Умереть, чтобы вновь родиться

Высокомерие Два одиноких Бога сидят на крыше многоэтажки, наблюдая за жалкими людьми и их не менее жалкими выходками. Каждую минуту кто-то умирает, каждую вторую минуту кто-то умирает по вине человека. Сейчас зима, холодно, снежно, дороги во льду. Как много в эту ночь замёрзнет насмерть и как много разобьётся из-за невнимательности? Вот и им было уж очень интересно. Но вот кому было ещё интереснее, так это самой Смерти. Кого? Как? Почему? Во сколько? — Раз они все такие жестокие, почему не воюют как раньше? Не умнее бы было вымещать всю злобу на поле боя? — мужчина посмотрел на девушку, смотрящую куда-то в даль, — нежели втихаря убивать по одному? Сколько бы он не прожил в обществе людей, многое оставалось неясным, даже неимоверно глупым. Сколько ещё ему придётся прожить здесь, чтобы понять хотя бы одного человека? — Хозяин, они слабы в бою, если битва и будет, они не приложат и пальца к ней, — пояснила Валькирия, болтая ногами на краю высотки. — Поэтому это не имеет смыла? — он вопросительно уставился на Валькирию, недоумевая, как можно не прикладывать сил к бою. — Верно, Господин! Поэтому это не имеет смысла, — девушка утвердительно кивнула, но по выражению лица Одина она поняла, что ей стоит продолжить объяснять дальше. — Господин, вы не против прогуляться? — девушка поняла, что для последующего объяснения ей понадобиться наглядное пособие. — Конечно, — мужчина спрыгнул с крыши восьмидесятиэтажного дома на оживлённую улицу. — Конечно! Как он хоть что-нибудь поймёт, вытворяя такое?! — не долго думая, она последовала за Одином. Спрыгнув, девушка увидела неподалёку длинноволосого мужчину, который наблюдал за отвратительной картиной. Подвыпивший молодой человек кричал на девушку посреди улицы. Кричал очень громко, максимально возмущаясь, негодуя. Он был абсолютно не похож на обделённого жизнью, прекрасно одет, прекрасно уложенная прическа, дорогие украшения и не менее дорогая машина. Становилось ещё непонятнее, чем может быть недоволен богатей, рядом с такой красивой девушкой. Подходя ближе, уже можно было разобрать речь мужчины, хоть из-за алкоголя она изрядно пострадала. Если подходить ещё ближе, можно было услышать всхлипы девушки, которые она пыталась заглушить, прижимая руки к лицу, прячась. Встав вровень с мужчиной, она заметила, что он пребывает в шоке. — Бати, у них это нормально? — заметив подошедшую спутницу, спросил мужчина, который относительно недавно спустился с «Божественного пантеона» и впервые наблюдал такую картину. Он сам всегда с уважением относился к женщинам и всех своих Войнов учил, а если не понимали — карал страшной карой. А тут вот, щенок тявкает на женщину, причём публично. Удивление — это как минимум, как максимум — непонимание. — Думаю, что нет. Скорее исключение, чем правило, — пьянчуга заводился ещё сильнее, и, чтобы перекричать его, пришлось добавить децибел. — Хотите вмешаться, хозяин? — девушка взглянула на мужчину, который приложил руку к подбородку и с умным и сосредоточенным видом пытался понять суть происходящего. — Да кто я такой?! — уголок губ изогнулся в насмешке. — Ты знаешь мои принципы, я не особо люблю вмешиваться в жизнь и смерть людей, это только их дела. — Как господину будет угодно, — не стала напоминать о том, как он нарушил свои принципы ради мальчишки с поля боя. Только Валькирия успела договорить, как мужчина размахнулся и всадил девушке пощёчину. — Хватит мне врать, я все сам видел! — девушка немного пошатнулась от удара, но нашла силы ответить. — Что ты видел? Я все время с тобой была! — девушка всхлипывает и держится за щеку, которая горит и покрывается румянцем, — я ни на шаг не отходила. Ухмылка Одина переросла в еле заметный смешок, скрестив руки на груди, он указал пальцем на пьянчугу. — Это что это получается, он её просто так ударил? — спросил мужчина. — Получается, да, — на автомате ответила Валькирия. — Ну все, — мужчина схватился за голову, показывая, что головушка его дала о себе знать. — Не ной, прости-прости! Поехали домой. Приобняв девушку за талию, направился к машине. — А она вот так легко уйдёт? — показал пальцем теперь уже на девушку, которая только что получила, а теперь садится в машину к стукнувшему. — Он же её ударил! — немного воскликнул мужчина. — Видимо да, — девушка повернулась на Одина, ничего не понимая, как и её хозяин, впрочем. — Стоящая пара, ну не дураки ли они тут все? — Вы правы, Господин, — девушка, опешив от происходящего, совсем