Моей Кусанаги

      Первые по-настоящему прохладные сумерки накрыли землю легким покрывалом, еще отражающим закатные отблески. Хината вышла на верхние ярусы горы, внутри которой были выбиты длинные темные коридоры храма, пропахшие ладаном и ритуальными маслами. Преодолевая резкие подъемы в узких проемах между скальной породой, принцесса монотонно отсчитывала уже зажженные служителями факелы, которые оставляли на стенах черные следы копоти.       «Семь… Тринадцать… Двадцать четыре…» еще спустя три трепещущих огонька она наконец ощутила прохладу свежего воздуха и с жадностью вдохнула его полной грудью. Когда девушка оказалась в совсем пустынной, будто бы естественно образовавшейся выемке в горе, на небе уже сияла первая звезда. Как завороженная Хината глядела на нее, ощущая под пальцами прохладу камня и мелкие песчинки. Легкий ветер приятно обдал лицо и шею. Где-то там далеко на равнине едва заметно светились огоньки ближайшей к храму деревни, с которой служители обменивались тканями и травами на мясо и зерно. Глаза уже почти привыкли к темноте, среди пологой поверхности холмов чуть ближе к храму начали проступать силуэты деревьев и валунов, ниже раскинулись поля, с которых в скором времени должен быть собран урожай. Аккуратные грядки чередовались с сырой после дождя землей. Последний уголок жизни перед границей страны огня, а где-то там, далеко за спиной на востоке — море отделяло их от земель клана Узумаки, потомки которых и высекли в твердых породах многочисленные коридоры и залы.       Хината остановила свой взгляд на внезапно появившемся в поле зрения огоньке далеко внизу. Он едва заметно продвигался в сторону полей, и принцесса невольно улыбнулась пришедшей в голову мысли. Маленький мальчик бежал навстречу припозднившемуся отцу. Мать поручила ему встретить кормильца семьи, чтобы вместе они вернулись в свой маленький скромный домик, где их появления ждали братья и сестры малыша на ужин за одним столом. Главным блюдом вечера была здоровенная рыба, которую мальчик собственными руками поймал в реке неподалеку и теперь гордо улыбался, демонстрируя окружающим не только недавно выпавший зуб, но и свою способность отвечать за семью — совсем как отец.       Теплая, казалось бы, мысль внезапно отозвалась в груди тянущей печалью. Машинально положив руку на живот, Хината отвела взгляд от светящейся точки. Пальцы сжались на ткани, но внезапно раздавшиеся шаги заставили принцессу обернуться.       — Я напугал вас? — виновато отозвался Наруто, выныривая из тени уходящего глубоко в гору коридора. Где-то за его спиной трепетало от легкого сквозняка пламя факела, но его свет не доходил до площадки. — Совсем немного, — честно призналась Хината.       Наруто поравнялся с ней, встав чуть поодаль, и тоже взглянул на долину. Принцесса же опустила голову, от неловкости перебирая рассыпчатую породу под пальцами.       — Пожалуйста, не выходите на поверхность без предупреждения, это может быть опасно, — сказал монах, но в интонации его не было и намека на строгость или недовольство. Хината угадывала в его словах чувство вины.       — Прошу меня простить, — просто отозвалась принцесса, не желая портить очарование вечера лишними спорами. Однако, Наруто воспринял ответ принцессы по-своему, от чего ему стало еще более неловко за произошедшее утром. Молчание затягивалось, и девушка уже хотела отправиться к себе, когда монах внезапно продолжил. — Насколько это важно для вас?       Принцесса тихо ухмыльнулась, не ожидая от друга мужа подобного вопроса. Глубокий вдох, будто без него из гортани не вырвется ни слова, помог Хинате выиграть немного времени на размышления.       — Это важно для всех, кто мне дорог, — наконец поправила чужую мысль принцесса, но того не устроил такой ответ.       — При всём уважении, но я хочу знать, что думаете об этом именно вы, — настаивал монах.       Хината немного обернулась к нему, чем привлекла к себе внимание Намиказе. После тёмного горизонта, кожа принцессы показалась ему неправдоподобно бледной, будто светящейся изнутри в этой темноте. Но глаза принцессы бьякугана и правда подсвечивались сиянием восходящей луны, словно у дикой кошки. Взгляд Хинаты был настолько уверенным, что Наруто понял всё ещё до того, как она успела сказать хоть слово.       — Я хочу стать сильнее, господин Наруто, — с грустью произнесла принцесса. — Но мир настойчиво пытается доказать мою несостоятельность в этом деле. Однако я буду настойчивее.       Монах внимательно смотрел на неё, но этот взгляд не был похож на то, что она привыкла видеть. В нём не было ни презрения, ни надменности. Скорее… Надежда?       «Он надеется, что я передумаю?» — догадывалась Хината.       — Надеюсь, я не слишком нарушу ваши планы на вечер, если попрошу проследовать за мной, — произнёс Наруто после тяжёлого вздоха.       Хината немного опешила от неожиданности, но незамедлительно засеменила за направившимся в храм монахом. Подолы его халата мягко развивались от движения.       — Вовсе нет, — отозвалась принцесса после непродолжительной заминки.       — Никогда бы не подумал, что вы с вашим мужем настолько похожи, — бросил Наруто через плечо, и принцесса только кивнула, поджав губы.       Монах вел принцессу тем же путем, что они оба преодолели, прежде чем оказаться на каменном выступе. Хината тревожно растирала пальцы, глядя себе под ноги и следуя за Наруто, изредка ловя взглядом посеревшие от пыли подолы его накидки. Она, несомненно, с первой встречи пропиталась доверием к светловолосому мужчине. Что-то в нем отзывалось в ее душе особенной теплотой, будто находясь рядом с этим человеком подходишь к костру после долгой ночи в сыром лесу, наконец обретая возможность долгого и спокойного сна. Обычно принцесса доверяла своей интуиции, которая почти всегда оказывалась права. Как когда ей было лет восемь, и она предупредила своего хранителя о плохом предчувствии на счет покупаемых им засахаренных фруктов. Слишком сильно нервничал низкий полный мужчина за прилавком и больно часто оттягивал тугой ворот юкаты, хотя на улице было прохладно — тогда ей доверились и выяснили, что фрукты были отравленными. Так произошло и с одним купцом, что посещал аудиенцией их дом, а по итогу чуть не погубил отца девочки. И еще множество раз предчувствие принцессы спасало их семью от множества несчастий. Вот и теперь, украдкой поглядывая на широкую спину монаха, Хината была не в силах подавить нарастающее в груди беспокойство.       