Горячие признания

А этот день действительно кажется вечностью… Получив сообщение от Уилла с благодарностью было очень приятно. Какой же он скромный. «Не за что благодарить, это я ещё приуменьшил твои возможности. Да и к тому же, я еще не все твои возможности проверил, но у нас будет на это время» Продуктов в холодильнике было, как всегда навалом, но моя фантазия совсем меня покинула и я даже не знал, что приготовить. Но поняв, что времени осталось не так много, я всё же решил, что это будет лосось тушёный в сливочном соусе с нежным картофельным пюре с овощами. Я приступил к приготовлению соуса, когда прочёл вторую смс от Уилла. Хм, мой мальчик уже берёт с собой зубную щётку, как это мило. «Хорошо возьми, хотя у меня всегда есть запасная. Одежду можешь не брать, она тебе не понадобится» Не смог удержаться, хочется услышать ответ на такое смелое заявление. Пока приготовление еды идёт полным ходом, я пошёл подготовить некоторые заготовки к его приезду, хочу сделать для него что то особенное *** Я ещё немного повозился по дому, ведь меня долго не было и не хотелось оставлять дом в заброшенном виде. Признаться честно, я был в предвкушении от предстоящей встречи. Когда пришёл ответ Ганнибала про ненадобность одежды, я тут же вспыхнул. Вот же засранец и провокатор! И что мне на это можно ответить?! Я поймал себя на том, что сижу на полу перебираю шерсть пса и глупо улыбаюсь от его слов. Пусть даже от такого короткого сообщения… Все же, я ответил: «Я все равно возьму, буду захламлять твой идеальный дом;)» После этого я представил, какое выражение лица может быть у Ганнибала после прочтения этого и резко почувствовал острую необходимость в том, что хочу его увидеть и обнять, прямо сейчас! Тоска и нежность словно переполнилась из сердца и разлилась по всему телу. Я начал более активно собираться, налил собакам воды и насыпал еды. Захватил ещё кое-какие мелочи и поехал. Точнее понёсся очень быстро. «Уже выехал. Буду скоро» Понимаю что это скоро — не так быстро, как хотелось бы. Но по пути вроде чуть успокаиваюсь. И через положенное время я вновь стою у этой двери и сделав вдох выдох стучу. Пытаюсь сдерживать улыбку, которая буквально растягивает рот. И сравниваю и отслеживаю, что во мне изменилось с того раза. Наверное все же я чувствую себя увереннее, спокойнее и намного счастливее. *** Просуетившись ещё пару часов на кухне, понимаю, что ужин почти готов. И снова входящее от Уилла, и я улыбаюсь, хоть ещё даже не открыл сообщения. «Тебе простительно! В моей голове ты уже всё перевернул вверх дном, так что если на очереди дом, я смирюсь!» Маленький негодник, как же хотелось бы увидеть его смущение, ну ничего, впереди ещё весь вечер. Духовка громко звякнула, оповестив меня о готовности рыбы и я принялся сервировать стол. Тут же получил сообщение, что Уилл уже в пути и непроизвольно стал мечтательно улыбаться в предвкушении. «Ужин уже готов, поторопись, а то остынет!» Закончив последние элементы сервировки и ненавязчиво расставив свечи, я услышал звонок в дверь и внутри что-то йокнуло. Затаив дыхание, я открыл дверь! *** Спустя пару секунд мне открыли дверь. И улыбнувшись, я вошёл. — Добрый вечер, Ганнибал. Хотелось сделать сразу так много вещей, но всё же, мне хватило благоразумия действовать по порядку. Я поставил сумки на пол и сделав полшага вперёд, чуть потянувшись, поцеловал своего мужчину в щеку, чуть прикоснувшись к его руке. — Я и правда рад тебя видеть. Соскучился. Рассматривал его лицо, но нос учуял вкусный аромат еды из кухни. И тут же у меня заурчал живот, сообщая всем