VII
28 июля 2023 г., 09:00
Часть VII ≈ «Отныне моё сердце принадлежит тебе: II»
Марко
Проснулся с утра я в полном одиночестве. Быстро поднявшись, оделся и отыскал ванную комнату, чтобы более-менее привести себя в порядок. Торопливо спустившись вниз, я нашёл Милана в гостиной. Он с кем-то разговаривал по телефону, а, заметив моё появление, быстро попрощался и, отключившись, подошёл ко мне. Заглянув в глаза, он порывисто обнял меня, тесно прижав к груди, и вовлек в тягуче нежный поцелуй. Милан целовал так, словно мы виделись в последний раз. Хотя, возможно, так оно и было. — Звонил Виктóр, сказал, что подъедет через пять минут, — отпустив мои губы, сообщил Милан, — совсем скоро мне придётся опять уехать, но до этого, я бы хотел снова увидеться с тобой. Я уже договорился с Дони, тебя привезут на следующей неделе. И я хочу попросить тебя, солнышко, не намывайся сильно в душе перед тем, как поедешь сюда. В следующий раз я хочу принять его вместе с тобой. Выслушав Милана, я кивнул, ощутив, как вспыхнули щеки. Прижавшись к нему, я зарылся пальцами в мягкие волосы и опустил голову ему на плечо. Мне так не хотелось уезжать. Хотелось навсегда остаться рядом с Миланом, с таким ласковым и заботливым мужчиной. Раздавшийся звонок в дверь, слегка испугал меня и, вздрогнув, я отстранился и заглянул в серо-зелёные глаза. Я прочёл в них туже печаль, что заполнила и мою душу. Милан так же как и я не хотел расставаться. Но это было неизбежно. Нежно проведя кончиками пальцев по скулам, он припал к моим губам в прощальном поцелуе. Нехотя покинув дом, я сел в машину и Виктóр повёз меня назад. Я уезжал, но моё сердце осталось там, рядом с Миланом. Всю дорогу, пока мы ехали назад, я думал о нём. Ругал себя за то, что так быстро уснул. За то, что слишком долго проспал утром, и мы так мало провели время вдвоём. Мало. Мне так его мало. Безумно хотелось остаться с ним рядом навсегда. Что бы каждую минуту наслаждаться им. Его ласковыми прикосновениями, его нежными поцелуями. Я до сих пор помнил запах его тела и вкус сладких губ. Мне казалось, что сойду с ума без его улыбки. Никто и никогда больше не сможет подарить мне тех невероятных ощущений, которые я испытал с ним. Проведя пальцами по щеке, я ощутил на них влагу. А я и не заметил, что плачу. Каким же плаксой я стал… Вернувшись в «Синюю Лилию», я сразу же ушёл к себе. В «игровую» идти не хотелось. Я не собирался хвастаться и рассказывать всем, как я провёл первую ночь с клиентом. Быстро приняв душ, я переоделся в удобную одежду. Эту же, в которой был с Миланом, запихнули обратно в мешок. Снова вспомнив о нём, я быстро подошёл к комоду и достал свой набор. Я должен был его нарисовать, чтобы в любую минуту, когда на душе будет тяжело, я мог вспомнить, как сладко мне с ним было. И я ничуть не сомневался, что это мне обязательно поможет. Поможет вера в то, что мы обязательно ещё встретимся. Через пару часов после моего возвращения пришла Лидия и принесла обед. Уловив потрясающий аромат блюда, я осознал, что был очень голоден, ведь я даже не завтракал. На удивление обед оказался очень сытным, неужели они знали, что я сегодня ещё не ел? И отчего это было такое беспокойство обо мне? Неужели Милан такие огромные деньги заплатил за меня? И заплатит еще для новой встречи. В комнате внезапно стало душно. Распахнув окно, я впустил в помещение свежий воздух. И сразу же дышать стало легче. Сегодня было ещё пасмурно, но дождя уже больше не было. Отодвинув поднос на край стола, я продолжил работу над портретом Милана. Я бы мог и сам унести посуду, но ходить на кухню мне было запрещено, а в столовой появляться пока не было никакого желания. Не