Химера

Джорно еле схватился за поручни больничной койки, чтобы удержаться на ногах. Он пытался перевести дыхание, в крови закипал адреналин, и рядом завис Gold Experience Requiem, не сводя пурпурных глаз с Пуччи. Он поспешил унять инстинкт бездумной борьбы или бегства, но рука от сильной хватки на поручне начала болеть. Из груди выбило последнее дыхание, когда на Джорно налетел Унгало и сжал в крепких объятиях. — Братишка, я чуть с ума не сошел, думал, он тебя прикончит. Рикиэль тоже мягко положил руку ему на плечо. — Донателло в отключке, но думаю, ничего серьёзного. Ты сам как? Джорно выдавил из себя улыбку. — Нормально. Всë прошло… не так мощно, как я изначально ожидал, — он осторожно похлопал Унгало по спине, прежде чем высвободиться из хватки и пойти к Дио с Пуччи. Последний поднял на него глаза — не столько испуганные, но определённо настороженные. Джорно выдержал паузу и протянул руку. Gold Experience Requiem оставался рядом. Пуччи крепко пожал его ладонь. — Я так понимаю, медсестра была отвлекающим манёвром для Хол Хорса, — сказал Джорно, не отпуская руки. — С ним пошёл ещё один парень. Что ты с ним сделал? — Он жив, — ответил Пуччи. — Его диски находятся рядом, просто приложи их к голове, и он придёт в сознание. Мне искренне жаль, что наша первая встреча прошла в подобных обстоятельствах. Если бы я знал, что ты в стране — нашёл бы способ связаться. — На меня не так легко выйти. Мы подобрались так близко чисто потому, что наш хороший друг разыскивал Джотаро Куджо. — Ах, понимаю, — кивнул Пуччи. — Полагаю, я должен полностью объясниться, но это подождёт. Твой друг без сознания наверняка важнее. Дио поднялся с пола и забрал диск Хола с тумбочки. — Куда ты спрятал мои способности? — Да здесь они, — сказал Пуччи и поднял голову. — Давай, достану. Whitesnake взмыл вверх, погрохотал плитами на потолке, и по возвращению держал в руке три маленьких диска. Он аккуратно вставил их в лоб Дио. Появился The World, и Дио тут же расстегнул его сумку. Выудив лист с наклейками, он вручил его Джорно. — Выбирай любой. Сможешь двигаться со мной в остановленном времени, — и, не успел тот что-то спросить, вышел в коридор. Джорно просмотрел лист, покривился от непонимания и выбрал наклейку с божьей коровкой и подписью «Отличная работа!». Передав лист Унгало, он вышел вслед за Дио. — Так, я чего-то не вкуриваю, — пробормотал Унгало то ли испуганно, то ли напряжённо. — Этих братьев, по ходу, не колышет, но разве ты не собирался убить нас пять минут назад? — Не думаю, что мы до этого дойдём, — просто ответил Пуччи. Рикиэль и Унгало сузили глаза, но он открыто им улыбнулся. — Прошу прощения за недопонимание. Мы с вашим отцом старые друзья. — Да уж, стало очень понятно, — вздохнул Рикиэль. — Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты, — фыркнул Унгало, изучая оставшиеся наклейки. — Хм-м, «ух ты», «супер», «лучший за сегодня»… А-ха-ха! Рикиэль, возьми эту! С рыбкой! — Не смешно, я не имею к рыбе никакого отношения. Мой стенд — это небесные рыбы, — пробурчал он, но принял наклейку с мультяшным косяком рыб. Унгало прилепил себе на руку наклейку с открытым комиксом и подписью «люблю читать!». В коридоре Дио заметил развалившихся Хол Хорса и Мисту, рядом были разбросаны диски. Он подобрал диск с Emperor и попытался усадить Хола спиной к стене, прежде чем приложить к его лбу диски с памятью и стендом. Они скользнули внутрь. Хол моргнул, помотал головой и издал грудной панический вскрик при виде лица Дио в паре сантиметров от своей шеи. Отдышавшись, он хотел что-то сказать, но Дио приложил к губам палец, молча выудил календарь и пошелестел страницами. — Угадай, кто скоро вернётся в 1999-й? — Держите меня семеро. — Ну, здесь