забыла о том, что хотела показать. — Пройдёмте за мной, я вам хочу кое-что показать. Мужчина кладёт руку на хрупкое плечо девушки, давая невербальное согласие на маленькое путешествие куда угодно. Оно начинается на улице, а заканчивается в ангаре. Большое темное помещение, холодное, об отоплении тут и речи не идёт. Высокие потолки, оно кажется бесконечным, смотри не смотри — ничего не увидишь. Единственное, что видно — это первые ряды гигантских ящиков. — Начнём рассказ отсюда, — девушка выскользнула из-под тяжелой руки владыки и встала в паре шагов перед ним, сложив руки за спиной. Увидев ответный кивок, девушка продолжила. — Это склад оружия, если начнётся война, люди... — Почему все в ящиках? И не тяжело ли им с такими большими мечами? — перебил мужчина, уж очень его удивил размер ящиков. — Нет, господин, это не мечи. Дослушайте, я все расскажу. — Прости, продолжай, пожалуйста, — Один походил на очень любопытного ребёнка, которому показывают магазин с игрушками. — Хорошо, пройдёмся, — развернувшись, девушка махнула волосами и вошла в темноту. Мужчина, заворожённо разглядывая все по сторонам, шёл и старался не отставать. — Это далеко не мечи, теперь они им без надобности, — девушка подошла к одному из ящиков, над ними загорелась лампа. — Это бомбы, Господин, — девушка открыла один ящик, там располагались огроменные боеголовки размером с большой обеденный стол, персон этак на шесть. Мужчина находился просто в какой-то прострации, ничего из увиденного или сказанного Валькирией ему не было понятно от слова совсем. — Эта вещь очень эффективна в бою, она может сравнять с землей целую деревню, — не дожидаясь реакции, Валькирия пошла дальше. А мужчина еле сдерживал свои словесные позывы в виде миллиона вопросов. — А это, — девушка указала на металлические ящики, продолговатые и не такие высокие как предыдущие, — ядерные и водородные бомбы, они в силах убить весомую такую часть всех людей. Виновных и невиновных. Всех без разбора, — девушка немного покрутила рукой, подбирая слова для описания такой страшной вещи. Мужчина потерял дар речи, в его глазах сменялись оттенки непонимания, тысяча вопросов. — Можно вопрос? — не выдержал Один, спросив вслед уходящей дальше девушки. — Конечно, Хозяин, — даже не повернувшись, она двинулась дальше, преодолевая темноту. — Они, наверное, тяжёлые, как они могут этим пользоваться, они же такие маленькие и слабые! — мужчина еле поспевал за девушкой. — Вы правы, они тяжёлые, а люди слабые, — девушка остановилась, дожидаясь в полной темноте хозяина. Дождавшись, вовремя подоспевшего мужчину, девушка провела рукой открывая дверь, перед которой она, оказывается, и остановилась, — но они и из этого нашли выход. Девушка прошла вперед, лампочки от начала до конца Ангара начали по очереди загораться, открывая вид на огромное количество техники: танки, машины с установками, бронированные большие машины, отдалено напоминающие танки, различные самолеты, предназначенные для военных действий. Сотня единиц военной техники, созданной для убийств. — Это они создали себе в помощь, — девушка повернулась лицом к Одину, рукой указывая назад. — Вся эта техника в силах увести, выстрелить, поднять все, что вы видели до этого. Челюсть Бога упала на пол. Слов не было, насколько жестокими надо быть, чтобы создать все это, даже в голове не укладывалось. Сколько людей уже погибло от этого всего? А сколько ещё погибнет? — А как они понимают, кого убивать, а кого не надо? — Никак, Ваше Господство! — четко, не задумываясь, ответила Валькирия. — Звери! — единственное, что смогло вымолвить жесточайшее божество. Даже он не додумался до такого издевательства. — Вы как всегда правы, Владыка. Он ещё долго возмущался по пути домой. Что их сподвигло? Как они до этого додумались? Оказавшись дома, мужчина ещё долго мучал себя думами об увиденном. — Может я и не так жесток? — задумался мужчина, заглатывая очередной бокал виски, сидя у камина. — Бати! — рявкнул на весь дом мужчина. Девушка находилась в своей комнате или в библиотеке на втором этаже их дома, который они выбрали своим пристанищем на долгие годы. Он мог и не кричать, она была в силах услышать его шёпот из тысячи голосов на расстоянии, равном пути от Земли до Луны и обратно, но разгоряченному градусом мужчине хотелось проверить свои связки. Спустя минуту девушка уже стояла перед креслом, отвешивая лёгкий поклон. — Чем обязана, Господин? — мужчина и сам не понимал, чего он сейчас хотел, поговорить или