хотелось встретить там кем-то. Потому как, непременно, начнутся ненужные расспросы, а мне этого сейчас этого ой как не хотелось. Проведя за рисованием несколько часов, я и не заметил, как наступил вечер. Зная, что ужин мне вряд ли снова принесут, сам отправился в столовую. Сев за стол, я сразу же присёк все попытки Сэмми узнать подробности о ночи с клиентом. Я знал, что ему было безумно любопытно и он до ужаса хотел узнать, как у меня всё прошло. Но услышав мой недовольный голос, он всё же отстал и, слегка обидевшись, продолжил свой ужин. Молча доев, я коротко попрощался со всеми и быстро вернулся в комнату. Всё оставшееся время я вновь провёл за любимым занятием. На этот раз снова рисовал маму. Я так соскучился по ней. Соскучился и по отцу и сёстрам, по моему родному Гордофу. Уезжая я и не предполагал, что мне будет так тяжело и больно вдали от родного. И я бы с удовольствием вернулся к ним, если бы только мог. Забравшись под одеяло, перед сном я снова перенёсся воспоминаниями к Милану. Как так вышло, что после одной ночи, практически все мои мысли были заняты им? Тут же мне вспомнилась и мимолётная встреча с Римо. Как я и предположил — это и правда был хороший знак.***
Три дня спокойствия пролетели как один, и вот Дони снова «обрадовал» меня, сообщив о новом клиенте, который прибудет сюда вечером. Кем был этот мистер «Шарк», как он себя называл, я не знал. И поэтому решил порасспрашивать о нём у Роя. Тот, насколько я знал, не раз уже был с ним. Рой, посмотрев на меня с сочувствием, рассказал, что тот был полным придурком, и посоветовал самому хорошенечко подготовить себя перед «встречей» с ним. Надо ли говорить, насколько ужасно я себя чувствовал услышав его слова? Мне хотелось рыдать и рвать на себе волосы. Хотелось убежать и спрятаться в самый дальний угол борделя, чтобы никто не смог меня найти. Но я понимал, что это было невозможно. Если я не пойду добровольно, то меня потащут насильно, а после ещё и накажут как следует. Весь оставшийся день я был как на иголках, пока ожидал назначенного времени. Вечером за мной пришёл один из бритоголовых Дони и проводил до нужной комнаты. Рой не соврал. Шарк действительно оказался полным придурком. Стоило мне войти в комнату, как я был схвачен огромной лапой и перегнут через низкую спинку кровати. Не церемонясь, Шарк содрал с меня штаны вместе с бельём и, несколько раз звонко шлепнув по мягкому месту ворвался внутрь. Боже, как же хорошо, что я додумался спросить совета и как следует подготовил себя сам. Но несмотря на подготовку, я все же испытывал болезненный дискомфорт, однако мой вскрик не остановил этого сукиного сына. Я очень надеялся, что он не повредит меня. Ещё одного такого мучительного восстановления я просто не выдержу. К моему счастью, кончил Шарк быстро и, отпустив меня, развалился на кровати. Обрюзглый, с седой бородой и свисающим животом, он смотрел на меня совершенно отстранённо. Словно, просто проходил мимо, а не имел меня пару минут назад. — Свободен, — коротко буркнул он и закрыл глаза, давая понять, что больше мне здесь делать нечего. Поправив одежду, я быстренько свалил из комнаты, надеясь, что он не передумает. На самом деле на этот раз всё произошло так быстро, что я даже толком не успел испугаться. Но все же, через какое-то время осознание нахлынуло на меня, и на душе стало невыносимо плохо. Уткнувшись в подушку я надрывно разрыдался, не думая о том, что меня кто-то может услышать. Снова хотелось рвать на голове волосы, хотелось выдрать воспоминания о произошедшем. Меня снова взяли силой. Пусть не трое ублюдков, как тогда, но всё же я не хотел этого. Но я ничего не мог с этим поделать. Пока