1
14 сентября 2021 г., 00:18
Всего два дня, как Га Он сорвался, задев Ё Хана за живое, сделав совершенно неверный выбор, действуя на эмоциях. Ведь при других обстоятельствах, если бы не события с самоубийством министра, он никогда бы не отвернулся от мужчины, болезненно ранив словами, за которые спустя, даже полчаса, ему стало тошно.
Не Су Хён его мир, а Ё Хан, от которого он и ждал утешения.
Это было впервые, как Га Он оказался перед мёртвым человеком, который только несколько минут назад говорил с ними. И вместо ужаса, он упал на колени, отчаянно осматривая тело в поисках необходимого файла, разочарованно выдыхая, лишь потом понимая, что он делал.
На следующий день Ё Хан подослал к нему К, сам оставшись в тени, когда Га Он, как маленький ребёнок, нуждался именно в его внимании.
Сейчас, стоя рядом, спасая ситуацию в трущобах, освещая её в прямом эфире, Га Он боялся невидимой дистанции между ними. Он почти всё время смотрел на Ё Хана, не уклонившись от брошенного камня, попавшего в бровь, остро рассекая её.
Сразу потерявшись в пространстве, Га Он неудачно отступил назад, прижав руку к половине лица, болезненно морщась. Это было слишком неожиданно и резко. Ещё бы чуть-чуть, и всё могло кончиться гораздо хуже.
— Га Он-а, — прищуриваясь, младший ощутил мягкое прикосновение. Осторожно отведя руку от лица, Ё Хан обеспокоенно осмотрел рану, уже через секунду переместив пальцы на его подбородок, заметно хмурясь при виде крови.
— Я в порядке, — рассеянно пробормотал Га Он, с трудом фокусируя взгляд, невольно расслабляясь от теплоты, с которой Ё Хан осматривал его, гораздо дольше нужного задерживая руку на его лице.
Ещё несколько раз кивнув, подтверждая, что может продолжать работать, Га Он ощутил пустоту. Ё Хан отошёл на негласное расстояние, вернув своё внимание на приспешников президента.
Сглотнув, младший попытался сосредоточиться, сделав шаг назад, обезопасив себя от ещё одного удара. Облегчение, что Ё Хан, хотя бы показательно не отвернулся от него — уже согревало, но всё же не так. Он всегда волновался о нём, и это не означало, что между ними исчезла недавняя обида.
Дождавшись темноты, троица судей непоколебимо стояла на своих местах. Было видно, что несчастный народ готов был сорваться, совсем скоро.
Камни не переставали сыпаться, не попадая в цель, пока очередной всё же задел Ё Хана. Не по лицу, но он прерывисто выдохнул, прижав ладонь к боку. Га Он видел, как несколько секунд старший не двигался, слегка наклонившись вперёд, будто пытаясь выровнять дыхание.
— Сэр, Вы ранены? — Поспешно уточнил Га Он, теперь уже сам оказавшись рядом, не думая о правильности, действуя интуитивно, когда слегка отодвинул плащ в сторону, сразу видя кровь.
— Для твоей формальной речи, Га Он, ты действуешь слишком дерзко, — отступив от него, прикрывая плащ, с усмешкой проговорил Ё Хан. Было заметно, что он подавил боль, которая минутой ранее так отчётливо читалась на его бледном лице. Даже при скудном освещении, Га Он увидел нездоровый вид мужчины, но найти логическую связь не смог.
— Прости, — всё, на что был способен Га Он, проглотив вязкую слюну. Он обидел его, и теперь так наивно пытался беспокоиться.
— Отойди подальше от края, — Ё Хан всё равно, в первую очередь, пытался обезопасить Га Она, кивнув в сторону, вновь обратив внимание на толпу, которая заметно увеличилась.
— Почему так много крови? — Не слушаясь, настойчиво спросил Га Он, поджимая губы, не сделав ни шагу.
— В меня попал камень, — легко произнёс Ё Хан, никак не изменившись в лице, даже, видя крайнее недоверие в глазах парня.
— Это не камень, — упрямо возразил младший, всё ещё видя в памяти пропитанный кровью жилет.
Между ними резко пролетела деревянная палка с гвоздями, чудом не задев никого из них.
— Ким Га Он, отойди назад, — рявкнул Ё Хан, что и Чжин Чжу вздрогнула, стоя от них практически в другом углу крыши, взволнованно переведя на них взгляд.
— А ты ответь мне, — наоборот, спокойно отозвался Га Он, не двигаясь. Напряжение между ними казалось превысило борьбу, происходившую внизу.
Сделав один шаг, Ё Хан крепко схватил Га Она за воротник, близко наклонившись к нему, почти касаясь губами его уха.
— Ким Га Он, это, как раз, та самая причина, по которой мне пришлось позвонить твоей девушке, когда ты оказался в трущобах, а не лично вытащить тебя оттуда, чтобы хорошо встряхнуть за то, что не позвонил мне, действуя в одиночку.
В глазах Га Она отразилось непонимание, которое с каждым словом старшего превращалось в открытый ужас. Ведь всё его знание крутилось вокруг Су Хён, которая в нужный момент пришла на помощь и вытащила его, ни разу не упомянув о роли Ё Хана, которая, как оказалось, была главной.
— Теперь отойди назад, — тихо проговорил Ё Хан, одновременно несильно толкнув его в плечи, сам возвращаясь наоборот вперёд, повернувшись к нему спиной.
Безмолвно открыв рот, Га Он не смог ничего сказать, на негнущихся ногах послушно переместившись на безопасное расстояние. Неприятное чувство окутало всё тело. Ё Хан был серьёзно ранен, а он ничего не знал, легко поверив словам Су Хён, даже не удивившись звонку старшего, когда он спрашивал о его самочувствии, и это при том, что он ушёл от него.
