Мир безумия

Уже близилась ночь. С каждой минутой за окном сгущались тучи, и улица тонула в тёмном, мутном омуте. Но на сердце у Ватсона всё прояснилось, и непогода его не тревожила. -Ну что, разобрался с почтой? - Джон заглянул к Шерлоку. Тот лежал на спине с закрытыми глазами, а включённый ноутбук с погасшим экраном покоился рядом. Детектив кивнул. -У Джереми Уорда кто-то выборочно выносит вещи из квартиры, - голос Холмса выдавал сильную усталость, чего обычно не было, если появлялось стоящее дело. Это насторожило Ватсона. -Тебе плохо? - он подошёл к кровати и положил ладонь детективу на лоб. -Джон, я в состоянии справиться с лёгким недомоганием. Глупости. Ватсон слишком хорошо его знал, чтобы повестись на такие слова. -Ты весь горишь. И ты, разумеется, ничего не принял. Шерлок мотнул головой. -Температура давно начала подниматься? -Не знаю. Мне холодно. Питер Ньюмэн судился, надо к нему поехать. -Замечательно, я с этим его поздравляю, кем бы он ни был, - Ватсон взял со шкафа градусник, оставленный там ночью, и передал детективу, а сам сел рядом с Холмсом. -Это брат Кэтрин. У неё самой до неприличного скучная жизнь, никаких поводов для убийства, разве что особо мстительный любовник внезапно решил о себе напомнить. Но, судя по фотографиям из её комнаты, в последний раз любовник у неё был не меньше семи лет назад. -Она не могла подслушать чей-нибудь важный разговор? Узнать лишнее? -Похоже на правду, вопрос в том, как она это сделала. Только особенно одарённый преступник станет обсуждать свой план в женском туалете или у Эндрюсов в гостиной. Допускаю, что такие встречаются, но они бы не додумались до такого убийства и просто вонзили ей нож в сердце. -Но брат-то здесь при чем? -Он - единственное чёрное пятно в её ангельской биографии. Скорее всего, продавал наркотики, но его не осудили. Сестра помогла с адвокатом. Возможно, он как-нибудь связан со случившимся. -Могу навестить его завтра. -Выключи свет, - Шерлок выглядел совсем утомленным и говорил тихо. Холмс никогда не любил использовать слова "пожалуйста" и "спасибо", так что дожидаться от детектива вежливости, когда тому было плохо, Джону и в голову бы не пришло. Честно говоря, он в принципе часто бывал резок и груб. Он не умел благодарить, не умел просить, не умел вести приятную беседу. Раньше он не видел во всём этом никакого смысла. Но стоит заметить, что он сильно изменился с тех пор, как познакомился с Ватсоном. Теперь ему нужно было не только раскрыть дело, но и спасти людей, которые приходили к нему за помощью. Да, он был далеко не самым вежливым и приятным в общении, но он делал всё, что мог, когда его просили о помощи. Он спасал своих клиентов - бесцеремонно, не выражая им сочувствия, притворяясь, что ему на них наплевать, но спасал. А ради тех, кто был ему дорог, он готов был абсолютно на всё. С Шерлоком не так важно было, что он говорит, как то, что он делает. Джон прошёл к двери и щелкнул выключателем. -Оставить лампу? -Угу. Разобравшись с освещением, Ватсон вернулся на кровать. Он не собирался уходить и надеялся, что детектив этого не потребует. -Доставай градусник, - через несколько минут Джон подал голос. Шерлок открыл глаза и просунул руку в ворот рубашки, после чего дал градусник Джону, самостоятельно его не проверяя. -Боже! - Джон заговорил напряжённо, выдавая тревогу, - Тридцать восемь и семь, Шерлок! - Ватсон вскочил с кровати и быстрыми шагами направился на кухню. Детектив вяло смотрел ему вслед. Уже через минуту доктор вернулся, принеся с собой стакан воды и таблетки. -Пей. -Это отрава? - Холмс приподнялся и оперся на стену, после чего взял у Джона воду и лекарство. Стакан показался ему необычно тяжёлым. -Это жаропонижающее. Объясни, почему до тебя не доходит, что слабость, головокружение и озноб - это ненормальное состояние? -Это неважно, - ответил детектив перед тем, как принять лекарство. -Нет, это важно. И эффективность твоей работы значительно выше, когда ты здоров, если тебя только это волнует. Ты можешь хотя бы говорить мне, когда тебе плохо? -Для чего тебе знать, хорошо мне или плохо? Снова этот вопрос. Шерлок никак не может понять, что кто-то за него беспокоится. Для него это было редким явлением. На самом деле, его судьба была небезразлична не только Джону, но и Майкрофту. Тот пытался заботиться о брате, но у него это исключительно плохо получалось, поэтому забота ассоциировались у детектива с чем-то неприятным. Практически такой же вопрос Холмс задал вчера ночью, когда они вернулись с моста. Но это было до разговора Ватсона