я находился здесь, мне придётся раздвигать ноги перед каждым желающим, а потом, мучаясь, рыдать в подушку. Ещё не успела до конца стихнуть боль от изнасилования, как это повторилось снова. И я не представлял как справлюсь с этим. Попав сюда, от страха и переживаний я на время позабыл случившееся, но сегодня воспоминания вернулись и ударили с двойной силой. И наверное, если бы не мысли о Римо и надежда на новую встречу с Миланом, я бы вскрылся уже сегодня вечером. Немного успокоившись и придя в себя, я отправился принять душ, чтобы смыть с себя все прикосновения этого ублюдка. Рыдая, я тёр мочалкой кожу, пока она не стала красной. Снизу слегка горело, но крови, слава богу, не было. Смыв с себя всё, я взял с полочки заживляющую мазь и обильно нанёс на больное место. Хоть ещё и было рано, но делать ничего не хотелось. Даже рисовать. Забравшись под одеяло, я закутался поплотнее и, выкинув мысли о случившемся, вскоре провалился в дремоту. Проснулся я посреди ночи в холодном поту. Сегодня, после почти недельного перерыва, мне опять приснился Ларко и всё то, что он со своими шавками со мной сделал. Внизу живота заныло и я, подумав, что это был результат вчерашнего издевательства надо мной, снова постарался ни о чём не думать и попытался побыстрее заснуть.***
Надо отдать должное Дони, который позволил мне подлечиться перед следующим клиентом. А болело у меня знатно, даже пришлось обратиться за помощью к доктору Эдрусу, который осматривал меня в первый день. Он заверил меня, что всё это было с непривычки и, что со временем уже не буду испытывать дискомфорт. Я очень надеялся на это, потому как не хотелось мучиться ещё и физически после каждого клиента. Через пару дней я снова смогу увидется Миланом и нужно было только потерпеть сегодняшнего клиента. Я не знал кто это был, на этот раз мне почему-то не сказали об этом. Но на всякий случай я снова решил прибегнуть к совету Роя и подготовиться самому, а то мало ли, что за очередной придурок мне попадётся. Когда я последний раз ходил к доктору, то снова мельком увидел Римо. Он заметно похудел и немного осунулся, у него появились тёмные круги под глазами. Было видно, что за прислугу здесь не переживали так, как за «сыночков» Дони. Нас берегли, хорошо кормили и никогда не посылали к клиентам ежедневно, давая возможность отдохнуть. Меня очень обеспокоил вид Римо, и я переживал за его здоровье. Я не знал нормально ли их кормили, выпускали ли на свежий воздух или ему всё это время приходилось сидеть взаперти. Он с детства мечтал стать инженером, а сейчас был вынужден драить полы и мыть посуду. Сколько еще мы пробудем с ним здесь, сколько сможем выдержать, одному только богу это известно. Обедал я сегодня раньше обычного и в одиночестве, потому как мой клиент должен был прибыть уже через час. Быстро приняв душ и подготовившись к встрече с очередным извращенцем не только физически, но и морально, я отправился в нужную комнату. По пути мне встретился Питти. Весь растрёпанный и недовольный, он выскочил от клиента. Похоже ему сегодня попался какой-то придурок. Подойдя к двери, я глубоко вдохнул и после тихого стука вошёл в комнату. Захлопнув дверь и сделав пару шагов, замер, почувствовав как ужас сковал моё тело. Нет! Нет, только не он! Отступив назад, я хотел выскочить наружу, но он оказался быстрее. В несколько шагов оказавшись у двери, он упёрся в неё рукой, чтобы я не смог вырваться из комнаты. Улыбнувшись звериным оскалом и с насмешкой смотря в глаза, передо мной стоял… Кир! От страха у меня закружилась голова, в глазах потемнело и подкосились ноги. Мне даже показалось, что я начал оседать, но он схватил меня, не дав