Мы с тобой и вечность

Это была обычная ночь. Слабый лунный свет проникал в квартиру, сквозь приоткрытые алые шторы. Но на такую мелочь никто не обратил внимания. Сейчас им было совсем не до луны. — Ай! Больно! — кричит демон, шипя от боли и жмурясь. — Я знаю, милый. Потерпи немного. Боль спадёт… — говорит тот, нежно оглаживая мокрой тряпкой серьёзный ожог на плече и руке. — Обещаю… — взгляд демона на секунду устремляется в пол, а потом он жалобно скулит ему в ответ, закусывая губу. Было очень больно. Сегодня во время очередного вызова в него брызнули святой водой со словами: «Изыйди, демон!». Так зачем вызывать, если в услугах не нуждаетесь?! Кхм. Извините. Оказалось, что сын священника, лет 15-ти, занимался демонологией и во время его первого вызова демона, отец его застукал. Это было плачевно и для сына и для демона. Снова послышалось шипение, а затем и скулёж. — Больше никогда не отзовусь на вызов к малолеткам… — говорит он стиснув зубы. — А то задолбали. То козла в жертву хотели принести, то младших детей, а некоторые говорили: «Ну мы так, чисто ради прикола. Нам ничего не надо». Да кто вообще демонов вызывает «для прикола»?! А теперь ещё это… Всё в пизду этих жертв неудачного аборта. — Солнышко, я конечно понимаю, что тебя это раздражает, но ты не мог бы не ругаться неприличными словами? — Хорошо. В вагину. Так лучше? — на это ангел молчит, тяжело вздыхает, но потом всё-таки отвечает. — Забудь — ответом ему послужил смешок. В комнате опять повисла тишина. И правда, тишина. Без скулежа и шипения. — Ну как? Ожог ещё болит? — он осторожно и мягко вытер остатки холодной воды с его руки. — Немного.. — тихо говорит демон смотря на свою руку. — Теперь будешь как Дэдпул — голубоглазый усмехается своей же шутке. Но для его партнёра шутка оказалась не понятой. Демон вопросительно посмотрел на него. — Да ладно, ты не смотрел? Пора знакомить тебя с развлечениями этого века — Ты знаешь, у меня нет времени на развлечения — Даже на меня? — Любовь моя, ты гораздо больше, чем какое-то там развлечение. Ты смысл моего существования. Если бы не ты, я бы... Ты делаешь меня мной, мой ангел — шатен нежно улыбается, смотря в его красные глаза. — Ого. Ты ничего не сказал про мой вид бездомного. Прогресс — Ну, у нас ещё вся ночь впереди — с привычной для него игривостью произнёс тот и чуть поддаётся к голубоглазому. Однако, весь настрой сбила боль в руке. — Ай! — он прикрывает глаза и мычит от боли. — Спокойно-спокойно. Ты ещё успеешь меня искусить, мой змий-искуситель. — он тихо хихикает. — Икуситель? Это должность ниже моей на два ранга, если не на три. Это слишком грязная работёнка. — брюнет фыркает и смотрит куда-то в сторону. –Извини, не хотел задеть чувство твоего достоинства В комнате снова раздался крик боли. Именно крик, а не очередное айконъе или ойканъе. Крик боли с нотками отчаяния. Рука начала адски болеть. Он испытывал подобную боль раньше. Давным давно… По всему помещению раздавались крики боли и того самого отчаяния. Он лежал на полу и покачивался, пытаясь усмирить эту боль хоть как-то. Сделать хоть что-то, но это бессмысленно. — Ты готов признать свои грехи, о, мерзкое подо- — его прерывает крик. — Да признал я уже всё что нужно в своё время! Что ты ко мне привязался?! — Так если признал, почему не возвращаешься?! — незнакомый ангел кричит на него, опуская тару с святой водой. — Куда?! В Ад?! Так я уже здесь! — на хамство он получает пощёчину А сейчас хотелось бы поговорить об этом ангеле. Он был высок. Осанка была идеально ровной и она идеально подчёркивала идеально стройную фигуру. Его волосы были цвета холодного золота. Они были короткими и идеально уложенными. А глаза цвета ледяного-синего цвета океана. Его одеяния были белоснежными, без единой кладки. Хотя, всё это описание можно было заменить одним словом, «идеально». Что, впрочем, так и было. Он выглядел идеально и очень серьёзно. Тело Велизара практически всё было в ожогах. На коже почти не осталось места. И вот, его хватают за израненные руки и притягивают ближе. Дикая боль распространяется холодом по всему телу, словно в вены ввели жидкий азот. Всё ожоги мигом исчезают, но боль остаётся. Ангельское заживление всегда приносит много боли, но, чтоб их, всегда эффективны. И так уже много часов подряд. Он лечит ожоги, а потом снова обливает его святой водой. Но не слишком большим количеством, ведь в противном случае он может умереть. А вот это будет слишком некстати. Он ещё не наигрался. По крайней мере, так думал красноглазый. Велизар понятия не имел зачем это было нужно. Единственная догадка была сказана ранее. Он думал, что архангелу стало скучно и он просто решил развлечься таким образом, ну или просто выпустить пар. Кстати говоря, да. Он был архангелом. И имя ему было Гавриил. Большая шишка в Раю. Его знали все ангелы и демоны. Хотя, это как с президентом другой страны. Кто-то знал, а кому-то плевать. Велизар относился к первой категории. Но на деле ему было совершено плевать на это. — Идиот! — повторяет архангел и трясёт его за руки. По телу снова разливается жуткий холод. Из болезненных воспоминаний его вырывает обеспокоенный голос возлюбленного. — Ты в порядке? Это больно, я знаю. Прости. Но если бы не это, он бы ещё недели две болел, плюс остался бы шрам — Н-ничего. Всё в порядке — голос предательски дрогнул. Чёртов холод по всему телу. — Хочешь я сделаю тебе горячий чай? Может принести плед или… Я мог бы принести обогреватель… — он так и продолжил бы переслать разные варианты, если бы его не обняли. — Нет. Единственное тепло, которое мне нужно — твоё тепло. — тихо говорит он и утыкается носом ему в плечо. — Хорошо, радость моя. Я тебя согрею так, как я только смогу — Анаиэль прижимает любимого к себе, поцеловав его в макушку. — Я люблю тебя — шепчет он, поглаживая его по спине. — Я тебя тоже — брюнет чуть отстраняется и поднимает свой взгляд. Взгляд понятен без слов. Ангел медленно поддаётся ему на встречу и нежно целует в губы. На поцелуй отвечают, обнимая за шею. Оба отдают всю нежность и любовь друг к другу в поцелуй. Вот так всегда и получается. Если с одним из них что-нибудь случится, будьте уверены, что пострадавший получит столько заботы и любви, сколько не снилось ни одному другому ангелу или демону. Так было, есть и будет.            

***