вокруг, что он пуст и требует еды. *** Открыв дверь, я наконец почувствовал свой самый любимый аромат, своего самого родного человека. — Вот уж действительно, теперь вечер добрый! Уилл привстал на носочки, чтобы очень нежно и почти невинно меня поцеловать. Притянул его к себе правой рукой, властно прижимая Уилла к своему телу, а левую руку положил на затылок в попытке продлить поцелуй! Если бы не его урчащий живот, то мне кажется, до кухни мы бы так и не добрались. Но всё же, я выдохнул, остановился и помог моему кудрявому мальчику снять вещи, утягивая его за руку в кухню. — Проходи, в моём доме не принято быть голодным, если конечно речь об обычном голоде! Я весело подмигнул Уиллу и принялся зажигать расставленные по полкам чайные свечки. *** Ганнибал так властно ответил на поцелуй, что у меня просто ноги подкосились и если бы он не держал бы меня за руку, не уверен, что я остался бы стоять, а не рухнул к его ногам. Ему бы это понравилось, но оставим сладкое на потом. — Да, конечно. Очень вкусно пахнет и я проголодался. Кстати, я привез тебе в подарок свечи, зажги лучше эти. Они ручной работы и вроде симпатичные, не знал, что ещё можно тебе подарить, ведь у тебя все есть и даже более чем. Я протянул ему упаковку свечей, которые правда купил для него. Хотя теперь мне кажется это странным зачем ему ещё свечи, если у него есть. *** Увидев протянутую упаковку, я проникся такой нежностью, что не могу даже передать словами! Он приготовил для меня подарок! Для меня! Подумал, как сделать мне приятно. Это так мне дорого… — Спасибо большое, мне очень приятно знать, что ты думал обо мне, ловя очередного убийцу! Только эти свечи, я бы зажёг в нашей спальне, они слишком прекрасны, чтобы тратить их на простой ужин! Интересно, его внутренняя эмпатия хоть как-нибудь отреагировала на фразу «наша спальня», хм, посмотрим. Отодвинув перед Уиллом стул, я усадил его и зажёг оставшиеся свечи. Следом я взял два приготовленных блюда с едой и расставил порции напротив наших мест. — Лосось в сливочном соусе с нежным картофельным пюре, с овощами! Бон апети, Уилл. После, я отошёл к барной стойке, чтобы достать бутылочку полусладкого и разлить по нашим бокалам. Вернувшись к столу, я наполнил бокал Уилла и свой, поставив бутылку в центр стола и присел за своё место, глядя на любимого человека и наслаждаясь. *** Вроде ему понравилось, значит и мне тоже. Я чуть смутился и потёр нос, но от фразы «наша спальня» меня будто током прошибло и я очень выразительно посмотрел на Ганнибала, понимая что мне не послышалось. Ладно, к этому надо привыкнуть хотя все это очень необычно. — Хорошо, как скажешь, милый. Это правда его подарок и он может жечь их где захочет. Вскоре передо мной оказалось прекрасные блюда и бокал вина. Я решил дождаться его, чтобы начать есть вместе. Но у меня было время чтобы оценить внешний вид и запах. Я честно старался незаметно сглотнуть слюну. — Благодарю, Ганнибал. И тебе приятного аппетита. Боже эти светские манеры и высокопарный стиль, я просто не могу вести рядом с ним себя по другому. Я преступил к еде, оценив великолепный вкус рыбы, которая таяла на языке. — Ганнибал, ммм, это божественно. Сразу бронирую добавку! Подняв бокал: — За встречу! Чокнувшись с бокалом хозяина дома, отпил немного вина и довольно улыбнулся. Выдохнув, я осмотрел мерцающие огоньки, которые и правда придавали романтики атмосфере. — Приготовишь как-нибудь глинтвейн, пожалуйста. *** Есть что-то в моём Уилле чарующее и непостижимое. Он очень воспитан и это понятно потому, что он не тронул еды, пока я не присел. Ещё