Кукушата

Клубок проблем почему-то не хотел распутываться. В голове всё складывалось отлично: поговорить с каждым по очереди, разобраться, помириться. А на практике схема сломалась об Илюшкину истерику и больше уже не починилась. Кое-как договорив с Данилой, Матвей сунулся было в детскую, но разрулить ситуацию не вышло: Илюшка самозабвенно ревел под одеялом, Славка слушала на всю катушку какую-то дикую музыку, Федька читал, подняв очки на лоб и почти уткнувшись носом в страницы. Впрочем, при появлении Матвея он тут же надел очки как положено. Пару раз попытавшись докричаться до Славки, Матвей сдался, махнул рукой. Всё равно по-хорошему не выключит, а по-плохому сейчас не хочется. Ну и пусть. Значит, придется сначала идти мириться с Элькой. Матвей набрался храбрости и медленно, будто сквозь жидкий клей продираясь, зашагал по коридору. Под ногами проскочило что-то бурое, и с трудом собиравшиеся в единое целое слова извинений посыпались по полу, безнадежно путаясь и теряясь. — Да ёлки зеленые! — воскликнул Матвей. — Кто выпустил крысу? На крик с кухни прибежал Данилка, и Матвей вопросил: — Почему крыса в свободном полете?! Данилка пожал плечами: — Не знаю. — А кто будет знать, Пушкин?! — всплеснул руками Матвей. Данилка оглядел пустой коридор, прошмыгнул в приоткрытую дверь ванной, плюхнулся животом на кафель и сообщил: — Он там. — Кто, Пушкин? — растерялся Матвей. — Нет, Срам. Или Позор. Пап, а как мы его назвали? — Не знаю, — устало сказал Матвей. — Достанешь его? — Я пытаюсь, — пропыхтел Данила, ерзая по полу голым пузом. Футболка на нем задралась, демонстрируя пару синяков и следы чьего-то укуса, и Матвей нахмурился, пытаясь припомнить, кто и когда кусал Данилку за бок. В общем-то все дети кусачие, особенно младшие, и в конце концов Матвей устало покачал головой. Укусом больше, укусом меньше. — Давай его чем-нибудь приманим. — Сыром? — тут же спросил Данилка. — Сыр им, кажется, нельзя, — возразил Матвей. — Погоди. Он сунулся в гостиную, чтобы взять пакетик крысиного корма, и недоверчиво уставился на пустые клетки. — Ой, — прошептал Данилка, просунув голову между Матвеем и дверным косяком. — Да уж. Так, на, доставай этого из-под ванны. Как достанешь, держи и не отпускай. Матвей вручил Данилке корм, а сам пошел стучать сначала в детскую, а потом в кладовку, оба раза объявив (в детской — погромче, чтобы переорать музыку): — Временное перемирие! Ищем крыс!