с Молли. Сейчас Джон почувствовал, что хочет ответить не так, как он это сделал в тот раз. Ему хотелось вложить в свои слова больше искренности, больше смысла. -Чтобы помочь, если что-то случится. Шерлок, ты мне дорог. Если тебе плохо, я волнуюсь. И я хочу сделать всё, что в моих силах, чтобы с тобой всё было хорошо. -Со мной никогда не будет всё хорошо. Я для этого не предназначен, - Шерлок замолчал на мгновение, - Спасибо. Ты тоже мне дорог. Это было почти признание, но не совсем. И всё же у Джона стало невероятно светло на душе. -Мне скучно. -Да неужели? А как же Джереми Уорд и Питер Эндрюс? -Не напоминай мне о них! Какая же подлость, когда дело лежит перед тобой, а тебе даже думать даётся с трудом! - Холмс чувствовал, что не в состоянии сейчас качественно расследовать, и это было для него невыносимо. Ничто не должно мешать ему работать! Его разум - это идеальный механизм, не знающий поломок. Он - самое главное в Шерлоке, и если он перестаёт правильно функционировать, то Холмс становится таким же заурядным идиотом, как все остальные люди. Сейчас какая-то глупая болезнь стала для него помехой, и это выводило детектива из себя. -Если хочешь, могу тебе почитать Детектив посмотрел на Джона с любопытством и некоторым сомнением: Ватсон раньше никогда не предлагал ничего подобного. -Было бы неплохо. -Есть идеи, что именно? Детектива мотнул головой. -Что угодно, только желательно, чтобы написанное не противоречило здравому смыслу. -Это уж как получится, - Джон улыбнулся и взял ноутбук. Холмс лежал совсем рядом с ним, и от этого внутри просыпалось то самое трепетно-прекрасное чувство, которое Ватсон больше не боялся заметить. Ему хотелось провести рукой по чёрным кудряшкам, коснуться губами бледного лица... Ему давно этого хотелось, но только теперь он это признал и перестал прогонять подобные желания. Он позволил себе любить, и любовь переполняла его теплом. Но Джон представлял, насколько странными могут показаться Шерлоку романтические жесты с его стороны. Детектив не знал ничего о разговоре в морге и никак не мог бы догадаться о том урагане, который пронёсся в сердце Ватсона за этот день. Холмс не видел никаких перемен, произошедших с ним. За несколько лет дружбы доктор не раз показал, что детектив не подходит на роль его второй половинки, и именно сегодня, в холодный ветреный день, каких в году бывает так много, он внезапно полностью изменил своё мнение на этот счёт. Должно быть, Шерлоку будет неловко, если Джон раскроет свои чувства прямо сейчас, так резко. Ватсон слышал своё сердце, он слушал его, слова таинственной песни стали ему понятны, но он решил, что лучше будет не признаваться во всём так внезапно. Не удержавшись от хотя бы малейшего проявления своих чувств, Джон накрыл ладонью худую руку детектива. Больше всего в этот момент он боялся, что Шерлоку такой жест не понравится. Но, с замиранием сердца бросив взгляд на детектива, Ватсон обнаружил, что на лице Холмса появилась едва заметная, но самая искренняя, самая приятная улыбка. Джон немного сильнее сжал его ладонь. Детектив не понимал, почему Ватсон, всегда державший дистанцию между ними во избежание возникновения слухов, сам нарушил её, но от этого ему было невероятно хорошо. Он тоже испытывал это чувство. Через какое-то время Джону всё же пришлось отпустить Холмса, чтобы проверить, понизилась ли у детектива температура. Шерлок, почувствовав это, открыл глаза и повернулся к доктору. Холмс почувствовал, как Джон касается его лба. Его ладонь показалась ему уже не такой холодной, как в прошлый раз. -Тебе лучше? -Да. Мне больше не холодно, но я ужасно хочу спать. -Неудивительно, - Ватсон сделал небольшую паузу, - А кошмар не придёт? -Надеюсь, что нет, - голос Холмса стал мрачным. -Думаешь, стоит рискнуть? Я к тому, что мне не хочется, чтобы ты проснулся посреди ночи и до утра просидел в одиночестве. -Предлагаешь остаться со мной? -Только если ты не против. -Сегодня это сработало. Почему я должен быть против? -Ну, тебе могло быть некомфортно. -Джон, я не спал разве что на раскалённых углях. -Ну да, точно. -А Рози? -Я попросил миссис Хадсон уложить её. Ватсон снова взял его за руку, ложась рядом. Ещё пару недель назад детектив не поверил бы, что такое когда-нибудь произойдёт. Почему Джона не волнует, что в любой момент может войти миссис Хадсон? Хозяйка ведь точно заметит, если они проведут ночь в одной комнате. Раньше Ватсон всегда стеснялся, когда их действия или слова могли быть по ошибке восприняты как заигрывание. Неужели его внезапно перестало волновать