Разные расы. Разные религии. Одна любовь

      Оливер, хватаясь за живот, смахнул слёзы с уголков глаз, выступившие из-за смеха. Шан, надувшись, смотрел на друга и возмущённо пыхтел, поедая торт.       — Секундочку, — попытался Оливер, но вновь разразился хохотом. — Секундочки не хватит! Боже! Ты что сделал?       — Он меня поцеловал, и я его ударил…       — Боги, я не могу! — загибаясь от смеха, он уткнулся лбом в стол. Шан пихнул товарища в бок, тоже улыбаясь краешком рта.       — Пускай ищет кого-то другого для своих игр, кобель! — буркнул Шан, зло отламывая ложкой кусочек торта и так же зло его съедая. Оливер, тихо посмеиваясь, покачал головой. — Можно тебя попросить о помощи?       — Конечно, — сказал Оливер, улыбаясь.       — Мне нужно перетащить несколько ящиков в архив.       — Да без проблем! — воодушевлённо встал из-за стола, направился за другом, который увлечённо болтал по пути, таща того за руку. Оливеру на секунду почудились чей-то прожигающий взгляд в спину и гнетущая атмосфера.       Управились они меньше чем за час, перетащив с одного конца корабля на другой пять коробок. Последнюю коробку нёс Оливер, малость задолбавшись от столь нужной работёнки. Шан был доволен и светился, как солнышко, озаряя каждого встречного улыбкой.       Покончив с этим, Шан поблагодарил друга и принялся за расстановку документов в нужном порядке, разбирая старые ненужные документы, уходящие в топку. Потянувшись за тонкой папкой, Фрэнсис ахнул, очутившись на руках, оторванный от пола. Дагон, пышущий гневом, стиснул пышные бедра, уложив человека на стол, придавливая своим весом сверху. Шан возмущённо лягнул демона ногой, но Кац на это лишь повёл бровью и тихо рыкнул.       — Что тебе нужно, а? — закрутившись на месте, прошипел Шан, дёргаясь всем телом.       — Ты больше не будешь общаться с тем пацаном. Ты мой! — и, закрепляя свои слова действием, укусил за веснушчатое плечо. Фрэнсис закричал и начал ещё сильнее бить спятившего демона по спине и ногам. Но на любые действия кудряшки ардугар лишь сильнее облапывал дрожащее тельце под собой. Перейдя на шею и оставляя и там свои метки, пришелец на секунду остановился и прикинул, сколько ему придётся идти, чтобы добраться до своей каюты. Не так уж и долго, два пролёта.       Подхватив охнувшего кудряшку на руки, стискивая его, демон, чеканя шаг, двинулся в неизвестном направлении, отчего тот запаниковал.       — Куда ты меня тащишь! Поставь живо! — прокричал на весь коридор Шан, дергаясь, за что получил по пятой точке. Громкий шлепок узрели все те, кто в данный момент находился в коридоре. Запылав от смущения и гнева, Фрэнсис засучил ногами.       — Я тебя сейчас трахну прямо здесь, успокойся, пакость мелкая. Все нервы мне поел! — ещё один громкий шлепок по попе. Шан негодующе подпрыгнул и поджал губы, потирая пылающую ягодицу. Этот демонюга достал его бить! Что за кинки на удары, он не согласен! То есть он вообще ни на что не согласен! Поставьте и верните его на место!       Оказавшись в каюте, Дагон прямо направился к кровати, попутно отбиваясь от слабых укусов кудряшки и летящих ударов в лицо. Опрокинув Шана на постель, забрался следом и заткнул бранящегося человека поцелуем, сдёргивая чёрные офисные штаны в обтяжку. И какое было его удивление, когда Кац не увидел под ними нижнего белья. Шан вспыхнул и попытался прикрыться.       — А я и подумать не мог, что ты такой шалунишка, — пророкотал мужчина, сжимая вставший член парня. Шан замычал, стискивая зубы и гневно стрелял глазами. — Злючка ты моя, — собственнически пройдясь ладонями по ногам, бедрам, забираясь под рубашку у груди, демон сжал вставшие соски, вызывая табун мурашек у кудряшки.       Ухмыльнувшись, Кац расстегнул рубашку, оголяя вздымающуюся покрасневшую грудь парня, припал поцелуями, оставляя яркие следы после себя. Фрэнсис возмущённо пытался оттянуть пришельца за уши, но стоило ему только коснуться острых кончиков, как прозвучал низкий рокот и внушающий бугорок в чужих штанах стал более ощутимым. Ойкнув и убрав тут же руки, Шан смущённо попытался свести ноги вместе, но не смог, наткнувшись на преграду в лице наглого демона.       Закончив с грудью, Кац клюнул в сжатые губы партнёра и, полюбовавшись на тяжело дышащего кудряшку, перевернул парня лицом вниз, вздёргивая его за розоватые бедра.       — Эй, ты что делаешь? Ты… Мнх.       Округлив глаза и в панике закрыв рот руками, Шан попытался увернуться от чего-то скользкого и длинного возле своей задницы.       Дагон любовно огладил упругие половинки, развёл их руками и прошёлся по сжатой дырке языком, размашисто оставляя след. Чувствуя дрожь человека в своих руках, Дагон лишь усилил напор, проталкивая язык внутрь, поглаживая мягкие горячие стенки, опаляя их холодным дыханием. Тихий неуверенный стон стал демону наградой. И пока командующий офицер вовсю вылизывал человека изнутри, Шан, тихо скуля, сжимал подушку и подмахивал бёдрами. Сгорая от стыда и неуверенности, Фрэнсис подался назад, ощущая, как длинный змеиный язык заходит всё дальше внутрь.       