свалиться на пол. — Ну как, нравится тебе здесь, малыш Марко? — с ехидством проговорил Он. — Ты, помнится, был влюблён в меня? Небось по ночами мечтал обо мне? А? Так вот, сегодня твоя мечта исполнится. — Отвали от меня! Ты сволочь, Кир! Мы с Римо тебе доверяли, а ты предал нас! Ты почти год претворялся нашим другом, позволил влюбиться в тебя! Сколько же Дони отвали тебе за нас? — Ну-ну, не кипятись, я весь этот год мечтал трахнуть тебя. Но Дони за девственников платит больше. А насладиться твоей сладкой попкой я и здесь могу. С этими словами Кир развернул меня спиной к себе и прижал к двери. Я сопротивлялся как мог, но дать отпор у меня так и не получалось. Он был намного крупнее и сильнее меня. — Успокойся! Сейчас я твой клиент и ты обязан обслужить меня, — срывая с меня одежду шептал Кир, явно уже возбуждённый до придела, — а если будешь сопротивляться, расскажу об этом Дони, и поверь, ему это, ох как не понравится. От его поцелуев, которыми он покрывал мои плечи и спину, меня передёргивало от отвращения. Ещё совсем надавно я бы радовался им, но не сейчас… Вот так, прижатым к двери, меня снова взяли силой. И на этот раз это сделала моя первая любовь. Кир ушёл, оставив меня одного, а я, осев на пол, снова разрыдался, голося на весь бордель. Таким, бьющимся в истерике меня нашёл Виктóр. Увидев моё состояние, он сорвал с кровати покрывало и, закутав меня в него, отнёс в мою комнату. Оставив меня закутанным на кровати, он смачно выругался и поспешно вышел. Минут через десять он вернулся уже с доктором Эдрусом. Поняв, что моя истерика вряд ли закончится сама, и ни какие попытки успокоить тут не помогут, доктор сделал мне укол, и вскоре я погрузился в сон без сновидений.***
Следующие два дня я провёл в постели. В столовую спускался я всего раз в день на обед. Молча ел и уходил ни с кем не общаясь. Сэмми и Томми как всегда дулись, а мне было откровенно плевать на это. Мне было настолько плохо, что даже рисовать не хотелось. Я просто либо лежал в постели и смотрел в потолок, без единой мысли в голове. Либо рассматривал портрет Милана. Я понимал, что с ним мне все равно ничего не светило, но ничего не мог с собой поделать. Похоже, за короткую встречу, я успел влюбиться в него отчаянно и бесповоротно. Вечером ко мне забежала Лидия и принесла мне чай с бутербродом. Она всегда переживала за то, что я плохо питался. Как оказалось Дони уехал поэтому и не знал, что я тут вытворял, а то бы уже давно устроил мне нагоняй.***
Сегодня я снова отправился к Милану. На улице стояла невыносимая жара уже несколько дней. Было тяжело дышать не только снаружи, но и внутри. Не спасали даже плотные шторы, и комната нагрелась, чуть ли не привратившись в сауну. И только по ночам наступало облегчение, когда в открытое окно врывался ветерок, даря приятную прохладу. Быстро ополоснувшись в душе, чтобы не ехать к Милану потным и вонючим, я оделся в подготовленную одежду и пошёл на стоянку, где меня ожидал Виктóр. Как же было хорошо, что в автомобиле имелся кондиционер. А то бы я, наверняка, сварился пока мы доехали. Дверь, как и в прошлый раз открыл пожилой мужчина и без лишних слов проводил меня в гостиную. Милан уже был там и я, увидев его, не смог сдержаться и чуть ли не бегом направился к нему. Наши поцелуи были долгими и страстными. Его крепкие руки гуляли по моему телу, а я, запустив пальцы в мягкие волосы, только сильней льнул к нему. Ужинать, как в прошлый раз, совершенно не хотелось. Не хотелось тратить на это время, которого у нас и так было ничтожно мало. Милан подхватил меня под ягодицы, и я тут же обвил его бёдра ногами, чтобы не упасть. Так мы и поднялись по лестнице, изредка