общественное мнение? Может, Джон просто в хорошем настроении после вчерашнего разговора? Второй вариант казался Шерлоку более правдоподобным. В любом случае, он хотел запомнить эту ночь, потому что сомневался, что завтра его друг не пожелает о ней забыть. Вскоре детектив уснул. Заметив это, Джон осторожно, чтобы не разбудить его, встал с кровати и прошёл в гостиную, где миссис Хадсон укачивала Рози, негромко напевая какую-то песню. -Она почти уснула, подождите ещё пару минут, - шепнула хозяйка, прервав своё пение. Ватсон достал телефон, чтобы проверить время. На экране высветилось одно непрочитанное сообщение от Гарри. "Она очнулась". Джон ещё вчера написал сестре. Он просил сказать, что сейчас с девушкой, у которой оказался её телефон. Они с Гарри плохо ладили, та даже на его свадьбе не удосужилась появиться, но Ватсон не хотел показаться бесчувственным. Та ответила, что она пока не приходила в сознание. Джон набрал короткий ответ. "Хорошо". Через несколько минут миссис Хадсон передала ему Рози, и тот, поблагодарив её, вернулся в комнату Шерлока. Теперь разговоры точно пойдут. Только сегодня Ватсон понял, что это будут уже не высосанные из пальца сплетни. Они будут правдивыми хотя бы отчасти. Ложась рядом с Холмсом, Джон задумался, любит ли его детектив. Ещё в первый день их знакомства тот заявил, что отношения его абсолютно не интересуют, но Ватсон в это давно не верил. У Шерлока было сердце, способное на любовь, об этом вопрос не стоял, но что он испытывал к Джону? Может быть, детектив просто считал его своим лучшим другом, поэтому так им дорожил? Ведь с друзьями у него всегда были проблемы. Друг может ревновать, не так ли? Что такого заметила Молли в поведении Шерлока, что уверилась в его влюблённости? "Что-то во взгляде..." Джон вспомнил, как Холмс смотрел на него. Разве не на всех он так смотрит? Вовсе нет. Когда его взгляд останавливался на ком-то, кроме Ватсона, то он был изучающим, вызывающим, холодным, если, конечно, он не притворялся ради дела, наполняя свои глаза фальшивыми эмоциями. Один его взгляд - глубокий, прячущий в себе нечто секретное, но прекрасное - предназначался только для Джона. Этот взгляд словно исходил прямо из сердца, пробивая трещину в непроницаемой скорлупе, которой детектив отгораживался от внешнего мира. Всего мира, но не от Ватсона. "...Что-то в словах..." Пожалуй, с Джоном он общался более охотно, чем со всеми остальными. Но ведь это не свидетельствует о романтических чувствах! Это всего лишь признак симпатии, доверия, дружбы. "Он! Только он! Джон Ватсон всегда направляет меня!" - Так Шерлок сказал на свадьбе у Ватсона. Разве это что-то доказывает? Нет, конечно. Но в тот день, когда умер Магнуссен, когда Холмс должен был улететь, он словно хотел ему что-то сказать. В его глазах прятались печаль и неуверенность. Он наконец произес: "Шерлок - это женское имя". А потом улыбнулся. Он изначально хотел пошутить, или детектив собирался признаться в чём-то важном, но не смог? "... И поступках..." Социопат, отрицавший наличие у себя друзей, ради Ватсона готов был на всё. Инсценировал свою смерть он не только ради него, это верно. Но он выследил Мери, когда та уехала, он, при всей своей нелюдимости, был шафером на их свадьбе, он охотился за Магнуссеном, чтобы обеспечить Джону нормальную жизнь. "Как вы всполошились из-за Джона Ватсона". Глупо было убивать этого шантажиста, но Шерлок готов был на это не потому, что надеялся избежать ответственности, а потому, что не видел другого выхода. Другого способа спасти Ватсонов. Очевидно, детектив подавал и другие, более тонкие знаки, выдававшие его чувства, но Джон не обращал на них никакого внимания. И только Молли всё поняла. Но, если Шерлок любит его, почему он не признался в этом? Отвечать на этот вопрос, возникший внезапно перед Джоном, ему стало попросту стыдно. Что бы он сказал детективу, услышав от него признание в любви? "Шерлок, прости, я люблю девушек"? "Ты же знаешь, что мы не пара"? И так он бы лишил надежды их обоих. Ватсон должен был сам признаться Холмсу. Он слишком долго скрывал свои чувства от себя, чтобы теперь скрывать их от него. Нужно всего лишь выждать подходящий момент. С этой мыслью Джон уснул. Посреди ночи раскапризничалась Рози, и Ватсону пришлось её снова укачивать. От плача девочки проснулся детектив. Джон сказал, что может пойти в свою комнату, пока та не уснёт, но Шерлок ответил, что в доме хорошая слышимость, так что эффект будет несущественным, и что Ватсон может убаюкивать её, прохаживаясь по его спальне.

