Последний шанс

Ветер в тот день был слабым, но его порыва было достаточно, чтобы волосы медленно развевались, отдавая серебристым отливом на солнце. Качель, на которой он резво качался туда-сюда, протяжно скрипела, что очень раздражало, но мальчик, восседающий на ней, не беспокоился, вместо этого слушая кряхтения импровизированного трона. Другой мальчик, по виду лет восьми, с задумчивым видом сидел на парнях, которые явно были старше их обоих. Тот, на ком сидел младший, что-то попытался сказать: –"Мы.. Мы усвоили урок... Прошу.. Прошу, отпусти..." Младший махнул своими розовыми волосами, совсем не обращая внимания на слова одного комплектующего из его "трона". Вместо этого тускло-синие глаза обратили внимание на медленно раскачивающегося на качеле. С виду ему явно было девять лет, поэтому он и был старшим среди победивших ораву старшеклассников, которые теперь стали троном для младшего. Розоволосый продолжил смотреть на старшего. Но тот совсем не замечал этого, ну или специально делал вид, что не замечает столь пристальное внимание к себе. Младший наклонил голову вбок, всё ещё рассматривая лицо, на котором ничего не видел, впрочем как и всегда. Он не мог определить, какие эмоции испытывает этот пацан, поэтому оставалось только кидать злые взгляды в его сторону, надеясь, что он хоть их заметит. Но этого не происходило достаточно долго для того, чтобы вывести из себя розоволосого мальчишку: –"Эй, ты обещал, что расскажешь нечто интересное, если я уложу их всех. Ты мне наврал? Если так, то я тебе сам шею сверну и сделаю одной из ступенек для моего трона, — парнишка как можно грубее старался выговорить эти слова, но детский голос всё равно не сочетался с ними, а невинное милое лицо, казалось, показывало всю чистоту мальчика. Но достаточно устрашающая улыбка на губах сразу давала понять, что этот малыш далеко не невинный, — Эй, я жду." Старший наконец обратил внимание на него. Его глаза изучающе скользнули по лицу розововолосого, направляясь на сгорбленных парней, которые из раза в раз кряхтели из-за ноши на спинах. Они выстроились в три ряда, и нижним было трудно держать все последующие "ряды" парней с такой же весовой категорией как и у них, оттого они и кряхтели, но старались делать это очень тихо, чтобы не попало ещё больше. Слегка серебристые волосы метнулись вслед за направлением качели, а сам парень, не утруждая себя лишними объяснениями, произнёс: –"Я жду только тебя." На лице его сразу появилась ухмылка, которую, к сожалению, розоволосый не увидел. Последний на слова старшего широко раскрыл глаза, а после с характерным "оп" спрыгнул с трона из людей. Он прищуренно посмотрел на светловолосого и позволил себе повернуться к нему спиной. Теперь внимание розововолосого было приковано к толпе старшеклассников, которые, казалось бы, сжались, сгорбливаясь ещё больше. –"Проваливайте, — произнёс младший, его глаза скучающе осматривали пустые лица, — Если не хотите сдохнуть." Он одарил их пугающей улыбкой, на что те сразу начали собираться, попутно извиняясь друг перед другом за неловкие падения и шаги, а после наконец исчезли с поля зрения двоих, что остались возле качели. Тускло-голубые глаза затемнились ещё на один тон, когда их обладатель присел на качель рядом со светловолосым мальчишкой. Он медленно покачивался вперёд-назад, пока тот, от кого он ждал объяснения, наконец не подошёл сам. Старший встал рядом с ним, загораживая собой яркое солнце: –"Раз обещал, нужно рассказать, – фиолетовые глаза взметнулись вверх, рассматривая небо, — Ты наверняка знаешь, что в этом мире выживает сильнейший, верно?" В ответ он видит лёгкий кивок со стороны младшего и, решив продолжить, усаживается обратно на качель, где сидел до этого: –"За сильнейшим пойдут как сильные люди, так и слабые. Всё складывается в этом мире на твоей силе: если ты слаб, значит не сможешь прожить. — парень роется в кармане джинсов, спустя пару секунд доставая оттуда мятную конфету и кладёт её в рот, раскрыв обёртку – Раньше все следовали за королём. Сейчас такое понятие устарело, но из мира оно никуда не исчезло. И знаешь, если проще, то сильных людей и следующих за ними других можно ассоциировать с Королём и слугами." Розовые волосы развеваются на небольшом ветерке, а глаза опускаются вниз: –"И как это связано с тем, что я не вижу лиц?" –"Санзу, — проговаривает старший, — Я тоже не видел лиц. До тех