помолчать. — Присядь, — мужчина указал перед собой, после того, как девушка села, Один продолжил. — Я же жестокий? — А что вы хотите услышать? — девушка оперлась на подлокотник кресла, придерживая голову, повернутую к Одину, рукой. Она знала его уже слишком долго, чтобы просто ответить. — Спорно, — мужчина принял такую же позу, пытаясь передразнить девушку. — Не ждите правды, Хозяин, — игра началась, кто кого. — А если серьезно? — видимо, Один не собирался сегодня играть. «Эх, а вечер обещал быть веселым» — Жестоки? — повторила с долей иронии. — Смотря по отношению к кому! — Валькирия закинула ногу на ногу и сложила руки на груди, наблюдая за огнём, готовясь к долгому диалогу. — По отношению к себе я жестокости не чувствую, — мужчина в ответ только фыркнул. Ещё бы, он относился к ней, как к высшему божеству, а зная его отношение к остальным богам, можно было сказать, что Валькирия — единственная, кого он признавал, да ещё и ставил на один уровень с собой. — По отношению к другим богам — безусловно, в этом плане вам равных нет, — тут мужчина удовлетворительно кивнул, немного успокаиваясь. Услышанного ему было уже достаточно, но Валькирия решила продолжить. — По отношению к людям — спорно, — интриганка выдержала пазу, пока не почувствовала, что хозяин начинает с интересом выглядывать, — даже взять ситуацию с мальчишкой с поля боя, убили, но даровали ему жизнь. Вот что я вам скажу, Господин. Вам нет равных в чем угодно, кроме жестокости, тут люди вас, увы, переиграли, — девушка встала с кресла, решив покинуть уже довольно-таки разозлённого владыку. — Вы сегодня сами в этом убедились, — наблюдать за ситуацией и главным героем становилось веселее, воинственное божество злиться на людей, — но вы всегда можете их убить, — добавила девушка с усмешкой, облокотившись на спинку кресла, в котором располагался Один, — или можете уничтожить все их оружие, — как змей искуситель нашептывала на ухо. — А ещё лучше — уничтожьте все оружие, а потом убивайте, не жалейте только, они того не стоят, — с ехидством бросила девушка, стоя уже где-то на лестнице, оставляя мужчине пищу для размышления. — А это не такая плохая идея, — отхлебнул ещё виски, расплываясь в улыбке от прекрасного плана. __ Мужчина открывает заднюю дверь машины, садится, громко хлопая, вкладная всю силу и недовольство. -Поехали, чего стоишь. -грубо командует водителю, но водитель и ответить боится, лишь легонько кивает и трогается с места. Машина резко с большой скорости улетает от места встречи двух влюблённых. Ирл, оборачивается назад, чтобы посмотреть как они глотают пыль его дорогущей машины, но увидев нечто не похожее, резко отворачивается. Молодой парень, нежно и аккуратно вытирает слёзы с когда-то его женщины, с женщины которая всегда принадлежала только ему, а она в ответ смотрит так, как никогда не смотрела на него, лаского, нежно со всей любовью. Злость берет вверх. Он с такой силой стискивает руку в кулак, что на ней наливаются дорожки синих Вен. Глаза наливаются слезами, все эмоции накопленные годами находят выход и слёзы вырываются ручьём, а из глотки рвётся глухой стон, боль пробивает все тело, заставляя скулить. Схватившись за голову уходя руками в волосы с силой сжимая где-то на макушке, надеясь, что это может перебить боль исходящую из груди. Но увы, ничего не в силах остановить или ослабить это. Хребет выламывает, каждый позвонок взмывает, тело пробирает дрожь бросая то в жар, то в холод. Нет, это не приход и не ломка, это не алкогольная зависимости и не наркотики, это та самая любовь, великое чувство, которую так обожествляют. Прогибаясь, идя на поводу у тела, слёзы начинают хлестать новым потоком. -Почему. Почему. Почему. - стон вырывается, превращаясь в истошный крик. - Но почему? Я же так её люблю! -Немудрено, - из неоткуда появляется девушка, удобно устроившись рядом с Иром. -Ты причинил ей столько боли. - спокойно выговаривает всю правду мужчине и даже не собираясь утешать или проявлять милосердие. -Я её люблю, - мужчина срывается на ещё больший крик, пытаясь хоть как-то оправдаться, - Я давал ей все, что она хотела, она жила как королева. Боль свинцом распространяется по всему телу, заставляя ещё больше выгибаться и взмывать от боли. -А любовь ты ей давал? - девушка наконец решает взглянуть на него, выглядит очень страшно, глаза заплаканы, прекрасная причёска испорчена, тело и белое лицо покрываются красными пятнами злости. - Ты сейчас не испытываешь и трети боли, которую причинил