остолбенел. Справа, в конце коридора сидел на коленях Римо и драил щёткой пол. Сердце пустилось в пляс. Я не мог оторвать взгляд от друга. Римо, словно почувствовав это, поднялся и посмотрел в нашу сторону. Щётка выпала у него из рук, а на лице промелькнуло столько эмоций, что я не успевал их улавливать. Я тут же улыбнулся ему. Вот он, тоже здесь и с ним всё хорошо и это сейчас для меня было самым главным. Да пусть хоть кто имеет меня, главное, я теперь знал, что он был в порядке. Римо улыбнулся в ответ и помахал мне рукой. А меня вдруг охватило беспокойство. Уже ведь было около семи, а он все ещё работал. Сколько же часов в день ему приходилось трудиться? Мне стало не по себе и я ощутил себя предателем. Он трудился не покладая рук, а я развлекался уже почти целую неделю. Так что всё было честно и сегодня я должен отработать всё. Меня окликнул Виктор и велел поторапливаться. Помахав Римо на прощание рукой, я последовал за охранником. Может эта встреча случилась неспроста и была хорошим знаком, и мне не следовало так сильно переживать о предстоящей ночи с клиентом? Размышляя над этим, я трясся на заднем сидении автомобиля и пытался таким способом успокоить себя. И у меня это вроде бы даже получилось. Всю оставшуюся часть дороги я провёл прилипнув к окну, рассматривая вечерний Морти. Он был поистине величественным. Такое множество небоскрёбов я даже представить себе не мог. Среди них, то тут, то там виднелись небольшие старинные здания. Кругом мелькали какие-то ресторанчики и магазинчики. И нескончаемый поток людей, суетящихся и куда-то вечно торопящихся. Они спешили совершенно не обращая внимание ни на толкания в толпе, ни на красоту своего города. Всё это им уже приелось, примелькалось и не вызывало ничего кроме скуки. Вскоре мы свернули на дорогу, которая вела за город. Теперь перед глазами замелькали поля, засаженные какими-то злаками или просто заросшие травой и цветами. Я открыл окно и вдохнул свежий душистый воздух, пропитанный ароматом полевых цветов. На душе сразу стало теплее и спокойнее. Незаметно поля сменил лес, постепенно становясь сплошной стеной, отчего казался непроходимым. Вскоре мы опять свернули, выехав на насыпную дорогу и остановились у огромного дома из светлого кирпича. Дом окружал такой же большой сад, и он словно утопал в зелени, отчего казался каким-то сказочным. Волнение и страх снова вернулись, и желание покинуть автомобиль тут же испарилось. Виктор вышел из машины и открыл дверь, и мне ничего не оставалось, как нехотя выползти из неё. Ноги еле передвигались, а сердце рвалось из груди, пока мы подходили к дому. Охранник позвонил в дверь и её открыл пожилой мужчина. Окинув взглядом с ног до головы, он пропустил меня в дом, сообщив, что мистер Сомниус ожидал меня. Виктор, попрощавшись и пожелав удачи, напомнил, что заберёт меня завтра утром и ушёл. Пожилой мужчина провёл меня в огромную гостиную и оставил одного. Чтобы отвлечься от переживаний, я огляделся. Комната было обставлена со вкусом, а огромный камин придавал невероятный уют, делая это место тёплым и домашним. И мне вдруг захотелось остаться здесь навсегда. Услышав шаги на лестнице и вздрогнув от неожиданности, я перевел взгляд на неё и забыл как дышать. Сверху лёгкой походкой спускался молодой красивый мужчина, не старше двадцати пяти лет. Оказавшись внизу он медленно подошёл ко мне. — Добрый вечер, мистер Сомниус, — тихо поздоровался я и почувствовал, что мои щёки тут же вспыхнули огнем. — Ну что ты, солнце, можешь звать меня Милан, — ласково проговорил он и легонько провёл большим пальцем по моей щеке, — Марко, верно? Я кивнул, не в силах отвести от него взгляд. Чего я так боялся не произошло. И я проведу ночь с очень красивым и, похоже, ласковым и заботливым молодым человеком. И теперь мне стали понятны все эти восторженные разговоры ребят о Милане. Наверное, не каждый день выпадала возможность встретить такого клиента. — Ты