Кукушата

Видимо, решив, что достаточно пристыдил ненавистного отца, Руслан снова ушел, поигрывая ножовкой, и Матвей вдруг почувствовал опасное приближение истерического смеха. В любое другое время, в любых других обстоятельствах происходящие встревожило бы его, но не сейчас. Сейчас не хотелось ни потребовать объяснений, ни запретить трогать инструменты. Что такого Руслан может испортить в этих развалинах? И сам уж точно не покалечится — хотя бы назло Матвею. Заносчивый, невозможный, вечно правый… Было бы даже забавно, если бы он порезался и прибежал за пластырем. Едва эта крамольная мысль звонкой монеткой упала на дно мозга, Матвея передернуло. Неужели это он так думает о родном сыне? Как до этого вообще дошло? Желая поскорее отвлечься, Матвей принялся дальше шерстить список необходимого, устроившись на диване, чтобы сразу пресекать конфликты между Элькой и Ильей. В блокноте, который Матвей опрометчиво хранил на подоконнике, кто-то между стиралкой и посудомойкой вписал кривыми печатными буквами: «ТЕЛЕВИЗАР». Матвей вздохнул. Да, пожалуй, с телевизором им бы жилось спокойнее, но всё же не так просто, придется как-то подрубаться к кабельному, тарелки у Бэллы Александровны нет… Матвей вздохнул и пошел дальше по списку. Среди раздолбанных «малюток» и дороженных агрегатов с кучей ненужных функций неожиданно нашел вполне приличную стиралку, которую отдавали даром за самовывоз, написал продавцу, договорился и принялся искать посудомойку в том же районе. Если уж нанимать машину, можно хотя бы совместить и сэкономить. С посудомойкой вышло сложнее. Нашлась одна даже на той же улице и всего за две с половиной тысячи, «полностью рабочая, но где-то протекает». Матвей еще раз внимательно перечитал это описание, пытаясь представить себе масштаб трагедии, потом загуглил модель и выяснил, что за один цикл посудомойка употребляет одиннадцать литров воды. Даже если всё полностью вытекает, не так уж и страшно. Всё равно уже течет крыша, ведром воды больше, ведром меньше… Матвей списался и с этим продавцом, договорился и заодно узнал, что к посудомойке прилагается поддон. — Ну что, теперь заживем. — А? — хмуро спросила Славка. — Я нам стиралку купил и посудомойку, — скромно сказал Матвей. — Вечером подвезут. — А телевизор? — спросил из-за дивана Илья. — А телевизор пока нет. Илья горестно вздохнул, и Матвей пообещал: — С зарплаты куплю. Он вдруг вспомнил про раздвижной карниз, закинул его в поиск по «Авито», но ни одного объявления по области не нашел. Ну и подумаешь. — Всё равно надо будет ехать в строительный, — задумчиво пробормотал Матвей. Правда, он пока не совсем представлял, как будет добираться до города со всей оравой, но делать это всё равно придется, когда закончатся каникулы, так почему бы и не потренироваться. Матвей вздохнул и тут же вздрогнул, услышав грохот со стороны прихожей. — Что опять? — воскликнул он, вскакивая. По коридору двигалось что-то большое, прямоугольное и цветастое. Элька и Илья возбужденно загалдели, к ним присоединился выглянувший из большой спальни Данилка. Федька и Славка наблюдали молча. Руслан, тащивший на себе непонятное сооружение, свернул в маленькую спальню, чудом не зацепив дверные косяки, и Матвей наконец спросил: — Это что? Руслан развернул сложенную гармошкой конструкцию из четырех грубо сколоченных деревянных рам, скрепленных веревками и обтянутых шторами, и поставил ее между кроватями: — Ширма. — А как… — начал было Матвей, и Руслан коротко бросил: — Погуглил. Сойдет?