ей. -Больно? - из подЛобья смотрит на мужчину, не скрывая издёвки. Ирл не находит места, сидеть становится сложнее, ноги отнимаются, руки перестают слушаться. -Ещё раз повторю, - через силу и непрекращающиеся слёзы, мужчина выцеживает окончание фразы, вкладывая максимум негатива, злобы и весь спектр негативных эмоций. - Я её люблю! -Тогда почему, она не смотрела на тебя как на того? - указала назад. Мужчина только хотел что-то сказать, как его живот пронзила боль, заставляя сложится на помолом, органы начинало выворачивать. -Давай, все вспомним, освежим память так сказать! - девушка похлопала Ингилейва по спине причиняя ещё одну волну боли. Возвратить он не мог, поэтому она продолжила. -Помнишь как тебя приехали накрывать какие-то бандиты, а ты сдал её в залог, - мужчину выкрутило в обратную сторону в спину вонзили с десяток ножей заставляя выгнуться и вскрикнуть. -Напомни, сколько часов прошло после того как ты вернулся за ней? Девушка ухватилась рукой за голову, сжимая за щеки, приказывая прекратить агонию замереть и ответить. -Сутки, но я... - боль снова нахлынула не давая продолжить, да и кому нужны эти оправдания. Девушка отпустила руку, оставив мужчину корчится дальше. Машина наполнялась истошным криком, грусть или боль, или все вместе. -А помнишь, тот момент когда ты напился и начал её ревновать, - мужчине свело руку, именно ту которой он тогда её ударил. -Она ведь и правда, была с тобой и не давала повода, а ты её ударил. Мужчина попытался сново что-то выкрикнуть, но Валькирия быстро пресекла всякие попытки. -Что кстати, не сказать о тебе. - голову прошибла как минимум пушка не маленького такого калибра. Ингилейв не выдержал, схватился за голову, закричав ещё пуще прежнего. А это не пуля, а всего лишь воспоминания. -Посмотри на меня, - скомандовала девушка, мужчина был не в силах справится с ней, повернулся. Перед ней предстало лицо искореженное любовью, такова расплата. -Сколько раз ты ей изменил? В сердце воткнули кол, боль. Боль. Боль. Боль. Он уже не знал куда деться, каждое движение, вздох приносили жесточайшую боль, ноющую, колющую, режущую, но единственное, что с ним происходило сейчас это любовь, ту которую он дарил девушке. -Мне продолжать? - спросила Валькирия. Ответа как и ожидалось не последовало. К нему приходило осознание, все что он делал, носило не тот характер, который изначально закладывался. Все выглядит очень высокомерно, грубо, жестоко. -Ну раз ты понял, - девушка скрестила руки сложив на коленку, -Давай теперь обсуди, как долго ты ещё собираешься бегать от смерти, малыш Ингилейв? - девушка с любопытством смотрела на страдающего мужчину. Его время действительно, давно истекло, но это наглец и грубиян умудрялся бегать, прятаться, один раз даже выкупил собственную душу. -Ты же знаешь, что чем позже тем больнее. - на последнем слове мужчину для наглядности пронзила очередная волна страданий. Органы то плющило как при падении с высоты, то разрывало. -Ты много уже натворил, пора сдаваться. - можно было подумать, что от болевого шока он перестал что-либо понимать, так как молчал, только иногда взвывал от накатывающих агоний. -Признай ошибки, и боль утихнет. - она знала, что он в жизни этого не сделает, гордость не позволит, но проверить стоило. -Да никогда. - каждая буква давалась неимоверным трудом, выкручивало и сворачивало, боль даже сказать не давала, становясь ещё сильнее. -Ты же знаешь, я долго ждать не буду. -Валькирия знала, что сегодня она точно его заберёт, но решила дать ему ещё немного насытиться этой «прекрасной жизнью», которой он так хвалился. -Не жди. - с усмешкой ответил мужчина, кинув хитрый взгляд. На самом деле, он сам начал снимать свои оковы, для встречи со смертью. Все что позволяло ему избежать её, он отпускал, осознано приближая свой конец. -Ещё хватает сил на смех? - со смехом спросила, добавляя ещё больше страданий. Не позволяя ему расслабляться и забывать, горький вкус поражения. -Убей сама, пусть водитель выживет. -Ингилейв был готов, он знал, что двигающаяся на встречу машина дело рук давней подруги - смерти, и от неё уже не сбежать, раз сам умрет пусть хоть водитель жив останется. -Узнаю, долговязого. - о таком не надо просить дважды, девушка развернулась и как делал хозяин взяла двумя руками за голову и одним движением убила. Водитель, успеет вырулить и останется жив, что нельзя сказать о его боссе. Оставив этому мужику мороку с трупом, Валькирия забрала ребёнка и удалилась так и оставшись незамеченной.