не весь год, — признал Дио. — Времени у нас только до конца августа, но раз уж мы уходили в начале лета — это практически не проблема. — А Пуччи?.. — спросил Хол. Дио в ответ ехидно ухмыльнулся, и это ни капли не успокоило. — Мы помирились, — ответил он. — Хотя он жаловался на то, что ты его подстрелил. Нам повезло, что он точил на тебя зуб, — он указал на Мисту. — Если бы Пуччи забрал диск в первую очередь у него, пришлось бы несладко. Хол нахмурился. — А что, есть какая-то разница? Дио не ответил — к ним спешил Джорно и опустился на колени рядом с Мистой. Он подобрал оба выпавших диска и прижал к его лбу. Дио ткнул Хола когтем в плечо. — Дети в палате, разбирают наклейки. Иди, выбери себе какую захочешь. — На этот раз даже можно выбрать? — проворчал он. Поднявшись на ноги, Хол отряхнулся, размял спину и потопал в палату. — Джорно! — вскрикнул Миста, как только открыл глаза. — Ты его… — Да. Но нет, — улыбнулся он. — Вышло почти как в прошлый раз, но… я немного не предугадал результат. И я рад, что ты цел. — Сын мой, — обратился к нему Дио. Джорно с непроницаемым лицом повернулся. — Я понимаю, почему ты скрывал от меня свой стенд. — Мне не нужны твои извинения. — Я не собирался извиняться. Просто хотел уточнить, у тебя правда фамилия Джованна? Джорно непонимающе тряхнул головой. — Шиобана. Когда переехали с матерью в Италию — пришлось сменить. Но в принципе, да. На губах Дио расплылась гадкая ухмылка. — Тебя когда-нибудь называли Джоджо? Джорно закатил глаза, но подыгрывать этой шутке не собирался, в то время, как Дио начал беззвучно хохотать — сначала из его груди вырвался один смешок, второй, а через секунду он уже так трясся, что пришлось махать рукой, чтобы как-то отдыхаться. Миста приподнялся на локтях. — Чего он ржёт? — Да так, сам пошутил — сам посмеялся, — вздохнул Джорно.

***

— Хол Хорс, — признал Пуччи и слегка ему кивнул. — Энрико, — недоверчиво протянул он. — Ты извини, что подстрелил. — Оставь извинения, я всё понимаю. Но на твоём месте я бы целился в сердце. — Ха! — Хол потёр лоб в месте, где из него вытащили диски. — Дельный совет, наверное. На самом деле, если бы я правда тебя там застрелил, я бы до сегодняшнего дня не дожил, — безрадостно пошутил он. Пуччи наверняка хотел что-то сказать, но его перебили. — Наклеим чего-нить на него? — пробормотал Унгало, тыкая носком ботинка в так и не проснувшегося Донателло. — Надо, наверное, — ответил Рикиэль, но наклейки протянул Холу. — Тебе какую? Он критично осмотрел лист. — Могу с тем же успехом снова взять «Верное направление», раз уж я собираюсь возвращаться домой. Дверь распахнулась, Дио вальяжно прошёл в палату и махнул рукой в коридор. — Дети, на выход. Я собираюсь говорить с друзьями наедине. — Но нам за двадцать! — возмутился Унгало. Дио только пожал плечами. — На выход, отпрыски. — Сколько тебе заплатить, чтобы ты больше никогда нас так не называл? — покривился Рикиэль. — Да какого мы должны выходить? — Унгало встал в позу, сложив руки на груди и притопнув ногой. — Мне тоже интересно послушать! Дио лучезарно улыбнулся и навис над обоими, излучая явную опасность. — У меня замечательное настроение, я встретил своего давнего друга. Нам есть что обсудить без ваших лишних ушей. Так что давайте, вынесите Донателло в коридор, а наш милый Джорно попробует его подлечить. Все всё поняли? — Да, — грустно протянули они и пошли кое-как поднимать Донателло с пола — Рикиэль держал за ноги, а Унгало за руки. Хол Хорс потянулся за ними, как Дио ухватил его пальцем за воротник. — А ты остаёшься. — Слушаюсь, — нервно пискнул Хол, наблюдая за медленно закрывшейся дверью. — Ты всё такой же, но в то же время совсем другой, — пробормотал Пуччи, опускаясь