***

Первое, что, проснувшись, увидел Джон - лицо Шерлока. Первое, что он понял - что рука детектива лежит у него на боку. Первое, что он предпринял - сам положил свою ладонь на Холмса. Убедившись, что тот не собирается просыпаться, Джон нежно провёл рукой по его боку. Он лежал, глядя на Шерлока и затаив дыхание от трепетного счастья, пока детектив не приоткрыл глаза. Ватсон тут же смутился. Шерлок, заметив, в какой позе они лежали, на мгновение напрягся. Ему не было неприятно, просто детектив был немного сбит с толку. На его лице отразилось непонимание и словно лёгкий испуг. -Прости, - Джон быстро убрал руку. -Всё в порядке, - Холмс сделал то же самое, но без смущения. Если Ватсон проснулся первым, он мог отвернуться раньше, но он этого не сделал. Почему? -Ты нормально спал? -Замечательно. Я должен поехать к Ньюмэну. -Шерлок, я сам это сделаю. Поступим, как вчера. -Ты ничего от него не узнаешь. Подумай о людях, тебя ведь волнуют их жизни? -Боже, ты не успокоишься, - понял доктор по тону детектива. -В любой момент ещё один человек может спрыгнуть с моста. -Лаааадно, - простонал Ватсон. За спиной у Джона зашевелилась Рози. Он повернулся к девочке. -Доброе утро, милая. Ты поедешь с папой и Шерлоком в гости к наркоману или останешься с миссис Хадсон? - Ватсон улыбнулся. -Полагаю, будет разумнее, если решение примет кто-то другой, - строго заметил детектив. -Последнее слово за миссис Хадсон, как ни крути, - Джон встал с кровати и направился в ванную. Холмс остался наедине с Рози. С тех пор, как малышка поселилась на Бейкер-стрит, он успел с ней подружиться. Потому ли, что это была дочка Джона, или по той причине, что Шерлок довольно много времени проводил с ней, или из-за чего-то ещё, но он должен был признать, что привязался к ребёнку. Он старался никогда ни к кому не привязываться. Привязанность предполагала бы, что он будет волноваться за судьбу какого-то человека, а волнение - это помеха для его работы. Кроме того, любой желающий мог бы воздействовать на него, угрожая жизням его близких. И Холмс очень старался, чтобы во всём мире не было ни одного дорогого ему человека. Такой человек стал бы его слабым местом. Однако детективу не удалось превратить своё сердце в камень. Первым и самым главным в коротком списке дорогих ему людей был, конечно же, Джон. Но теперь Шерлок нехотя осознавал, что судьба Рози тоже ему небезразлична.