уже ужинал? — заботливо спросил он, взяв меня за руку. — Нет, — коротко ответил я, слегка мотнул при этом головой. Его прикосновение ко мне мгновенно вызвало мелкую дрожь во всём теле. Он повёл меня в сторону приоткрытой двери и мы очутились в столовой. И в этой комнате был камин. И хоть летом его не разжигали из-за жары, он всё равно придавал комнате красоту и уют. Я всегда обожал камины и проводить время за чтением книги, в то время как в нём, зимними вечерами, приятно потрескивали дрова. Посреди столовой стоял большой обеденный стол из массивного дерева. Вокруг него, из такого же материала размещались восемь стульев. Стол уже был накрыт на двоих. И первое, что я заметил на нём, была бутылка с каким-то алкогольным напитком и два бокала. Несмотря на то, что я родился в семье продавца вина, я ни разу не пил горячительных напитков. И сейчас не знал, стоит ли мне попробовать или всё же лучше отказаться. Я ведь не знал, как алкоголь действует на меня. Милан подвёл меня к столу и отодвинул стул, приглашая сесть. Почему-то в этот момент я почувствовал себя чуточку неловко. Никто в жизни ещё не ухаживал за мной таким образом. Интересно, он со всеми, кого заказывал, вел себя по джентельменски? Украдкой зглянув в его сторону мне вдруг подумалось: — отчего такой красивый и богатый мужчина был одинок и прибегал к помощи борделя, чтобы удовлетворить свои сексуальные потребности? Может, с ним всё так что-то было нечисто? Может, это он сейчас такой обходительный, а в постели окажется чёкнутым сексуальным маньяком? Об этом было страшно думать и я направил всё своё внимание на Милана, чтобы немного изучить его. Он сел напротив меня и, взяв бутылку, предложил выпить. Я застыл, смотря ему в глаза и не знал, что ответить. — Не бойся, оно поможет тебе. Я же вижу, что ты весь напряжён, — разливая вино по бокалам, попытался успокоить меня мистер Сомниус, — Дони сказал мне, что ты новенький и скорей всего девственник. Так что немного расслабиться тебя не помешает. Послушав Милана, я сделал пару глотков и ощутил как горячительная жидкость, обжигая, стекла по горлу и оставила приятное фруктовое послевкусие. Через пару минут дверь в столовую открылась и женщина лет сорока пяти прошла к столу, везя тележку с блюдами. Поздоровавшись, она поставила передо мной тарелку с лёгким ужином, состоящим из риса, морепродуктов и обжаренных овощей. И это яство источало такой аппетитный аромат, что я сразу же понял, как сильно на самом деле проголодался. Почти всё то время, что мы были заняты едой, Милан смотрел на меня не отрываясь. И по этой причине мои щёки постоянно покрывал румянец смущения. Я тоже не упустил шанс повниметельнее рассмотреть моего клиента. Тёмноволосый, с правильными чертами лица и глазами серо-зелёного цвета. Не смзливый, нет, по мужски красивый. Высокий, в меру подтянутый, это было заметно даже через рубашку. О таких обычно мечтали миллионы девушек и женщин. Покончив с ужином, я сделал ещё пару глотков вина. Я всё еще немного нервничал, а алкоголь, как я уже понял, неплохо помогал расслабиться. Мы ещё немного поболтали на интересные темы, чего я никак не ожидал. Я был уверен, что стоит мне войти в дом и меня сразу же потащат в спальню. Встав из-за стола Милан снава взял меня за руку и поглажевая большим пальцем кисть моей руки, повёл в сторону лестницы. Поднявшись на второй этаж, мы свернули направо и прошли до конца небольшого коридора. Он распахнул передо мной дверь и я вошёл в его спальню. В ней горел приглушённый свет ночных ламп, постель уже была расправлена и застелена тёмно синим бельём. Сама комната была выполнена в тёмно-синих и бежевых тонах. Кровать стояла посреди комнаты и была просто огромной. Хотя, вполне возможно, что мне это только казалось, так как моя постель была очень скромных размеров. Милан подвёл меня к ней и встал напротив. Легонько провёл подушечками пальцев по скуле, обвёл очертание губ и слегка