Альбус Дамблдор - девочка-волшебница

Айлин аппарировала к воротам Замка Волшебниц и подумала, что это правильно. Никто не мог аппарировать внутрь, только леди Ариана, чтобы враги не воспользовались этой уязвимостью. Впрочем, много ли сестер освоило аппарацию? Им приходилось кидать в бой всех, кто выучился махать палочкой и от мысли об этом Айлин хотелось скрежетать зубами. — Это же леди Айлин! — Открывайте ворота быстрее! Ворота открылись и оттуда выметнулась тень, навалилась и начала облизывать Айлин, повалив ее прямо на дорогу. — Хватит, хватит, - хохоча, отбивалась она, ощущая, как все тревоги смывает. Двуххвостка, ставшая размером с добрую лошадь (так показалось Айлин вначале), облизывала ее и урчала. — Ну извини, столько дел, - виновато сказала ей Айлин, - и не обойтись без меня, но я скучала по тебе! Двуххвостка заурчала еще сильнее. Создания Пущи, кого сумели приручить и сделать помощниками и помощницами, как правило, жили в замке волшебниц. Так и враги не могли до них добраться и жительницы замка привыкали к созданиям Пущи, изучали их повадки. В будущем, Айлин в мечтаниях виделось, что все создания Пущи станут друзьями людей и будут помогать им, и Пуща из Смертельной станет… не очень смертельной. — Извини, - повторила Айлин, поднимаясь, - но с тобой вместе я не смогла бы аппарировать и летать, вон ты какая огромная стала! Не с лошадь все же, но с добрую пастушескую собаку или молодого бычка так точно. — Тета Айин! — Тетя Айлин! Айлин обернулась, раскрыла руки, подхватывая девчонок и целуя их без разбора в перепачканные лица. Следом за ними вышла Галия, опять держа на руках двух младенцев. Возможно, им с Тафти следовало стать парой, подумала Айлин, все равно дети уже общие. Галия улыбалась, глядя на эти объятия Айлин и детей, но атмосферу испортил мявк Двуххвостки. — Смари, тетя Айин, кьяк я умьею! – закричала Джамида, восседая верхом на Мечезубой Кошке. — Кудах-тах-тах! Вперед пробился Кудах и Айлин пришлось чесать ему шею, а Кудах все вскрикивал и метался, мол, куда ты подевалась, кто без тебя почешет мне шею? Кудах пришелся вовремя, часть детей полезла на него, часть на Двуххвостку и они умчались наперегонки внутрь. — Ты выглядишь… плохо, - вынесла вердикт Галия. – Тебе нужно отоспаться, отдохнуть, полежать в ванне и еще отоспаться, а затем накрасить ногти и волосы и ничего не делать, предаваясь веселой болтовне в обществе подружек! — О, мечты, мечты, - рассмеялась Айлин, обнимая ее и целуя в щеку. Уже не совсем младенцы смотрели на нее хмуро, затем разревелись. — Извини, - приложила руку к груди Айлин. – От меня воняет потом, кровью и смертью, и некогда отдыхать. Мне нужна наставница, где она? — У себя в башне. Что-то случилось? Стражницы у ворот тоже прислушивались, а вот волшебниц почти и не было. Все были в делах и заботах, хотя следующий выпуск тренировался, взмахивал палочками, под присмотром Марфы. В той истории у Утаххи ее ранили, и она на некоторое время стала учительницей будущих волшебниц. — Случилось, - кивнула Айлин, - хотя и не так, чтобы немедленно хвататься за палочки. Какая проблема устоит, если нам на помощь придет леди Ариана? Она даже чуть повысила голос и стражницы тут же зашептались, начали кивать. Лицо Галии озарилось теплой улыбкой, младенцы уже успокоились и в груди Айлин разлилось теплое, как улыбка Галии, чувство. За этим они сражались, за этим не спали и колдовали, убивали и захватывали. Чтобы молодые матери не знали больше насилия, ни над собой, ни над детьми! Айлин направилась к башне наставницы, краем