***

Детектив утверждал, что можно застать Ньюмэна дома, если приехать пораньше, поскольку тот приходит на работу во второй половине дня - в том случае, если вообще приходит. Отговорить Холмса ехать было идеей ещё более безнадёжной, чем развесить по городу объявления «Кто убил Кэтрин Эндрюс? Желающих сообщить имя преступника просим обращаться по адресу: Бейкер-стрит, квартира 221 "б"». Ватсон, прекрасно это понимая, согласился на поездку. У миссис Хадсон было неописуемо хорошее настроение. Она сама приготовила завтрак и с радостью согласилась присмотреть за Рози. -Мальчики, мне кажется, пора купить детскую кроватку, - это был довольно разумный совет. Теперь, когда окончательно было решено, что Джон останется жить на Бейкер-стрит, можно было со спокойной душой приобрести для Рози кровать. -Заедем в магазин по пути обратно, - скорее объявил, чем спросил Шерлок. Джон только кивнул в ответ на его заявление. Когда хозяйка квартиры смотрела на детектива и доктора, глаза её прямо-таки светились радостью. -Миссис Хадсон, с вами всё в порядке? - Джон не совсем понимал, чем был вызван такой восторг. -Ну конечно, дорогой! Я просто очень рада, что после всех трудностей вы снова вместе! -Замечательно, - без особого веселья в голосе припечатал доктор. Он не стал уточнять, что миссис Хадсон имела в виду, хотя у него и была догадка на этот счёт. Он бы и правда хотел, чтобы они с Шерлоком были вместе в том самом смысле, который, как он подозревал, вкладывала в это слово хозяйка, но детектива он об этом ещё не предупреждал, а потому странно было слышать такие фразы. Интересно было бы узнать, что сказал бы Ватсон, спроси его кто-нибудь сейчас о том, пара они с Холмсом, или нет. Скорее всего, он ответил бы отрицательно, но уже совсем не тем тоном, который он использовал для таких заявлений раньше. Они ещё пока не пара. Он бы хотел, чтобы они ею стали. Сразу после завтрака Холмс и Ватсон поехали в гости к Ньюмэну, который жил на втором этаже довольно старого дома. Шерлок нажал на серую кнопку дверного звонка. Прошло с полминуты, но впускать пришедших никто, по всей видимости, не собирался. -Ушёл по делам? - Джон вопросительно посмотрел на детектива. -Не хочет нам открывать. Ждёт расправы, - Холмс позвонил ещё раз, - Смотрит в глазок и решает, подходим ли мы на роль палачей. Наконец стало слышно, как обитатель квартиры поворачивает ключ в замочной скважине, и дверь открылась, хотя Ньюмэн и держался за её ручку. Это был широкоплечий, мускулистый мужчина со смуглой кожей. Питер смотрел на Шерлока сурово и подозрительно, словно говоря своим взглядом: "Если ты мне не понравишься, я сломаю тебе ребра". -Добрый день, мистер Ньюмэн. Я Шерлок Холмс, это Джон Ватсон, мы бы хотели поговорить с вами о Кэтрин -Вы детектив. Я о вас слышал. То есть вы пришли не убить меня? -Нет. Хотя уверен, из меня бы вышел неплохой преступник, пожелай я этого, - Шерлок слегка улыбнулся. -Проходите, - Ньюмэн наконец выпустил дверь, и Шерлок с Джоном последовали за ним в квартиру, - Одежду можете повесить здесь, - он указал на крючки на стене прихожей. На одном из них уже висела потрёпанная чёрная куртка. Питер Ньюмэн жил один и не особенно заботился о состоянии своего жилища. Пройдя через прихожую, пола которой вряд ли когда-нибудь касалась швабра, он провёл их в свою комнату. Из мебели в ней был бордовый диван с витиеватым узором, покрытый тёмными пятнами, широкий шкаф, на котором громоздились картонные коробки, ещё один шкафчик меньшего размера, служивший местом для телевизора, письменный стол и стул. На выцветших обоях кое-где красовались царапины и пятна, а возле шкафчика стояли пустые бутылки. -Садитесь - не то предложил, не то приказал Ньюмэн, указывая на диван. Сам он широкими шагами дошёл до стола, взял одной рукой стул, поставив его напротив дивана, сел лицом к непрошеным гостям. Питер скрестил руки на груди, готовясь слушать пришедших. -Вы недавно виделись с миссис Эндрюс, верно? - уточнил детектив. Он уже успел внимательно осмотреть собеседника и его комнату и мог бы сказать, когда тот устроился на работу, чем он занимался до этого, была ли у него девушка, как давно они виделись, сколько той было лет, сколько примерно Ньюмэн зарабатывал и на что тратил деньги, а также многое другое. -В субботу. Если я всё расскажу, меня точно убьют, - во взгляде Питера можно было заметить словно некий вызов. -Не могу гарантировать обратного. Однако нельзя исключать, что вас убьют просто из-за того, что вам есть, что сказать. -А если я буду молчать? -В большинстве своём преступники не ждут, пока свидетель расскажет о них полиции. Им нужны гарантии, поэтому они убивают всех, кто создаёт для них угрозу. Кроме того, разве вы не хотите отомстить за сестру? -Конечно, хочу, - Питер тяжело вздохнул и положил руки на колени, - Я знаю, почему это случилось. Сегодня ночью мои знакомые ограбили ювелирный магазин. Я знал, что это произойдёт, ещё в субботу. Мы с Кэтрин встретились на выходных. Всё было отлично, но ей понадобилось залезть в Интернет, а у неё не ловило, и она взяла мой телефон. Случайно увидела переписку, а там такое... В общем, там обсуждалось ограбление. Кэти была в бешенстве, сказала, что, если я их не отговорю, сама заявит в полицию. А потом один из этих знакомых услышал наш разговор по телефону и понял, что она всё узнала. Я не думал, что так получится. Оказалось, эти гады заплатили человеку, который её убрал. Твари! -Вы знаете его имя? -Нет. Но я знаю, кто его знает -Так вы не участвовали в ограблении? -Нет. -Учитесь врать, мистер Ньюмэн - весьма полезный навык. -Если бы я отказался, то меня бы здесь не было. Я думал, вы понимаете, - голос Питера выдавал злость и раздражение. -Я понимаю. И за ваше содействие мы не будем говорить о вашем участии полицейским. Как насчёт имён? -Мои знакомые - Фил Норрис, Зак Хантер и Ричард Фергюсон. Кто-то из них его вызвал. Они должны заплатить! -Джон, звони Лестрейду, - Шерлок встал и направился к выходу. -Спасибо за помощь, - попрощался Ватсон перед тем, как пойти за Холмсом. -До свидания, - Ньюмэн проводил их до двери, сохраняя враждебный вид, словно в любой момент ожидая нападения. Оказавшись на улице, Джон достал телефон и позвонил инспектору. Уже после двух гудков тот снял трубку. -Алло, Джон? -Грег, у нас есть подробности по утопленникам. Это были убийства, имя преступника знают люди, ограбившие сегодня ночью ювелирный магазин: Фил Норрис, Зак Хантер и Ричард Фергюсон. -Что? Но откуда? Ограбление случилось часов семь назад! -Один человек случайно узнал об их плане. Вы должны их допросить. Из-за них умерла Кэтрин Эндрюс. -Пусть позвонит, когда поговорит с ними, - вмешался Шерлок. -Да, и позвоните нам после допроса. -Ладно, - инспектор предпочёл довериться Холмсу с Ватсоном, не требуя подробного отчёта. Чтобы понять и осмыслить объяснения детектива, обычно требовалось довольно долгое время, так что разумнее было сперва последовать его инструкциям, а уж потом разобраться в них окончательно. Он отключился. -Нам сегодня везёт. -Как же он это делает? - Шерлока уже завлекли мысли о таинственном преступнике, - Угрозы, шантаж, гипноз? Я должен его увидеть! -Ну, Грег позвонит, когда узнает его имя. Кстати, нам нужна кроватка для Рози, помнишь? -Какая же скука! Ладно, поехали. На такси Холмс и Ватсон добрались до крупного магазина, где был представлен хороший выбор мебели для детской комнаты. В торговом зале красовались шкафы, двухъярусные кровати, пеленальные столики, люльки и самое разное оборудование по уходу за ребёнком. Джон подошёл к симпатичной кровати с розовым матрасом и взялся за бортик. -Кажется, эта подходит. Детектив обвёл изучающим взглядом кроватку и присел рядом с ней на корточки. -Не советую. Слишком тонкое дно. Холмс поднялся и стал осматривать другие модели. -Вот эта, - он остановился возле светлой деревянной кроватки. -Только не говори, что для раскрытия какого-то дела тебе пришлось работать продавцом-консультантом в отделе детских товаров. -Это всего лишь наблюдательность и умение анализировать. Она из буковой древесины, прочная, устойчивая, хорошо отполирована, позволяет менять высоту дна, рейки расположены на оптимальном расстоянии друг от друга. -Ну да, точно. Твои способности подходят и для этого. -Они подходят для многого.