Стоило горячему влажному языку покинуть обжитую площадь, Шан обиженно подался назад, призывая к действиям, но Жаргон почему-то не спешил возвращать свою наглую морду в исходное положение.       — Сожми ноги, вот так, — приказал демон, проталкивая член между сжатых бёдер, застонал. Стон походил на рычание голодного зверя. Кац не мог не думать о мягком теле и пышных формах. А эти бедра хотелось мять, кусать, лизать и делать всё, что позволит больная фантазия. Зарывшись в мягкие волосы на голове человека, он сильнее дозволенного сжал одну из ног, двинул тазом, вызывая удивлённый возглас из кудряшки, который осоловевше обернулся через плечо. Ещё толчок, и Шан, упираясь щекой о постель, прогнулся, выпячиваясь настолько развратно, что Кац с трудом сдерживал себя от желания отодрать этого чертёнка.       Шан подавался назад, иногда крепче сжимал бёдра, иногда разводил их, чтобы сделать резкий контраст и услышать утробное «блять». С члена обильно сочилась смазка, а губы кричали, умоляли и приказывали. И хаотичные движения продолжались бы, если бы Шан не заумолял, желая кончить. Это оказалось так потрясающе, непохоже на прошлый раз. Светлые волосы разметались, прилипая к мокрой спине. Фрэнсис чувствовал каждой точкой своего тела обжигающие и горячие руки везде, где только можно, подставляясь под ласки и яростные толчки. Он почувствовал хватку на своих волосах, и она оказалась такой возбуждающей, что Шан от неожиданности всхлипнул.       Обжигающие поцелуи в шею, плечи, каждую родинку и пятнышко. Кац кусал красное круглое ухо, шлёпая по ягодице скулящего человека. Кудряшка больше не возмущался, а наоборот, просил, притирался и прогибался, желая большего. Даргон упёрся ладонями в его плечи, пригвоздив Шана к кровати, и одержимо брал, присваивал, как будто клеймом оставляя на теле краски любви. Так набрасываются на жертву, которую нужно сломить и присвоить.       Завершающий поцелуй в губы, яростные движения до синяков и лёгкие касания до истекающего члена о бархатную кожу стали последним оплотом. Даргон кончил, пачкая чужие бёдра, поглаживая дрожащие ягодицы.       Шан медленно обернулся и напряжённо замер, ожидая дальнейших слов. В то время как Кац ревниво осматривал человека на наличие своих меток и, когда осмотр был проведён, удовлетворённо лёг рядом, накрывая себя и кудряшку чистым одеялом, убирая перепачканную простынь.       — Чтобы ты был здесь, когда я проснусь, иначе худо будет, — прорычал демон, притягивая пискнувшего человека себе под тёплый бок. Зарывшись холодным носом в чужую шёрстку, пришелец притих, в то время как Фрэнсис недоуменно хлопал глазами и придирчиво рассматривал своё обкусанное тело. Ягодицы ощутимо пылали, дрогнув, когда их накрыла холодная ладонь.       Кое-как выбравшись из-под пришельца, Шан нагнулся за штанами и выудил оттуда телефон. Раздались тихие гудки и голос Оливера.       — Шан, ты где? Тут…       — Скажи боссу, что я сегодня приболел.       — Приболел? Чем?       — Да пофиг чем! Скажи, что у меня СПИД!       И отключил телефон, вернувшись обратно в постель. Даргон недовольно приоткрыл один глаз, почувствовав, что мягкое тельце пропало, снова притянул его обратно. Фрэнсис заледенел, ощутив, как что-то большое и горячее утыкается ему в поясницу. Сглотнув, он нырнул рукой под одеяло и ткнул «это» пальцем.       — Мелкое наваждение, спи уже! — недовольно прорычал на ухо демон, шлёпая по ягодице, стискивая.       Шан покраснел и замер, боясь ненароком сдвинуться с места. Демонический член был огромным, и снова ощущать его в себе он не горел желанием. Вот ничуточку! Даже если бы этот кобель слёзно начал умолять, то всё равно нет! Ни за что!       И решительно кивнул головой, замер, прислушиваясь к тихому размеренному дыханию сзади. Но эта падла точно не спала, об этом говорили ненавязчивые движения рук, которые полезли в опасном направлении для человека. Шан закусил губу и понял, что возбудился. Когда Даргон невзначай будто оттянул в сторону правую ягодицу, приходясь пальцем внутри, Шан недовольно обернулся, всматриваясь в бесстыжие глаза напротив.       — Что ты делаешь, ты же спать хотел?! — возмущённо прошипел в улыбающееся лицо. И дёрнулся, когда холодный, смазанный в чём-то палец протолкнулся внутрь.       — Перехотел. Сам виноват. Лежишь, соблазняешь, — проурчал в ушко, обхватывая его губами. Шан, поджав губы, отвернулся и повёл бёдрами, разрешая.       Шан ещё пожалеет, но потом, завтра, когда у него заболит всё тело, горло, а тёплое тело будет рядом.