За разрывающими ее сознание противоречиями, она и не заметила, как они свернули куда-то в сторону от основного коридора — наклон пола стал куда более плавным, а неясное теплое свечение факелов сменилось холодным размеренным сиянием. Подняв голову, принцесса увидела, что Наруто смотрит на нее, грустно улыбаясь ее удивлению.       — В этом месте скапливается много чакры. Достаточно, чтобы проводники-кристаллы освещали нижние ярусы, — заметил монах.       — Или чтобы строить барьеры, — сконфуженно ответила ему Хината, заставив мужские губы выпрямиться в тонкую полоску.       Намиказе отвернулся, без слов предлагая продолжить путь. Наруто не нравился тот напор, что проглядывался за нежной красотой девушки через пытливый взгляд. Тем не менее, ничто не выдавало в нем беспокойства, кроме нахмурившихся бровей и напряжения в мышцах спины, которое успела подметить принцесса. И Намиказе ощущал, что она заметила его нервозность. Неровное свечение постепенно становилось все ярче, словно вытаскивая шедших по коридору из ночи в день. Несколько раз Хината хотела заговорить с Наруто, но боялась, что он передумает вести ее к таинственному «нечто» и поэтому замолкала. Сам монах, непривычно молчаливый, заговорил лишь тогда, когда они замедлились, и принцесса сделала шаг навстречу к росшему из земли миниатюрному обелиску.       — Не советую вам прикасаться к ним, — осторожно заметил он, и девушка вскинула к нему голову, попутно замечая, что они поравнялись с какой-то развилкой. Дышать стало тяжелее, воздух был прохладным и густым, липко оседая в легких при каждом вдохе. Тем не менее, дыхание Наруто оставалось спокойным, в то время как грудь Хинаты часто поднималась и опускалась.       — Где мы? — выпалила она, окончательно сбив дыхание.       — В истинном теле храма, — монах размашистым жестом предложил гостье идти за ним. — Дышите как можно глубже, воздух здесь для многих сродни толщи воды, — принцесса кивнула и двинулась вперед, не отказываясь от протянутой ей руки. — Наверняка история появления клана Узумаки в стране огня для вас не секрет. Не стану лукавить, эта местами жестокая легенда является правдивой, но умалчивает о многом. Если вам будет интересно, мы поговорим об этом как-нибудь потом. Сейчас же для нас гораздо важнее узнать историю строительства этого храма…       Они вышли из широкого коридора в огромную светлую пещеру, похожую на ту, где они проводили тренировки. Хината почти сразу увидела веревочные мосты, лианами окутывающие скалистую породу, чтобы воронкой спуститься к огромному сияющему кристаллу на дне пещеры. На ровном полу дрожали солнечные блики, повторяющие танец волн, хотя воды нигде в пещере не было. На маленьком постаменте перед кристаллом она заметила ритуальные веревки и миски, а также что-то незнакомое, обложенное белыми лилиями. Это нечто завладело всем ее вниманием, хотя отдаленно на периферии сознания принцесса продолжала слышать размеренный рассказ Наруто.       — Однако многие упускают или намеренно игнорируют важный факт в истории клана Узумаки, связанный с их верой в Богов шиноби, — Хината тут же вспомнила рисунки на свитках, которые изучала во дворце Учиха и едва заметно кивнула. — Вы наверняка знакомы с ними из детских сказок. В стране огня давно потеряли связь с любым прошлым, кроме родословной собственных семей. Но для моей матери и ее родных божества являются чем-то большим, чем простой поучительной страшилкой. Когда-то давно одно из таких божеств спасло тех членов клана Узумаки, которым было противно насильственное подчинение других народов.       — Существует легенда о том, что в древние времена два Бога научили людей использовать энергию внутри их тел, чакру, чтобы создавать техники. Так появились шиноби, — отстраненно произнесла Хината. Они наконец вышли на площадку перед алтарем и принцесса увидела в цветах лилии расписанную в бело-голубых тонах маску дракона, скалившего клыки, но с располагающей теплотой в выражении огромных желтых глаз.       — Верно. Именами этих Богов называются некоторые техники клана Учиха, — подтвердил Наруто. — Тем не менее, мама рассказывала о том, что эта легенда сильно упрощает все, что происходило в те времена. Если быть точным, то можно сказать у всех первых кланов были свои божества, которые научили их техникам шиноби. Для Узумаки таковым был Рюдзин. Этот храм посвящен ему. Маска, которую вы видите — является проводником к части его силы. С ее помощью я отслеживаю передвижение Узумаки с острова и не позволяю им свободно действовать на территории других стран.       — Но почему вы рассказываете мне об этом? — принцесса наконец обратилась к нему. В лиловых глазах светилось непонимание. — Вы как хранитель подобной силы должны понимать, что это знание опасно.       — Вам можно доверять, — уверенно сказал Наруто, но в его голосе помимо прочего улавливались нотки безысходности. — Ответ на ваш вопрос, связанный с возможностью заимствования энергии из окружающего мира, напрямую связан с силой Богов шиноби, — монах плавно поднял руки, а затем начал выводить ими загадочные узоры. Постепенно вокруг его кистей Хината заметила очертания крупных водяных капель, но не было похоже, чтобы на создание этой техники Наруто тратил собственную чакру. — Мама рассказывала, что люди являются порождением земли, тогда как Боги — появились из мира, но, тем не менее, мы являемся их потомками, если вам будет угодно. В этом мире существовало бесчисленное множество Богов, которые когда-то боролись за господство, пока почти полностью не уничтожили друг друга. Именно ради борьбы за эту власть они научили людей собственным умениям. Но из-за того, что природа человека кроется в земле, использование чакры из мира, подобно Богам, было для них смертельным и тогда Боги придумали техники, которые черпали внутренние ресурсы человека, как на каменоломнях добывают драгоценные камни. Постепенно люди перенимали друг у друга различные техники, создавали на их основе новые, пока не образовалось нечто, подобное миру шиноби в котором живем мы с вами.       — Значит, черпать чакру из окружающего мира невозможно без артефактов? — спросила Хината, завороженная историей монаха. Все ее догадки обрели структуру и ладной мозаикой сложились в сознании.       — Я так не говорил, — с тяжелым сердцем ответил Наруто. — Рождались люди, способные научиться управлять частью этой энергии.       — И члены вашего клана по линии матери являются одними из них, — догадалась принцесса, снова заглядывая в желтые круглые глаза драконьей маски на алтаре. — Вы можете передать это умение?       — Это может вас убить, — выдавил из себя Намиказе, почти прошептал. Слабая надежда на то, что его рассказ заставит девушку передумать, окончательно растаяла, подобно водным переливам на его руках.       — Или сделать сильнее, — грудь девушки внезапно сдавило, складывалось ощущение, что она наглоталась воды и вот-то захлебнется ей. В глазах начало темнеть, но концентрация на дыхании позволила ненадолго вернуть контроль над телом.       — Все в порядке, неподготовленное тело часто не справляется со здешним воздухом, — успокаивал Наруто, который успел подхватить принцессу под руки.       — Господин… У меня нет причин не доверять вам, особенно после вашего откровения, — борьба за сознание была окончательно проиграна и тень мягко увлекала Хинату за собой. — Но я чувствую… Чувствую, что что-то не так…       — Засыпайте, — услышала она голос монаха, но следующая просьба звучала совершенно незнакомым голосом. — Отдохни, дитя…

***

      Прошло несколько дней с тех пор, как Наруто показал Хинате святилище храма. После потери сознания принцесса очнулась спустя пару часов в своих тесных и темных покоях. Рядом сидел Минато, услужливо напоивший ее водой, а после снова проводивший ее в тайную залу, где перед алтарем все также сидел Наруто. Монах тоскливо взглянул на принцессу, но не произнес ни слова, только сел по-турецки и поклонился, сложив руки перед грудью. Хината повторила эту позу. Ее легкие горели от тяжелого воздуха пещеры. Ей казалось, что она наполнена прозрачной водой, которой следовало дышать вместо привычного кислорода, но вида не показывала. Эти уроки, этот шанс был ей необходим.       Намиказе больше ни о чем не спрашивал ее, только учил. Они подолгу медитировали перед алтарем, Хината училась ощущать потоки воздуха вокруг, глубокому дыханию и спокойствию. С последним было особенно трудно, ведь когда твое горло сдавливает жгучим кольцом невозможности свободно дышать — замедлить биение сердца и остановить бушующий поток мыслей не так-то просто. Пару раз она теряла сознание, просыпалась в своих покоях и снова неустанно возвращалась к алтарю. Лишь на четвертый день ей удалось недвижно просидеть от зари до заката, не утратив контроля над собственным телом. Медитация действовала расслабляюще, позволяла отбросить ненужные мысли и сконцентрироваться на собственных ощущениях. Боль в груди не уходила, зато теперь вместе с ней появилось мягкое поглаживание ветерка на коже.       — Постарайся не думать о тяжести, которую приносит тебе каждый вдох. Сконцентрируйся на его течении внутри собственного тела, представь, как наливаются легкие, как прохладное дуновение ветра наполняет каналы чакры в твоем теле, позволяет каждой клетке поддерживать жизнь. Сколько еще этой энергии они способны вобрать? Способны ли накопить ее столько, чтобы после выплеснуть наружу? — говорил монах.       Хината сидела и хмурилась, понимая, куда клонит Наруто, и явственно ощущая, как чакра переливается от груди к рукам, животу и к самым кончикам пальцев ног. Однако чувствовала она и то, что наконец ощутимой энергии вокруг просто негде задержаться — она пронизывает ее, но уходит назад, не желая остаться подольше. Но принцесса не сдавалась, пытаясь насильно замедлить течение этих потоков, будто таинственной прохладе просто не хватало времени, чтобы наполнить ее. Совсем скоро в груди к тупой пульсирующей боли прибавилось ощущение пылающего пожара, в сознании возникла картинка разрастающегося синего пламени, настолько горячего, что в сердце пожара сияла ослепляющая белизна. В ушах стал нарастать свист, подобный оглушающему звону от разорвавшегося рядом ядра. Казалось еще немного и ее разорвет на части от раздирающего тело жара и свиста, но кульминацией вопреки всему стало прохладное прикосновение к щекам.       — Достаточно, — сказал Наруто.       Разомкнув свинцовые веки, Хината словно выпала из вакуума. Перед ней в неожиданной близости сверкали суровые глаза монаха, а на границе зрения она заметила лиловые искры, которые быстро исчезали в толще воздуха, оставляя за собой тяжелую дымную пелену. На любое движение тело отзывалось болью, на руках щипали тысячи мелких ссадин.       — Я кому-то навредила? — спросила принцесса в первую очередь.       Опешивший Наруто сначала нахмурился, а после печально усмехнулся, бросив подбородок на грудь.       — Только себе.       Хината облегченно вздохнула, что совсем не понравилось Намиказе. Он собирался преподать безрассудной принцессе урок, когда его внезапно окликнул отец. Вскинув голову вверх, Наруто ожидал худшего, но немного осунувшееся лицо Минато озарялось легкой улыбкой.       — В храм пожаловал юный господин Учиха, — негромко произнес мужчина и в звенящей тишине пещеры эти слова дошли до монаха с небольшим опозданием.       — Нам пора. Похоже скоро наши уроки подойдут к концу, — говорит монах и помогает принцессе подняться на ноги.       — Да, — соглашается Хината.       Вместе они направляются к ненадежной веревочной лестнице, чтобы вскоре поравняться с терпеливо ожидающим их Намиказе. Хината осторожно сложила одну ладонь в другую, мягко поглаживая большим пальцем кожу, чтобы болезненные ощущения как можно дольше оставались в ее сознании. Оглядываясь на алтарь, принцесса старалась как можно подробнее запомнить ощущения, которые испытывала еще несколько минут назад. Лиловые искры не давали ей покоя, как и внезапно возникшая необходимость прервать ее извне.       — Как ваши успехи? — спрашивает Минато.       Хината вздрагивает от неожиданности и тут же опускает руки, чтобы спрятать раны под тканью свободного халата.       — Весьма неоднозначно.       