Кукушата

Помирившиеся мелкие захламили весь диван цветной бумагой, альбомами, наклейками и бумажками из-под наклеек, но Матвей не стал этому препятствовать: мирный бардак всё же лучше, чем драка. Славка наконец вылезла из ванной и присоединилась к Федьке в детской, о чем сообщили поочередно скрипнувшие двери. Ее Матвей решил тоже не трогать. — Руслан, будешь мороженое? — спросил он вместо этого. Элька с Ильей синхронно вздохнули, Данилка засопел. Окопавшийся в кресле Руслан выглянул из-за экрана телефона. — Это чтобы их наказать, да? Им не дашь, а мне дашь? Ты совсем больной? Матвей смутился. Вообще-то он именно так и собирался сделать, но из уст Руслана это прозвучало дико. — Будешь или нет? — Нет. Элька вздохнула еще раз, явно не понимая, как можно добровольно отказаться от мороженого, и Матвей пообещал себе, что на ужин приготовит блины. Драка, угол, хомяк этот, еще и никакого мороженого… Всё-таки слишком много бед для одной пятилетней девочки, как бы не сломалась. Телефон пиликнул напоминалкой. — Чёрт, я же совсем забыл, — воскликнул Матвей. — Руслан, собирайся. — С вещами на выход? — В соседний подъезд за кроватью. Я договорился. — А может, я сразу в соседнем подъезде и поживу тогда? — Не ёрничай. Пойдем посмотрим на эту кровать, если подойдет, сразу домой и оттащим. Руслан закатил глаза, запихал телефон в карман и поднялся. — Сейчас, погоди, — сказал Матвей. Он заглянул в детскую и сказал, обращаясь больше к Федьке: — Мы пошли смотреть кровать, малые в гостиной. Славка глянула исподлобья и тут же отвернулась, Федька кивнул, не отрывая взгляда от игрушки на телефоне. — Слав, всё нормально? — уточнил Матвей. Славка сердито спряталась в капюшон, и Матвея снова кольнуло подозрение. Что-то было не так, что-то они с Русланом недоговаривали, но нащупать подвох не удавалось. — Ладно, мы пошли, — вздохнул Матвей. Руслан уже ждал его в прихожей. По пути в соседний подъезд он молчал, и Матвей не стал будить спящее лихо разговорами. Кровать оказалась вполне сносной, правда, с парой глубоких царапин на деревянной спинке. Руслан это никак не прокомментировал, по просьбе Матвея прилег и пожал плечами: — Нормально. — Берем, — сказал Матвей, еще раз пощупав матрас, и хозяйка расплылась в улыбке: — Да и слава богу! Берите на здоровье, только сами выносите. Вынести кровать оказалось тем еще квестом. Захламленная квартирка не давала места маневрам, спинка цеплялась за всё подряд, а разобрать кровать не получилось бы: какой-то умелец позаливал все стыки столярным клеем, чтобы лучше держалось. Руслан все эти превратности судьбы выдерживал достойно, только сосредоточенно кусал губы, когда натыкался на очередное препятствие. Когда кровать наконец оказалась в общем коридоре, Матвей огорченно цыкнул, поняв, что в лифт она не влезет. — Ну, ничего, — жизнерадостно сказала хозяйка. — Вниз — это вам не вверх. Матвей вежливо кашлянул и распрощался, еще раз поблагодарив. Он не стал уточнять, что в их подъезде лифт, разумеется, такой же. Когда они остались одни, поведение Руслана не изменилось. Он молча подхватил свою сторону кровати, и они с Матвеем понесли ее вниз с десятого этажа. И на свой пятый этаж кровать доперли мирно, хоть и с трудом. — Ты молодец, — сказал Матвей, отпирая входную дверь. Руслан не успел ответить, потому что из квартиры на лестничную площадку рванулся хаос. Первым ушей достиг рёв Эльки. Потом — хлюпанье воды и мат. Что интересно, матерились Славка и Федька хором, а не одна Славка. Матвей влетел в квартиру, кинулся к ванной, из которой доносились все эти звуки, и сам не выдержал, ругнулся. Вода била фонтаном из сорванного крана, Федька со Славкой бестолково пытались поймать ее ведром и тазиком. Элька сидела на стиральной машине и выла. По лужам гордо плыли бумажные кораблики.