***

Дверь в квартиру 221 "б" на Бейкер-стрит распахнулась настежь, впуская внутрь Джона, тащившего внушительных размеров коробку, содержавшую в себе разобранную кроватку для Рози. За доктором следовал Шерлок, неся матрас для этой самой кровати и пластиковый пакет с менее крупными покупками. Поднявшись по лестнице, мужчины зашли в комнату Джона и положили на пол свои приобретения. -Осталось только собрать, - С ноткой оптимизма в голосе заключи Ватсон. Холмс прошёл прямо к его постели и, не снимая пальто, лег на неё. -Всё нормально? -Абсолютно. Дай отдышаться. -Мальчики, давайте я займусь обедом, а вы пока побудете с Рози? - в дверном проёме появилась миссис Хадсон с девочкой на руках. -Да, конечно, - Джон забрал у неё ребёнка, - Мне уйти? - он обратился к детективу. -Если бы я хотел остаться один, пошёл бы к себе. Думаешь, я хочу выгнать тебя из твоей собственной спальни? -Ты мог бы, - зная Шерлока, Ватсон не особенно удивился бы, пожелай он запереться в его комнате, хотя это вызвало бы у доктора некоторое возмущение. Сегодня Холмс больной нес на себе матрас для его дочери, пусть и по собственной инициативе, и Джону казалось совершенно нормальным дать Шерлоку отдохнуть там, где он уже устроился. Кроме того, Ватсон сам полторы ночи провёл в его кровати, так что замечания на этот счёт точно были излишни. -Допустим. Но это не тот случай. Джон, не обнаружив более подходящей поверхности, положил Рози на только что принесённый матрас и, взяв из гостиной игрушки, сел рядом с ней. Интересно, что думают клиенты Холмса, когда замечают в квартире у гениального детектива-социопата не убранные на место погремушки? Замечают ли они их вообще, погружённые в собственные проблемы? Шерлок снял кожаные перчатки, сбросил на пол ботинки, развязал и положил рядом с собой синий шарф, освободился от рукавов пальто и, накрывшись им, устроился в позе эмбриона. Джон решил, что сборку кроватки лучше отложить до поры до времени, чтобы не оставлять дочку без присмотра и никому не мешать. Всё равно до ночи можно обойтись и без неё. Минут сорок прошло за игрой с Рози, и за это время Холмс, которого шум часто раздражал, ни разу не пожаловался на звон погремушек, детский смех или голос Джона. Потом в комнату зашла миссис Хадсон, чтобы сообщить, что еда готова, и мужчины пошли на кухню. Лестрейд позвонил Холмсу, когда Ватсон заканчивал обедать. -Алло, Шерлок, вы были правы, они всё знают, - раздалось в трубке. На самом деле, ни Лестрейд, ни Ватсон, ни, тем более, Холмс в этом не сомневались, - По их словам, убийца - Бенджамин Фишер. Мы едем за ним. -Поосторожнее с ним! Имейте в виду, он опасен. -Как и все остальные преступники, разве нет? -Я тоже еду. -Зачем? -Хочу с ним познакомиться, - Холмс отключился и пошёл за пальто. -Познакомиться? - Ватсон удивился. -Обменяюсь с ним парой слов, - в глазах детектива горели возбуждение и азарт. В такие моменты Шерлока было не остановить. -Миссис Хадсон, мы ненадолго, побудьте с Рози, - попросил Джон. На самом деле никто не мог гарантировать, что они быстро вернутся. Если ты едешь куда-либо с Шерлоком, нельзя предугадать, когда ты снова окажешься дома.