один очередной показатель того, что я дорог ему. Я увидел как увеличилась радужка его глаз, на фразу о нашей спальне, но всё же, он смог побороть смущение, сдержав эти эмоции под контролем, а жаль… — Спасибо, Уильям. Находясь рядом с тобой, мой аппетит всегда отменный. Ох уж эти двусмысленные фразочки. Я игриво улыбаюсь, показав, что не хотел его напугать своими словами и приступаю за еду. Услышав слова похвалы, не могу сдержать добродушной улыбки и глотнув вина, отзываюсь на его голос: — Ты можешь съесть хоть всё, а я помогу тебе сжечь все калории. Едва заметно ухмыльнувшись, я подмигнул и принялся наблюдать за его смущением! Как же он обворожителен в этом состоянии! Чокнувшись с ним, я отпил из своего бокала, не специально облизав губы, собирая сладкое, но терпкое послевкусие. — Конечно я приготовлю его для тебя, Уилл. Даже несмотря на то, что США не входит в число стран, где принято подавать этот напиток, в отличии от Австрии, Германии, Польши, Словакии, Чехии, Финляндии и Эстонии, да и к тому же, Рождество тоже ещё не скоро, но это всё ни коем образом не помешает мне тебя порадовать. Я смотрю на его очаровательную улыбку и решаю закончить рассказ про этот удивительный напиток. — А ты знал, что первый рецепт глинтвейна был известен ещё в Древнем Риме, когда вино догадались смешать с пряностями, но при этом не нагревая его? А вот настоящее горячее вино появилось во времена Средневековья в странах Северной и Центральной Европы. Напиток изготавливался на основе бордо или любого другого красного вина и сдабривался травой галангал. Закончив свой рассказ, мне натерпелось насладиться его потрясением. Ведь он всегда любил слушать мои познания в истории. *** Ганнибал явно в хорошем настроении и выдает свои двусмысленные перлы один за одним. Я же в свою очередь, стараюсь не сильно смущаться и мило улыбаюсь в ответ, стараясь не подавиться. Он хочет меня. Я читаю это на дне его глаз, от осознания этого внутри теплеет, но я стараюсь держаться, чтобы спокойно доесть как приличные люди. В ответ я лишь киваю. Но потом, он всё же подмигивает, и мне уже хуже получается скрыть смущение, которым он явно наслаждается. Потом мой взгляд остановился на его губах и сердце забилось чаще. Надо же как-то спокойно доесть. А потом была очень неожиданная лекция про теплый напиток, который я вдруг почему-то вспомнил. Скрыв первую растерянность, я слушал всё это с интересом, как сказку на ночь. И продолжал активно жевать. — Я не знал этого. Благодарю за ликбез. Ты так подробно всё знаешь. Просто удивительно. Тем временем моя тарелка и правда оказалась пуста, я съел всё и теперь теребил салфетку допивая вино. — Всё же, я погорячился на счет добавки, не хочу переедать… Кончики ушей всё же предательски краснеют… *** Его смущение завораживает и очаровывает, а лестные слова в мой адрес не могут меня не порадовать. — Я просто люблю подмечать детали, Уилл, ведь считаю, что человек должен быть как хорошая книга, а хорошая книга — это та, которую можно открыть на любой странице и получать наслаждение от чтения, как от хорошего вина. Ты, несомненно, являешься для меня такой же интересной книгой, как и я для тебя, именно поэтому нам так уютно друг с другом. Я опустошаю свой бокал и подливаю нам вино. — Переедание на ночь, действительно, не сулит ничего хорошего, поэтому оставим еду на завтрак, она нам понадобится, чтобы восстановить силы. Я снова подмигиваю, с нескрываемым озорством и продолжаю: — К тому же, там останется небольшая порция, которую я сложу тебе на работу, поешь между лекциями, думая обо мне. Взяв