— Ты в порядке? — Коснувшись его локтя, встревоженно уточнила Чжин Чжу, когда вопреки отключению света, Га Он никак не отреагировал, продолжая бездумно стоять на месте, потупив взгляд в землю. Вопрос, который стоило чаще задавать Ё Хану, не ему. Он не заслужил.
Может, если бы не наглый крик снизу, Га Он так бы и стоял. Чжу Чжан хотел, чтобы Ё Хан спустился к нему, и на секунду младший испуганно посмотрел на него, боясь, что тот действительно сделает это.
То, что происходило дальше напоминало сущий кошмар. Не держась на ногах, Га Он опустился на колени, теряясь в темноте, в ужасе переводя взгляд на Ё Хана, а затем на старика, который стал случайной жертвой.
Не было конца страху, пока не появился слабый свет фонарика на телефоне. Ё Хан высоко поднял руку, пытаясь нарушить гнетущую тьму. И за ним последовали Га Он с Чжин Чжу, уверенно держа руки вверху, смотря вперёд, подталкивая остальных жителей повторить за ними, пока не зажёгся огромный прожектор, уничтожая темноту.
— Тьма не может победить свет, — громко произнёс Ё Хан, и это стало необходимым пределом.
Они победили.
***
Остановившись около машины, Га Он встал перед дверью, преграждая путь. Сразу поймав явное напряжение, Чжин Чжу нарочно притворилась, что ей нужно было подойти к съёмочной команде. Даже, если это казалось в некоторой степени ложью, никто не обратил внимания. — В чём дело? — Сдержанно спросил Ё Хан, при этом прожигая его взглядом. Он был не в том настроении, чтобы вновь ругаться с младшим, но, кажется, это было неизбежным. — Я не знал, что это ты позвонил Су Хён, — тихо выдохнул Га Он, с трудом начав говорить. Если бы только знал, он так хотел тогда оказаться с Ё Ханом, вне всяких сомнений. — И что это меняет? — Равнодушно произнёс старший, даже, если Га Он видел его насквозь, понимая, что ему было совсем не плевать, а, наоборот, слишком тяжело. — Ё Хан, мне жаль. Тот вечер, — он запинался. — Ты сделал свой выбор, — Ё Хан перебил его, не желая слышать слабое оправдание, которое ничего бы не изменило. — Нет, я был не в себе, злился, — решаясь, выдохнул Га Он, заглянув в глаза напротив, — злился, что ты предпочёл отправить за мной К, когда я хотел, чтобы это был ты. Мне нужен был ты. Когда боялся, что превращаюсь в монстра, я нуждался только в тебе. — Га Он, — замер Ё Хан, совсем не это ожидая услышать. Не это признание. — Мне хотелось почувствовать себя в безопасности, рядом с тобой, но вместо этого, ты накричал на меня, что я решил встретиться с Су Хён, что я должен выбрать кого-то одного, но как я могу сделать это? Скажи, как? Всхлипнув, Га Он криво усмехнулся, прижимая ладонь к лицу, вскользь растирая на виске засохшую кровь. Он определённо выглядел жалко. — Как я могу выбирать между единственным другом и тем, кого люблю, кто для меня и есть весь мир? Зачем ты это спросил, когда я был разбит? Когда всё, что чувствовал, что теряю себя? — Отчаянно закричал он, не справляясь с дрожью в теле, ощущая, будто весь воздух покинул его лёгкие, лишая возможности дышать. — Га Он, ты… — Ё Хан должен был подойти ближе, а не впервые стоять, как оглушённый, потеряв способность говорить, не ожидая, что когда-нибудь для Га Она станет кем-то настолько важным, любимым, успев опустить руки в недавний вечер, и теперь… — Я раскрыл тебе все карты, ничего не скажешь? — сипло проговорил младший, слишком сильно сжимая кулаки, впиваясь ногтями в ладонь, стараясь так удержать себя наплаву. Бессмысленно. — Судья Кан, судья Ким! — Истошный крик Чжин Чжу, смешавшийся с чётко выраженным глухим хлопком. Га Он продолжал спокойно стоять, пока Ё Хан быстро осмотрелся, не поняв неожиданной паники в голосе женщины. Всё было в порядке. — Судья Ким, — вновь в ужасе прошептала Чжин Чжу, запнувшись на месте, оставаясь на расстоянии. И тогда Ё Хан посмотрел на него. Тёмное пятно слишком быстро пропитывало его чёрный плащ. Но в глазах Га Она не была ни намёка на страх, а дрожащие губы слабо растянулись в улыбке, успокаивающей, лишь бы он не переживал, лишь бы не винил себя. — Га Он-а… Ким Га Он! Подхватывая падающее тело, Ё Хан ударился коленями о землю, крепко удерживая парня на руках, изо всех сил прижимая ладонь к ране на груди. — Нет, Га Он-а, держись, всё будет хорошо, — голос срывался, но он не прекращал шептать, пытаясь удержать его в сознании. — Ё Хан… я люблю тебя, — слабо прошептал Га Он, повержено закрывая глаза, не удерживая последние слёзы, скатившиеся по щекам. — Нет, пожалуйста, Га Он-а, не умирай, — сгорбившись, Ё Хан соприкоснулся лбами, укачивая его на руках, как заведённый повторяя его имя. Снова и снова, давясь слезами, продолжая хвататься за его слабое тёплое дыхание. И тьма поглотила свет.
Примечания:
всего 3 главы.