в прикроватное кресло. — Я был бы счастлив узнать тебя заново. — Он перевёл взгляд на Хола. — Очень интересно выслушать твоё мнение о вашем небольшом… приключении. Вы много времени провели вместе. — А то, — весело бросил Дио. — В последние дни он довольно часто позволял себе говорить, нет смысла отмалчиваться сейчас. Хол Хорс покрылся холодным потом. — Угу. — Да не убью я тебя за пару оскорблений, — ухмылка Дио стала больше походить на оскал. — Короли не просто так держали рядом шутов, от кого ещё правду услышишь? Давай, вещай. — Ну, — осторожно начал он, — я много думал… — Ого, ты и это умеешь? — пошутил Дио, но без особой издёвки. Прислонившись к краю больничной койки, он забарабанил когтями о металлический поручень. — Ты другой, — быстро сказал Хол Хорс. — Не думаю, что у меня есть право кого-либо судить. Уверен, и у меня где-то есть дети, о которых я не знаю, и я не собираюсь прямо сейчас срываться и ехать играть в семью. Я убил достаточно много людей, чтобы не волноваться, кто был действительно прав, а кто виноват. У тебя всегда была… такая аура. Ты всегда мог убедить человека пойти если не на всё, то на многое ради тебя. Да и сейчас наверняка сможешь, — он отвёл глаза. — Правда, сейчас не хочется разворачиваться и бежать от тебя куда глаза глядят. Ты больше похож… — На человека? — спросил Дио без прежнего веселья. — Типа, — Хол неуверенно махнул рукой. — Не совсем. Просто сейчас я больше понимаю, чего ты добиваешься. Дио прожигал его взглядом одну бесконечную секунду, но тут же откинулся и развалился на больничной койке. — Ах, куда исчезло моё вампирское очарование? — драматично запричитал он. — У меня не было и минуты на отдых и марафет. Мне грозит депрессия! Его голова свесилась с края, и он видел перед собой перевёрнутого Пуччи — тот слушал с едва заметным весельем на лице. — Ещё я думал, кого ты мог взять с собой вместо меня, — продолжил Хол, намереваясь этим разговором успокоить надвигающийся нервный срыв. Слышать шутки Дио не на тему очередной незадачливой жертвы было чем-то достаточно странным. — Ну типа, из твоей каирской секты самоубийц. — Не понял? — Стоит как-нибудь рассказать тебе историю Храма Народов. Но в другой раз, — сказал Пуччи. — Да слышал я про них, — отмахнулся Дио. — В смысле, кого ещё я должен был брать с собой? — С одной стороны, я понимаю, почему Боинго со своим предсказанием позвонил именно мне. С другой, я вечно ловлю себя на вопросе «какого хрена я здесь делаю» с той самой секунды, как ты затащил меня в будущее. С тебя бы сталось взять с собой Ваниллу или Д’Арби, — сказал Хол Хорс. — Но не меня. — Начнём с того, что Ванилла уже дважды помер… Хотя, он бы в жизни не подумал сказать мне «нет», — призадумался Дио. Он приподнялся на кровати и посмотрел на Хола нормально. — Загнанный в угол зверь, скорее всего, начнёт в ответ кусаться, невзирая на любые последствия. Когда я сказал, что восхищён тобой, я имел в виду именно твою способность выбраться даже из такой передряги. Ты сильно мне пригодился. — Вот уж поворот, — Хол саркастично снял шляпу. — Ну, рад, что услужил.

***

Джорно озадаченно наблюдал, как Рикиэль и Унгало кое-как тянули Донателло вдоль коридора. — Нас выперли! — пожаловался Рикиэль. — Они там секретничают. Дио передал, чтобы ты его вылечил. — Не посреди же коридора, — подумав, сказал Миста. — Погнали, хоть в подсобке спрячемся. Ближайшая подсобка оказалась встроенной кладовкой с бельём, и для пятерых взрослых молодых людей была немного тесновата. Джорно присел рядом с Донателло и уставился на мерно поднимающуюся в такт дыханию грудь. — Не думаю, что он понимает, как работает моё лечение, — пробормотал он. — В любом случае, Донателло практически здоров. Немного