салфетку, я аккуратно промакиваю губы и зачарованно смотрю ему в глаза. *** Я так восхищен от его вырученных и прекрасных комплиментов, и то, что он подмечает важные мелочи и чувствует момент так же, как и я — это всё вместе очаровывает и я некоторое время смотрю на Ганнибала, как влюбленный кролик на удава. — Славно, что ты так всё хорошо продумываешь, вплоть до моего завтрашнего обеда. Великолепно и очень практично. Ну что ж, тогда нам остаётся только чистить зубы и спать? Я улыбаюсь и медленно встаю и обхожу стол. — Спасибо большое за ужин, Ганнибал. Всё было очень вкусно. Подхожу ближе и наклонившись, наконец-то целую эти губы с жадностью. *** Иногда мне кажется, что не хватит и вечности, чтобы налюбоваться его искренними реакциями, когда одна сменяет другую за считанные секунды, а сам Уилл пытается показать лишь те, которые ему удобны, но при этом понимает, что я всё равно считаю их с его лица, все без остатка. — Я действительно не хочу, чтобы ты голодал, ведь знаю, как эти спиногрызы на лекциях могут тебя вымотать, не понимая очевидных вещей, которые ты пытаешься до них донести. Улыбнувшись, Уилл поднялся и решил отблагодарить меня за ужин поцелуем. Я целовал его долго, прижимая его голову к себе, проникая в него языком, проводя им по зубам и дёснам, периодически подразнивая игривыми касаниями его язык. Он так прекрасен в своём желании, хоть и пытается скромничать. — Судя по твоей благодарности, Уилл, сон это то, о чём ты думаешь в последнюю очередь. Я улыбаюсь, как довольный кот, пытаясь до последнего сохранять мнимую интеллигентность, но ничего не могу с собой поделать и всё-таки отпускаю пошлую шутку: — Ну а вот зубы, я бы помог тебе почистить и не сомневаюсь, что после этого спать бы было куда приятнее. Я прошептал ему это в самое ухо, напоследок прикусив мочку за самый кончик. *** Ганнибал так ярко отвечает на поцелуй, что целый спектр ощущений прокатывается по моему телу слабость в конечностях, сбившиеся дыхание и сердцебиение, как и напряжение в паху, малая часть из них. — Ты конечно же знаешь о чем я думаю. Услышав его нахальную фразочку в самое ухо и от укуса, я просто не смог сдержать стон. На секунду зажмурившись, тихо спрашиваю. — Мы поднимемся в спальню или начнем прямо здесь? Я чувствую, как кровь шумит в моей голове. Как же мало мне для счастья надо. Мои руки оглаживают его сильные плечи и пальцы, после уже начинают борьбу с пуговками на жилете. *** Я вижу, как он трётся об меня своим возбуждением, сгорая от желания и пытаясь при этом что-то говорить. — Если ты не видишь, мой маленький мангуст, мы уже начали. И мне абсолютно всё равно, где тебя трахнуть, но всё же, подумав о тебе, я лучше отнесу тебя наверх, в спальню. Я продолжаю целовать его с такой силой и властью, что он с трудом успевает глотать воздух между поцелуями, а дрожащими руками пытаестся справиться с пуговицами на жилете. И на этот раз я не хочу ему помогать. Я хочу видеть его мучение от уничтожающих его эмоций. Я сажаю его на колени и провожу языком от ключицы до самого уха, вылизывая его шею, оставляя на ней широкую влажную полосу. Мои руки блуждают по его телу, вытащив заправленную рубашку из брюк, оглаживая ладонями его влажную спину. *** Услышав заветные слова, я чуть заметно выгибаюсь и втягиваю воздух, которого становится всё меньше, ну или мне так кажется. Пока меня яростно целуют, я только и могу, что цепляться за плечи. После, меня усаживают на колени лицом к лицу и мы уже так близко… Наши тела так близко… В брюках становится очень тесно и это мешает, я начинаю ёрзать на его