***

Когда Холмс и Ватсон доехали до здания, в котором работал Фишер, машин полиции они не заметили. Пройдя за стеклянные двери, мужчины сразу увидели перед собой стойку администрации, из-за которой на них обратил свой взгляд парень лет двадцати, веснушчатый, с оттопыренными ушами. -Где кабинет доктора Фишера? - едва зайдя, требовательным тоном спросил детектив. -У него приём ещё не закончился, - паренёк немного растерялся, - Как ваша фамилия? -Где кабинет? Живо! -Что вам нужно? -Он убил шестерых человек, максимум через семь минут приедет полиция, скажите, наконец, где его кабинет, мистер "Я тайно смотрю аниме-сериалы"! -Направо по коридору третья дверь, - глаза юноши засверкали от страха, а кожа его побелела. -Ты что творишь?! - Ватсон гневно посмотрел на Холмса. -Иначе он бы нам не помог. Шерлок и Джон подошли к нужной двери, после чего детектив быстро и без стука открыл её. Перед ними предстал кабинет с большим окном, двумя креслами, на одном из которых расположился рыжий мужчина, очевидно, пациент, несколькими шкафами и письменным столом, на котором стоял тикающий маятник. За столом сидел сам Бенджамин Фишер. Он был довольно хрупкого телосложения, с каштановыми, щедро покрытыми лаком волосами и крупными, но не слишком широкими карими глазами. Свои ладони Фишер держал на столе сомкнутыми между собой, во время разговора часто шевеля пальцами. Когда дверь распахнулась, его пациент обернулся и в замешательстве покосился на Шерлока. После этого его взгляд, выражавший непонимание, скользнул на доктора, который, заметив вошедших, лишь высоко поднял брови, морща лоб, и слабо ухмыльнулся. Возможно, он и испытывал некоторую панику, но Бенджамин, очевидно, превосходно ладил со своими эмоциями, поэтому казался только немного удивлённым. -Добрый день, мистер Холмс. Я, надо признаться, надеялся вас сегодня увидеть. -Я вас нашёл. -Это было так трудно? Незнакомый маршрут, перепутали улицу? - Фишер прекрасно знал, что имел в виду детектив, но предпочёл не говорить об этом напрямую, - Но не будем об этом. Полиция ведь ещё не приехала? -Уже в пути. -Замечательно. Майк, - обратился он к пациенту, - Мне очень жаль, но в связи с непредвиденными обстоятельствами я должен попросить вас уйти. Деньги за сеанс я вам возмещу. Майк встал с кресла и, приглушённым голосом попрощавшись с Бенджамином, вышел в коридор. Джон закрыл за ним дверь. -Не хотите побеседовать? - предложил Фишер, не вставая со стула, - Я ничего не имею против вашего компаньона, но предпочел бы общение с глазу на глаз. -Что происходит? - Джон, которому толком ничего не объяснили, не горел желанием уходить. -Джон, выйди, пожалуйста. -А вдруг он маньяк? -Я видел сотни маньяков, ничего особенного в них нет. -У меня и оружия нет! - Бенджамин поднялся и вывернул карманы. Он выглядел чересчур спокойным и даже весёлым, - Вам не о чем беспокоиться. Ватсон чувствовал, что во всём этом есть подвох, иначе почему он должен оставить их наедине? Но Джон верил, что Шерлок знает, что делает. -Ладно, - он вышел из кабинета и остался стоять, опершись о стену. Фишер подошёл к белой двери, за которой скрылся Ватсон, и закрыл её на ключ, после чего вернулся за стол. -Присаживайтесь, - он указал рукой на кресло. Холмс принял его предложение. -Как вы это сделали? -Так вам интересно? Что ж, вы, наверное, сами уже обо всём догадались, мистер Холмс. Прошу, поделитесь вашими соображениями! -Вы не убивали людей своими руками. И вы им не угрожали. Но вы можете даже труса заставить без тени сомнения прыгнуть в воду - Шерлок замолчал, не закончив. -Я никого не заставлял топиться. Просто люди недостаточно дорожат своими жизнями. Вот вы, например. Ради чего вы живете? - детектив ничего не произнёс ни звука, лишь сильнее нахмурился, - Не стесняйтесь же, отвечайте. Кому мне разбалтывать? -Ради работы. -Расплывчатая формулировка у вас, мистер Холмс. Я бы сказал, вы работаете ради жизни. Ради азарта, адреналина. Таким образом вы разбавляете ту угнетающую тоску, которая вас поглощает. Вокруг одни идиоты. Работа - единственный канал, по которому к вам поступают человеческие эмоции. А без эмоций вы мертвы. Игра позволяет вам жить и чувствовать себя живым. Получается, жизнь ради жизни? Вам это нравится? Нет, есть у вас что-то ещё, - Фишер устремил свой взгляд на Шерлока, словно пытаясь увидеть его насквозь. -Я не обязан вам отвечать, - детектив смотрел на него настороженно. -Ну разумеется, - он улыбнулся, - Вы вообще не обязаны здесь находиться! Отпирайте дверь и дожидайтесь полиции, если хотите. Или можете остаться здесь и проверить, насколько безупречен ваш разум и сможет ли он противостоять мне. Все эти жертвы были так слабы... Они почти не сопротивлялись! Но, если вы действительно гениальны, разве смогу я вас провести? Мои слова действуют на обычных людей, но ведь вы не приписываете себя к их числу, - он выждал несколько секунд и, убедившись, что Холмс не собирается уходить, продолжил, - Так есть ещё что-нибудь? Или вся ваша жизнь - попытки противостоять скуке? -Есть. -Так я и думал. Может быть, это благородная миссия? Желание помочь людям? Глупости. Мы же не в сказке. Люди вам чужды. Помогайте им, сколько хотите, но не такая цель вами движет. А что, если вам нужно помочь всего одному человеку? Весь мир вокруг - серая масса, но он светится на её фоне. Единственный, кто увидел в вас человека, живое существо, способное чувствовать. -Спешу сообщить, что я вовсе не считаю способность чувствовать драгоценным даром. Чувства лишь притупляют рассудок. -Тогда я вам сочувствую, мистер Холмс. Ваш рассудок давно притуплен. Вы просто боитесь признать, что и у вас есть сердце. Как искусно вы его прятали! И ведь все на это велись, все считали вас ненормальным. Пока не появился Джон Ватсон и не раскусил вас. Вы уже не станете прежним, он вас изменил. С каждым днём всё труднее носить злую маску. Вы уже не тот, за кого себя выдаёте. В вашем сердце поселилась любовь, какой вы никогда не испытывали. Доктор Ватсон - единственный, кто вам нужен. Он - главное, что есть в вашей жизни, он наполняет её смыслом. А что вы делаете взамен? Демонстрируете перед ним свою крутость? Подвергаете его жизнь опасности? Лишаете его возможности завести семью? Да вы лишь создаёте для него всё новые и новые проблемы. Он привнес в вашу жизнь свет, а вы в его - только тьму. Вы заставили его страдать. Или вы всерьёз полагаете, что он будет счастлив навсегда остаться на Бейкер-стрит вместе с вами? Что вы можете ему предложить? По-вашему, высокоактивный социопат - идеальная пара для доктора Ватсона? Вы же понимаете, что он никогда не ответит вам взаимностью. Ему нужна достойная пара и счастливая жизнь, а вы не даёте ему получить это. Не лучше ли будет, если вы просто уйдёте?

***

Джон стоял в коридоре, ожидая приезда полиции, и думал. Шерлок остался вдвоём с Фишером, чтобы узнать, как тот заставлял людей совершать самоубийства. Почему он не мог остаться с ними? У Ватсона было плохое предчувствие. Жертвы прыгали в Темзу с моста. Первые пять - тренировка, как сказал детектив. Что за тренировка? Какой метод убийства требует такой тренировки? Последняя утопленница прыгнула в воду при свидетелях. Если убийца просто им угрожал, зачем такие сложности? Кэтрин Эндрюс боялась Фишера, поэтому ещё до встречи с ним наглоталась лекарств. Но с моста всё равно спрыгнула, хотя и так умерла бы. Что он с ней сделал? Вдруг до Джона с запозданием дошло, кем был убийца, и страшная догадка ударила в него, словно молния. Стойка администрации. Мужчина в кресле. Обстановка кабинета. Доктор Фишер. Он быстро достал телефон, чтобы проверить эту идею. Прочитанное в Интернете мгновенно подтвердило его догадку. Бенджамин Фишер - успешный психотерапевт и автор нескольких книг по психологии. Он занимался людьми с суицидальными наклонностями, помогал им найти смысл в жизни. Но что, если Фишер умел и обратное? Сердце Ватсона заколотилось в тревоге, в горле встал ком. Джон схватился за ручку двери, но та была заперта. Он забарабанил кулаком по двери, проклиная свою несообразительность. -Шерлок! Открой немедленно!