пор, пока не нашёл своего первого слугу." Санзу на эти слова хмурится и протяжно вздыхает: –"Ты ассоциируешь себя с Королём? Тогда могу ли я тоже быть им?" Фиолетовые глаза с безразличием смотрят вперёд, и небольшой смешок проскакивает на губах: –"Я уверен в том, что ты слуга. Всё твоё тело буквально кричит об этом. Ты создан, чтобы служить своему Королю, Санзу." В ответ на слова он слышит возмущённое "хаааа?!". Санзу буквально весь сморщивается от осознания, что с его силой он не может быть королём: –"Я достаточно сильный, чтобы быть главным. Так почему именно слуга?" Старший лишь усмехается и снова встаёт для того, чтобы подойти ближе к розоволосому и, мягко положив руку на его плечо, тихо произнести: –"Сможешь ли ты повести за собой людей? Сможешь ли ты доказать им, что достоин ими управлять? Сможешь ли ты принять сложное решение ради них? Сможешь ли ты продумывать свои действия, чтобы они не повлияли на моральный дух твоих подчинённых или сможешь ли ты поднять их боевой дух во время сражения?" Акаши почти уверенно в уме может ответить на все вопросы лишь "нет". Он не сможет сделать всего этого. Чего стоит только мысль о том, чтобы повести за собой людей. Но разве это было не так легко, как в книжках про добрых принцев и принцесс? Теперь можно быть уверенным, что всё написанное там – хрень мутная, потому что в реальности всё сложнее. Если так подумать, то Санзу ни разу не представлял себе, как это сделает. Вернее представлял, но всё было так туманно. В его фантазиях он просто говорит, что теперь он тут главный и все люди на этой территории теперь служат ему, но всё это было ещё в детстве. А, и именно тогда он перестал видеть лица. На кого бы он ни посмотрел, всё было однообразно. Вместо выражения лиц он видел пустоту, которая, казалось, старательно пугала розоволосого. Поэтому он научился бороться с этим, в буквальном смысле. Его разговор с "пустолицыми слабаками" (эту кличку он дал им впоследствии) был коротким и всегда заканчивался либо извинениями последних, либо сломанными конечностями, чтобы даже посмотреть на Санзу не посмели. И сколько он себя помнил, Харучиё всегда искал способ избавиться от этих пустых лиц, они раздражали его не меньше, чем пугали. Поэтому, когда этот странный и незнакомый до этого парень понял его проблему, Санзу с воодушевлением избивал людей, чтобы наконец узнать и понять, что за хрень с ним творится. Но теперь он понял. Это была проверка, и если бы Санзу не подчинился, отказавшись от сделки, если бы он не доверился его словам, то его можно было бы охарактеризовать как человека, что не любит приказы, просьбы и так далее, от других людей. Что он не заинтересован в подчинении, он больше по теме, когда главенствующая роль принадлежит только ему. А Санзу же слепо последовал приказу, словно его не волновало, что его буквально использовали. Ладно, Харучиё признаётся. Он сильный. Да, именно, сильный... Но слуга. Но раз Санзу ставит себя выше всех остальных, значит и Король, которому он будет подчиняться, для которого он скорее всего будет пешкой, должен быть не менее сильным. Этот человек должен доказать, что за ним стоит идти. Задумавшись, он не услышал, как старший звал его, медленно переходя на крик. –"Санзу! — крикнул старший, — Хватит в мыслях витать. Я рассказал только половину." Розоволосый наконец сдвинул взгляд с земли на мальчишку рядом с ним. –"А, да. Недавно ты говорил мне, что ты Король. Но почему я всё ещё ничего не вижу? Ты же ска-..." Харучиё не дают договорить, старший перебивает его звонким смехом и сквозь него проговаривает: –"Хаха, эй. Как ты думаешь, почему я тогда не нашёл себе любого человека, приняв его, как своего первого слугу? Я ведь мог просто найти кого-нибудь и избавиться от всей этой хрени, но почему же я не сделал этого?" Розоволосый пожимает плечами, тупо уставившись на старшего, на что получает угрюмое лицо, фиолетовые глаза напротив прожигают в его теле дырку, так и говоря: "думать – это явно не твоё". –"Ха... Ещё раз убеждаюсь, что не ошибся. Кому же достанется столь глупый прислужник? Мне жаль этого человека, — закатив глаза, проговаривает светловолосый, а после тычит указательным пальцем в грудь Санзу, — Идиот, не мы выбираем, кто нам будет служить или кому мы будем служить. Как там говорится..., – мальчишка задумывается на секунду, переводя взгляд с лица Санзу на небо, – А, точно. Судьба? Выбор