отдыха — и будет как новый. — Разве с него не слили под литр крови для бешеного ящика? Джорно поджал губы. — Я тоже так думал, но… На нём даже порезов нет. — Он говорил, что устал, — вспомнил Унгало. — Думаешь, просто спит? Рикиэль нахмурился. — И даже не проснулся, пока мы тащили его по коридору? Донателло начал хрипло стонать и повернул голову, стукнувшись щекой о кафельную плитку. — Завалите… Голова раскалывается. — Донателло, я так понимаю? — Джорно подхватил его за плечо. — С возвращением в реальность. Что помнишь последним? — Эх-х-х, святоша меня чуть не придушил, — пробурчал он. — А так называемый батя стоял и втыкал, будто так и надо. — Оу, — Джорно повернулся к Мисте. Донателло поднялся на локте и принялся чесать руку в месте, где Пуччи вырвал капельницу. — Думаю, лучше перевести его в Коко Джамбо. С его лёгким обезвоживанием, ему не обязательно оставаться в больнице. А ты, Донателло, не держи зла. Дио был готов спасти тебя хоть в последнюю секунду, — соврал он. — Просто был план до последнего заговаривать зубы. Твоей смерти никто бы не допустил. — Что за бредятина? — проворчал он. — Возможно, для тебя оно так и звучит. Но ты видел его вторую версию? — уже серьёзнее спросил Джорно. Донателло уставился в пол так, будто лично кафель оскорбил его. — Ну, видел. — А теперь давай без огрызательств. Второй Дио — наша главная угроза. Не священник и не тот Дио, который пришёл за тобой, — Джорно сделал паузу и молчал, пока Донателло не соизволил поднять голову и посмотреть ему в глаза. — Мы не знаем его точных мотивов, но могу заявить, что никто из нас не в безопасности, пока он может вмешиваться в ход событий. И даже если «наш» Дио тоже не сахар, стоит его держаться. Он разрешил эту ситуацию без жертв, и я надеюсь, он сможет сделать это в любой последующий раз. — Ну, он и правда начал выдавать совсем уж личное, чтобы Пуччи успокоился, — размышлял Унгало. — Не то чтобы я догнал, о чём он, но всё же. — Он мог наплести Пуччи всё, что угодно, — сказал Джорно. — Другое дело — реально над собой работать. — Напиши чистосердечное и всё равно отсидишь, — пошутил Миста. Джорно поднялся на ноги, вытащил из кармана ключи и передал Рикиэлю. — Думаю, вам всем будет полезнее вернуться в фургон. Если получится — поспите. Скорее всего, скоро мы встретимся с другой половиной семьи, — и поднял телефон, когда Унгало уже набрал воздух, — и никто не останется без объяснений. Если прозвучит что-то важное — со мной диктофон.

***

Рикиэль, Унгало и Донателло молча сидели в черепахе. Польнарефф работал за компьютером, но всё же прислушивался к их неловким попыткам завязать разговор. — И-и-и… Как ты оказался на больничной койке? — спросил Рикиэль. — Я помню, речь шла о каком-то ограблении. Ты грабил, или тебя? Донателло сложил руки на груди и отвернулся. — Не скажу. Рикиэль фыркнул и отвернулся, переключившись на ленивый перебор своих пальцев. Донателло надолго не хватило. — Если реально интересно, это длинная история, — прежде, чем продолжить, он дождался, пока Рикиэль повернётся. Да и Унгало, который от скуки клевал носом, тоже поспешил сесть поближе и послушать. — Короче, тринадцать мне тогда было. Я собирался свалить из дома, потому что отчим был тем ещё скотом, и меня задолбало, что мать вечно за ним жопу заносит. И тут, посреди улицы, на меня с неба валится пара охерительных кроссовок, вот сам боженька подарил. Ну, понятное дело, я их забрал себе. А потом не прошло и полдня, как меня забрали копы, потому что оказывается, эти кроссовки какой-то богатющий бейсболист собирался продать с аукциона, а бабло — отдать детям-инвалидам. Судья такой «охереть, что за гандон ворует у детей-инвалидов», и никто не поверил, что они мне