Отец и сын многозначительно переглядываются, кивая одним лишь им понятной мысли.       — Госпожа Хината, вы весьма далеко продвинулись в столь короткий срок. Полагаю, это стало возможно благодаря врожденным способностям вашего клана к контролю чакры, — говорит Наруто. — Конечно, чтобы добиться… видимых результатов, необходимо гораздо больше времени и труда, но если попрактиковаться еще немного в ином направлении, вы поймете, что этого достаточно для поддержания… Вашего здоровья.       Принцесса вопросительно склонила голову на бок, ее взгляд еще не прояснился окончательно после внезапного неконтролируемого выплеска энергии. Частично поэтому Наруто сейчас тянул время для того, чтобы озвучить свой вердикт касаемо ее тренировок. Частично потому, что надеялся — саднящие женские ладони добавят ему убедительности. — Вы предлагаете мне сдаться? — наконец произносит она.       Наруто захотелось взвыть от того, насколько сильно принцесса напомнила ему своего мужа в этот момент. Минато даже непроизвольно сделал шаг к нему, подметив как сын весь подобрался после слов принцессы. Монах уже надеялся, что свалившаяся на его плечи ответственность и опыт служения храму навсегда избавят его от манеры со всей свойственной ему вспыльчивостью вступать даже в самые глупые споры, но сейчас ему хотелось возразить: живо и необдуманно.       — Думаю, мой сын хотел сказать лишь то, что не каждое тело может выдержать ту задачу, которую вы взваливаете на свое. Однако если вам удается вбирать в себя чакру, пусть и возникают сложности с ее сохранением, этого окажется достаточно для спасения жизни вашего будущего ребенка, — говорит Минато.       Монах мимолетно бросает на отца взгляд, сетуя на то, что тот сказал все слишком прямо. Если бы целью принцессы была простая возможность поддерживать свои силы в период беременности, им не пришлось бы мучить ее под сияющими сводами Алтарной пещеры. Тем не менее, мужчина был непреклонен. «Серьезные проблемы требуют радикальных мер» — говорило выражение его лица.       — Госпожа…       — Благодарю вас за честность, — перебила его принцесса. — однако прошу меня простить, кажется меня ожидает муж.       Вопреки ожиданиям отца и сына, Хината не сорвалась с места после недружелюбной реплики, а терпеливо ожидала их реакции, как того требуют вызубренные ей правила приличия.       Продолжать неприятный разговор не хотел никто, это было понятно по нахмуренному лицу Наруто и вытянутым в тонкую полоску губам Хинаты. Выглядела принцесса так, будто вообще больше никогда не собиралась говорить. Тем не менее, когда после томительно неловких минут их пути по каменным коридорам, они наконец увидели Саске, принцесса немного оживилась.       — Хината, — поприветствовал жену принц, только немного повернувшись в ее сторону.       — Господин Саске.       Наруто беспокойно проследил за идеально выверенным поклоном принцессы, что не укрылось от наблюдательного Учихи. Тот лишь мимолетно поджал губы, желая оставить расспрос Наруто на потом.       — Как прошел твой отдых? — спросил принц.       То, что он не обратился ни к кому больше, вполне прозрачно намекало на его желание остаться с девушкой наедине. Наруто тяжело вздохнул и махнул рукой двум монахам неподалеку. После того, как просьба была выполнена, монах обратился уже к отцу и не оборачиваясь покинул гостевую залу.       — Все прошло чудесно, — Хината провожала взглядом монаха, пока тот не скрылся за поворотом темного коридора.       — Выглядишь будто более уставшей, чем до отъезда.       Саске наконец приблизился к жене, встал почти вплотную и провел тыльной стороной ладони по бледной щеке. Принц любовался тем, как постепенно из-под пышных ресниц на него выглядывают ясные глаза, как румянец касается нежной кожи и начинает пылать под пальцами.       — По правде говоря, господин Наруто оказал мне честь, проведя несколько тренировок, — говорит принцесса, заставляя лицо мужа удивленно вытягиваться с каждым новым словом. — Мне кажется, Наруто позабыл о цели твоего визита сюда…       Уже готовый готовый осыпать друга всевозможными ругательствами, САске внезапно замолкает, увлекаемый мягким касанием женской руки.       — Господин Наруто лишь выполнил мою просьбу. Поверь, он и сам был от нее не в восторге, — сказала Хината и мягко опустила ладонь на мужскую грудь.       — Если это была просьба, то у него была воля отказаться, — уже спокойнее продолжает Учиха. — Тренировки могли ухудшить твое самочувствие.       Принцесса усилием воли подавляет желание прижать ладонь к ноющей груди. Девушке стало казаться, будто она слишком понравилась Богу клана Узумаки, и теперь он решил преследовать ее по пятам, окутывая удушающе тяжелым воздухом с макушки до кончиков пальцев ног.       — А если я скажу, что это был приказ? — Хината робко обхватывала руками торс мужа в желании прижаться к нему как можно крепче.       — Тогда мне придется признать, что у него не было иного выбора, — Саске отвечает на объятия принцессы.       Девушка чувствует, как пальцы принца неспешно перебирают складки ее платья и опускаются ниже, чтобы затем снова подняться к незатянутым должным образом завязкам.       — Зачем тебе нужны были советы Наруто?       — Помните, о чем я рассказывала вам перед поездкой на источники? — говорит Хината.       Саске кивает, решив умолчать о том, что события после разговора сохранились в его голове куда более ярко.       — Нашла ответ? — вместо этого произносит принц.       — Кажется да…       Голос дрогнул на последнем слове, когда рука Учихи как бы случайно касается ее обнажившего бедра.       — Хочешь рассказать об этом сейчас? — продолжает принц, развязывая шнурки.       — Нет, мне еще нужно кое-что обдумать, — говорит Хината. Саске привлекает ее к себе, касается губами горячей шеи. — Нам не стоит…       — Это не просьба, — передразнивает Учиха.       — Это храм, — настаивает принцесса.       Тонкие пальцы плотным кольцом сжаты вокруг массивного запястья принца с такой силой, что едва не касаются друг друга. Саске испытующе вглядывается в женские глаза, которые молят о выполнении просьбы. Несмотря на это, стальная хватка явно приказывает.       — Тогда давай прогуляемся в деревеньку внизу. Я хотел бы немного размяться на свежем воздухе после дороги.