глаза заметив какое-то движение. — Что ты сказала?! – прозвучал такой знакомый, ненавистный и сладкий голос. Ибтахаль вторгалась в сны Айлин, хотя она и не возвращалась в Замок Волшебниц, не будоражила себя новыми встречами. Наоборот, швыряла себя в дела и сражения, стремясь забыть. Тщетно стремясь. Айлин обернулась и на секунду потеряла дар речи. Вспотевшая от упражнений рубаха, штаны из какой-то полупрозрачной ткани, почти не скрывавшие ничего, включая божественно прекрасные ноги. Изогнутые брови, сердитый взгляд прекрасных глаз и… палочка в руке. Учебный муляж. Ибтахаль стояла, уперев руки в бока. — Вингардиум Левиоса! – донесся голос Зобейды. — Фините, - небрежно отмахнулась Айлин, отбивая заклинание подруги. Тренировавшиеся синхронно распахнули рты, им такое мастерство и не снилось. Да что там, инициации у них еще не было, а руках были лишь муляжи палочек, из сырого дерева, вдвое тяжелее настоящих волшебных палочек, чтобы руки тренировались. — Ты смеешь проявлять ко мне жалость?! – воскликнула Ибтахаль возмущенно. Айлин чуть не ударила заклинанием, собралась объяснить, но затем остановила сама себя. Ибтахаль беспокоилась об отце, вот и все, когда-то и сама Айлин ужасно переживала из-за одного только неудовольствия отца, Сандула Никета. Видела ли принцесса настоящий мир, не его позолоченное отражение? Знала ли она, через что приходилось проходить женщинам? В конце концов, кто дал ей палочку? Айлин чуть повела палочкой и муляж вырвало из рук Ибтахаль, а ей самой запечатало уста. — Достаточно безжалостно? – спросила она. Ибтахаль метала молнии взором и Айлин опять ощутила, что тонет в этих бездонных черных глазах. Не помогли ни расстояние, ни усталость, ни сражения, ничего не помогло. — Кто дал ей палочку? – спросила она Зобейду. — Леди Ариана столкнулась с ней и побеседовала, потом сказала, что у принцессы есть магический дар. Принцесса Ибтахаль дала честное слово, что не сбежит, пока не станет волшебницей, и ее начали учить. Голос Зобейды звучал слегка виновато. — А когда станет, то сбежит? – спросила Айлин. Ибтахаль мычала и вращала глазами. Айлин еще раз взмахнула палочкой и Ибтахаль унесло обратно в ряды тренирующихся. Силенцио с нее Айлин сняла, но принцесса молчала. — Можно не допускать ее к инициации, - почесала в затылке Зобейда. Айлин только закатила глаза и повела рукой. — Продолжайте. — Слава леди Айлин!!! – содрогнулся двор от мощного выкрика. Айлин невольно ожидала повторения прошлых сцен, но леди Ариана занималась делами, а не любила Фаруха. — Извините, наставница, - сказала Айлин виновато. – Мне следовало помогать вам. — Разве ты бездельничала? – удивилась леди Ариана. — Нет. Айлин замялась, не зная, как начать рассказ о возникших на севере проблемах. Видно было, что леди Ариана не сидит без дела и ей вдруг стало стыдно отвлекать ее. Ну и что, что никто не умел сражаться так, как леди Ариана? Справились бы как-нибудь, а леди Ариана была занята более важным делом! — Наставница… — Принцессе требовалось занятие, она его получила. — Но разве не обратит она волшебство против нас? — С чего ты это взяла? Айлин задумалась. — Она очень агрессивно настроена и объявила, что будет нашим непримиримым врагом! Леди Ариана только улыбнулась и ответила. — Она сражается за Кравию, и ты сражаешься за Кравию, разве этого недостаточно? — Это разные Кравии, - нахмурилась Айлин, обдумывая слова наставницы. — Разве она тебе не понравилась? — Откуда вы, - ошеломленно приоткрыла рот Айлин. Леди Ариана улыбнулась устало и добродушно, словно