буквально, сука, с неба на голову упали! И вот так я в тринадцать загремел за решётку. — Э-э-э, погоди, — нахмурился Рикиэль. — Ты нам сейчас сюжет «Ямы» пересказываешь? Унгало побледнел. — Не понял? — прорычал Донателло. — Ну, знаешь, книжка такая есть, «Ямы» называется. Луис Сашар написал. Там туча премий, особое место на полках для бестселлеров, всё такое… — Ёб мою… — еле слышно пробормотал Унгало. — Стэнли Илнэтс точно так же находит чью-то дорогую обувь, но все уверены, что он её украл, и он отправляется в тюрьму. Там он копает ямы по приказу надзирателей, — Рикиэль покривился. — Ты нас разводишь? Это же история из детской книжки, я её в шестом классе читал. — Я понятия не имею, что за книжка, — резко сказал Донателло и повернул голову к Унгало, который возился в подушках, как будто хотел между ними спрятаться. — Да чего ты копаешься? Рикиэль и сам непонимающе смотрел на Унгало, как в секунду до него дошло, и он прикрыл рот ладонью. — Да что с вами не так?! Не вру я! — М-мы с тобой… в одной школе учились, — заикаясь, пролепетал Унгало. — Я помню, как читал «Ямы». Хотел, чтобы Зеро был моим другом, даже как-то рисовал персонажей. А потом я оставил их на слишком долго, и они начали вести себя странно… Я не думал… Донателло схватил Унгало за грудки. — Что ты не думал? В смысле «оставил надолго»? — Его стенд так работает, — нервно выпалил Рикиэль. Унгало бросил на него панический взгляд. — Как он, блядь, работает? — почти что кричал Донателло. — Так, это… Пуччи рассказывал в палате. — Как будто я его слушал! — Пожалуйста, отпусти, — попытался вырваться Унгало. Донателло сделал глубокий вдох, задержал дыхание на две секунды и начал медленно, напряжённо выдыхать. Отпустив Унгало, он сделал шаг назад. — Просто скажи, что делает твой стенд. Я не буду злиться, обещаю. Унгало явно ему не поверил, но всё же начал говорить. — Я умею делать выдуманных персонажей реальными, но, если оставить их жить дольше, чем на десять минут, настоящие люди начинают проживать их сюжет в реальности. Я слишком поздно остановил их, и главный герой выбрал тебя. Прости, брат, я не специально… — А, так это всё? — спросил Донателло слишком ядовитым весёлым тоном. Унгало вздрогнул. — Это даже забавно. Наши стенды чем-то похожи. Хочешь, покажу, что умею делать я? — Нет, спасибо, — промямлил Унгало. — Тц, тц, зря отказываешься, — от веселья Донателло не осталось и следа. Он схватил первую попавшуюся табуретку за ножку. — Только дай мне добраться до твёрдой земли, и я тебе на голову самолёт опрокину, сучище. Достаточно справедливая месть за мою испорченную жизнь, как думаешь? — Я не выпущу тебя из черепахи, если для работы твоего стенда нужен контакт с землёй, — наконец подал голос Польнарефф. — Отлично, старик, — Донателло швырнул табуретку в стену. — Значит, выбью из тебя дерьмо своими руками. — Рикиэль! — заверещал Унгало не своим голосом. — Помоги! Выруби его! — У меня от стенда только две рыбы остались! Донателло со всех сил треснул кулаком по макушке Унгало, и он сначала пискнул, а потом нахмурился и поднял глаза. Следующий удар он уже спокойно перехватил. — Чел, ты бьёшь, как пятилетка. Забыл, что последние несколько месяцев в больнице валялся? Того это не смутило — рявкнув, он ударил Унгало ногой в живот. Даже это оказалось не очень больно, но Унгало всё равно закашлялся и поспешил прочь от бушующего брата. — Да прекратите вы! — заныл Рикиэль, когда Донателло в погоне споткнулся, упал на колени и ударился о брошенную табуретку. — Рикиэль, Унгало, оба на выход. Донателло, остаёшься, — приказал Польнарефф настолько суровым тоном, что никто даже не попытался возражать. — Эх, похоже, шутка про семейную психотерапию перестаёт быть смешной.