отрываясь от губ друг друга. Он сразу занёс меня в ванную комнату и опустил на пол. — Я сейчас, — прошептал он и вышел. Оставшись один, первым делом я огляделся. В прошлый раз я толком не успел разглядеть тут всё. Торопился, чтобы найти Милана. Сейчас у меня появилось немного времени для этого. Уборная была отделана, как и спальня, в сине-бежевые тона. Огромная ванная в углу, большая душевая, две раковины и туалет за замутнённой стеклянной перегородкой. Пока я с любопытством всё рассматривал, не заметил, как вернулся Милан. Он подошёл сзади и, обняв меня, коротко поцеловал в шею. Я повернул голову в его сторону и наши губы встретились в жадном поцелуе. Он медленно принялся расстёгивать мою рубашку, а я спиной чувствовал его возбужденную плоть. Когда с рубашкой было покончено, и она оказалась на полу, Милан помог мне избавится от узких джинс. Это действие одновременно смутило меня и действовало возбуждающе. Полностью свободив меня от одежы, Милан неспеша разделся сам. Наблюдая за ним, я ощутил, как мелкие мурашки предвкушения приятно пробежались по телу. Настроив воду в душе, Милан взял меня за руку и помог зайти в кабинку. Взяв мягкую мочалку и выдавив на неё немного геля для мытья, он начал медленно намыливать моё тело. Милан неотрывно смотрел мне в глаза, в то время, как его рука водила по плечам, груди и животу. И это сводило меня с ума. Моё дыхание участилось, и я прикрыл глаза, плавясь от наслаждения. Отбросив мочалку в сторону, Милан рукою продолжил оглаживать моё тело. Его мягкие губы жадно впились в мои страстным требовательным поцелуем. Его ладони неотрывно гуляли по всему телу, посылая разряды удовольствия, а стоило пальцам скользнуть между ягодиц и я, не сдержавшись, глухо простонал. Развепнув меня лицом к стене, Милан поднял с полки тюбик со смазкой и наскоро подготовил меня. И вновь его движения поначалу были плавными и неторопливыми. Я чувствовал, как сложно ему было сдержаться и не сорваться на быстрый темп. Но Милан все ещё переживал, что может причинить мне боль, и я вновь, как в прошлый раз просил его ускориться. Забившись в блаженном экстазе, я снова ощутил, как в глазах потемнело, а задражавшие колени подкосились. Я чуть было не повалился на пол душевой кабинки, но Милан вовремя успел меня подхватить. Окончательно я пришёл в себя уже лёжа на кровати в его объятьях. Протянув руку, я провёл кончиками пальцев по скуле и чуть приподнявшись, оставил мягкий поцелуй на губах. Положив голову Милану на грудь, я обнял его и прикрыл глаза. Рядом с ним мне было так спокойно и уютно, и я точно знал, что и он чувствовал рядом со мной тоже самое. Почему? Ну почему мы не смогли встретиться при других обстоятельствах? — Солнышко, я завтра уезжаю и надолго, возможно на четыре или пять месяцев. Но как только вернусь, тебя сразу привезут ко мне, — тихо говорил он зарывшись лицом в мои волосы, — я знаю, тебе там очень нелегко, но возможно, зная, что мы видимся не последний раз, ты сможешь легче пережить наше расставание. Услышав о таком поспешном и долгом отъезде, мне нестерпимо захотелось разрыдаться. К горлу поступил душащий ком, и я даже испугался, что потеряю сознание. Он говорил что уедет, но я никак не ожидал, что так надолго. На душе стало больно и одиноко, и чтобы не разреветься я потянулся за поцелуем. На этот раз мы уснули только под утро. Всю эту долгую ночь мы наслаждались друг другом. Изучали наши тела, дарили ласки и наслаждение и без конца занимались любовью. Утром, когда за мной приехал Виктор, и я собрался покинуть дом любимого человека, попрощавшись, я смог сказать ему только одно — «Отныне, моё сердце принадлежит тебе, Милан»…