была на сотню лет старше. — Пламя любви и столкновение сердец, неужели ты думаешь, что это возможно, если ты будешь воевать и добывать свободу и при этом держать в плену ту, которую так любишь? Айлин приоткрыла рот, похлопала им, словно рыба, вытащенная на берег и затем все же, собралась с силами и закрыла. Ей хотелось расплакаться, припасть к груди наставницы, а то и убежать с воем, но она взяла себя в руки. — Извини, мне нужно закончить эту партию метел, инициация новой группы волшебниц уже вот-вот, они занимаются с утра до вечера и даже ночью, да ты наверное и сама их видела во дворе. — Она будут очень кстати, - нахмурилась Айлин, - у нас большие проблемы на севере. При этом невозможно было перебросить армию Утариха с юга, чтобы не потерять его. — Нам нужна ваша помощь, леди Ариана. — Хорошо, но вначале я все же хотела бы закончить с метлами. — Конечно, извините, что побеспокоила. Айлин поклонилась и вышла, и только в коридоре до нее дошло. Ноги подогнулись, она прислонилась к стене, чтобы не упасть, ощущая, как сердце выпрыгивает из груди. Во дворе! Значит и Ибтахаль будет в их числе, а значит она… она… Стиснув зубы, Айлин оттолкнулась от стены, выпрямилась и отправилась к тому, кого не хотела видеть. Айлин молча смотрела на Фаруха, тот смотрел в ответ. Пауза затягивалась. — Я знаю, что вы не одобряете нашу любовь, - сказал наконец Фарух, но… — А она есть? – перебила его Айлин. – Любовь? — Конечно. Вы считаете меня настолько великим актером, способным обмануть леди Ариану? Айлин прикусила язык, тут он был прав. Обмануть наставницу?! Невозможно! — Ваши отношения начались… иначе, чем обычно. — Разве не за это вы боретесь? – спросил Фарух. – За изменение жизни вокруг? — И вы так просто смирились с этим? — Леди Ариана открыла мне глаза. Надо было прибить этого красавчика на месте, зло подумала Айлин. А еще лучше не спасать из той тюрьмы! — Ваша сестра, кажется, не собирается смиряться. — Ибтахаль всегда была… собственницей. Все, кто пытался навредить ее сестрам и братьям, воспринимались ей как враги и она мстила им, маленький демоненок. Поэтому она прибыла в Дакху против воли отца, собиралась объявить о том, кто она и спасти меня. — Против воли отца? – переспросила Айлин. — И духовенства и магической стражи, - развел руками Фарух. – Она же путешествовала без родственника мужского пола, да еще и собиралась освободить меня, то есть как бы помочь волшебницам. — С ней были воины. — Вы же видели Ибтахаль! Она просто показала им свое лицо и сразила наповал, они влюбились так, что не смогли отказать ей ни в чем. Сам Фарух, как ни странно, смотрел на Айлин спокойно. То ли привык за время жизни в замке волшебниц, то ли и правда любил леди Ариану так, что видел только ее. — Она поссорилась с отцом, собиралась спасти вас, но все равно считает меня врагом?! — Конечно. Вы же собираетесь навредить ее семье. Айлин подумала, что отупела от метаний от Кравии, ведь Фарух только что говорил об этом. Что же, это многое объясняло, а также открывало путь к сердцу Ибтахаль. Наверное. Обещать, что ее семья будет в порядке и воспользоваться этим? Фу-фу-фу! Она и без того не собиралась убивать кого-то, хотя и понимала, что король и его родственники – запал для будущих пожаров. Но чего бояться будущих пожаров, когда они могут не пережить завтрашнего дня? — А вас это не волнует? — Я верю в леди Ариану и ее силу любви, - улыбнулся Фарух. – Уверен, она передала ее и своей первой ученице, Айлин Освободительнице. Глаза Айлин чуть расширились. Сила любви, ну конечно!