наклонившись поцеловал. Тягуче медленно захватывая то верхнюю, то нижнюю губу. Затем лизнул по ним языком и попытался просунуть внутрь самый кончик. Это был мой первый поцелуй и я совершенно не знал, что нужно было делать. И это очень сильно смутило меня — Пустишь меня? — прошептал Милан слегка отстранившись от моих губ. — Приоткрой немного рот. Я послушно сделал, как он попросил и Милан тут же скользнул языком между губ. Нежно лаская мой язык своим, он принялся медленно расстёгивать рубашку. А у меня закружилась голова от этих новых и таких приятных ощущений. Справившись с пуговицами, он положил руки мне на грудь и медленно повёл ими вверх. Дойдя до плеч, всё также медленно, по рукам он стал спускаться вниз, попутно снимая рубашку. Меня била мелкая дрожь и я ощутил, как с каждой секундой начинаю заводиться всё сильнее. Милан обнял меня за поясницу, прижимая моё тело к своему. Целуя уже глубоко и страстно, он скользнул ладонями по спине. Похоже, он уже был сильно возбуждён, я чувствовал это в движениях. Я и сам на удивление завёлся не меньше и обнял его за шею, стараясь прижаться ещё плотней. Милан осторожно отстранился от меня, чтобы избавится от своей рубашки, и снова обняв, аккуратно опустил нас на постель. Прохладные простыни приятно холодили разгорячённую кожу и я обнял его, наслаждаясь лёгкой тяжестью тела. Милан вновь захватил мои губы в дразнящем поцелуе. Постепенно он плавно перешёл на шею, плечи, грудь. Когда его губы достигли пояса джинс, он поднялся и медленно, пуговка за пуговкой расстегнул их. Освободив меня от тесной одежды, он снова вернулся к губам. Я млел и плавился от его поцелуев и нежных прикосновений прохладных пальце к обнажённой коже. Внутри меня, казалось, бушевал пожар, а внизу живота сладко потянула. Такого невероятно приятно ощущения я раньше никогда ещё не испытывал. Когда Милан успел избавиться от брюк и белья я даже не заметил. Зато заметил, как он взял смазку с тумбочки и, открутив колпачок, выдавил приятно пахнущий гель на пальцы. Внезапно мне стало страшно. В голове всплыли воспоминания износилования и я вздрогнул, когда он скользнул пальцами между ягодиц. — Тише, тише, я не сделаю тебе больно, солнышко, — прошептал он ласково и чуть надавил, — раслабся, так будет легче. Чтобы отвлечь меня от пугающих мыслей и поначалу неприятных ощущений, Милан вновь припал к моим губам в нежном поцелуе. Я настолько сосредоточился на поцелуях, что не заметил как он подготовил меня. Я тихо постанывал и вздрагивал от каждого его прикосновения, и неожиданно осознал, что хочу большего. Именно с ним, именно сейчас мне захотелось пойти до конца. И даже мысли о том, что сделал Ларко больше не пугали и не останавливали меня. — Ми-и… ла-ан… — чуть громче простонал я, впившись пальцами ему в предплечья. — Солнышко, сейчас, — прошептал он и, словно прочитав мои мысли, приподнялся, — перевернись на живот, так будет легче в первый раз. Я с трудом понял, о чем именно он попросил, и перевернулся, распластавшись на животе. Милан помог мне принять правильную позу и оставил несколько обжигающих поцелуев на плече. Сквозь собственное тяжёлое дыхание я уловил, как он вскрыл пакетик с презервативом, раскатал его и нанёс смазку. Милан все делал осторожно. Каждое его движение, каждое прикосновение и поцелуи были нежными и неторопливыми. Он был уверен, что это у меня происходило впервые, поэтому старался сдерживаться, чтобы не причинить мне боль. От лёгкой тяжести его тела, жарких губ и ласковых рук, я млел и плавится и поскуливая просил ускориться. Наивысший пик наслаждения подступил так неожиданно, что оглушил меня, и я, как мне показалось, даже на секунду отключился. Окончательно я пришёл в себя уже тогда, когда Милан лежал рядом и лениво поглаживал моё бедро. Наслаждаясь отголосками полученного удовольствия, я ощутил, как на меня накатила приятная усталость, и я, прикрыв глаза и обняв Милана, провалился в сон.