***

Джорно постучал в дверь палаты. Ему открыл Хол Хорс и, оглянувшись на Дио — тот кивнул — впустил. — Донателло не ранен, — сказал он. — Что меня удивило. — Разве ты не скормил его кровь стенду? — спросил Дио. Пуччи медленно качнул головой. — Понимаю вашу озадаченность, — он закатал рукава, обнажая собственную, перевязанную повязкой, руку, и натянул воротник, чтобы продемонстрировать винно-красное родимое пятно в форме звезды. Хол Хорс потёр лоб. — С каких пор ты стал очередным Джостаром? Дио расхохотался. — Как я и думал, — он спрыгнул с кровати рядом с Пуччи и огладил родимое пятно пальцем. — Ты использовал мою кость? — Ты бы поверил, что всё началось с растения? — сказал Пуччи. — Меня очаровало, что первой едой он выбрал кровь грешников вперемешку с чистой энергией солнца. Улыбка Дио так и застыла на лице. — Весьма уместно, — мрачно прокомментировал он. — Кстати, в крови ты намешал столько успокоительного, что лошадь можно в кому вогнать. — Ну, Rattle That Lock любит иногда покапризничать. Я надеялся, он проспит всю дорогу до квартиры Донателло. — Ты не мог просто оставить записку? — простонал Хол Хорс. — Эта хрень чуть меня не сожрала! Пуччи в ответ лишь легко улыбнулся. — Вы упоминали какую-то Джолин, — напомнил Джорно. — Ах, да. Я тут, вроде как, воюю на два фронта, — сказал Пуччи. — Мне был нужен диск с памятью Джотаро Куджо. После твоей… смерти в Каире, — сказал он Дио, — Джотаро прочитал твой дневник и сжёг. — Даже на том свете никакой личной жизни. — По его воспоминаниям я узнал, что ты написал. И разумеется, что кража его памяти не помогла наладить отношения с его дочерью, — он помедлил, — как и подставное обвинение её в убийстве с приличным тюремным сроком. Но думаю, это можно опустить. — Так вот, почему Джотаро в коме, — задумался Джорно. — Был в коме. Джолин уже забрала его диски. Скорее всего, Джотаро уже идёт на поправку. Для кого его разыскиваешь? — Его ищет Жан-Пьер Польнарефф. — Как чудесно, — Пуччи, скрестив ноги, откинулся на спинку кресла. — Даже до нас дошла новость, что хозяин Silver Chariot погиб. Джонгалли чуть не устроил праздник прямо посреди тюремной столовой. — Он действительно умер, — ответил ему Дио. — Просто его тупого упрямства хватило на продолжение жизни в качестве призрака. Сейчас служит моему сыну… — он пощёлкал пальцем в сторону Джорно, вспоминая правильное слово. — Компьютерным мальчиком на побегушках, вот. — Он консильери, — поправил Джорно. — Где искать Джолин, и какой план при встрече с ней? — Убивать её никто не собирается, если ты об этом, — сказал Дио и ухмыльнулся при виде любопытствующего выражения лица Пуччи. — Ну, давай, она такая же заноза в заднице, каким был Джотаро? — А то и хуже. Если нельзя найти выход — она проломит стену. — От наследия Джостаров меньшего не ждал, — покривился Дио. — Возьмём её с собой. Хол Хорс закашлялся. — В смысле, в 1999-й? — Ты уверен, что там будет безопасно? — добавил Джорно. — Всяко безопаснее, чем будет здесь через пару дней, — отмахнулся Дио. — Я нисколько не сомневаюсь, что Пуччи в итоге раздавит её, но лично я предпочту её больше живой, чем мёртвой. И я уверен, она начнёт на пятой точке скакать от счастья, что мы дадим ей провести время с любимым папочкой, правда, немного в другой период его жизни. Джорно нахмурился. — Если из-за тебя случится парадокс… — Есть только один способ узнать, могут ли мои силы изменить прошлое на самом деле. Это будет прекрасным тестом, так что, попробуем, — он положил руку Пуччи на плечо. — Где её искать? Пуччи набрал было воздуха, чтобы ответить, но остановился. Лёгкая улыбка тронула его губы. — Изначально я планировал испытать стенды твоих детей и отправить к ней их по очереди. Из-за тебя придётся немного изменить планы. Джолин из-за наших новых родственных связей чувствует, где нужно меня искать, но я задержал её около Киссимми, — он бросил взгляд в сторону Хола. — Тебе понравится, она неподалёку… Йиха Джанкшена. — Уже балдею, — фыркнул он. — Очередные поездки. Дио вытащил календарь и сверился с последней страницей — масса напечатанных друг на друга дат никуда не исчезла. — Эта страница до самого последнего не поддалась, — сказал Пуччи. — Скорее всего, это неизменное будущее. — Мне больно от мысли, что придётся покинуть тебя так быстро, но для тебя, я вернусь всего через несколько дней, — Дио захлопнул календарь, и тот испарился. — Можешь забыть о проблеме по имени Джолин. Пуччи поднялся на ноги и сжал ладони Дио. — Я искренне ценю, что мне больше не нужно воплощать наш план в одиночку, — честно заявил он, и даже как-то по-доброму посмотрел на Хола с Джорно. — Надеюсь, вы поверите, если я скажу, что буду с нетерпением ждать нашей следующей встречи в качестве союзников. Гораздо приятнее сделать первый шаг в Рай при поддержке верных друзей, чем отбиваться от тщетных попыток мне помешать. У Хол Хорса внезапно зачесался лоб, но он с трудом выдавил улыбку. Джорно не выглядел восторженным при упоминании «рая», но и его хватило на кое-какой вежливый кивок.