***

Крики были отчётливо слышны в кабинете. -Ну что, сдадитесь? Признаете, что испугались? Я буду весьма разочарован, если окажется, что великий Шерлок Холмс - такой же простой, слабый, заурядный человек, как и все остальные. Отказ от сражения - это проигрыш. Вы готовы признать себя проигравшим? Вся ваша гениальность - лишь фарс. Её достаточно, чтобы обычные люди вас отвергали, но слишком мало, чтобы тягаться с настоящими врагами. Уверен, ваш брат и бровью бы не повёл от разговора со мной. Он по-настоящему умён, он - машина. Вы - недописанная программа, поезд, остановившийся на пути. Ни туда, ни обратно. Уйдёте - ещё раз докажете, что до гениев, чей мозг - компьютер, не знающий ошибок, вам не дотянуться. Вы что-то жалкое, неопределённое. Останется только приписать себя к числу идиотов. Холмс не идиот! Шерлок должен доказать это. "Откройте сейчас же, или я дверь вышибу!" - Доносится до него голос взбешенного Джона. А если детектив - действительно просто заурядный человек? Слабак, показушник? Тогда всё очень быстро закончится. Холмс никогда не боялся рисковать своей жизнью. Опасность его развлекала. Но, если он проиграет, кто остановит поджигателей? Пусть Шерлок окажется трусом и идиотом. Пусть все от него отвернутся. Это не главное. Холмс должен жить, потому что иначе он подведёт Джона. Если бы не эта мысль, детектив бы давно умер. Шерлок, бледный, как полотно, поднялся с кресла и подошёл к двери. -Боюсь, мне пора уходить. Выпустите меня? -Всё же сдадитесь? -Дайте ключ. -Сперва произнесите это вслух, - Фишер улыбался хищной, пугающей улыбкой. Его глаза словно пробивали голову Холмса. -Я сдаюсь. -И что из этого следует? -Я идиот, я слабый, заурядный, трусливый, обычный человек. Я просто показушник, пытающийся казаться умнее других. Дайте ключ. -Вы уверены, что хотите уйти? -Да. Если вам так не хочется открывать дверь, её можно выломать. Или же я могу вылезти через окно. Могу просто закрыть уши и дожидаться приезда полиции. Но зачем всё так усложнять, если есть ключ? -Похоже, вы ничуть не сильнее Эндрюс. Я глубоко разочарован, мистер Холмс, - Бенджамин подошёл к нему и передал ключи. Детектив открыл дверь и шагнул в коридор, где его ждал встревоженный Ватсон. -Что он тебе говорил? - Джон поймал взгляд Шерлока, но спустя мгновение детектив отвернулся. -Много приятного. Не хочу повторять, - Холмс выглядел подавленным -Это ведь не сработало, верно? - он коснулся его руки чуть ниже плеча. -Верно. "Хотя могло," - Пронеслось в голове у Шерлока. -Слушай, что бы он ни сказал, это неправда. -Со мной всё в порядке! Перестань, я не собираюсь топиться! - Холмс дернулся, сбрасывая руку Ватсона. От слов Джона детектив чувствовал себя ещё хуже. Он не должен был реагировать на попытки Фишера его унизить. Не должен был позволять убийце задеть себя за живое. Но, так как живое в нём всё-таки было, Холмсу это не удалось. Если бы он не ушёл вовремя, то проиграл бы. То, что Фишер заставил его сказать, правда. -Ладно. Знаешь, я думал, ты не уйдёшь. -Разочарован? - в голосе Шерлока проступало раздражение. -Нет. Это лучшее, что ты мог сделать. -Ты идиот. -Разве умно рисковать жизнью без повода? Шерлок промолчал. Уже через пару минут приехала полиция, чтобы забрать Фишера в участок. Бенджамин не сопротивлялся, только очень спокойно и весело утверждал, что никогда не держал в руках оружия и не убил ни единого человека. "Ему бы не помешал кляп, - сообщил инспектору Джон, глядя, как уводят преступника, - Он как-то гипнотизирует людей". "Только этого нам и не хватало, - Лестрейд кинул настороженный и словно немного испуганный взгляд на Фишера, - Не представляю, как такого допрашивать". Вскоре полицейские уехали с преступником. -Чувствую себя ужасно, - признался Шерлок, - Едем на Бейкер-стрит.

***

Ближе к вечеру миссис Хадсон поехала на встречу с подругой, оставив Джона и Шерлока наедине с Рози и до сих пор не собранной детской кроватью. Надеяться на чью-либо помощь в сборке и присмотре за дочерью Ватсону не стоило, поскольку вскоре после их приезда оказалось, что Холмс был не в состоянии заниматься домашними делами. Высокая активность, проявленная детективом в этот день, плохо сказалась на его самочувствии. К вечеру температура у Шерлока поднялась почти до сорока градусов. Джон уже подумал, не отравил ли его Фишер, но детектив опровергал эту теорию. Ватсон, дав ему необходимые лекарства, стал собирать кроватку для Рози, одним глазом следя за девочкой. К счастью, он справился с такой задачей, и этой ночью его дочь в первый раз с момента своего переезда на Бейкер-стрит спала в собственной кровати. Сам Джон снова лёг с Шерлоком. Наиболее приемлимое оправдание этому заключалось в том, что Ватсон боялся, как бы не оказалось, что Фишер успел наговорить Холмсу достаточно, чтобы тот поехал на мост. Кто знает, сколько ему нужно времени на такую беседу?