коленях. Выгибаюсь, подаюсь ближе от его прикосновений к моей спине. В голове шум, дыхание сбито напрочь. — Я люблю тебя, я хочу тебя… Не выдерживаю и рву жилетку, пуговки со стуком падают на пол. Но я ближе к цели, к оголенной коже торса своего мужчины. *** — Если ты продолжишь ёрзать, я точно не донесу тебя до спальни. Я уже почти рычу ему в ухо, продолжая ласкать его извивающееся тело. Я вижу, как он разошёлся до такой степени, что просто разорвал мою одежду. Любой за такую выходку был бы уже мертв, но мой мальчик прекрасно знает, что может себе это позволить. — Нравится тебе позволять себе такие не терпеливые выходки и знать, что тебе позволено гораздо большее, что не понесёт за собой никаких последствий, кроме наслаждения? Я расстёгиваю его ремень, рывком высвобождаю его из петель и перекидываю через его корпус, ещё сильнее прижимая к себе. Начинаю толкаться бёдрами, скользя жёстким трением по его эрекции и слушаю стоны. Даже понимая, что он уже готов, не спешу давать ему желаемое, хочу поддразнивать, хочу посмотреть, что же он будет делать дальше. *** От этого рыка я чуть замираю на месте, почему-то мне вовсе не хочется, чтобы меня трахали на кухне, хотя это же мелочи какая разница где. — Уверен, ты знаешь, что можешь брать меня где угодно. Ты так мило заботишься о моем комфорте. Я ценю это. Я очень рад, что его реакция на порчу одежды была именно такой. И я шепчу на самое ухо: — Конечно же мне нравится, милый. Дальше происходит что-то необычное, меня моим же ремнем прижимают и я в опасной ситуации, мне остаётся только прижиматься и стонать. Но когда это становится невыносимо, на грани я пытаюсь упереться в грудь, и остановить Ганнибала. После целую его в шею. — Пощади, прошу… Не хочу пачкать брюки таким образом. *** Его дыхание стало совсем прерывистым и он трётся и трётся, словно пытаясь стать ещё ближе. — Я могу брать тебя не только где мне угодно, но и когда угодно, а так же, как угодно, я думаю ты это понимаешь и для этого мне не требуется твоё разрешение, но всё же, я люблю видеть тебя таким послушным и готов простить тебе порчу любой моей одежды. Я продолжаю держать его ремнём, прижимая его невыносимо плотно к тесноте своих брюк и снова вылизываю его шею, шепча на ухо: — Какой ты всё-таки вкусный, не могу остановиться… Я ласкаю его руками, положив ладонь поверх его эрекции и начинаю с силой сжимать его член через плотную ткань джинс. — Пощадить? Ты действительно наивно полагаешь, что я позволю тебе кончить в штаны до того, как я успею сполна тобой насладиться? Прорычав ему это на ухо, я целую его губы, в нетерпении прокусив нижнюю, слизывая желанные капли крови. *** Уточнение, которое проговаривает Ганнибал, буквально сводит меня с ума. Я уже мечтаю, чтобы это случилось, но мучение продолжается. Когда он касается меня внизу, я чуть вздрагиваю и замираю. — Тебе настолько нравиться мучать меня или назовем это дарить наслаждение? Боль пронизывает меня, когда он целует меня слишком страстно. Чувствую вкус железа, щурю глаза и разорвав рубашку, дотягиваюсь и целую левый сосок и потом чуть прикусываю. *** — Я ещё не начинал тебя мучить, дорогой. Если бы это случилось, ты бы мог выстанывать только «Умоляю» и больше ничего. Я чувствую его поцелуи на своей груди, после порчи очередной вещи из моего гардероба и позволяю себе глубокий вздох наслаждения.Почувствовав, как он прикусил мой сосок, я почти зарычал. — Аккуратнее с зубами, малыш, ведь ты же не хочешь проверить, где я могу тебя укусить? Я целую его ушко, поднимаю на руки, встаю со стула, усаживая его на стол передо мной.