судьбы. Неожиданная встреча решает многое." От слова "идиот" Харучиё готов порвать этого пацана, но, услышав остальную часть, призадумывается, а после наконец выдаёт: –"Тогда... Тогда как мне понять, что это именно он?" Светловолосый наклоняет голову вбок и, закрывая глаза, явно что-то представляет: –"При встрече с ним в твоей груди словно тысячи фейерверков взорвутся, ладошки сильно вспотеют, а сердце, словно бешеное, будет биться. Ты почувствуешь, что встретил именно его, что теперь ты связан с ним навечно. Будто маленькая нить будет вас связывать, и как бы ты ни захотел, предать его или уйти от него ты уже не сможешь. Это всё, что я знаю. Какуче рассказал мне об этом, но в отличие от него, я не почувствовал того же. Просто с момента нашего знакомства я стал замечать, что лица проявляются и я наконец могу свободно видеть." Санзу удивлённо тянет слово "вау" и обречённо вздыхает: –"Это, конечно, всё выглядит фантастически. Но я верю тебе лишь из-за того, что ты описал всё так точно. И то, что ты тоже не видел лица, ну, вернее размытые рожи, которые невероятно бесят... А, и что, если я никогда не встречу этого придурка, от которого зависит моя дальнейшая судьба, а?" –"Тогда ты точно никчёмный. И не смей искать меня, чтобы поплакаться, это отвратительно. Мне и брата с его вечными попытками отношений хватает." Розоволосый зло скалится и, не предупреждая, нападает на светловолосого. ... Больше Санзу никогда не встречал того странного блондина с фиолетовыми глазами. Но встретил Майки. Увидев его в первый раз в драке, он воодушивился, а после испытал сильные эмоции, но это было не то, что описывал тот странный мальчик из детства. Тогда Харучиё подумал, что пацан ошибся, однако после встречи с Сано Манджиро (как после выяснил Санзу) всё осталось на прежних местах. Он всё ещё видел размытые лица у всех, кроме самого Майки. Его он отчётливо видел, что было странно. Но больше к этой теме сам розоволосый не возвращался, придумывая себе отвлечение от всех этих херовин в жизни. А это отвлечение он нашёл в наркотиках. Впервые попробовав, он понял, что это то самое, что нужно для того, чтобы отвлечься, для того, чтобы хоть на несколько мгновений забыть о своей самой большой проблеме. Сестра, брат, капитан, прохожие больше не пугали его своей пустотой лиц, ведь Санзу теперь было плевать из-за извечного кайфа от каждой новой дозы. А потом появился Такемичи. Что почувствовал Санзу? Ничего. Вернее, очередное отвращение из-за грёбаной ненависти к своей "болезни" – видеть размытые лица. Этот парень спас Дракена, Майки привязался к нему, заместитель капитана первого отряда... Чифую вроде, привёл его в окружение Тосвы и не отходил ни на минуту от парня, словно не хотел упустить какое-то важное мгновение. Но Харучиё по-прежнему было плевать, он лишь похвалил перед Майки этого Такемичи за спасение Дракена, лишь формальность. И увидел искреннюю улыбку на лице своего Короля. А потом порадовался, что тот нашёл своего человека. Но не так давно всё изменилось. Что же произошло с этим человеком, что он так резко изменился, словно это два разных человека? И Санзу не ошибся, то были и вправду два разных человека. Первое отличие и первый случай, когда он понял, что Майки не тот, кто был его главным, произошёл в больнице. Улыбка. Он впервые увидел улыбку на чужом лице, оно не было размыто, как у других. Прямо как у Майки. Но эта улыбка была пропитана ложью, она была фальшивой, словно вымученной, будто парень, лежащий на больничной койке, нуждался в давно забытом тепле. Уйдя тогда, Харучиё больше не смог забыть этот случай, что-то в груди в тот момент хотело вырваться. А сердце словно упало куда-то, исчезло в неизвестном направлении. А потом они встретились по просьбе самого Такемичи, и именно в тот день он почувствовал то, что описывал ему парень в детстве. –"Санзу, я знаю, что ты очень предан Майки и даже знаю, что это всё вследствие того, что ты принял его как своего истинного Короля, — Ханагаки перевёл свой взгляд на застывшего Харучиё — Когда-то давно ты сказал мне об этом сам..." Санзу особо не понял. Он не мог сказать этих слов, если только не был под наркотиками, но последний его раз был неделю назад и был он за городом, поэтому встретиться с Такемичи и разболтать всё это он ему не мог, да и к тому же не было того доверия к темноволосому, чтобы вот так просто выложить всё сокровенное. Затем Такемичи