***

      Деревенька у подножия горы оказалась весьма оживленной. Если присмотреться внимательно, вокруг явно сновало множество приезжих и почти все дома были заново отстроены умелыми руками мастеров. Еще с далекого наблюдательного пункта храма Хината заметила, что небольшие кварталы деревни нечеткими полукругами сходятся к площади в центре, напоминая рябь от дождя на воде. Когда они с Саске проехали первые редкие домишки, сложная форма поселения стала казаться только игрой воображения, но чем ближе к центру они продвигались, тем явственнее становился этот рисунок.       Хината нашла весьма метафоричным, что в центре деревни располагался старый колодец, неровно выложенный прибрежными камнями. Над ним возвышалась раскидистая невысокая слива, в тени которой принцесса ожидала мужа. «Солнце почти вплотную легло на горизонт» — подумала принцесса, нежно поглаживая завязки, которые еще недавно явно неумело, но весьма заботливо были завязаны руками Саске. — «Пора возвращаться, мы пробыли здесь слишком долго».       Несмотря на позднее время, в деревне было весьма оживленно. Торговые лавочки уже закрылись, но вот в немногочисленных пивнушках и закусочных оживление только начиналось. Выискивая взглядом Саске, Хината украдкой наблюдала за такими живыми и непринужденными людьми. Отовсюду раздавались смех и крики ребятни, слышались беззлобные причитания матерей, что пытались загнать домой бушующих чад. Принцессе внезапно стало неловко среди этого праздника жизни — в идеально сидящем кимоно (если не считать узлов на завязках) она выглядела искусственно и странно среди простых работяг.       Принцесса уже начала нервничать, когда внезапно чья-то тяжелая рука опустилась на ее плечо. Обернувшись с доброжелательной улыбкой, Хината замерла, моментально сменив радость на замешательство. Позади нее стоял незнакомый мужчина с приятными чертами лица, которые, тем не менее, внушили девушке лишь необузданный животный страх.       — Скучаете? — интересуется мужчина.       Его губы растягиваются в неестественном оскале, уподобляя человеческое лицо звериному.       — Боюсь, вы меня с кем-то путаете, — Хината старается встать, чтобы избавиться от неприятного касания, но хватка становится лишь сильнее, заставляя ее тяжело плюхнуться назад.       — Тише, тише, не стоит торопиться, — продолжает незнакомец. — Давайте познакомимся. Признаюсь грубо с моей стороны так внезапно появиться рядом с вами из ниоткуда. Мое имя Хидан, а ваше не имеет значения.       Возмущенная до предела принцесса отстранилась, когда мужчина попытался коснуться ее шеи руками, на что тот незамедлительно приблизился к ее уху. — От вас так приятно пахнет испытанной недавно страстью, что я не в силах удержаться, — грубый мужской голос срывается от участившегося дыхания на последних словах.       Бледное от страха лицо девушки становится пунцовым от смущения и злости. Очарование вечера было приятным и чарующим, но Хината после встречи с этим мужчиной, обрела решимость без сожаления развеять это веселье. Только бы дети поскорее разбежались.       Ожидая, пока забывшиеся в игре мальчишки минуют колодец, принцесса неотрывно смотрела в лиловые глаза незнакомца, находящиеся слишком близко. Ладони постепенно наливались чакрой, еще немного и извилистая сетка вен покроет ее виски, но мужчина оказался быстрее. Схватив за шкирку слишком приблизившегося мальчишку, Хидан накрыл своей огромной ладонью почти все его лицо.       — Поведешь хоть одним мускулом, и я раздавлю ему череп, — прошептал мужчина.       Упоение жестокостью, которое слышалось в этих словах, напугало Хинату, по спине разошлась неприятная дрожь. Выпрямившись и заставив себя расслабиться, принцесса взглянула на мальца, чтобы хоть немного успокоить.       — Что вам от меня нужно? Мы можем решить все вопросы не привлекая сторонних лиц, — девушка намеренно не замаскировала дрожащий голос. Нутро подсказывало, что мужчина воспримет ее выдержку как вызов.       Хидан в свою очередь разразился смехом, некстати для себя привлекая к ним внимание.       — Смешная ты, принцесска, — наконец успокоился он. Вокруг начали шептаться люди, несколько мужчин уже собирались подойти к ним. — К сожалению, то чего я хочу — мне не получить. Только если потом от тебя что-то останется.       — В таком случае нам с вами не о чем говорить, — принцесса намеренно тянет время, чтобы придумать как спасти ребенка.       Мальчишке стоило отдать должное: он спокойно стоял, не вырывался, пусть грудь под легкой рубашкой часто вздымалась от дыхания, а за отблесками огней в глазах читался страх.       — Может ты не неправильно меня поняла, но я не болтать с тобой пришел, — Хидан начал сжимать ладонь на лице ребенка, от чего тонкие ручки потянулись к чужому запястью.       Прежде чем Хината успела податься вперед, кто-то из местных мужчин резво подбежал к ним, замахиваясь кузнецким молотом. Однако ни сила, ни скорость не уберегли мужчину от молниеносной реакции Хидана. Обернувшись назад, он отточенным жестом высвободил из-за спины алеющую косу, и рука деревенского лишь немногим раньше женского крика глухо ударилась о землю. Еще недавно веселящийся народ охватила паника, женщины стали хватать детей и уводить подальше от площади, пока мужчины неловко мялись в попытках напасть на чужеземца. Хината же в это время успела вовремя подгадать момент, чтобы выхватить мальчика из стальной хватки Хидана.       Тем не менее, мужчина успел заметить ее попытку. В воздухе снова звонко просвистела коса, но угодила лишь на развевающийся в беге подол кимоно. Хината осознавала, что только вовремя пробудившийся бьякуган спас ее и мальчика от смертоносного удара, однако на ее ладонь капала теплая детская кровь: хватка Хидана была настолько сильной, что на щеке мальчика остались четыре глубокие царапины от его ногтей. Мужчина же подхватил с земли отрезанный подол и поднес его к лицу, пытаясь уловить аромат на ткани.       Хината неотрывно смотрела на врага даже тогда, когда ревущая мать мальчишки подбежала к ней, чтобы укрыть дитя в своих теплых объятиях. Принцесса же продолжала недвижно сидеть, стараясь скрыть тяжелое дыхание. Дни тренировок оставили свой след: после попыток использовать чакру извне, резкое использование доудзюцу сильно сказалось на теле. Оно медленно немело и отказывалось реагировать на приказы хозяина.       — А ты не плоха. Я надеялся свернуть мальцу шею, когда ты будешь пытаться выхватить его из моих рук, — облизнулся Хидан.       Он стоял на месте, глядя на свою жертву сверху вниз, в мерзком подобии благородства позволяя кому-то из юношей помочь кузнецу с изувеченной рукой. Никто больше не решался напасть, нервно переминаясь с ноги на ногу. Хината же упорно боролась с болью за способность спокойно мыслить. Лицо ее было обращено к врагу, но бьякуган позволял оценить ситуацию: Саске отреагировал на шум и вот-вот будет здесь, все женщины и дети уже скрылись за домами, продолжая уходить дальше в сторону храма. Их слабые каналы чакры были едва уловимы для доудзюцу. В негативе ее восприятия из глубин страны огня к ним двигалось несколько ниндзя, чакра которых угнетала своей тяжестью. Если ее догадки верны, деревенские не успеют и на лик отойти от деревни.       — Вижу, ты уже познакомился с моей женой, — раздался голос Учихи на центральной площади деревни, но это не принесло Хинате должного облегчения.       «Опрометчиво, Саске. Они могли не знать о нашем браке, — подумала принцесса и тут же позволила себе отвлечься от врага.       — Наше знакомство прошло не совсем так, как мне хотелось бы, — огрызнулся Хидан, вполоборота обратившись к Учихе.       — Хината? — проигнорировал слова врага Саске.       Принцесса лишь кивнула и с неимоверным усилием поднялась на ноги. Принц понял ее без слов. Теперь все его внимание было направлено к Хидану. «Коса… Если подумать, судя по описаниям Итачи, этот мужлан вполне может быть тем, кто совершал все эти зверства, — глаза Учихи метнулись к ногам противника. — Следы и тело тоже вполне подходят…»       Когда Саске снова взглянул в лицо врага, темная радужка его глаз сменилась алым свечением доудзюцу. Хината же спешно направилась вслед за жителями. Кто-то из местных мужчин, здраво оценивших положение, последовали за ней, один из них даже аккуратно подхватил ее под руку, пока Хидан и Саске смеряли друг друга презрительными взглядами.       — Ты так пожираешь меня глазами, что я не могу оставить тебя просто так, — улыбнулся мужчина, скидывая плащ и оголяя крупный торс. — Моему богу очень понравится твой шаринган.       — Сегодня твой бог подавится той кровью, что успел напиться, — огрызнулся Учиха и уже через мгновение его катана схлестнулась с косой врага, высекая искры.       Принцесса двигалась быстро, но недостаточно. Скрежет металла от столкновения Саске и Хидана успел долететь до ее слуха. Деревенские мужчины хоть и были физически сильными, но их скорость явно уступала навыкам шиноби. Несмотря на то, что грудь раздирало от пылающего жара, Хината очень скоро отказалась от помощи и выпрямилась во весь рост, переводя дыхание. Невысокий коренастый мужчина, что помогал ей, остановился, обеспокоенно оглядываясь на девушку.       — Вы в порядке? Нам надо как можно скорее найти женщин и детей, чтобы отвести их в храм, мы поможем вам добраться, — басисто отозвался он.       — Нет, вы не успеете, — сказала Хината. К ним уже подошли несколько ремесленников, которые находились на площади в момент нападения. — Хидан пришел не один. Еще около пяти врагов идут с материка, боюсь их целью станут обычные жители.       — Откуда бы тебе знать? — огрызнулся совсем юный парень, недоверчиво осматривая незнакомку.       — Ты не видишь ее глаза? Она госпожа из рода Хьюг. Они умеют смотреть на дальние расстояния, — возразил другой.       Народ начинал впадать в панику, злиться и спорить друг с другом.       — Но на ее спине мон Учих, ей нельзя верить, — не унимался юноша.       Хината тяжело вздохнула, вспоминая раздуваемое веером пламя на спине своей накидки. Мужчины начали спорить и продолжалось это до тех пор, пока позади нее из-за дома не вышла женщина, с ног до головы покрытая чьей-то кровью. Она рыдала и прижимала к груди сверток, в котором принцесса различала едва уловимые признаки жизни. Мужчина, который стоял к ней ближе всех, тут же подбежал к женщине и поймал ее прежде, чем та успела свалиться. Дрожащие ноги совсем перестали держать слабеющее тело.       — Что случилось? — кричал мужчина, не в силах справиться с собственным страхом.       — Это Учихи. Учихи напали на деревню, они убили сына лекаря… Он был так юн… Рассекли … Рассекли пополам… — рыдала незнакомка. Хината взглянула на нее из-за плеча, на что женщина отреагировала новым приступом истерики. — Учиха! Она тоже Учиха, бегите! Убейте ее!       — Вот вам и Хьюга, — рыкнул юноша, кинувшись вперед. — Они собрались уничтожить всех нас!       Хината продолжала смотреть на стонущего ребенка в руках матери, никак не реагируя на приближающегося юношу. Тот уже занес кулак для удара, но мужчина, что помог ей убежать с площади, преградил ему путь.       — Отойди, Атсуши, — гневно процедил юноша, но остановился.       — Не теряй головы, Данки. Она спасла сына кузнеца на площади. Или ты забыл? — сурово ответил мужчина.       — Что тебе в бошку стукнуло? Или она наложила на тебя свои чары? Точно! Не глупи, она убьет нас всех! — продолжал стоять на своем Данки, но идти на крупного приятеля не решался.       — У нее бьякуган, а не эти проклятые угли красноглазых, — отозвался еще один мужчина в поддержку юной госпожи. — Тем более не только Атсуши видел это! Я и Кента тоже можем подтвердить!       — Надо разобраться во всем, — мужчина успокаивающе выставил ладони вперед.       — Пока мы будем тут трепаться, они уничтожат половину деревни! — не унимался вспыльчивый юноша.       — Если бы Учихи хотели вас уничтожить, то вы бы и пикнуть не успели, — наконец отозвалась Хината и медленно обернулась к спорящим крестьянам. — Уж поверь мне.       — Я не могу верить тем, кто сношается с Учиховским отродьем! — прыснул Данки, за что тут же получил звонкий подзатыльник от Атсуши.       — Следи за языком, дурная голова!       — Но мы не можем так просто довериться какой-то девчонке! Благородные господа всегда класть хотели на простых людей, как мы.       Принцесса неспешно окинула стоящих перед ней мужчин взглядом. Холодные светлые глаза в окружении расширившихся вен заставляли неуютное чувство зарождаться где-то в солнечном сплетении мужчин.       — Я госпожа из клана Учиха и я здесь, предлагаю вам свою помощь, — ответила Хината. Из-за боли в груди, что неустанно тянула плечи вниз, девушка осунулась, но огонь в глазах вызывал у простых крестьян желание довериться, — А мой муж, Учиха Саске, сейчас сражается за то, чтобы неприятели убрались подальше от вашей земли. И я клянусь, что напавшие на вашу деревню поплатятся за то, что сделали.       — Что ты предлагаешь? — отозвался Атсуши, скрестив на груди массивные руки.       — Вам с ними не справиться. Но монахи и наша свита смогут помочь. Найдите двоих Учих, ищите мужчин, из-под доспехов которых выглядывает высокий ворот. Один из них уже неподалеку. Двое других сейчас движутся в разные стороны: один к полям чуть севернее храма, второй направляется к центру деревни. Найдите и передайте им, что пятеро врагов движутся с материка на три и пять часов. Если возникнут вопросы, называйте мое имя и говорите о том, что защищать жителей деревни, приказ господина Саске, — быстро, но спокойно говорила Хината, заглядывая в мрачные лица каждого из мужчин.       — С чего мы должны тебя слушать? — не унимался Данки.       — У тебя есть другой план, дурень? — тут же отозвался Атсуши, положив тяжелую руку на плечо юноши, от чего его колени немного согнулись под тяжестью чужой ладони.       — Госпожа Хината, с вами все в порядке? — на узкой дорожке между домами появился один из стражников Учих, которые прибыли вместе с Саске. Принцесса обернулась к нему еще до того, как тот успел приземлиться.       — Я в порядке. Что можешь сказать по нашему положению? — холодно отозвалась Хината.       Учиха лишь на мгновение помедлил, бросив на молодую госпожу удивленный взгляд, но уже в следующее мгновение ответил:       — Господин Саске сражается в центре, на площади. Я заметил пожары на окраине деревни, со стороны храма. Женщины, дети и несколько мужчин пытались покинуть деревню по основной торговой тропе, но им не позволили. Они отклонились на юг, пытаясь продолжить путь. Противник явно не один.       — Ты прав. Отправляйся к дальней границе деревни на два часа. Будь осторожен, ты встретишь там двух шиноби с довольно большим запасом чакры. Они опасны, — Хината задумчиво хмурилась, попутно объясняя шиноби что нужно делать.       — Моя задача обеспечить вашу сохранность, — недовольно возразил Учиха.       — Я буду в безопасности, ели ты предотвратишь появление врагов в местности, где они могут получить преимущества, — непреклонно настаивала принцесса. — Задержи их насколько сможешь. Исполняй.       Учихе явно не нравилось, что ему приказывала «девчонка Хьюга», но уже через мгновение исчез из поля зрения крестьян. Только Хината видела, как он быстро движется в указанном направлении. Вздохнув с облегчением, Хината снова обратилась к мужчинам перед собой.       — Нам пора. Отправьте кого-то в обход через реку, чтобы предупредить служителей, которые направились сюда. Передайте им местоположение союзников и врагов. Нужен кто-то быстрый и ловкий, чтобы проскользнуть…- девушку прервал прогремевший неподалеку взрыв.       Послышались крики, ударная волна добралась и до их ненадежного укрытия, обдав лица волной жара. Хината прикрыла лицо рукавом, ноги подкосились, но она устояла. Вдохнув горячий воздух, она буквально ощутила, будто ее легкие плавятся изнутри. Невыносимая пульсация разрывала виски, и для нее самой оставалось загадкой, как долго еще она сможет сохранять сознание при таком раскладе.       — Данки, беги ты. Здесь никто не справится лучше тебя — отозвался Атсуши, приблизившись к Хинате, но она взмахнула дрожащей ладонью в знак отказа от помощи.       — Я не собираюсь слушать ее, — возмутился юноша, попятившись назад.       — Тогда послушай меня, — сурово отозвался мужчина, начиная терять терпение.       Данки с секунду помедлил, его эмоции так живо отражались на его лице, что неясные тени от недалекого пожара делали его лицо почти чудовищным. Наконец, он несколько раз подпрыгнул на месте, после чего сорвался бежать, стараясь огибать очаги пожара и открытой местности. Двое других мужчин взяли на себя обязанность отыскать оставшихся Учих. Рядом с принцессой остались лишь трое мужчин, один из которых подхватил на руки женщину с ребенком.       — Позвольте помочь вам, — Атсуши снова попытался помочь Хинате встать ровнее, но девушка была непреклонна.       — Не стоит. Поторопимся, иначе не успеем ничего предпринять, — принцесса рванула с места, а крестьяне после обмена кивками последовали за ней.       Девушка чувствовала, как плывет ее зрение и постепенно сужается диапазон охвата бьякугана. Изображение в голове пульсировало в такт головной боли, одолевающей перенапряженные нервы. Она понимала, что пора поторопиться, благо женщины с детьми двигались крайне медленно, похоже кто-то взялся за то, чтобы успокоить поднявшуюся панику.       Когда их наспех собранной команде пришлось обходить завалы разрушенных домов, так как крестьянам было не под силу быстро перебраться через них, они слишком приблизились к очагу пожара. Где-то за углом дома она заметила еще живого, но уже не кричащего человека, охваченного огнем. Порыв ветра донес до ноздрей приторный запах сгорающей плоти.       — Мы должны им помочь! — крикнул один из мужчин позади.       — Им уже не помочь! — отозвалась Хината, но тот ее не послушал. Оторвавшись от основной группы, он двинулся к горящему телу и на бегу заскочил в полуразрушенный дом, надеясь найти воду.       — Там еще есть живые? — крикнул Атсуши, сильно щурясь от исходившего от домов жара.       Хината не торопилась с ответом, концентрируясь на домах неподалеку и оценивая масштабы разрушений.       — Можно сказать что нет, — наконец заключила она.       Крестьянин закричал, на мгновение набирая скорость, чтобы справиться с одолевающей его печалью и злостью. Второй оставшийся мужчина лишь сильнее прижал к себе женщину, на руках у которой едва слышно плакал младенец.       — Нам осталось немного. Одного из Учих уже нашли, но он и сам уже встретился с врагом. Другой не успеет, враг найдет жителей деревни быстрее, — Хината замедлилась, переводя рванное дыхание, заставлявшее ее голос звучать с хрипящим присвистом в конце каждого слова. Принцесса оглянулась на дом, вход в который завалило обрушившимся потолком. — Женщины и дети за этим домом, я пойду сверху, а вы обогните его чуть дальше по улице.       — Постойте! — не успел Атсуши закончить, как принцесса уже перемахнула через крышу, скрываясь за потрескавшейся черепицей.       Почти сразу как Хинате открылся вид на улицу за домом, она увидела небольшую группу женщин, прижимающих к себе сразу по несколько детей. Многие старались укрыть не только своих сыновей и дочерей, но и тех, кто потерял своих родителей в панике. Но хуже всего было, что опасения принцессы подтвердились: чуть дальше по улице несколько мужчин безуспешно пытались отогнать одного шиноби, который скучающе отмахивался от их попыток напасть. Когда принцесса нетвердо приземлилась прямо перед толпой, враг обратил на нее внимание, заинтересованно склонив голову. После его лица коснулась довольная улыбка.       — Идите назад, там вас встретят, — Хината пыталась припомнить имя коренастого мужчины, но не смогла. — Двигайтесь к центральной площади, постепенно сдвигаясь к храму. Все поняли?       — Вы слышали? Двигаемся, двигаемся! — тут же подхватила одна из женщин в возрасте. Ее руки были в грязи, копоти и крови, но ее боевому духу можно было позавидовать.       Принцесса одобрительно кивнула, как вдруг враг двинулся к ней. Хината успела заметить атаку, но враг все равно оказался слишком быстрым. Схватив ее за горло, мужчина протянул ее несколько метров по воздуху, после впечатав в стену дома. Из рта девушки брызнула кровь, оставив на руке врага несколько багровых капель. Головная боль стала нестерпимой, а обжигающее легкие покалывание перебралось в горло. Принцесса не сразу поняла, что перестала видеть пространство вокруг, только холодные чужие глаза напротив. Бьякуган ей в ближайшее время не поможет.       — Вот я и поймал вас, маленькая принцесса, — отозвался мужчина.       Хината усмехнулась, после чего по памяти нанесла удар ладонью по груди противника. Длинны ее руки едва хватило, чтобы достать врага, но вовремя выброшенная вперед чакра достигла цели: ткань на одежде мужчины разорвало в месте удара. Противник резко подался вперед, но пальцы продолжали плотно сжимать женское горло. С усилием чужая рука потянулась вверх, а принцесса вслед за ней. Дышать становилось сложнее и принцесса замерла, намереваясь пойти другим путем. Покосившись в сторону женщин и детей, она заметила, что те уже встретились с другими крестьянами. Одна из женщин указывала в ее сторону, но тут Хинату отвлек один из мужчин, который бросился на врага сзади.       Успев вовремя среагировать, принцесса смогла нанести еще один удар одновременно с крестьянином, что спасло последнему жизнь. Острый клинок противника лишь едва коснулся его живота, оставив неглубокую рану. Мужчине пришлось перенести силу тяжести чуть в бок, чтобы избежать мягкого кулака принцессы.       — Тяжело без своих глазок, правда? — натянуто улыбнулся мужчина, приближаясь к лицу девушки.       Она заметила, как на держащей ее руке под кожей стало набухать и шевелиться нечто, стремящееся разорвать тонкие кожные покровы, но прежде чем что-либо произошло, все ее сознание залило алым светом, за которым последовало внезапное облегчение. Горячий воздух двинулся по горящей гортани и наполнил ноющие легкие. Кашель отдавался глухой болью в висках, потому она не сразу поняла что произошло и только спустя какое-то время услышала чужие голоса.       — Значит Хидан проиграл, — протянул противник, расплываясь в странной улыбке. Все его плечо было разодрано, из-под одежды зияла чернеющая в сумерках рваная рана.       — Сбежал, поджав свою маленький хвостик, — холодно бросил Саске, одним резким движением стряхнув с кусанаги чужую кровь.       — Тогда и мне, пожалуй, пора. Мы получили что хотели.       Однако Саске не устроил подобный расклад. Рванувшись вперед, он нанес несколько ударов по противнику, отбросив его дальше от Хинаты. Схватка была недолгой. Мужчина явно не намеревался продолжать бой, заметив неподалеку нескольких монахов, направляющихся к ним. Отразив все нападения, противник будто намеренно оступился на крыше одного из домов и с грохотом рухнул вниз. Когда крик тысячи птиц озарил появление молнии, осветившей пространство в доме, то ледяное свечение не поймало в комнате ничего, кроме пыли, песка и нескольких разбросанных по дому вещей. В этот момент к Саске подоспел Наруто. Его монашеское одеяние чернело от копоти.       — Где госпожа Хината? — спросил он.       Не удосужившись ответить, Саске резко развернулся и побежал назад, к месту где оставил принцессу. Намиказе хмурясь огляделся по сторонам и последовал за ним. Когда Учиха нашел жену, она пыталась подняться, опираясь на обломки деревянных балок. Взгляд ее был совсем мутным, а от хрипящего дыхания внутри все неприятно сжималось в ком.       — Ты как? — принц мягко прикоснулся к ее спине, после чего Хината устремила к нему взгляд мутных глаз. Оборванное кимоно, черная от копоти кожа и кровавые потеки на подбородке и шее делали вопрос Саске риторическим.       — Где женщины и… дети, — прохрипела принцесса, пытаясь оглянуться по сторонам.       — Они встретились с монахами и теперь в безопасности. Двое противников сбежали. Деревенские передали нам информацию о еще четырех врагах, мы не знаем где они, — отозвался Наруто.       Саске взглянул на друга, как тот хмурился, поджимая губы в узкую полоску и сжимая кулаки, будто винил себя во всем произошедшем, и вопросительно кивнул. Однако прежде чем Намиказе успел объясниться, с крыши спрыгнули трое шиноби Учиха.       — Где вы были? — сурово воскликнул Саске, двинувшись к центру деревни. — Почему никто не оберегал госпожу или вы решили, что ваши жизни ничего не стоят?       — Саске… — тут же отреагировала на крик Хината.       Еще раз злобно сверкнув глазами на слуг, принц обратился к девушке, уже предвещая реплику жены.       — Только не говори, что это был приказ, — сказал он, но девушка ему не ответила.       Оказавшись в безопасности, она уже не смогла бороться с болью от удушья, настойчиво тянущей ее в глубокую темноту. Где-то еще слышались приказы Саске отыскать лекаря, но далеко в сознании ей снова чудилась колыбельная мамы и Хината двинулась на встречу источнику этой мелодии.