Кукушата

— Скажите спасибо, что сантехник рядом живет, — проворчал Матвей и бросил в таз мокрую тряпку. — Спасибо, — буркнул Руслан. Он, как и Матвей, стоял посреди коридора босиком, в подвернутых штанах, весь мокрый и раздосадованный. Еще бы, только что мудохался с кроватью, а теперь еще и спасаться от наводнения пришлось. Матвей вздохнул. В какой-то мере он разделял чувства Руслана, даже очень. Всё снова рухнуло в одночасье. Вот они собирались поставить новую кровать в гостиной — и вот они уже ликвидируют потоп, а кровать подпирает холодильник, потому что ее успели только наскоро затолкать в кухню, освобождая проход. Воду сантехник перекрыл, конечно, но теперь придется менять смеситель, а если они всё-таки затопили соседей снизу, то и за ремонт нужно будет платить. — Да уж, — заключил Матвей. Славка с Федькой хмуро переглядывались, Элька настороженно сопела. Все трое мокрые, нахохленные. — Ну, рассказывайте. Всем троим выдать по заднице или только кому-то одному? — Опека по тебе плачет, — мрачно изрек Руслан. — Ну, ага, в детдоме-то всем будет намного лучше, — кивнул Матвей, и Руслан почему-то сдался, отвел глаза. Думать об этом было некогда. Матвей снова сосредоточил внимание на притихшей троице и спросил: — Каким образом у нас сорвало кран? — Это всё Элька, — сказала Славка. — Я кораблики пускала, — обиженно пробубнила Элька. — В ванне, которую я для себя набирала, — перебила ее Славка. Руслан фыркнул, но ничего не сказал. — Почему сорвало кран? — терпеливо повторил Матвей. — Элька воду доливала, а там и так почти через край, — сказала Славка. — А я до корабликов не дотягивалась, я маленькая! — обиженно воскликнула Элька. — А она выключает и выключает. И обзывается жопой и еще по-всякому. — А она кран как открутит, а вода полилась, — перебила ее Славка, и Элька заключила: — А потом стал потоп. — Так. Федя, а ты? — спросил Матвей. Федька пожал плечами: — Я вообще никого не трогал, выхожу, а тут вода кругом. И Славка с вентилем в руке. Я пытался его назад, но куда там… Он с сожалением вздохнул, и Матвей кивнул: — Понятно. Эля, иди сюда. Элька сердито прошлепала по мокрому полу и изо всех сил надула губы в знак протеста. Матвей взял ее за плечо, аккуратно развернул и отвесил несколько ощутимых шлепков прямо по мокрым колготкам. Элька захныкала, но во весь голос орать не стала, тем самым подтверждая справедливость наказания. — Еще раз такое повторится — получишь ремня. Поняла? — Поняла, — угрюмо кивнула Элька. — Шагом марш в детскую и переоденься в сухое, — велел Матвей. — Федь, проследи. Он запустил их в пустую детскую, оглянулся на Руслана: — И ты тоже заходи. Руслан нахмурился, явно понимая, что его убирают с дороги, но возражать не стал. — Слава, иди в гостиную. Славка обожгла Матвея убийственным взглядом, пересекла коридор и с грохотом распахнула дверь. Матвей прошел следом, аккуратно прикрыл дверь, задумчиво потеребил бороду. — Ну? — хмуро спросила Славка. — Ты давно напрашиваешься, я тебя услышал. Иди выбирай, чем тебя пороть. Славка еще раз зыркнула исподлобья, промаршировала к шкафу, яростно распахнула дверцу, тут же ее захлопнула, подошла к другой секции, выдернула из решетчатого ящика собственный ремешок, узкий, но тяжелый, почти квадратный в сечении, с жесткими краями, оставляющими тонкие багровые полосы. — Уверена? — нахмурился Матвей. Славка почти швырнула ему ремень, сердито фырча. — Ну, как знаешь. — Матвей оглянулся на захламленный диван. — Так, давай тут разгребем немного… Он потянулся, чтобы убрать с сиденья лист наклеек, да так и застыл. Мысленно вернулся в детскую, потом — в пустую кухню. Сердце противно забилось в горле. — Слав, а где Данилка с Ильей?