продолжил: –"Но что, если я скажу, что ты ошибся в своём выборе? Что, если Майки не тот, кто тебе нужен?" Харучиё мгновенно хмурится и зло произносит: –"Если я вёл себя мило с тобой в последние дни, то это не значит, что ты имеешь право вот так дерзить. Никто. Слышишь, — Санзу подходит почти вплотную к Такемичи, — Никто не достоин зваться моим Королём, как Майки. Майки тот, кому я безмерно предан." Ханагаки на слова Санзу лишь улыбается и прежде, чем ответить, запускает руку в волосы Санзу, отчего последний сначала удивляется, но потом резко хватает руку за запястье, сильно сжимая. –"Харучиё Санзу. Я предлагаю тебе спор. Если по происшествии недели ты не изменишь свои слова в отношении Майки, то я навсегда исчезаю и больше никогда не появляюсь в поле зрения всей Тосвы. Но если же я окажусь прав и ты признаешь меня своим истинным Королём, то ты навсегда будешь рядом только со мной. И мы вместе создадим новую эпоху для Чёрных Драконов." Подул сильный ветер, и именно в этот момент сердце Санзу бешено забилось, ладошки вспотели и тысячи фейерверков взорвались в душе. Отчего же он почувствовал это только сейчас? И получается, этот спор с самого начала был проигран самим Санзу? Вот ведь... В день собрания Тосвы, когда он увидел такого Такемичи, Харучиё осознал, что теперь Токийская Свастика, Майки и все остальные больше не имеют смысла оставаться в его жизни, ведь Такемичи Ханагаки дал ему новую. Теперь, встретив истинного Короля, как и говорил парень из детства, он смог видеть лица многих знакомых, выражения лиц людей из Тосвы, когда они увидели Такемичи всего в крови, а за ним тело какого-то незнакомого идиота, которое тащилось за волосы самим Ханагаки. Парню всё это безумно нравилось и давало новые ощущения, но опомниться не дал голос Таке... Вернее, Короля: –"Ну как, Санзу?... Ты готов ответить?.." На что Санзу коротко кивнул, но волнение за состояние Короля заставляло сердце сильно сжиматься. Поэтому когда тот упал, Харучиё мгновенно подорвался, хватая бессознательное тело и неся до машины скорой помощи. 3 дня пролетели быстро, за это время Такемичи так и не очнулся, всё так же лежал на кровати, дыша с помощью кислородной маски. Его до невозможности белое лицо заставляло пугаться от мысли, что одно маленькое действие может сломать Ханагаки. И он, словно фарфор, развалится на тысячи маленьких осколков. За это время Коконой Хаджиме с Инуи Сейшу в компании братьев Хайтани посвятили Санзу в план Такемичи. Весь этот план заключался в том, чтобы сыграть драму. Им предстояло убрать любыми способами тех, кто не брал взятки. А после зачистки всучить всем одну и ту же информацию о пациенте Такемичи Ханагаки. Каждый из подкупленного персонала учил одно и то же, чтобы никаких проблем с расходящимися показаниями не было. "Такемичи Ханагаки умер из-за удара в область затылка, продержавшись пару дней. В конце концов, его тело перестало функционировать, сердце остановилось. То было чудом, что он, пройдя такое расстояние, всё ещё был в сознании, так ещё и прожил столько дней. Его тело было кремировано по просьбе матери парня, прах находится в доме, где он проживал в последнее время." Это то, что было написано для каждого, то, что все как один говорили всем, кто спрашивал. Деньги, записка в конверте, фото Такемичи, аккуратно перевязанное чёрной лентой, и белая урна с чужим прахом. Всё, что они приготовили для друзей Ханагаки, наконец навсегда покидая этот дом. А Санзу навсегда прощаясь с Тосвой. Через три месяца, когда Такемичи пришёл в себя, он снова изменился. Что-то в нём сломалось, и с тех пор он приказал всем подчинённым забыть о Такемичи Ханагаки, теперь есть только Мэсэйоши — глава крупной преступной организации Чёрный Дракон. Чёрный Дракон развивался, и всё больше людей желали следовать за Мэсэйоши, за Королём Санзу. А после присоединился и Изана с Какучё. Старые друзья, как выразился сам Мэс. За время комы Мэса, они по плану создали банду, которая так же стремительно, на равне с Драконом, набирала власть, а после "Тендзику" – преступная организация, слилась с Драконом, и теперь уже никому нельзя было сравниться с ними. Вакаса Имауши, Араши Кейзо, Харучиё Санзу, Ран и Риндо Хайтани, Какучё Хитто, Хаджиме Коконой, Сейшу Инуи и, наконец, Изана Курокава — это те, кто был приближённым к главе и те, кто знал о прежней способности Такемичи Ханагаки путешествовать во времени.